От смерти к жизни. Как преодолеть страх смерти сборник

в наших руках, наша ответственность. А тело наше можно передать в руки врачей».

Меня радует тот факт, что и в Австрии, и в Гре­ции, и в Англии, и здесь, в России, большой инте­рес к теме смерти. Люди хотят обсуждать, что де­лать, как готовиться, чего ожидать? Значит, люди стали задумываться, что жизнь — не только про материю, что жизнь может стать намного глубже и радостнее, если дать в ней место смерти.

Только если мы даем смерти место в нашей лич­ной жизни, мы можем жить безбоязненно, не боять­ся риска. Многие психологи, философы считают, что страх смерти стоит за очень многими невроза­ми. Этот страх просто переносится на что-то дру­гое. И это так видно в работе с умирающими и их родственниками.

Думаю, что если сейчас разные группы в обще­ствах разных стран будут обращаться к этой теме лицом к лицу, тогда многое может измениться в людях.

Я не могу представить себе, чтобы это происхо­дило на Западе. Если ты не можешь даже по отно­шению к умирающим детям быть милосердным, —

это, по-моему, конец всего. Страх закрывает все. Человек замыкается и готов оправдать собственную грубость или жестокость, и так далее.

И так становится страшно, когда видишь в обыч­ных больницах: человек — это не человек, это про­сто кусок мяса или номер. Очень важно признать в нем личность и относиться к нему именно с трепе-

том и уважением, так как он лучше понимает, чем я: он уже стоит на грани смерти. И мы можем нау­читься чему-то именно от него.

Можно, например, спросить: «Вы знаете, я ниче­го не понимаю. Если хотите, поделитесь со мной, что это значит — стоять перед болью, перед страда­нием. Вы так мужественно все переживаете, если хотите, поделитесь со мной, для того чтобы я глуб­же вас понимала. И ваш опыт, может быть, другим будет в помощь».

я больше не хочу покончить с собой». Я спрашиваю: «Что случилось?» В ответ слышу: «Бог мне показал, что у меня есть задача: я буду путеводителем для всех тех, кто после меня придет в Вечность». Этого было достаточно, чтобы выдержать все и умереть своей смертью.

Мы были вместе, когда мальчик испустил по­следний вздох. И мама еле слышно сказала: «Спа­сибо Тебе, Господи!»

— Боюсь ли я смерти? Трудно сказать. Но я ду­маю, что смерть имеет место в моей жизни. У меня много людей близких уже умерли. Они живы для меня, и не потому, что я мистик. Я не мистик. Про­сто ощущаю, что они рядом: нет зияющей пустоты. С годами ты понимаешь, что жизнь после смерти есть, и любовь ко Христу углубляется. Поэтому туда, к Нему, в каком-то смысле даже хочется. Точ­нее именно не туда, но к Нему. Это то, что я могу сейчас сказать. Не знаю, что будет, когда я буду стоять перед смертью. Трудно, потому что будут боли, может быть, будет нападение темных сил. Но я верю, что помощь всегда есть. По крайней мере, здесь, в жизни, я ощущаю очень большую помощь от святых, от Божией Матери.

А бывает человек настолько вырастает! У нас ле­жала женщина-педиатр. Она мне говорит: «Я хочу

Она так блаженно улыбнулась, закрыла глаза, сложила руки и ждала своей смерти. И умерла, на­ходясь уже на такой внутренней высоте! Хотя были боли, физически ей было тяжело.

Например, научиться быть благодарным. Чело­веку, привыкшему к деланию, трудно научиться «быть» и не делать, часто поэтому он чувствует себя обузой. А это состояние отчаяния, что недопусти­мо. Можно и нужно с ним говорить об этом. И по словам владыки Антония, именно своей беспомощ­ностью он дает своим близким, ухаживающим за ним, редкую возможность научиться жертвенной любви.

То есть одной фразы для этого человека доста­точно, чтобы не бояться, ждать своей смерти. Он не хочет умереть, у него есть жена, и они хотят жить. Но он не ропщет, он лежит как блаженный. Это большой урок для всех. Даже неверующие люди тянутся к нему, хотят быть рядом. Это высо­кий пример.