Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Переносная семантика общеупотребительной лексики испанского языка в аспекте лингвокультурологии. Монография
.pdf
жду тем наследник твой, / Как ворон, к мертвечине падкий, /
Бледнел и трясся над тобой, / Знобим стяжанья лихорадкой».
Ворон часто «залетает» в песни Б. Окуджавы как знамение смерти: «Черный ворон сквозь белое облако глянет – /
Значит, скоро кровавая музыка грянет… / Двое живы (покуда их вексель продлен), / Третий (лишний, наверно) в раю
погребен, / И земля сл
с прадедовых самых времен – / Черный ворон, во всем виноватый» (Черный ворон сквозь белое облако глянет).
Здесь лексема ворон сохраняет прямое значение, но обнаруживает и символический смысл – ‘смерть’. Это явление
В.Г. Гак назвал «совмещенным видением двух картин» –
реальной и символической (Гак, 1977, с. 110). Одна из эт
«картин» соответствует буквальному значению, а другая –
переносному. При этом «мы одновременно представляем
себе оба понятия: исходное и новое» (Там же, с. 93).
Аллегория «ворон-смерть» уходит корнями в древние
предания, в которых ворон рассматривался как посланник
из мира мертвых.
В стихотворении Н. Клюева «Есть в Ленине керженский дух» ворон – это злая судьба: «Зловещ и пустынен погост, / Где царские бармы зарыты. / Их ворон-судьба стережет / В глухих преисподних могилах…»
«Черным вороном» или «воронком» называли в сталинские времена автомобили, увозившие «врагов народа» на
допросы и в тюрьмы. «Майор Дубына зажал мои пальцы
дверью. «Сознавайся, сволочь!» Сволочь молчала. Он от-
стил и пошел к столу, тогда эта сволочь схватила табу-
пу
ретку и… запустила ее ему вслед. Задребезжало стекло.
В комнату ворвались, и я исчез. Черный ворон мчал куда-то.
Бутырки. Вот они какие». (А. Арцыбушев. Милосердия двери).
Кроме цвета, опорной точкой для ассоциац
специфический голос ворона. Его крик напоминает о смерти: «Ты со мной и не со мною – / Рвешься в дальние края! /
овно пух под лопатой… / А над ними
их
ий служит
151
Оплетешь меня косою / И услышишь, замирая, / Мертвый
окрик воронья!» (А. Блок. Все б тебе желать веселья). Воро-
ний грай близок к звукам войны: «Крикнув бешеным воро-
ном, / Весь дрожа, замолчит пулемет» (Н. Заболоцкий.
В этой роще березовой).
У С. Есенина в поэме «Русь» крик ворона дает начало
драме: «Понакаркали черные вóрон
рокий простор. / Кружит вихорь леса во все стороны, / Машет саваном пена с озер. / Грянул гром, чашка неба расколота, / Тучи рваные кутают лес...» Зловещая аллегория
вóрона усиливается контекстным окружением, где изобилуют слова с тревожной, мрачной семантикой: «грозные беды», «вихорь», «саван», «гром», «рваные». Ворон задает
вектор разру
кружатся вихри и озерные волны, гремит гром, надвигаются
рваные тучи.
Вóронами А. Перес-Реверте называет население, сни-
мающее одежду и оружие с трупов во время войны между
Испанией и Голландией: «Se mató mucho... La cacería... duró
hasta el anochecer, y para entonces ya se habían sumado a ella
mis camaradas mochileros... Avanzaban tras los soldados,
rapiñando cuanto quedaba, bandada de cuervos que no dejaba
sino cadáveres desnudos a su paso» (A. Pérez-Reverte. El Sol de
Breda). «Убитых было много… Бойня… продлилась до су-
мерек, и к тому времени к ней присоединились мародеры…
Они шли за солдатами, хватая все, что ост
вóронов, оставлявшая лишь голые трупы на своем пути».
Сема смерти проступает и в зарисовке М. Эрнандеса
«La guerra», созданной во время гражданской войны в Испании: «La vejez de los pueblos. / El corazón sin dueño. / El
amor sin objeto. / La hierba, el polvo, el cuervo./ ¿Y la juventud? / En el ataud». «Старость сел./ Сердце без хозяина./ Лю-
бовь без любимой. / Трава, пыл
В гробу». В переводе Д. Самойлова вóроны концентрируют
в себе смысл и настроение произведения: «Война. / В селе
шительного движения: за ним, влекомые им,
ы / Грозным бедам ши-
авалось, стая
ь, ворон./ А молодость? /
152
нелюдимо, / В поле не орано, / Любовь без любимых, /
Пыль, травы и вороны./ А молодость где? / Погибла в беде!»
Ворон в этой строфе означает смерть, опустошение.
В стихотворении А. Ахматовой «Чем хуже этот век
предшествующих? Разве…» смерть зовет спутников-воронов: «Еще на западе земное солнце светит, / И кровли городов в его лучах бл
метит / И кличет воронов, и вороны летят».
Подмечена и чуткая реакция ворона на запах падали.
Рассказывая о конюшне своего героя Паскуаля Дуарте, испанский писатель К.Х. Села говорит о запахе, привлекающем воронов: «La cuadra era lo peor; era lóbrega y oscura, y en
sus paredes estaba empapado el mismo olor a bestia muerta que
desprendía el despeñadero cuando allá por el mes de mayo comenzaban los animales a criar la carroña que los cuervos
habíanse de comer» (C.J. Cela. Novelas cortas. La familia de
Pascual Duarte). Пер.: «Конюшня бы
темной; стены были пропитаны таким же запахом мертвечины, как пропасть, где в мае гнили звери, превращаемые в
корм для вóронов».
Негодуя против лицемерия и предательства духовенства,
диктатор Трухильо из романа М. Варгаса Льосы «Нечестивец,
или Праздник козла» называет католических лидеров вóрона-
ми: «¿No habían elogiado sus conceptos los ensotanados, los obispos, esos cuervos traidores, esos judas, que después de vivir de sus
bolsillos, ahora también, igual que los yanquis, se pusieron a hablar
de derechos humanos?» (M. Vargas Llosa. La fiesta del chivo).
Пер.: «Разве не восхваляли они его идеи, одетые в сутаны епископы, эти вóроны, эти иуды, которые, разжившись за его счет,
теперь туда же, как янки, заговорили о правах человека?»
В поэме «El coloquio de los centauros» Рубена Дарио
один из кентавров заявляет: «El cuervo es malo y la torcaz es
buena». Пер.: «Ворон плохой, а голубка хорошая». Его собеседник отвечает: «Ni es la torcaz benigna, ni el cuervo proter-
vo: son formas del Enigma la paloma y el cuervo». Пер.: «И го-
естят. / А здесь уж белая дома крестами
ла ужасной, мрачной и
153
лубка не добродушна, и ворон не вреден: они лишь формы
Загадки – голубь и ворон».
В испанском языке за вороном значится еще и репутация картавого, безответственного и бестолкового болтуна.
Это можно подтвердить выдержкой из газетной статьи:
«Graznar toma la palabra. ¡Y se suelta explicando un chiste de
catalanes! Los empresarios se reían como locos. Por lo demás,
su discurso no tuvo mayor novedad agorera: siempre que habla,
habla un cuervo» («Graznar» por Arcadi // El País. – 19.01.1995).
Пер.: «Граснар (читай: Аснар – премьер-министр Испании. – М.К.) берет слово. И рассказывает анекдот о каталонцах! Предприниматели смеются как сумасшедшие.
В остальном в его речи не было никакой вещей новизны:
его устами всегда говорит ворон». Здесь ворон означает безответственный, глупый болтун. Это ироничное значение в
испанском языке противостоит русскому представлению о
вóроне как о мудрой, хотя и мрачной птице. В отрывке,
приведенном выше, выбор орнитонима cuervo был продиктован фамилией главного героя – Aznar, замененной по созвучию на Graznar, ‘граять (о вороне)’. Резкий голос этой
птицы привлекает внимание носителей испанского языка не
менее активно, чем его цвет и повадки: «Las perforadoras
“Ferroux” comenzaron a funcionar de nuevo. Graznaban igual
que cuer-vos» (A. López Salinas. La mina). Пер.: «Перфорато-
ры «Феррукс» снова заработали. Они граяли, как вороны».
Итак, ворон – это орнитоним, аксиологически отягощенный религиозными и национально-культурными переосмыслениями. Это символ смерти, ее вестник и спутник,
предсказатель беды. Указанные значения относятся к категории узуальных и в русском, и в испанском языках. В испанском языке также обнаруживаются специфические значения, например опустошение; мародер; двурушничающий
католический священник и ‘несущий околесицу’ болтун.
Несомненно, ворон – мрачная птица. Но в самом понятии мрачности следует различать оттенки. Для русского че-
154
ловека мрачная перспектива – реальность, и поэтому ворон
мудр, для испанца – чушь, выдумка, нужная для запугивания, и поэтому ворон глуп.
Метафоры, построенные с помощью орнитонима ворон,
содержат реминисценции мифологического мироощущения,
глубоко укоренившегося в сознании человека.
3.3. Лексема paloma/голубь:
положительная коннотация и ее трансформация
Голубь не раз упоминается в Библии. Это птица священная, чистая. Ей присущи кротость, нежность, верность.
Христос призывает нас быть простыми как голуби (Мат.
10:16). В Иудее бедные могли принести в жертву вместо
агнца голубя (Лев 5:7). Разведение голубей было широко
распространено.
В русском варианте Песни песней Соломона (Песнь
песней 1:14) упоминаются голубиные глаза. На испанский
язык этот фрагмент переведен как «глаза твои – голуби»:
«Que Hermosa eres, amada mía..! Tus ojos son palomas» (цит.
по: M. Delibes. Cinco horas con Mario).
При крещении Христа Дух Божий сошел на него в виде
голубя, о чем сказано во всех четырех Евангелиях. Со временем голубь стал осознаваться как символ духовной чистоты и Святого Духа.
Эта птица – знак добрых новостей. Именно голубь известил Ноя о прекращении потопа. С оливковой веточк
клюве он предстал среди океана перед взором Колумба, и
тот понял, что земля близко. Кстати, фамилия Колумб в переводе с латыни и есть «голубь», а Коломбина – традиционный женский персонаж итальянской комедии масок – означает «голубка».
Голубка, как в русском, так и в испанском языке, выступает как носительница женского начала – нежности, по-
ой в
155
коя, любви, – в противовес началу мужскому – агрессивному и наступательному: «Describir el desarrollo de ese
amor sería materia de una labor larga e interesante; pero voy a
concretar en una comparación que te parecerá insólita, lo que
eran él у ella. Uno un vergel agreste de esta América у la otra
una paloma de la civilizacion un poco cansada con el vuelo a
través del mar... Eso eran él у ella; en el vergel faltaba cernir la
tierra у en la paloma de albas plumas había reminiscencias de
aleros milenarios; pero a pesar de ello la naturaleza se había
dado el capricho de fabricar a esos dos seres el uno para el otro
como las dos medias naranjas del cuento» (F. Coloane. Viven
porque están muertos). Пер.: «Описывать историю этой
любви – дело долгое и интересное; но я выражу ее в сравнении, которое покажется тебе невероятным. Он – запущенный, дикий сад этой Америки, а она – голубка цивилизации, немного уставшая от длительного перелета через
океан… Вот это и были он и она; в саду нужно было возделывать землю, а в голубке с белоснежными крыльями
жили воспоминания полетов тысячелетней давности; несмотря на все это, природе вздумалось создать эти два существа одно для другого, как одну половинку апельсина
для другой».
В семантике слова paloma/голубка можно выделить сему безволие, подчиняемость. Приведем в пример песню о
юноше, который собирался быть ястребом, а оказался го-
лубкой – от любви: «Amiga, hay que ver como es el amor / que
vuelve a quien lo toma / gavilán o paloma. / Pobre tonto, inge-
nuo charlatán / que fui paloma por querer ser gavilán (José José.
Gavilán O Paloma).
Paloma / голубка – это еще и особое – летящее – со-
стояние души: «Palomar del arrullo / fue la habitación. / Provo-
cabas palomas / con el corazón». (M. Hernández)1. Пер.: «Ску-
1
http://www.bloknot.info/miguel-hernandez-cancionero-y-romancero-de-
ausencias/print/.
156
чая о любимой, Мигель Эрнандес вспоминает, что при ней
комната превращалась в голубятню: птицы возникали из
сердца любимой».
Голубка символизирует мимолетность и хрупкость все-
го прекрасного. О том, как легко уничтожить беззащитную
красоту, говорится в стихотворении Федерико Гарсии Лорки: «¡Alto pinar! / Cuatro palomas por el aire van. / Cuatro pa-
lomas / vuelan y tornan. / Llevan heridas / sus cuatro sombras. /
¡Bajo pinar! / Cuatro palomas en la tierra están» (F. García Lorca. «Cazador»). «Лес высок! / Четыре голубки летят на вос-
ток. / Четыре голубки / летели, вернулись. / Четыре их тени / упали, метнулись. / Лес высок? / Четыре голубки легли
на песок» (перевод И. Тыняновой).
Как аллегория души предстает голубка в песне на стихи
Рафаэля Альберти «Se equivocó la paloma», известной в исполнении Хоана Мануэля Серрата (J.M. Serrat): «Se equivocó
la paloma, // se equivocaba... // Por ir al Norte fue al Sur, //
Creyó que el trigo era agua». «Заблудилась голубка. Она за-
блуждалась. / На север летя, на югах оказалась. / Пшеничное поле ей морем казалось».
Положительная оценка, сопровождающая голубя, прочно закрепилась в сознании большинства жителей планеты,
но в последнее время она начинает стираться, изнашиваться.
Например, в Кордове, силуэт голубя выступает в качестве логотипа местного банка. Горожане привыкли к повсеместным изображениям этой птицы и почти перестали замечать их: «La palom
la caja cordobesa, cubre la ciudad. Está estampada en las puertas
de los taxis, en los burladeros de la plaza de toros, en las calles
más concurridas, en las exposiciones más importantes, en las
camisetas de los jugadores del equipo de fútbol...» (Manuel
Рlanelles. La Iglesia se resigna y pierde 'su' caja // El País. –
25.10.2009). Пер.: «Голубь, символ Святого духа и логотип
сберегательной кассы, заполонил город. Голубь на дверцах
a, símbolo del espíritu santo y logotipo de
157
такси, на ограждениях арены для боя быков, голубь на людных улицах, на самых важных выставках, на майках игроков местной футбольной команды».
Голуби, которых сегодня видят жители крупных городов (в основном на помойках и вершинах памятников), воспринимаются уже не как символ святости, а как разносчики
грязи и инфекций. Так, в 2008 г. в мэрии Нью-Йорка проходили дебат
ы о наказании людей, которые кормят голубей на
улицах и в парках Манхэттена. «Дескать, голубей много,
пользы от них мало, только успевай выделять из бюджета
деньги на очистку города от помета». Любителям пернатых
даже грозили штрафом в 1000 долл.
1
В Испании голубей
называют ratas con alas – «крысы с крыльями». В испанском языке существует даже специальное слово, обозначающее голубиный помет, – palomina (DRAE, 21 ed., II,
р. 1511). Городские власти Мадрида и Барселоны тоже принимают меры против размножения этих птиц. Борьбу с голубями оправдывают рабочие в рассказе Э. Галеано из
«Книги объятий. ХХI век»: «...las jodidas palomas son las ruina de esta ciudad...» («эти чертовы голуби – погибель для го-
рода»). Их пытается переубедить пожилая женщина – героиня рассказа: «Mi hijo murió y se convirtió en una paloma»
«Мой сын умер и превратился в голубя» (E. Galeano. El libro
de los abrazos. Siglo XXI. Cit. por: F.J. Uriz. América Latina
cuenta). Этот пример свидетельствует о том, что влияние
аксиологической христианской традиции на семантику противостоит реальной экстралингвистической данности; и вера в то, что в голубе воплощена ду
ша, в испаноязычных
странах пока побеждает.
О том, что голубь – это чья-то душа, говорится и в известнейшей песне Т. Мендеса (Tomás Méndez) «Cucur-
rucucu, paloma». Ее название носит характер звукоподражания – так воспринимают носители испанского языка звуки,
1
Booknik Reader, зима 2009–2010. – С. 14.
158
издаваемые данной птицей1: «Que una paloma triste muy de
mañana le va a cantar / a la casita sola con sus puertitas de par
en par; / juran que esa paloma no es otra cosa más que su alma, /
que todavía la espera a que regrese la desdichada. / Cucurrucucú, paloma2, / cucurrucucú, no llores. / Las piedras jamás, palo-
ma / qué van a saber de amores».
В песне «La paloma», написанной С. Ирадьером (Sebastián Iradier / Yradier), – по данным Википедии, одной из са-
мых популярных в мире, – лирический герой просит девушку нежно отнестись к голубю, который прилетит к ее окну, – ведь это и будет он сам: «Si a tu ventana llega una palo-
ma, / Trátala con cariño que es mi persona».
В романе М. Отеро Сильвы «Когда хочется плакать, не
плачу» с голубкой сравнивается чувство покоя (спокойствия),
которого так не хватает матери Викторино: «– ¡Victorino!
¿Dónde está Victorino? – Y cuado lo descubre a su lado,
impávido y displicente, la paz retorna al espíritu de Mami como
una paloma pródiga» (M. Otero Silva. Cuando quiero llorar, no
lloro, p. 68). Пер.: «– Викторино! Где Викторино? И когда
она обнаруживает его рядом, невозмутимого и угрюмого,
покой вольной голубкой вновь нисходит на душу мамы».
Погруженность в магическую среду мифов и верований
часто не осознается носителем языка, но именно из-за этой
погруженности кубинский поэт Николас Гильен в стихотворении «Paloma del palomar» («Голубь из голубятни») обращается к голубю с просьбой:
1
Название это, кстати, в свое время иронически обыгрывалось как
«расшифровка» аббревиатуры СССР.
2
Заметим, что именно в силу несовпадения презумпций и звуко-
подражаний на английский язык голубь/голубка переведен словом воробей: Cucucrrucucu, sparrow, / cucucrrucucu, don´t cry / stones will never,
sparrow, / know anything about love. Сложности ожидают и тех, кто будет подыскивать английский эквивалент испанскому и русскому голубю.
Противоречивость семантики данной лексемы побудила систему английского языка выделить для обозначения этой птицы две лексические
единицы: dov
e и pigeon.
159
Paloma del palomar, Голубь из голубятни,
cuando tú pases por México Пролетая над Мехико,
no dejes de preguntar Не забудь спросить,
quien me cerró Кто запер мне
la puerta a que llamo yo. Дверь, в которую
стучусь я.
Н. Гильен сравнивает с голубкой свою родину в стихо-
творении «Deportes»: «Cuba vuela en la tarde como una paloma
triste». Пер.: «Куба летит на закате как грустная голубка».
С легкой руки испанского художника Пабло Пикассо голубь стал символизировать мир: «Качаясь на волнах эфира, /
Минуя горы и моря, / Лети, лети голубкой мира, / О песня
звонкая моя!» (А. Ахматова. Песня мира). В русском языковом обиходе узуальнее голубь мира, а не голубка: «Мне буревестник Горького дороже, / чем голубь мира неизвестно с
кем». – «Мир неизвестно с кем и мне противен. Уверен я –
Пикассо так не думал…» (Е. Евтушенко. Голубь в Сантьяго).
Символизируя самые теплые отношения между людьми – мир, дружбу, любовь, – голуби становятся «участниками» праздников, свадеб, фестивалей. Их торжественно
выпускают в небо: «На ежегодном празднике «Юманите» в
Венском лесу в воздух поднялись сотни белых голубей. Трудящиеся скандировали: Фашизм не пройдет! Мир по
бедит
войну!» (В. Аксенов. Московская сага, кн. 3).
Любовная лирика активно использует метафорический
и коннотативный потенциал лексемы paloma/голубь. С
голýбками сравниваются поцелуи: «Sentir que tus besos ani-
daron en mí / igual que palomas mensajeras de luz»1. «Чувствовать, что твои поцелуи свили во мне гнездо, словно
голýбки, несущие свет».
В популярной испанской песне «Malena» Карлос Гардель поет: «Tus manos, dos palomas que sienten frío, / Tus ve-
1
http://www.elyrics.ru/lyrics/8186-Amor.html.
160
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]