Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Переносная семантика общеупотребительной лексики испанского языка в аспекте лингвокультурологии. Монография
.pdf
ние: «Alberto, sin comprender palabra, entendía que allí había
dos gallitos peleadores, y les contemplaba con cierta chanza
admirativa» (T. Luca de Tena. Paisaje con muñeca rota). Пер.:
«Альберто, не разбирая ни слова, понимал, что это были два
бойцовых петушка, и смотрел на них с восхищением» (Лука дэ Тэна. Пейзаж со сломанной куклой).
О чрезмерной драчливости петуха свидетельствует
фразеологизм haber comido gallo (букв.: съесть петуха) –
белены объесться, нарываться на ссору, лезть на рожон.
Петух провозглашает утро: «Fue una alegría en el amane-
cer / Más virginal de todas las verdades. / Se inflamaban los gallos, y callaron / Atravesados por su misma sangre». (M. Her-
nández. Сancionero y romancero de ausencias, р. 44). Пер.:
«Радость рассвета была / Девственней всех истин. / Воспа-
лялись петухи и умолкали, / Сраженные собственной кровью».
«Era ya la madrugada y los gallos cantores lanzaban a los
aires su pregón» (C.J. Cela. La muerte de Pascual Duarte). Пер.:
«Был уже рассвет, и певчие петухи возносили к небу свои
восхваления».
В «Poema del cante jondo» Ф. Гарсиа Лорки gallo сопровождает образ луны, дарующей надежду, приобретая значение ‘устремленность в будущее, добрые вести’, восходящее
к мифам и рассматриваемое в испанистике как традиционное: «Luna, luna, luna, luna, / Un gallo canta en la luna. / Señor
alcalde, sus niñas, / Están mirando a la luna».
В романе М. Делибеса «Пять часов с Марио» Кармен,
вдова Марио, порицает его за непокладистость, сравнивая с
петушком: «Por testarudez lo echaste todo a rodar... Pero, ¿por
qué ponerte gallito? ¿No era un favor, en definitiva, lo que Fito
quería hacerte? Pero tú, no señor, «conmigo no se juega»
(M. Delibes. Cinco horas con Mario). Пер.: «Из-за своей на-
стырности ты все пустил под откос… Ну зачем петушиться? Разве не добра желал тебе Фито? А ты – нет, я в такие
игры не играю!»
181
В испанской художественной литературе представителей мужского пола запросто называют gallo/петух: «Y las que
más protestaban contra aquel hecho inaudito eran las chicas de las
familias acomodadas, que, siguiendo las egoístas tradiciones, no
hubieran tenido inconveniente en entregar su morena mano a
aquel gallo viejo, que se apretaba la exuberante panza con la faja
de seda negra y mostraba sus ojillos pardos y duros bajo el sombrajo de una cejas salientes y enormes...» (V. Blasco Ibañez. La
Cencerrada, р. 3). Пер.: «Больше всего возмущались этим не-
слыханным поступком девушки из приличных семей, которые, следуя эгоистическим традициям, не задумываясь отдали бы свою смуглую руку этому старому петуху, подбиравшему свой огромный живот широким черным поясом из
шелка и стрелявшему бурыми жесткими глазенками из-под
щетки огромных торчащих бровей…»
Петух играет огромную роль в Латинской Америке.
Это отразилось в южноамериканском романе. Так, главный
герой романа Г. Гарсиа Маркеса «Полковнику никто не пишет» неустанно заботится о своем боевом петухе и даже зависит от его самочувствия: «De noche, desvelado en la hama-
ca, sufrió muchas horas por la suerte del gallo. Pero el miércoles
lo pesaron y estaba en forma. Esa misma tarde, cuando los
compañeros de Agustín abandonaron la casa haciendo cuentas
alegres sobre la victoria del gallo, también el coronel se sintió
en forma». Пер.: «Ночью, лежа без сна в гамаке, он мучился,
думая о судьбе петуха. В среду петуха взвесили: он был в
форме. В тот же день, когда товарищи Августина, прощаясь
с полковником, весело пророчили петуху победу, полковник почувствовал, что сам он тоже в форме».
з петуха нужен автору, чтобы раскрыть характер
Обра
главного героя, который в отношениях с окружающими ведет себя как бойцовый петух, ведомый духом агрессии.
«Quince años de espera habían agudizado su intuición. El gallo
había agudizado su ansiedad». «Пятнадцать лет ожидания обо-
стрили интуицию. Петух обострил нетерпение» (Там же).
182
Аллегория мужчина-петух проступает в романе абсолютно отчетливо: «– Esta tarde tuve que sacar a los niños con
un palo – dijo. – Trajeron una gallina vieja para enrazarla con el
gallo. – No es la primera vez – dijo el coronel. – Es lo mismo
que hacían en los pueblos con el coronel Aureliano Buendía. Le
llevaban muchachitas para enrazar». Пер.: «– Сегодня мне при-
шлось прогнать детей палкой, – сказала она. – Принесли
старую курицу, чтобы петух потоптал ее. – Обычное дело, –
сказал полковник. – В деревнях полковнику Аурелиано Буэндиа тоже приводили девушек».
Петух ценен и в чисто финансовом отношении: «– Es un
gallo contante y sonante. …Nos dará para comer tres años». Пер.:
«– Петух что надо. …Обеспечит нас едой на три года».
Слово gallo (петух) встречается в романе 106 раз!
Классический для испаноязычной культуры мотив петуха, связанный с очень важной для нее традицией петушиных боев, в романе Маркеса становится ключевым художественным и философским символом.
Не только в Латинской Америке, но и в Испании часто
используется в речи словосочетание gallo de pelea/боевой петух. Коннотации этого оборота весьма положительны, и с его
помощью в прессе дается хвалебная характеристика политическим деятелям: «…la mayor ovación se la llevó el ministro del
Interior francés, Nicolás Sarkozy, gallo de pelea como Aznar,
pero un punto más simpático» (La Vanguardia, 06.03.2006).
Пер.: «Самые бурные овации достались министру внутренних дел Франции Николасу Саркози, боевому петуху – такому же, как Азнар, но еще более о
У Марио Варгаса Льосы петух выступает в значении
«слишком большое напряжение, нечто, требующее больших
усилий»: «– Qué poco alegre está el señor malcriadito – dijo
Queta. – Vámonos a la cama de una vez – chilló Malvina, riéndose. Aquí nos va a dar una pulmonía, amorcito. – No me atrevo
con las dos, son mucho gallo para mí – murmuró él, apartándolas suavemente del sillón. Y ordenó: – Primero hay que ale-
баятельному».
183
grarse un poco. Báilense algo». А. Богдановский предлагает
такой перевод этого отрывка: «Невеселый вы у нас что-то,
господин невежа, – сказала Кета. – А не пойти ли нам в кроватку, – со смехом заверещала Мальвина, – а то ты нас простудишь. – С обеими сразу я не решаюсь, духа не хватает
(букв.: вы – это слишком большой петух для меня. – М.К.), –
пробормотал он, мягко спихивая их с колен. И приказал: –
Сначала надо поднять настроение. Потанцуйте-ка» (Разговор в «Соборе»).
Лексема петух – gallo входит в группу слов испанского
языка, употребляющихся в фамильярно-бытовом регистре
общения в фатической функции: «– ¿Qué quieres, gallo?»
(J.L. Vilallonga. Fiesta). Пер.: «Чего тебе, петух?» – формула
абсолютно немыслимая в диалоге носителей русского языка, если только не преследуется цель нанести оскорбление.
К детям также часто обращаются gallitos (петушки) – ‘драчунишки’. В русском речевом обиходе такие именования
воспринимаются как обидные из-за сильного влияния на
современный «языковой вкус эпохи» (Костомаров, 1999)
тюремного жаргона, где за этим орнитонимом закрепилось
значение ‘гомосексуалист’.
В испанском языке петух символизирует борца, революционера, бесстрашного мачо. Но по сведениям фразеологического словаря он обладает плохой памятью: tener
memoria de gallo – ‘иметь память петуха’ (ср. рус. куриные
мозги, память девичья).
Контекстуальные семы орнитонима петух/gallo характеризуются полярностью в русском и испанском языках. В русском языке за ним закреплена отрицательная оце
сукинов сын, до Рокамболя, как петуху до орла» (М. Горький.
Жизнь Клима Самгина, ч. II). Здесь петух и орел противопоставлены на том основании, что петух не может взлететь выше
забора, а высота орлиного полета недосягаема.
Влияет на семантику и такой экстралингвистический
фактор, как повсеместное увлечение восточным гороско-
нка: «Тебе,
184
пом, связывающим годы с животными, среди которых петух –
единственный представитель пернатых. «Экономически собака очень похожа на петуха» («Общая газета». – 17.01.2006).
Имеется в виду отсутствие кризисов в эти годы. Не зная внеязыковой данности, невозможно уловить смысл этого высказывания. Петухами называют и людей, рожденных в год
петуха.
Что касается курицы, то, по данным Википедии, это самая распространенная домашняя птица в мире. Это символ
кропотливого труда. Образ «клюющей по зернышку курицы» подразумевает тщательную, результативную работу.
Однако этот образ, логически вытекающий из поведения
птицы, не закрепился ни в испанском, ни в русском вербальном сознании. В восприятии носителей русского языка
она выступает носительницей глупости. В испанском языке
курица символизирует трусость, малодушие, а петух, наоборот, смелость. Эти переносные значения интересно
обыгрываются Марио Варгасом Льосой: «…Y ahí habían co-
menzado un millón de mujeres a rugir y patalear. Ambrosio y
Ludovico estaban juntos, uno se resbalaba y el otro lo sostenía,
uno se caía y el otro lo levantaba. Las gallinas resultaron gallos,
había dicho Ludovico, el cojudo de Hipólito tuvo razón. Porque
se defendían, don. Las tumbaban y ahí se quedaban, como muertas, pero desde el suelo se prendían de los pies y los traían abajo» (M. Vargas Llosa. Conversación en la «Catedral»). Бук-
вальный перевод звучит примерно так: «И вот миллион баб
начали рычать и драться ногами. Амбросио и Людовико
держались вместе, один спотыкался, др
вал, один падал, другой его поднимал. “Куры оказались пе-
тухами, – сказал Людовико, – хромой Иполито был прав.
Как они защищались, господи! Их сваливали, они так и валялись, как мертвые, но снизу хватали их за ноги и валили
на землю”». В переводе А. Богдановского куры (женщины)
и петухи (мужчины) заменены соответственно на коров и
быков: «…Вся эта орава баб зарычала, завизжала, полезла
угой его поддержи-
185
на них с кулаками. Амбросио и Людовико держались рядом,
оберегали один другого, если один спотыкался, другой его
поддерживал, если один падал, другой его поднимал. “Иполито прав был, – сказал Людовико, – эти коровенки оказа-
лись почище бешеных быков. Да, дон, они защищались отчаянно. Собьешь такую с ног, она и ляжет, встать не может, но
зато с земли хватает за ноги, тянет, валит”» (М. Варгас Льоса. Разговор в «Соборе», перевод А. Богдановского, с. 247).
Процитируем шутливое стихотворение Г.А. Беккера
«Отважный бульон» («El caldo valiente»). Бульон получил
такой эпитет вот почему. Ему надлежало быть куриным, но
курицу, трусливую и малодушную с точки зрения испанца,
в бульон не положили (пожадничали, украли). Значит, в нем
нет трусости, носителем которой является эта птица. Отсутствие трусости = ’курицы’ – автоматически означает нали-
чие отваги: «Preso en León el inmortal Quevedo, / De aguda
enfermedad convalecía, / Y el tunante prior le suministraba /
Caldo de trasparencia cristalina. / – ¡Valiente caldo! – dijo Francisco. / ¡Valiente caldo! ¡Bravo! – repetía. / ¿Por qué es valiente? – repuso el fraile. / Porque no tiene nada de gallina». Пер.:
«Оказавшись в Леоне, бессмертный Кеведо / Выздоравли-
вал после тяжелой болезни, / И вот приор плутоватый принес ему / Бульон кристально прозрачный. / Отважный бульон! (Ну и бульон!) – сказал Франсиско. / Отважный бульон!
Браво! – повторял он. / Почему же он отважный? – спросил
монах. / – В нем совсем нет курицы (курятины)!»
Широко распространен фразеологизм «Быть хуже кур»
(«Ser peor que las gallinas»). В Интернет-форуме футболь-
ных болельщиков говорится: «Son peores que las gallinas – se
conforman con un empate». Пер.: «Они хуже кур: согласны на
ничью». Существительное женского рода – gallina – относится к лицам мужского пола, что усиливает экспрессивность оценки, унижая вдвойне. Грамматический конфликт
оживляет текст. В целом сфера применения орнитонимов
женского рода к представителям мужского пола расширяет-
186
ся для придания речи большей эмоциональности и экспрессивности.
Еще одно значение, возможно, вытекающее из проиллюстрированного выше, – приземленность, косность, отсутствие духовности и высоких идеалов. В статье об изъянах образовательной системы читаем: «¿Cuántas “águilas”
ha formado como “gallinas” el sistema educativo, encerrándo-
las en el “corral de la mediocridad”»? (L.E. Rangel // A plena
voz. 22.02.2004). Пер.: «Скольких орлов сформировала как
кур воспитательная система, запирая их в курятник по-
средственности?»
Итак, в испанском языке за лексемой курица закрепилась негативная оценка. В восприятии испанца gallina – это
еще и символ женщины, неразборчивой в половых связях и
чрезмерно к ним стремящейся: follar más que las gallinas
(ходить по рукам больше, чем куры); Ser como las gallinas de
Cafernau que aprendieron a nadar para follar con los patos
(Быть как куры из Капернаума, которые научились плавать, чтобы сношаться с селезнями).
Итак, переносную семантику орнитонима gallo/петух
можно охарактеризовать так: в испанском языке – это
‘мужчина вообще, самец, мачо’ и ‘боец’, агрессивность которого оценивается положительно; в русском языке оценка
отрицательная – ‘задира, лезущий на рожон глупец’. В обеих лингвокультурах петух, благодаря своей привычке петь
еще до рассвета, – ‘провозвестник утра и отсюда, ассоциативно, – ‘устремленность в будущее’.
Общая сема орнитонима gallina/курица в русском и испанском языках – ‘посредственность’, ‘недалекость’. Различия сводятся к тому, что в русском языке курица обозначает
‘глупость’, в испанском – ‘трусость’. Оценочные коннотации
связаны со снисходительно-отрицательным отношением к
курице как к неполноценной птице и диаметрально противо-
положным отношением к петуху – одобрительным и хвалебным.
187
Таким образом, резюмируя вышесказанное, можно сделать следующие выводы:
1. Удивительной символикой и метафорикой наделены
часто самые обычные слова, имеющие абсолютные эквиваленты в большинстве языков мира. Принадлежа к семье таких слов, наименования птиц, взятые во всей совокупности
их метафорических значений, ярко подчеркивают своеобразие национальной языковой картины мира и обладают огромной гаммой нюансов и тончайших оттенков.
2. Общим, универсальным когнитивным признаком является и наличие у орнитонимов значительного потенциала
в образовании метафор и символов. В том, как функционирует семантика орнитонимов в речи и художественном тексте, отражается мироощущение народа – носителя языка.
Интенсивно функционируя в языке, высокочастотные орнитонимы развивают новые метафорические и символические
значения, список которых постоянно пополняется.
3. Носители испанского и русского языков выделяют и
фиксируют на уровне периферийных сем не одни и те же
признаки одного и того же слова-символа. Отбор признаков,
лежащих в основе семантического переосмысления, имеет
ассоциативную природу и оказывается специфичным в национально-культурном отношении. Расхождения объясняются тем, что в каждом языке в основе метафоризации лежит своя внутренняя форма и разные семантические признаки одного и того же орнитонима; одни и те же признаки
могут по-разному восприниматься и трактоваться. Испанское миропонимание окрашивает переносную сферу значения в более позитивные тона, чем ру
4. Высокочастотные орнитонимы обладают предельно
обобщенной семантикой. Некоторые из них (paloma/голубь,
águila/орел, pavo/индюк) можно квалифицировать как языковые
метафоры. Их образная составляющая сформировалась в лоне
мифологических представлений и фольклора, но не утратила
своей актуальности для современного языкового сознания.
сское.
188
5. Различные контексты, в которых фигурирует рас-
сматриваемая нами лексика с осложненной семантикой, позволяют выявить как узуальные, так и окказиональные, авторские значения, важные в лингвокультурологическом отношении, но не фиксируемые лексикографическими изданиями.
6. Исследование функционирования орнитонимов в художественном тексте показывает, что одна и та же оценочность в русском и испанском языках коррелирует с разными
переносными семами. Так, отрицательная оценка орнитонима гусь/ganso в русском языке связана со значением ‘хитрый’, а в испанском – ‘ленивый’; кукушка/cuco в русском
языке означает плохую мать, а в испанском – плохого отца;
курица/gallina в русском языке порицается за глупость, а в
испанском за трусость.
7. Наибольшее число контекстуальных значений дает
лексема птица. Абстрактные значения в двух языках практически полностью совпадают, тогда как конкретные обнаруживают различия.
8. Разграничение оценочной семантики носит достаточно условный, подвижный характер. Существенное влияние оказывают на оценочность гендерные признаки. Так,
если лексема gorrión/воробей подразумевает лицо мужского
пола, то для оценочности этого слова в испанском языке
дет характерна деспективность. Если же этот орнитоним
бу
в переносном значении применен к девушке, то оценка
трансформируется в положительную. С другой стороны,
сам орнитоним, особенно в испанском языке, нередко представлен двумя лексемами (голубка/paloma и голубь/palomo).
Вероятность позитивной оценки выше у орнитонимов женского рода, нежели мужского.
9. Выявлен
культурной осознанности семантики орнитонимов. Наиболее ярким из них представляется петух, осознаваемый как
настоящий мачо, символ самцовства и боевого духа в ис-
ные нами различия касаются национально-
189
панском языке и с иронией воспринимаемый в русском, наделенный узуальными значениями ‘задира’, ‘забияка’, ‘сексуально озабоченный’ и испытывающий влияние жаргонного ’гомосексуалист’. Такие слова, как голубь, журавль, орел,
в высокой степени нагруженные символической семантикой, можно было бы отнести к категории лингвокультурем в
трактовке этого термина В.В. Воробьевым (Воробьев, 1997,
с. 45–49). Высокочастотные орнитонимы обн
радигматические связи: синонимию, антонимию, конверсию, контаминацию ассоциативных полей, переливы и перемещения коннотативных нюансов, полисемию и энантиосемию. В художественных и публицистических текстах орнитонимы проявляют себя как весьма активный в семантическом отношении пласт лексики.
аруживают па-
190
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]