Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:«Пир – это лучший образ счастья». Образы трапезы в богословии и культуре
.pdf
Тора, трапеза и богообщение…
Библейские представления о необходимости жертвоприношений, предписанных Торой, получили новое прочтение в развитии учения о Христе как Жертве совершенной
(Евр 9:26), закланной ради искупления грешников (1 Кор 5:7;
Отк 5:6, 9, 12 и др.). Эту истину, посредством которой стало
возможным установление новых взаимоотношений между
Всевышним и человеком, Иисус предвозвестил ученикам на
Тайной Вечере, разделив с ними трапезу. О необходимости
не только помнить эту трапезу, но и «творить» ее в воспоминание о Господе писал апостол Павел в своем послании христианам Коринфа (1 Кор 11:23–25), подчеркивая, что это повеление он принял непосредственно от Спасителя. Именно
эта трапеза, символизирующая акт добровольной жертвы
34
Христа, легла в основу служения Евхаристии
.
Символика благодарственной закланной жертвы (зевах
шламим) ясно прослеживается в этом таинстве (1 Кор 11:24),
основе и центре всей христианской жизни, за которым закрепились и другие названия — Причастие или Трапеза Гос-
подня. Согласно ранней традиции толкования отцами церкви
молитвы Господней, выражение «насущный хлеб» указывает,
что это моление означает не просто просьбу о пище для поддержания физической жизни. Речь идет о Слове, о Христе,
о таинствах, необходимых христианам для поддержания
Царства Божьего, которое уже в них как залог жизни веч-
35
. Таким образом, Сам Господь наставлял Своих учеников
ной
просить не только о материальном хлебе, поддерживающем
34 Греч. — благодарность. Теме Евхаристии, в последние годы вновь
оказавшейся в центре внимания богословов и служителей Церкви,
посвящено большое число монографий. См.: Х. Уайбру, Православ-
ная литургия. Развитие евхаристического богослужения византийского
обряда, М.: ББИ, 2006, с. 222; А. Шмеман, прот., Евхаристия. Таин-
ство царства, М., 2007, с. 310; Митрополит И. Зизиулас, Церковь
и Евхаристия, Богородице-Сергиева пустынь, 2009, с. 332 и др.
35 Феофан Затворник, Истолкование Молитвы Господней словами Свя-
тых Отцов, М., 1908, с. 65–84.
69
Ольга Запрометова
наши физические силы, но и о хлебе духовном, подаваемом
в Евхаристии. Именно в Причастии мы наиболее глубоко пе-
36
реживаем, что значит быть общиной верных / церковью
.
Святость Бога освящает участников Трапезы Господней,
делает нас святыми через милость, даруемую в новой заповеди — таинстве Евхаристии, как в Ветхом Завете в отношении избранного народа посредством исполнения заповедей
Торы. Последние состояли из законов и предписаний, направленных на восстановление нарушенных грехом взаимоотношений между Богом и человеком. Благодарственная жертва, включавшая совместную трапезу, была одним
из установленных этими предписаниями обрядов жертвоприношений. Участвуя в Трапезе Господней, мы следуем Его
заповеди совершать это регулярно, в вере, до возвращения
Господа, храня таинство веры (1 Тим 3:9). Развивая эту мысль
37
апостола Павла, Ориген
выстроил богословскую концепцию христианской тайны, которая заключается во Христе,
явленном в Писании, в Церкви и в таинствах. Ведь в самой
вере непостижимым образом заключено общение человека
с Богом и желание все большей глубины этого общения. По
выражению Шмемана, вера есть «воплощение и жажда воплощения, явления, присутствия и действия одной реаль-
38
ности в другой»
. Согласно этой концепции евхаристическая трапеза становится символом союза души человека
с божественным Словом, предвосхищая совершеннейший
союз, который совершится в эсхатологической перспективе
36 Подробнее см.: Митрополит Вениамин (Федченков), Литургия вер-
ных, М., 2006, с. 592.
37 Выдающийся представитель александрийской богословской школы
III в., впервые предпринявший попытку систематического объяснения христианства в категориях эллинской мысли. — [Электронный
ресурс] — http://azbyka.ru/tserkov/svyatye/s_o_bogoslovie/meiendorf_vvedenie_v_bogoslovie_11-all.shtml (дата обращения: 30.04.2015).
38 Александр Шмеман, прот., Евхаристия. Таинство Царства, М., 2007,
с. 47.
70
Тора, трапеза и богообщение…
в конце времен. Речь идет о браке Агнца — Отк 19:9, неотъемлемой частью которого является праздничная трапеза — см.
Мф 26:29, Лк 22:30 и др.
Жертва Христа, согласно Григорию Богослову, есть свидетельство любви к нам Бога Отца, отдавшего Сына Своего
ради нашего спасения (Ин 3:16), ведь чтобы нам обрести
жизнь вечную, «необходим был Бог воплотившийся и умер-
39
ший»
.
Он был Жертва, но и Архиерей; Жрец, но и Бог.
Кровь принес Он Богу, но очистил весь мир.
Вознесен на крест, но ко кресту пригвоздил грех…
40
Так Григорий Богослов говорил о Христе, приносящем
41
самого себя в жертву Богу
. В дальнейшем идея богообщения, присутствия Бога в совместной трапезе как неотъемлемой части ритуала благодарственной жертвы получает
новое прочтение в учении Григория Богослова об обожении
человека во Христе:
…познаем свое достоинство, почтим Первообраз, уразумеем силу таинства и то, за кого Христос умер. <…> Пусть человек все отдаст, все принесет в дар Тому, Кто отдал себя в выкуп
и в обмен: никакой дар не сравнится с тем, чтобы человек отдал
Ему самого себя познавшим силу таинства и сделавшимся для
42
Христа всем, чем Он сделался ради нас
39 Григорий Богослов, Слово 45. Цит. по: Иеромонах Иларион (Алфе-
ев), Жизнь и учение св. Григория Богослова, М., 1998, с. 353.
40 Слово 37. Там же, с. 335.
41 Алфеев отмечает, что этим утверждением отвергаются идеи, в ко-
торых речь идет о понимании жертвы Христа как выкупа, принесенного диаволу, так и жертвы, умилостивляющей справедливый
гнев Бога Отца, возникшие значительно позже на латино-говорящем западе. См.: Указ. соч., с. 346–347.
42 Слово 1. Там же, с. 384.
.
71
Ольга Запрометова
Согласно Григорию Нисскому, Евхаристия была учреждена
Христом ради нас, чтобы посредством этого таинства каждый
причащающийся соделался участником божественного естества, благодаря Христу, прорастающему в нем подобно се-
43
мени и «обоживающему» причастника этого таинства
.
В последнее время западное христианство все больше обращается к древней иконописи и не случайно иконой, наиболее любимой многими, оказывается образ Троицы Андрея
44
Рублева
. Символическое изображение трапезы — сюжета,
известного под названием «Явление трех ангелов Аврааму»
или «Гостеприимство Авраама», свидетельствует о богослов-
45
ском понимании ее живописцами еще в IV веке
. Икона Андрея Рублева, однако, представляет собой догматическое
переосмысление этого сюжета, отдаляясь от буквального
прочтения библейского текста (Быт 18) и призывая к его
символическому прочтению, что приводит к появлению бо-
46
гословского текста в иконографии
.
Этот образ имеет множество прочтений, но мне хотелось бы обратить внимание, что перед нами образ священной трапезы, о чем свидетельствует чаша со знаком жертвы,
изображенная в центре иконы. Образ чаши, символически
повторяющийся несколько раз, соединяет в одно ветхозаветную трапезу и благодарственную жертву с жертвой Христа и евхаристией. Важно и то, что этот образ Троицы приглашает и нас стать причастниками совершенного общения.
Каждый стоящий пред этим образом, видит себя приглашен-
43 Gross J. The Divinization of the Christian according to the Greek Fathers, Ana-
heim: A & C Press, 2002, p. 185–186.
44 Один из примеров: Г. Рёттинг, Единение в любви, Гуммерсбах, 1993,
с. 93.
45 Ирина Языкова, Со-творение образа. Богословие иконы, М.: ББИ, 2012,
с. 119.
46 Андрей Рублев был частью мистического направления монашеско-
го движения на Руси, во главе которого стоял Сергий Радонежский
и целью которого было углубление молитвенно-созерцательной
практики. Подробнее см.: Языкова, указ. соч., с. 118–139.
72
Тора, трапеза и богообщение…
ным к участию в совместной трапезе. Откликнувшимся на
приглашение предлагается путь к богообщению, обожению,
единению в божественной любви (вспомним ритуал благодарственного жертвоприношения, описанный в книги Левит). Согласно Григорию Паламе, слияние личности с Христом в евхаристическом таинстве — это наивысшая форма
47
божественной любви, открытой нам
. И, как напоминают
нам современные отечественные философы, мистическая
встреча Бога и человека — это процесс, который начинается
48
с воздействия Духа Святого
Благодаря символу
49
.
происходит встреча идеального и материального, традиционные представления получают новое прочтение и приводят к рождению новых смыслов. То,
что процесс восприятия действительности человеческим сознанием преломляется через призму символических форм,
было показано еще Кассирером с его неокантианских пози-
50
. Последний представитель русского религиозно-фило-
ций
софского ренессанса Серебряного века А. Лосев, чье творчество в значительной мере было определено его концепцией
символа, показал важность символа как смыслопорождаю-
51
щей модели
.
Итак, нами было показано, что образ священной трапезы,
представленный в Торе неотъемлемой частью обряда благодарственного жертвоприношения, получает дальнейшее развитие в христианской и иудейской традициях. С падением
47 Г. Мандзаридис, Обожение человека по учению святителя Григория Па-
ламы, Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2003, с. 45–46.
48 С. Киселев, Пост-модернизм и христианство, в: Вопросы филосо-
фии 12 (2001), с. 3–15.
49 От греч.
определять» и др. См.: Древнегреческо-русский словарь, т. 2, М., 1958,
с. 1530–1531.
50 К. А. Свасьян, Философия символических форм Э. Кассирера. Критиче-
ский анализ, Ереван, 1989, с. 143–149.
51 Подробнее см.: Т. Оболевич. От имяславия к эстетике. Концепция
символа Алексея Лосева, М.: ББИ, 2014, с. 328–339.
— «(при)соединять, сталкивать, обменивать,
73
Ольга Запрометова
Иерусалима и разрушением Храма исчезла возможность принесения жертвоприношений, заповеданных Торой. Получая
символическое прочтение, сакральная трапеза начинает выполнять функции, согласно Лотману, «смыслового конденсатора», выступающего «посредником между синхронией тек-
52
ста и памятью культуры»
. Праздничная трапеза или пир,
ожидающий праведников, находится в центре внимания рассуждений мудрецов эпохи Мишны и Талмуда. Эти дискуссии
в ранней раввинистической традиции связаны с вопросом
об исполнении заповедей Торы в новую эпоху, а также с чаяниями прихода Мессии и наступлением мира грядущего. Тема
была подхвачена и получила развитие в последующую эпоху,
однако это уже выходит за рамки настоящей статьи.
Евхаристистическая трапеза обращается к нашей памяти и в тоже время приглашает нас к богообщению, объединяющему воедино прошедшее, настоящее и грядущее.
В евхаристии происходит как наше воссоединение с Отцом
через жертву Сына в Духе Святом, так и наше соединение
как церковь. Важно помнить, что исполнение библейских
заповедей служило восстановлению нарушенных взаимоотношений с Богом и с ближними. Так и в наше время память о благодарственной жертве, частью которой являлась
праздничная трапеза, ее новозаветное толкование в евхаристии и дальнейшее развитие в богословской мысли помогает
нам в осознании самих себя. Готовы ли мы ко встрече с Ним,
с другими, званными на брачную вечерю Агнца? Помним ли мы,
что Всевышним все приготовлено к пиру?
52 Ю. Лотман, Символ в системе культуры, в: Статьи по семиотике
культуры и искусства, СПб., 2002, с. 211–225.
Ксения Сергазина
Семга для Божьих людей:
один день из жизни московской
общины христоверов
снову статьи составляет история московской общины
О
христоверов, или хлыстов, первой трети XVIII века.
Как и многие другие религиозные течения конца XVII — начала XVIII века, христовщина предлагала свой путь спасения, который получил название «Веры Христовой».
В материалах допросов христоверов 1733 года сохранился рассказ двух братьев — Алексея Платонова старшего
и Алексея Платонова младшего о том, как произошло их знакомство с учением христовщины. Оба они ходили «по обещанию» молиться в Киево-Печерский монастырь, а вернувшись в Москву, «стали искать таких людей, которые бы их
1
научили, как им души спасти»
нищий старик Михаил, который приходил к ним просить
. О христовщине рассказал им
1 И. А. Чистович, «Дело о богопротивных сборищах и действиях», в:
Чтения в Императорском Обществе Истории и Древностей Российских,
кн. 2, 1887, с. 84–85.
75
образы трапезы в библии и народной религиозной культуре
милостыню и которого они, спустя какое-то время, уже вернувшись из Киева, встретили в харчевне:
Они ему сказали, что ходили в Киев Богу молиться и чтоб
им души спасти, и оный старик Михаило говорил им, что-де
можно души спасти и в Москве, к тому ж ходили б они в церковь Божию и слушали святого Евангелия, а всякое б слово делом исполняли, и что есть в Москве учитель, который живет на
2
Вшивой горке
.
Другой пример восприятия христовщины современниками
мы видим в показаниях монаха Иосафа Семенова. Он рассказывает, что искал учение, которое привело бы его к спасению,
и перед тем, как узнал о христовщине, собирался в Керженские
леса к староверам, которые, как он слышал, «в Керженских ле-
3
сах живут и для спасения своего трудятся»
. Христовщина пока-
залась ему достойной альтернативой керженцам.
Воссоздавая учение христоверов, можно говорить о сле-
дующих составных частях этого пути:
— сохранении старой молитвенной практики (двоепер-
стия и дораскольного варианта Исусовой молитвы «Господи,
Исусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас»),
— проповеди аскезы (молитв по ночам, отказа от спирт-
ных напитков, запрета на сексуальные отношения),
— призыва к соблюдению заповедей Господних (не
красть, не лгать, не лжесвидетельствовать, не предюбодействовать),
— противопоставлении христоверов традиционной куль-
туре (отказ от матерной брани, позднее дополненный требованием не посещать крестины и свадьбы, народные гулянья
и т.д.),
2 Там же, с. 85.
3 Там же, с. 57.
76
Семга для Божьих людей
— интерпретации экстатического опыта (в том числе
пророчеств) в категориях действия Святого Духа.
Христоверы считали, что, если соблюдать все эти пра-
вила, можно получить спасение и избавиться от вечных мук.
Известно, что одним из лидеров московской общины
христоверов в период с 1713 по 1732 годы был Прокопий Данилович Лупкин (именно об этом московском «учителе» говорит старик Михайло братьям Платоновым). Он упоминается в материалах следственного дела Угличского духовного
приказа «О пойманных в Угличе в 1716 году еретиках», которые были частично опубликованы И. Г. Айвазовым в «Мис-
4
сионерском обозрении» в 1916 году
, в 1985 году Ю. Клэй
опубликовал тексты повторно с незначительными исправ-
5
лениями
нода Роcсийского государственного исторического архива
. Оригинал дела хранится в фонде Канцелярии Си-
6
.
Кроме того, история Лупкина представлена несколькими
фрагментами из допросов проходящих по делу «о квакерской ереси» 1733 года: в частности, допросов Ивана Ильина, Никиты Сахарникова, Лаврентия Ипполитова и монаха
Иоасафа Михайлова, а также материалами из фонда «Мо-
7
сковской конторы Синода»
, в которых повествуется о его
«посмертной участи».
Прокопий Лупкин был отставным стрельцом, уволенным
со службы по причине «падучей болезни», эпилепсии. В Москву приехал не раньше 1713 года и только в 1717 году нашел
постоянное пристанище «на Москве в Нижних Садовниках
4 И. Г. Айвазов, «Первое следственное дело о христовщине», в: Мис-
сионерское обозрение, 7–8 (1916), с. 360–386.
5 J. E. Clay, «God’s People in the early eighteenth century. The Uglich
affair of 1717», in: Cahiers du monde russe et sovietique, XXVI (1), 1995,
pp. 69–124 (публикация материалов начинается на с. 102).
6 РГИА. Ф. 796. Оп. 14. Д. 80. По следствию о секте квакеров (хлыстов)
в Москве, 1733 г.
7 РГАДА. Ф. 1183. Оп. 1. Д. 732, 1756 г.
77
образы трапезы в библии и народной религиозной культуре
у крестьянина боярина Бориса Петровича Шереметева на
8
постоинном дворе», где «промышлял лошадьми»
.
Лупкин был участником двух Азовских походов, прожил
в Азове два года, а после царского указа о роспуске гарнизона
записался в Нижний Новгород, откуда и переехал в Москву.
В документах Лупкин фигурирует как «отставной стрелец», «посацкий человек», «купецкий человек», «квартирмейстер». Он торговал в Москве в масляной лавке, а на ежегодных ярмарках продавал холсты.
В Москве Прокопия Лупкина считали человеком щедрым и милостивым. Об этом свидетельствует, в частности, рассказ монаха Богоявленской пустыни, что на Учме,
Иосафа Михаилова (рожденного в 1696 году и по обету для
исцеления от «ножной болезни» постриженного в Учемском монастыре):
Зимою [Учемского] монастыря игумен Гедеон послал его,
Иосафа, с монахом того монастыря Макарием в Москву для
сбирания в церковное строение денег, и оныи Иосаф со оным
монахом в Москву пришел, и <…> с показанным монахом Макарием ходили они к обедне в церковь Николая Чудотворца,
что за Яузою, на Болвановке, и в тои церкви случилось быть
тои же церкви прихожанину и купецкому человеку Прокофею
Лупкину, про которого тоя ж Николаевскои богодельни нищая
Анна Григорьева сказала, что он, Лупкин, человек милостивои,
и они де тогда из церкви пошед за ним, просили милостыни,
также и вкладу во онои монастырь, и он де, Лупкин, взял их
к себе на двор, и накормил, и дал им в монастырь вкладу два
9
рубля, и велел им у себя ночевать
.
8 И. Г. Айвазов, указ. соч., с. 368.
9 РГАДА. Ф. 301. Оп. 1. Д. 7. Л. 25–32. Расспросные речи Иосафа Михай-
лова, 18 июня 1733 г.
78
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]