Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Переносная семантика общеупотребительной лексики испанского языка в аспекте лингвокультурологии. Монография
.pdf
например, costar un riñón, может выступить глаз/ojo или голова/cabeza: «costar un ojo de la cara» – ‘стоить дорого’ или
«dar un ojo de la cara» – ‘не пожалеть ничего’, «costarle la
cabeza» – ‘стоить головы’. Для пополнения коллекции доро-
гостоящих членов уместно вспомнить русский жаргонизм
«зуб отдам», где зуб берет на себя функцию стопроцентной
гарантии, атрибута, который дорогого стоит.
Каждый соматизм тяготеет к своему смысловому полю
в сфере формирования переносных значений: riñón охватывает такие фреймы, как отвага, смелость, богатство; híga-
do – злоба, ненависть, неимоверные усилия, boca – вход, выход, начало, соединение внутреннего и внешнего; corazón –
доброта, щедрость, откровенность, зубы – месть, голод,
злость.
У соматизмов riñón и hígado есть семантическая точка
пересечения, т. е. общее значение – отвага, мужество, доблесть, смелость.
К наиболее частотным идиомам со словом riñón (Левинтова, 1985, с. 564) относятся следующие:
– tener riñones (букв. иметь почки) – быть смелым; неробкого десятка; обладать силой духа, мужеством;
– costar un riñón (букв. стоить почки, т. е. стоить очень
дорого);
– gastar un riñón (букв. израсходовать почку, фигурально – много денег);
– pegarse al riñón (букв. приклеиваться к почке) – быть
сытным, питательным;
partirse (quebrantarse los riñones) – букв. рвать (надры-
–
вать) почки – гнуть спину, надрываться, вкалывать;
– tener bien cubierto (bien forrado) el riñón (букв. иметь
хорошо прикрытой почку) означает ‘быть богатым, защищенным’.
Эти обороты обнаруживают особую остроту мышления, тонкую наблюдательность и богатейшее, почти фантазийное воображение носителя испанского языка.
61

Итак, мы наблюдаем, как самые распространенные, ходовые, конкретные слова подчас оказываются самыми условными. Фактически происходит фетишизация слова riño-
nes. Оно сочетается с открытым множеством глаголов в значении ‘смелость, отсутствие страха’: «El fuego de la ame-
tralladora en sus manos le cimbraba el cuerpo y Miguel murmuró: – No bastan los riñones. Los moros rubios tienen mejor
equipo» (C. Fuentes. La muerte de Artemio Cruz). Пер.: «Огонь
пулемета в его руках пронзал все тело, и Мигель прошептал: – Здесь одних почек мало (т. е. одним мужеством здесь
не обойдешься). У белых мавров вооружение лучше».
О сильных мира сего в переписке Интернета высказываются так: «…De vez en cuando nos recuerdan quién manda y
hasta qué punto se ríen de nosotros: fuman en los aviones, se
gastan fortunas en un cuarto de baño, se van de cacería o se
meten en una empresa privada a forrarse el riñón» (Иногда они
нам напоминают, что командуют они и до какой степени
они смеются над нами: курят в самолетах, тратят состояния
на ванную, отправляются на охоту или создают частные
предприятия, чтобы прикрыть себе почку). (Блог nofumadores). Последнее словосочетание означает ‘обезопасить себя’.
Изучение подобных идиом позволяет понять, какими
видятся носителю испанского языка миры невидимые, в каких терминах испаноязычные народы выражают общечеловеческие понятия силы и слабости, отваги и трусости, добра
и зла, чести и бесчестия, стыда и бесстыдства. Какой бы самозабвенной поклонницей испанского языка я ни была, я не
смогу почувствовать и передать по-русски эти общечеловеческие категории так, как это делает носитель испанского
языка. В моем родном арсенале значатся иные языковые и
речевые средства. Эти средства воздействуют и на облик
самого понятия.
Любопытным свидетельством национально-культурного своеобразия менталитета носителей испанского языка
могут служить фразеологизмы, включающие в свой состав
62

слово hígado (Левинтова, 1990, с. 540). Во фразеологически
связанном виде лексема hígado узуальна как в единственном, так и во множественном числе, с явным предпочтением множественного, что усиливает эмотивный потенциал
этого слова. Вообще признаки, указывающие на превышение нормы, в большинстве случаев формирования идиом с
соматизмами подразумевают положительную оценку, а признаки, у
отрицательную.
испанского языка связаны наваждения, навязчивые идеи, от
которых невозможно избавиться. Так, Г. Гарсиа Маркес называет любовь заболеванием печени, причем заразным: «El
amor es una enfermedad del hígado tan contagiosa como el suicidio, que es una de las complicaciones mortales» (G. García
Márquez. «Punto y aparte». El Universal. Cartagena, julio de
1948). Пер.: «Любовь – это заболевание печени, такое же
заразное, как и самоубийство, являющееся одним из см
тельных осложнений».
ку своему герою через лексему hígado: «Pero al valentón ri-
bereño aún le duraba la excitación de la lucha y sonreía despreciativamente… Quería ir solo por ver si así le salían al paso
aquellos enemigos. Conque.., ¡largo y hasta la vista! ¡Qué híga-
dos de hombre! (V. Blasco Ibáñez. Guapeza Valenciana).
сателями для того, чтобы передать состояние «белого каления», бешенства. В книге М.А. Астуриаса «Сеньор Президент» между супругами происходит серьезная ссора. После
нее жена безм
инфаркта: «Un cuarto de hora después doña Venjamón roncaba
como si su aparato respiratorio luchase por no morir aplastado
bajo aquel tonel de carne, y él, con el hígado en los ojos mal-
decía de su matrimonio» (M.A. Asturias El señor Presidente,
p. 28). Пер.: «Через четверть часа донья Венхамон храпела
казывающие на отклонения в меньшую сторону, –
C соматизмом hígado в языковом сознании носителя
ер-
Висенте Бласко Ибаньес дает хвалебную характеристи-
Слово hígado в некоторых контекстах используется пи-
ятежно засыпает, а муж доведен чуть ли не до
63

так, как будто бы ее дыхательный аппарат боролся за то,
чтобы не погибнуть под грузом этой туши, а он в бешен-
стве (букв. с печенью в глазах) проклинал свой брак».
Как видно из последнего примера, соматизмы вступают
в семантическую игру друг с другом – печень с глазами,
сердце со ртом, а кишки с сердцем: hacer de tripas corazón –
букв. сделать из кишок сердце. Перевод этого оборота варьирует в зависимости от контекста: превозмогать себя, чтобы
осилить нечто невероятно трудное или отвратительное;
взять себя в руки; пересилить себя, не показать страха, отвращения, волнения; собраться с силами; завязать себя узлом; выдержать; переступить через себя, стиснуть зубы, делать что-либо скрепя сердце. Общая сема – sobreponerse para hacer algo que cuesta mucho esfuerzo o repugnancia. Курьезную интерпретацию этому фразеологизму дает Патиньо в
своем комментарии к рассказам Кеведо, замечая, что тем, у
кого не хватает сердца для сохранения спокойствия, нужно
сделать его из кишок, которые поднимаются в грудную
клетку, если задержать вздох. Если бы существовал приз
лингвистических симпатий для фразеологизмов с компонентом-соматизмом, то его можно было бы отдать этому
обороту. Популярна песня с таким названием на слова Luis
Eduardo Aute, завершающаяся предупреждением: «Corren
tiempos de / «vivir al paredón» / y habrá que hacer, mujer, /
y habrá que hacer, mujer, / de tripas, corazón». Есть и короткометражный мексиканский фильм 1996 г. «De tripas, corazón» режиссера Antonio Urrutia. В 2009 г. вышла в свет
кулинарная книга «De tripas corazón». Ее автор – Abraham
García. Название обыгрывает буквальные значения компо-
нентов фразеологизма и намекает читателю, что из т
можно приготовить прекрасные блюда. Требуха – кишки и
сердца – стала популярной из-за кризиса. Corazón можно
воспринять и как обращение. Тогда название будет звучать
как призыв оценить: вот что можно сделать из потрохов,
сердце мое! Еще одна из возможных интерпретаций загла-
ребухи
64

вия-фразеологизма – от потрохов до (вашего) сердца или:
то, что получится из потрохов, будет вам по сердцу.
Этот фразеологизм помогает описать состояние одного
из персонажей Бенито Переса Гальдоса, когда тот встречается со своим кредитором в кафе: «El infeliz deudor hacía de
tripas corazón y, poniéndole cara risueña, convidábale a tomar
algo» (B. Perez Galdos, p. 305). Наш герой умирает от стыда,
очень переживает, но старается не показать виду – вот что
на сей раз несет в себе идиома hacer de tripas corazón. Контекст заставит переводить этот оборот каждый раз поновому: «Несчастный должник делал хорошую мину при
плохой игре, улыбался и предлагал кредитору что-нибудь
выпить». Разнообразие возможных переводов, открытость
их множества свидетельствуют о семантическом богатстве
оборота hacer de tripas corazón. «No había más remedio que
alimentarse, haciendo de tripas corazón, porque la naturaleza
no espera: es forzoso vivir, aunque el alma se oponga, encariñada con su amiga la muerte» (B. Perez Galdos. La misericordia). Пер.: «Другого выхода не было, приходилось есть,
скрепя сердце, потому что природа не ждет: надо жить, даже если жизни противится душа – извечная подруга смерти». Здесь выделенный оборот можно перевести как делая
над собой усилие. В следующем примере актуализируется
сема скрывать свое истинное состояние: подчеркиваются
усилия Баллестера взять себя в руки на похоронах Фортунаты, чтобы справиться с постигшим его горем: «Ballester,
afectadísimo hacía de tripаs corazón у se retiró el ultimo»
(B. Perez Galdos, 2002, p. 479). Предложим вариант перево-
да: «Бальестер, убитый горем, держал себя в руках и ушел
последним».
В лексическое значение слова любого языка входит все
то, что возникает и закрепляется за ним в результате многократного воспроизведения. Оценочная метафора, отталкиваясь от соматических характеристик человека, становится
способом извлечения информации о внутреннем мире, о
65

проявлениях психоэмоционального склада личности. В испанском языке фразеологическая плотность, разветвленность, вариативность оборотов с такими словами, как riño-
nes, hígado выше, чем в русском.
Представляется вполне естественным, что в испанском
языке аксиологически релевантные, эмотивные фразеологизмы, которые в эмоциональной речи служат для подчеркивания отваги, храбрости, смелости, волевых качеств, боевой сноровки, задействуют лексику, описывающую чисто
мужскую анатомию. Например, усы и борода выступают
как атрибуты, вызывающие уважение de bigote/с усами –
важный, влиятельный, tener bigotes/иметь усы – иметь сильный характер; barba honrada/честная борода – почтенный
муж, уважаемый человек; con toda la barba/со всей боро-
дой – подлинный, настоящий, истый, заправский (о человеке); pelarse (tirarse de) la barba (las barbas) – разозлиться;
subirse a las barbas de otro – фамильярничать, вести себя
бесцеремонно с кем-либо; temblarle a uno la barba – трусить;
дрейфить (прост.); tener pocas barbas – быть желторотым
птенцом; ≈ молоко на губах не обсохло; a poca barba, poca
vergüenza (погов.) – молодо-зелено. Особняком в этом перечне стоит фразеологизм, относимый к женщине: tener buenas
barbas (una mujer)/иметь бороду (о женщине), что означает
‘быть миловидной’. В нем можно усмотреть отголоски ма-
чизма – ко
над женщиной, ведь женская симпатия здесь дана через мужские характеристики.
Чтобы охарактеризовать мужественного человека используют идиомы ser de (mucho) pelo en el pecho, tener un par
de huevos – быть мужественным (иметь волосы на груди,
иметь пару яиц); hacerle huevos a uno – давать жару. В словаре Э. Левинтовой приведен лишь один фразеологизм со словом cojones – tener cojones/иметь яйца на с. 166 с поме
грубо и следующим комментарием: «быть настоящим мужчиной, быть отважным». Автор словаря цитирует реплику из
нцепции безусловного превосходства мужчины
той
66

романа Мартинеса Морено «Стенка» (C. Martínez Moreno.
El Paredón): «Vamos, hombre, tenga cojones – ordenó el oficial
ya irritado, – Sepa morir, que para eso es militar». «Да будьте
же мужчиной! – крикнул офицер, теряя терпение. – Умейте
смотреть смерти в глаза, на то вы и солдат».
Испанские источники фиксируют гораздо более обширный перечень малопристойных идиом с этим словом.
Перечислим лишь некоторые из них: cuántos cojones tienes;
con dos cojones; tener algo hasta cojones; dársele en los cojones; echar (mil, más) cojones; dar cojones y por culo; colgarle
los cojones bien, un buen par de cojones; patada en cojones;
roncanle los cojones; los cojones del marqués; mandar cojones;
me (te, le) sale de mis (tus, sus) cojones; hacer lo que le ronquen
los cojones – делать то, что прохрапят его яйца (т. е. что
взбредет ему в голову); por cojones; que cojones!; que tiene
que ver cojones para comer trigo!; tener a alguien sin cojones;
tener cojones en su sitio; tienes los cojones; tocar los cojones;
una cría de los cojones; vaya cojones.
Среди приведенных фразеологизмов немало многозначных, насчитывающих два-три лексико-семантических
варианта. Многозначность тесно коррелирует с вариативностью и фразеологической синонимией: lo que le ronquen los
cojones, lo que le salga de los cojones, lo que le salga de los
huevos, lo que le salga de los riñones. Лексическая замена од-
ного из компонентов фразеологизма на другой, тождественный, весьма расширяет круг рассматриваемых единиц. «Mi
opinión es ésta: o suprimir la policía dejando que haga cada
quisque lo que le salga de los riñones, o aumentarla hasta que
tengamos tantos agentes como españoles existen» (B. Pérez
Galdós. La revolución de julio, 1904, p. 29).
Рассматриваемым оборотам присуща явная стилистическая сниженность. Тем не менее они уже почти вошли в
нормированный литературный язык. Язык ищет экспрессивности, а экспрессивность – продукт скоропортящийся.
Чем дальше уходит говорящий от нейтральной отметки
67

ноль в сторону грубости, развязности, вульгарности, тем
ощутимее прагматический (шокирующий) эффект речи.
В романе «La fiesta del Chivo» Марио Варгаса Льосы
похвала в адрес одного из героев – Амадито – подкрепляется словами: «No todos los oficiales son así. He visto a muchos
bravos que a la hora crítica, se despintan... Porque, aunque nadie
se lo crea, para matar se necesitan más huevos que para morir».
Л. Синянская предлагает довольно прямой перевод этого
фрагмента: «Не все офицеры такие. Я повидал немало
смельчаков, с которых в решающий момент слезал весь
лоск… Никто этому не верит, но для того, чтобы убить, яйца нужны покрепче, чем для того, чтобы умереть». Возможен смягченный вариант: «но для того, чтобы убить, нужно
быть покрепче, чем для того, чтобы умереть».
Вышеприведенные слова-соматизмы можно отнести к
специфическому в национально-культурном отношении пласту лексики. В них ощущается яркая этнокультурная маркированность. Помимо собственно денотативного значения,
«интенсионала» семантики, такие слова несут шлейф устойчивых ассоциаций, неизменно и однозначно возникающих в
сознании представителя данной культуры («импликационал»
значения). «Генитальная» лексика специфична: она отражает
особенности отношения к миру и восприятия действительности и себя в ней испанцами и л
го, она содержит максимум эмотивной, экспрессивной, а главное – оценочной информации при минимуме сигнала. Это
очень емкие, насыщенные слова. Они наделены огромным
эмоциональным, коммуникативным зарядом. Выражение
«словом можно убить» в полной мере можно отнести к соматической лексике и идиомам с компонентом-соматизмом.
М. Варгас Льоса вкладывает вышеозначенн
фразеологизмы в уста главы Доминиканской Республики
диктатора Трухильо: «Se necesitan cojones para escribir esta
carta... Has demostrado que los tienes, haciéndome la guerra casi tres años. Por eso, quería verte la cara» (M. Vargas Llosa. La
атиноамериканцами. Кроме то-
ые крепкие
68

fiesta del Chivo, p. 116). Пер.: «Надо иметь яйца, чтобы на-
писать такое письмо… Ты доказал, что они у тебя есть, почти три года воевал против меня. Вот я и хотел взглянуть тебе в лицо» (перевод Л. Синянской).
Интересно, что говорящий вводит или не вводит в свою
речь те или иные крепкие словечки в зависимости от своей
позиции в социуме. В нашем примере говорит диктатор,
имеющий неограниченную власть и позволяющий себе абсолютно все – как в поведении, так и в речи. Использование
инвективной лексики социально детерминировано в том
плане, что в норме она адресована от вышестоящего к нижестоящему. Нарочитая грубость, возможно, служит для
того, чтобы расположить к себе слушающего, «снизойти»
до уровня плебса. Во внутренней речи Трухильо также
применяет эту лексику, рассуждая о слабохарактерности
своих подданных: «Pero, le envenenó esta idea el recuerdo de
la flaquita que ese hijo de puta consiguió metérsela en la cama.
¿Lo hizo a sabiendas de la humillación que pasaría? No tenía
huevos para eso. Ella se lo habría contado y él, reído a carcajadas» (M. Vargas Llosa. La fiesta del Chivo).
Встречаясь в художественных текстах, слова-соматизмы выполняют, помимо стилистической, эмотивной, экспрессивной, социально-детерминируюшей функций, еще и
функцию этнодифференцирующую. Подчеркивая важность
хладнокровия для своей деятельности, полковник Аббес
Гарсия говорит об этом так: «Sin Juanito Caminante yo no
mantendría el equilibrio mental, lo más importante en mi trabajo. Para hacerlo bien, hay que tener serenidad, sangre fría, cojones helados. No mezclar nunca las emociones con el razonamiento» (M. Vargas Llosa. La fiesta del Chivo, p. 66). Пер.:
«Без Хуанито-Ходока (это виски Jonnie Walker. – М.К.) я бы
не мог сохранять ясную голову, а это в нашей работе – самое главное. Чтобы делать ее хорошо, надо уметь сохранять
спокойствие, холодную кровь и ледяные яйца. И никогда не
мешать эмоции с рассудком» (перевод Л. Синянской).
69

Прагматический характер носит и модально-оценочная
функция, выражающая отношение к адресату и к ситуации,
которую говорящий хочет использовать в своих целях, высказывая одобрение в подчеркнуто просторечной, вирильной форме. Почему Аббес Гарсия использует именно эти, а
не другие лексические средства? Видимо, он хочет встать
на одну и туже социальную планку с тем, к кому обращается, играет под солдата, чтобы у
ный, а доверительный контакт, перетянуть его на свою сторону.
Большое значение слову как источнику этнокультурной
информации придает Анна Вежбицка: «Некоторые слова
могут анализироваться как центральные точки, вокруг которых организованы целые области культуры. Тщательно
исследуя эти центральные точки, мы, возможно, бу
состоянии продемонстрировать общие организационные
принципы, придающие структуру и связность» некоторой
концептуальной сфере. Эти центральные слова, по А. Вежбицкой, могут иметь объяснительную силу, распространяющуюся на смежные концепты и понятийные области
(Вежбицкая, 1999, с. 264). Соматическая лексика испанского языка принадлежит к классу таких центральных или «этноцентричных» слов, принимая, в частности, самое активное участие в создании художественного портрета литературного персонажа: «Una arenga pronunciada con la voz de un
jefe que tiene los huevos en su sitio y sabe lo que hace,
explicándoles que, en las gravísimas circunstancias, la desaparición o muerte de Trujillo, ocurrida por razones que habría que
juzgar, abría a la República una oportunidad providencial para el
cambio» (M. Vargas Llosa. La fiesta del Chivo).
С точки зрения испанского исследователя Э. Бустоса,
заложенное в метафоре противоречие раскрывается в том
случае, когда она воспринимается и буквально, и фигурально. Он выдвигает постулат о том, что метафо
воречивая предикация (Bustos, 2000, с. 286). Э. Бустос отме-
становить с ним не формаль-
дем в
ра – это проти-
70
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
