Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:От смерти к жизни. Как преодолеть страх смерти сборник
.pdf
А. Данилова. Ампутация. Год первый
111
«Милосердный Господь не расторг наш союз в
те дни, когда это было для нас очень болезненно,
подорвало бы наши силы. Нет, наша разлука происходила медленно, из года в год. И в этом я вижу
великую мудрость Создателя. Не вырывает Он из
сердца, отданного Ему, а постепенно, наполняя
сердце духовными переживаниями, как бы вытесняет ими плотские чувства», — писала матушка Наталия Николаевна Соколова в своей удивительной
книге «Под кровом Всевышнего».
И буквально не успела книга выйти в свет, как
неожиданно в автокатастрофе погибает всеми любимый отец Феодор Соколов, а полгода спустя от
сердечного приступа умирает и средний сын — владыка Сергий Соколов… Горько, неожиданно, резко… И пример Соколовых для многих и многих стал
примером жизни, веры, любви…
Первые недели
Понемногу приходит осознание. Начинаешь плакать — все-все-все время. В первые месяцы опасно
задавать вопрос «Как дела?». Хочешь на него ответить, начинаешь вспоминать, как у тебя дела, и можешь только разреветься. Несколько раз я, собрав
себя по кусочкам, приходила на какие-то рабочие
встречи, вид у меня был даже достаточно позитивный, но этот первый вопрос полностью выводил
меня из строя. И всем — и мне, и спрашивающему — было очень неловко.
Епископ Пантелеимон (Шатов), тоже рано похоронивший жену, сказал мне, что в первые месяцы
после потери жизнь — черно-белая. Да, это самое точное описание. Жизнь, еще вчера яркая, радостная,
112
ОТ СМЕРТИ К ЖИЗНИ
счастливая, вдруг становится черно-белой. Тебе непонятно, почему продолжаешь жить ты сама, почему
вы вместе не разбились в автокатастрофе. Зачем ты
так молилась перед поездками и перелетами… И почему все остальные живут и здравствуют, почему ты
сама живешь, а самого лучшего человека нет рядом.
Еще владыка сказал мне, что смерть супруга —
это как ампутация. Вот живешь ты себе, живешь и
не думаешь про свою ногу — она у тебя есть и есть.
Иногда она болит, иногда натирает, иногда устает.
А потом рраз — ампутировали! И тут ты осознаешь,
как нога была важна. Нога… а тут ампутировали половину души.
Или руку отрезали и говорят: играй дальше пьесу в четыре руки…
Игра в четыре руки
Игра в четыре руки — это то, как строится быт
двух очень родных людей. Когда он без слов знает,
где и как подержать слинг, которым ты приматываешь ребенка. Когда молча забирает малыша, слыша, что у тебя звонок по работе. Ты знаешь, когда
он меняет объектив, и непроизвольно подходишь
подержать один и обязательно так, чтобы на линзу
не попала пыль… Без напоминаний. Такой автоматизм, как будто эти руки и правда твои. Вы делаете
одно дело, смотрите в одну сторону и видите, где
можно друг друга поддержать.
А потом происходит ампутация двух рук, а тебе
одной продолжать дальше играть пьесу в четыре
руки. И не тем только сложно, что и слинг непросто примотать, и многое другое теперь самой и за
двоих, а тем, что нет рядом того, с кем ты был на-
А. Данилова. Ампутация. Год первый
113
столько в унисон. С кем рядом игра вообще имела
смысл.
Опыт вдовы и слова соболезнования
Многие говорят слова соболезнования, многие
пытаются как-то утешить. И многие обращаются
при этом к своему опыту, рассказывая, как они пережили потерю близкого человека. Строго говоря,
как-то поддержать вдову в ее потере может только опыт другой вдовы. Говорить слова поддержки
можно и нужно, но рассказывать, что «знаете, я
хоронил своего любимого двоюродного деда. Ему,
конечно, было уже 98, но мы очень переживали, я
вас понимаю!». Человек старается поддержать, спасибо ему за это, но, увы, он совершенно не понимает того, через что проходит женщина, потерявшая
любимого мужа, и потерявшая его не на склоне лет,
когда жизнь уже прожита, а безвременно, когда вся
жизнь была еще впереди.
Толик был для меня одновременно всем. Лучшим
другом, с которым могла обсудить ВСЕ, поделиться
ВСЕМ, рассказать обо всех переживаниях и проблемах, и знала, что он поймет и разделит. Любимым
мужчиной и лучшим из возможных отцов дочки, сдувавшим пылинки с нас обеих. Коллегой, с которым
мы обсуждали работу 24 часа в сутки. Начальником,
который всегда предлагал единственно правильный
вариант. Нравственным авторитетом и отчасти даже
духовным наставником — именно он подсказывал,
как правильно поступить в разных непонятных ситуациях, и именно его слова были правильными.
Поэтому и потеря стала одновременно потерей
всего. С бабушкой и дедушками было по-другому —
114
ОТ СМЕРТИ К ЖИЗНИ
это было одно место в жизни. У меня не стало близкого коллеги, мудрого начальника, лучшего друга,
любимого человека — и все это сразу.
ИЗ КНИГИ МИРИАМ НЕФФ
Не очень люблю быть в обществе тех христиан, которые не пережили настоящее страдание. Они часто
напоминают друзей Иова, дают плоские ответы, неправильно трактуют Божий замысел. Они напоминают людей из Притчей: «Снимающий с себя одежду
в холодный день, что уксус на рану, то поющий песни печальному сердцу» (Притч. 25, 20). Но как уди-
вительно быть рядом с теми, кто пережил страдание…
Если человек не терял мужа или жену, он не поймет
тех, кто терял. Люди из самых лучших побуждений
обращаются к своему опыту потери. Потери дедушки, друга, брата или сестры. Я слушаю их и качаю
головой. Я надеюсь, что они не будут говорить слишком долго. Разве они ложатся ночью в пустую и холодную кровать?
Разве они приходят в магазин за мясным пирогом и
уже на кассе понимают, что некому его съесть?
Разве они стоят перед холодильником, пытаясь понять, а какую еду любят ОНИ? Не супруг, а они?
Разве они, поправляя волосы, понимают, что только
одни пальцы теперь дотронутся до волос в этом простом и милом жесте.
Хотели ли мы этой свободы?
Нет.
Расстались бы мы с этой свободой в обмен на возможность снова быть рядом с мужем?
Да.
Но нам не дали выбора. Эта свобода дана нам, хотим
ли мы того или нет.
Мне не нужны были все эти возможности выбора —
в магазине, в выборе новой машины, да в конце
А. Данилова. Ампутация. Год первый
концов в выборе того, на какое время ставить будиль-
ник. Мне нужна была стабильность, неизменность и
комфорт моей прежней жизни, жизни за мужем.
Этот опыт чем-то похож на опыт развода. Но только
в разводе перемены мы почувствовали заранее и от-
части были готовы к распаду семьи. Мы выбирали.
Вдова — это не выбор. Это произошло, и мы остаем-
ся, мучительно обдумывая, когда и что мы сделали не
так. Нет, мой дорогой друг…
115
Сны
Я очень надеялась увидеть мужа в снах. И увы —
всего один или два раза он мне приснился. Всего.
При этом он снился многим друзьям, да еще и решал с ними вместе какие-то жизненные проблемы.
За день до похорон, например, моей подруге приснилось, что они встретились между Даниловским
и Донским кладбищамим (в тот день как раз решалось окончательно, где будут похороны), и Толик
спешил делать ремонт в новом доме, показывал белую краску, которой будут красить стены. А мне —
почти не снился. И матушке Галине Соколовой,
как рассказывают дети, не часто снился о. Феодор.
И матушке Вере Адельгейм на сороковой день только отец Павел приснился.
Почему так? Конечно, мы, православные, знаем, что снам верить не стоит и искать каких-то откровений не надо. Но для себя я решила так (тут я
не претендую на истину или богословие, я делюсь
своей попыткой осмысления, может быть, и неправильной попыткой). Мы почему-то живем здесь и
почему-то нам не было дано уйти вместе. Если бы
Толик снился мне часто, я бы, наверное, спала все
свободное время. То есть жила бы в нереальном
116
ОТ СМЕРТИ К ЖИЗНИ
мире снов. Не здесь, где я зачем-то живу, а там —
в иллюзорном мире. Наверное, поэтому и не снится. Чтобы живущие тут жили, а не там…
Права я или нет — не знаю, но сама для себя объ-
ясняю так.
Календарь
Одна из самых страшных вещей — это ежедневники, электронные напоминалки и электронная
почта.
День похорон, а у Толика в календаре выскакивает напоминание — оплатить поездку на море. Наутро после похорон приходит письмо с подтверждением брони на любимый питерский отель, где все
еще год назад мы были ТАК счастливы и куда он
должен был съездить на пару дней по делам.
Три дня после похорон — а календарь напоминает, что купить в магазине, кому подписать заявление на отпуск и что не забыть взять с собой на море.
Оттуда, из той счастливой и безоблачной жизни,
приходят письма и напоминалки, и кажется, что все
это происходит не с тобой, а ты — настоящая — там,
в этом мире несбывшихся планов.
Достаточно скоро напоминалки станут редкими,
а там и вовсе закончатся. Да, ОЧЕНЬ больно накануне своего дня рождения видеть напоминалку
«Цветы жене» и отвечать на телефонный звонок:
«Здравствуйте, могу я услышать Анатолия? Это
служба доставки цветов! У вас отмечена ежегодная
доставка букета, какой букет вы хотели бы заказать
в этом году?» — «Нет, спасибо, в этом году букет не
нужен».
А. Данилова. Ампутация. Год первый
117
Знакомые места
Через несколько недель после похорон мы с Наташей вышли на первую прогулку в парк. Она была
в слинге под моей курткой, и я не могла себе представить, как ее можно пересадить в коляску и не
прижимать к себе изо всех сил…
Места, где мы были вместе, — это еще одно тяжелое испытание. Кто-то даже меняет место жительства — слишком тяжело ходить по НАШИМ
улицам. Вот тут мы встретились на прошлой неделе —
он шел с работы, а мы с дочкой гуляли. Вот тут он
фотографировал Наташу. Вот тут встречались с его
другом детства. Вот тут проводили редакционную
планерку, и он купил торт для редакции. Вот на
этой развилке мы препирались — идти ли в бассейн
длинной или короткой дорогой. А вот по этой тропинке ковыляли на моем 8-м месяце беременности
и мечтали, как отдадим дочку на фигурное катание.
Каждый миллиметр вокруг дома таит в себе какуюто общую историю.
Кто-то уезжает из таких мест, где каждая тропинка — память о любимом… Мне уехать было бы
еще тяжелее. Но со временем старые дорожки нарастили новые воспоминания. Вот тут не только мы
катались на лыжах, но подруга пыталась докатить
коляску с двойняшками. Вот по этой дорожке мы не
только ходили в бассейн, но и научились с дочкой
играть в классики…
Неожиданно — многие новые места могут тоже
нести с собой боль. Летом я впервые привезла
дочку на море. И первые дни как же тяжело мне
было осознавать, что не папа ее привез, не папа
118
ОТ СМЕРТИ К ЖИЗНИ
показывает ей море, не папа играет с ней в песок
на берегу… Что это должен был быть он, он должен был показать ей все это, а показываю всего
лишь я…
Вещи
Вещи я раздала очень быстро. Тяжело было смотреть на старые — такие любимые, — с которыми,
столько воспоминаний было связано. Тяжело было
смотреть на те, что мало носились, по поводу которых нередко спорили: «Я не хочу носить свитер
с ромбиками!» Тяжело было смотреть на совсем
новые: «Давай пока не распаковывать эту куртку,
когда еще я себе такую куплю!»
Но каждый выбирает, как лучше ему, кто-то, наоборот, долго держит все вещи нетронутыми и боится к ним прикоснуться, чтобы не разрушить атмосферу присутствия. Кому-то проще быстрее все
раздать.
Главное — чтобы решение принимали только
вы, не подчиняясь чьему-то давлению: «Вот у тебя
столько вещей осталось, давай ты их все поскорее
раздашь». «Простите, я пока не готова» — можете
отвечать вы на любое предложение того, что не вызывает у вас внутреннего согласия.
ИЗ КНИГИ МИРИАМ НЕФФ
Вдовы очень ценят что-то, что напоминает им о
реальности мужа. Мы так скучаем о нем. Брешь,
которая осталась после его ухода, такая огромная.
Такая пустая, такая невосполнимая. Поэтому так ра-
дует возможность открыть для себя что-то новое о
нем, что хоть немного заполнит эту брешь. Может
быть, кто-то расскажет мне историю, которую я не
А. Данилова. Ампутация. Год первый
слышала раньше? Или я увижу то, что видел он, приехав в какое-то место, где он долго жил?
119
А какую радость приносит каждая найденная записка, пометка или забытая эсэмэска! А когда удается найти письма, которые казались утраченными…
А когда вдруг в ящике шкафа оказывается блокнот,
а в нем столько пометок!.. В одной из заметок в старом коммуникаторе я нашла строки трогательной
записи, в которой муж надеется, что умрем мы с
ним в один день. Я даже помню, как он зачитывал
эти строки мне. И как же мне было горько, что… не
сбылась его надежда…
У всех все хорошо, а у нас одних горе
Еще ты замечаешь, что горе — это только у тебя
одной, это только в твоей семье. Что у всех остальных все очень хорошо. Почему я? Почему мы?
Той осенью я завела себе инстаграм. У нас быстро сложилась команда мам с полугодовалыми детками, у всех у нас были счастливые молодые семьи,
любящие отцы. Когда через пару недель после похорон я смогла зайти в инстаграм, то поняла, что
почти все — на море, всей семьей учат младенчиков купаться в море и радуются жизни. А у тебя-то
жизнь остановилась… У тебя горе, а вокруг — радость и радость.
Вот это очень неправильная мысль. Горя вокруг
не меньше, чем радости. Пару месяцев назад, да
буквально вчера, мы сами беспечно радовались
жизни, достаточно быстро забывая о чужом горе.
И теперь не видим, как много наших товарищей по
несчастью вокруг…
120
ОТ СМЕРТИ К ЖИЗНИ
А потом я ближе познакомилась со многими новыми подругами — молодыми мамами, и да — оказалось, что очень многие уже имеют за плечами
трудный опыт утраты. Многие хоронили родителей, близких, лучших друзей, братьев-сестер… Со
многими мы говорим об одном и на одном языке…
Да, вам кажется, что вы на необитаемом острове несчастья среди всеобщей радости. И нет более
ошибочного чувства.
Если имеет веру и скажет горе
В какой-то момент отрицание сменяется горячей молитвой-требованием, попыткой умолить
вернуть назад время, вернуть время на год назад,
чтобы прогнать мужа по всем врачам, чтобы… чтобы удержать за руку и не отпустить. И ведь все
сказано про веру с горчичное зерно, что она может
двигать горы. Но твоя гора не двигается, ничего не
происходит…
Поздний вечер. Ребенок спит. И кажется, что
если сейчас напрячь всю-всю-всю свою веру, если
крепко зажмуриться, набрать побольше воздуха
и сжаться так сильно, нечеловечески сильно, что
можно будет разорвать эту стену между пространствами, разорвать и… ну, как попадали в Нарнию?
Вот так прорваться и разорвать эту заслонку. Просто чтобы в замке вдруг зашуршал ключ, и Толик
бы сказал привычно с порога: «Уфф. Добрался наконец-то. Как вы тут, дорогие мои?»
Кому труднее
Мы привыкли всех со всеми сравнивать. И даже
в горе привыкли сравнивать себя с другими, опреде-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]