Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Fine Cuts. Интервью о практике европейского киномонтажа

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
06.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
Роджер Криттенден Майк Эллис
что я когда-либо пил. Пекинпа хотел убедиться, что никто не будет обделен, что все мы будем на одной волне.
РК А как получилось, что вы смонтировали «Прямой репортаж
о смерти» Бертрана Тавернье?
МЭ Я монтировал фильм «Странный ребенок», короткий ужастик
вроде «Омена», про маленькую девочку со сверхъестественными способностями, продюсером была Габриэль Бомон — очень прият­ная женщина, которая впоследствии переехала в Голливуд. Габри­эль была знакома с Бобом Пэрришем, сценаристом и режиссером, а также бывшим режиссером монтажа. А он крепко дружил с Бертра­ном Тавернье. В общем, так я и получил эту работу.
РК Я недавно видел этот фильм в Кентербери. Получил огромное
удовольствие от показа. К тому же на показ и режиссер приехал...
МЭ Все немного странно получилось. Я начал монтировать фильм
в Глазго, где он и был снят. Когда я закончил, фильм отправили в Париж, там над ним работал другой режиссер монтажа, но я присут­ствовал при сведении и видел, что в принципе ничего не изменилось. Мы с Бертраном хорошо поладили, оказалось, что в наших коллек­циях джазовых пластинок очень много совпадений, а это сближает. Я работал в поте лица, и мне все очень нравилось, монтировать этот фильм было очень приятно, но потом я осознал, что можно было бы его немного сократить. Думаю, фильм получился немного снисходи­тельным, слишком мягким, что ли... Он немного грустный, немного меланхоличный... Впрочем, может, это и соответствовало характеру Бертрана? Актеры прекрасные: Макс фон Сюдов и Харви Кейтель. Харви приехал со своей подругой, дочерью пожарного из Нью- Йорка, и только меня он приглашал пообедать в его отеле. Думаю, все дело в том, что он хотел побольше крупных планов. Он заходил в мон­тажную, смотрел, чем я занимаюсь, трепал меня по плечу и говорил: «Слушай, а может, тут дать крупный план?» Я: «Интересная идея, Харви, надо подумать».
РК Вы бы, наверное, с удовольствием смонтировали фильм Тавер-
нье о джазе, «Полночный джаз»?
МЭ О да, был бы просто счастлив! На самом деле мы с Бертра-
ном поддерживаем связь, он собирается снимать фильм о Билли Стрэйхорне, который сотрудничал с оркестром Дюка Эллингтона. Я его уже убедил, что если этот план удастся осуществить, то монти­ровать фильм должен не кто иной, как я!
РК А затем были фильмы «Госпиталь «Британия»» и названный по
знаменитой песне «Take it or leave it».
МЭ Да, это фильм о поп-группе Madness: о том, с чего они начинали
и как достигли успеха. В перерывах между художественными фильма­ми я делал несколько промороликов, в том числе и для этой группы;
311
Fine cuts Интервью о практике европейского киномонтажа
так что режиссер и продюсер фильма — а по совместительству еще и глава звукозаписывающей студии Stiff Records — предложил мне сотрудничество. Сценарий занимал лишь пять с половиной страниц, все было построено на импровизации, и монтировать было невероят­но весело, ведь мы придумывали фильм прямо в монтажной. Фильм снимали на две 16-мм камеры, потом расширили до 35-мм формата, и видеокассеты с ним все еще можно приобрести!
РК А потом вы вернулись к Линдсею Андерсону... МЭ Да, продюсеры, Клайв Парсонс и Давина Беллинг, знали, что
я теперь занимаюсь монтажом, а с Линдсеем я в любом случае то и дело общался, мы не теряли связи со времен фильма «О, счаст­ливчик!». Это был очень приятный опыт. В то время у меня был пре­красный ассистент, парень по имени Денис Мактаггарт. К Линдсею он не мог привыкнуть несколько недель — такой уж яркой и сильной личностью тот был. У Линдсея был железный характер, он никогда не расслаблялся. Многие режиссеры на каком-то этапе просто устают, хотят присесть, выпить чашечку чая, отдохнуть, но Линдсей был не из таких, он всегда был весь в работе, всегда в напряжении.
РК Вы начали монтировать «Госпиталь „Британия“» еще во время
съемок»?
МЭ Мы все обсудили заранее, и я монтировал именно во время съе-
мок. Мне казалось, что будет лучше, полезнее для меня, если я буду работать без указаний режиссера. Получилось, кстати, отлично. После съемок Линдсей, конечно, подключился к процессу: с каждым из нас провел целый рабочий день. Линдсей был человеком старой закалки: если уж ты снимаешь фильм, то занимаешься только этим и не размениваешься на что-то еще.
312
А потом я монтировал фильм студии Paramount, «Лорды дисциплины» Фрэнка Роддэма, возможно, лучший его фильм. Предыдущая работа режиссера, «Квадрофения», приобрела определенную известность. Он выбрал меня потому, что ему понравился фильм о Madness — наверное, в силу того, что он получился чуть грубоватым. Действие фильма происходило в военной академии в Америке, но снимали мы все время в Англии, в Америке провели только десять дней. Было организовано немало предварительных просмотров, думаю, раз пять мы ездили в Калифорнию, все время первым классом, и один раз в Нью-Йорк летали на «конкорде». Президентом по производству на Paramount тогда был Джеффри Катценберг, который впоследствии основал студию Dreamworks совместно со Спилбергом и Геффеном. Он обычно просто сидел
Роджер Криттенден Майк Эллис
и делал записи, смотрел фильм раза три и, помню, однажды сделал сорок две пометки, причем все аккуратнейшим образом. Фрэнк от этого просто с ума сходил. Фильм был своеобразный: действие про­исходило в южной глубинке, Фрэнк хотел, чтобы ритм фильма был достаточно медленным, такая ленивая атмосфера, Миссисипи, где то и дело происходят вспышки агрессии... Но создать такую атмосферу не получилось. Просто у Фрэнка кадры были совсем не такими, как у Кубрика. Не такими, чтобы их хотелось долго рассматривать. Им просто чего-то недоставало, в чем-то они не дотягивали до Кубрика. У него каждый кадр насыщенный, в каждом — драма, действие, а фильмы при этом достаточно размеренные, ритм выдержан очень хорошо. Это не какая-нибудь трехчасовая скучная лента о Миссисипи. А потом я монтировал фильм Билла Форсайта «Уют и радость», эту работу я получил лишь после собеседования, со мной беседовал режиссер и продюсеры — Клайв Парсонс и Давина Беллинг. Они решили, что после «Госпиталя «Британия»» я отлично сработа­юсь с Биллом. Он, помню, на меня почти не смотрел, я думал, что не понравился ему, но на самом деле понравился, работу я получил и уехал в Глазго на два месяца. Билл любил зайти в монтажную и посмотреть, как у меня продвига­ется работа. Обычно он делал это в конце дня. На самом деле, съе­мочный процесс его не особо увлекал, поэтому он любил посидеть в монтажной. Он был очень креативным человеком, на свой особый лад, что отражается в его сценариях.
РК Далее последовал фильм «Невеста». МЭ Да, опять Фрэнк Роддэм. А также Дженнифер Билз и Стинг.
Странный это был фильм на самом деле. Опять весь этот американ­ский цирк, просмотры... Если я чувствовал, что в некоторых предло­жениях есть смысл, и пытался втолковать это Фрэнку, не оказавшись при этом по другую сторону баррикад. Глупо ведь не воспользоваться полезным советом просто потому, что тебе не нравится человек, кото­рый этот совет дал. Но такое на самом деле частенько происходит.
РК Вы, наверное, к этому привыкли, но у меня-то такого опыта нет,
и поэтому всегда было интересно, что на эту тему думают режиссеры монтажа. Должно быть, очень тяжело, когда ты думаешь, что выло­жился на все сто, а потом какой-нибудь человек или даже несколько людей заявляют, мол, нет, в конце нужна другая связка, еще какие­нибудь советы дают...
МЭ Да, это очень сложно, и с этим фильмом как раз так и было.
Управленцы обязательно выступают с комментариями, оставить людей в покое они не могут. Бывает, они подают действительно непло­хие идеи, а иногда городят полную чушь, и ты думаешь: «Господи, как вообще такая мысль вам могла прийти в голову?» Но иногда они,
313
Fine cuts Интервью о практике европейского киномонтажа
правда, дают советы, которыми стоит воспользоваться. В послед­нее время такое происходит все чаще, может, все дело в нашумев­шей книге Роберта Макки, может, теперь они научились писать сценарии. В общем, не знаю, в чем дело, но теперь все овладели этим особым языком — вы же не будете отрицать, что он существу­ет — третий акт, развязка и все такое. Люди обсуждают достаточно узкие, профессиональные темы и считают, что им есть что сказать. Может, иногда и правда, есть, но чаще хочется сказать: «Это не ваше дело, не вам об этом судить!» Но, в конце концов, мы ведь работаем отчасти затем, чтобы дать что-то людям. Тут опять же своя политика. В старые добрые времена среди таких вот управленцев находились настоящие энтузиасты, сегодня ни одного не найдешь, сегодня они в первую очередь люди бизнеса. И это немного грустно. Я имею в виду, вот проходит показ, а у них никакой радости, а просто удовлетворение от того, что еще один проект завершен. А вот вели­кий и ужасный Харви Вайнштейн как раз энтузиаст, он — один из последних могикан, настоящих ценителей кино. Конечно, он време­нами бывает грубоват, но, по крайней мере, он действительно любит то, что делает. Он умеет оставаться ребенком, а его коллеги — серая масса — не умеют, и они никогда не принимают по-настоящему важных решений.
РК А потом был фильм «Жемчужина Нила». МЭ С Майклом Дугласом я познакомился в Лос-Анджелесе, когда
работал над фильмом «Невеста». Думаю, ему порекомендовал меня кто-то из моих коллег. Режиссер приехал пять месяцев спустя и сразу же предложил мне работу. Которая, кстати, была очень непро­стой. Майкл был не только исполнителем главной роли, но и продюсе­ром. И это был прекрасный опыт. Снимали в Марокко и во Франции, я ездил со съемочной группой. Как-то раз я должен был монтировать очень важную сцену: самолет по ошибке захватывают, Майкл Дуглас лететь не может, и ему приходится ехать по главной улице города со всеми этими животными, ослами, сцена достаточно масштабная. Я планировал сразу монтировать со звуком, со всеми эффектами, чтобы видеть сцену такой, какой она в итоге будет, но сложилось так, что мне пришлось начать на пять дней раньше, и я монтировал без звука. Это была большая ошибка. Все волновались, пережива­ли, справлюсь ли я... Но когда по завершении съемок вернулись, то поняли, что волновались зря. Мы посмотрели весь фильм и остались довольны, хотя он и был без звука, а звук был очень нужен. Я-то, хотя и смотрел этот фильм как немую картину, понимал, как он будет выглядеть со звуком, но не все это понимали: некоторые чувствовали, будто смотрят не фильм, а просто нарезку кадров. Помню, был похо­жий случай с Лоренсом Оливье: он мог выучить только одну строку,
314
Роджер Криттенден Майк Эллис
и я склеивал короткие фрагменты, где он произносит по строке, но получилось все очень плавно. Достойно Шекспира. Когда ты соби­раешь сцену из отдельных фрагментов, ощущение, как будто шьешь лоскутное одеяло. А если ты не режиссер монтажа, а продюсер или режиссер, то видишь не сцену в целом, а только разрозненные фраг­менты, глаз замыливается, и видение меняется. В любом случае, закончилось все хорошо, и достаточно долгое время мы с Майклом продолжали общаться, бывало, я присылал ему какие­ то сценарии или еще что-то, а он всегда быстро отвечал.
РК То есть вы продолжали писать? МЭ Ну да, по-прежнему работал над своими странными сценариями. РК Именно сценариями, не чем-то другим? МЭ Да, над сценариями фильмов. Это, на самом деле, отличное
времяпровождение. Бывает, у режиссера монтажа нет работы, такие периоды могут длиться месяцами: у других пенсия, а у нас такие вот перерывы на протяжении всей карьеры. И такие периоды идеально подходят для того, чтобы создавать фильмы и не тратить на это ни гроша. Сиди себе за столом и пиши.
РК У вас все сценарии оригинальные? МЭ Ну да, хотя есть один, основанный на рассказе. Я хотел его про-
двинуть, попробовать себя в качестве режиссера. Хотя это была скорее идея Билла Форсайта, сначала он предложил мне показать сценарий его агенту, потом — поехать в Австралию, где происходит действие, и показать его одному агенту в Сиднее, Уильяму Моррису. Я провел там шесть недель, когда уезжал, мне сказали, что фильм снимут, вот­вот начнут. Но в итоге не получилось, а очень жаль. Сценарий был основан на рассказе Колина Уилсона «Скучная суббота» — это исто­рия любви двух молодых людей, действие происходит в Австралии, на овечьих фермах. Если не ошибаюсь, рассказ был написан в тридца­тые годы. В общем, да, я пытался снять фильм, но не могу сказать, что сильно сожалею о том, что не получилось. Тем более я же видел, через что приходится проходить режиссерам: каждый день иметь дело с разными идиотами. Я-то больше люблю играть в игрушки, и теперь, когда есть Avid, возможностей все больше: теперь мы можем играть со звуком так, как не играл до нас никто другой.
РК А после «Жемчужины» вы монтировали «Хозяйство» — судя
по всему, с Биллом Форсайтом вы отлично сработались, делая «Уют радость». Более того, после небольшого перерыва, смонтировав «Похищенный рай» Клайва Доннера, вы принялись за еще один фильм Билла — «Медвежатники». Действие «Хозяйства» и «Мед­вежатников» разворачивается в Америке, в совершенно другой среде, чем та, что характерна для его предыдущих, шотландских работ.
315
Fine cuts Интервью о практике европейского киномонтажа
МЭ Да, снимая «Хозяйство», Билл стремился следовать во всем
оригиналу, он постоянно носил с собой книгу. Сначала мы поехали в Ванкувер, там отсняли сцены, происходящие в квартире, потом отправились в город Нельсон в провинции Британская Колумбия, там сняли основную массу сцен. Думаю, во многих отношениях это лучший фильм Билла. Прекрасная операторская работа, талантливая игра девочек и Кристин Лахти. С визуальной точки зрения это просто конфетка! Свойственное Биллу саркастическое чувство юмора иде­ально подошло к сюжету, будучи схожим с настроением романа. Это была полная гармония — казалось, что все элементы пазла сошлись. На этапе постпроизводства все тоже было гладко. Изначально фильм должны были снимать на студии Cannon, с Дайан Китон в главной роли, но за шесть недель до начала съемок она передумала, и студия тоже отказалась от проекта. Вскоре после этого Дэвид Путтнем, ново­испеченный глава Columbia Pictures, решил взяться за этот фильм. Однако к тому моменту, как мы сняли фильм, Путтнема уже уволи­ли, а те, кто сместил его на руководящих позициях, не хотели продви­гать ни этот фильм, ни что-либо еще, с чем работал Путтнем. Так что фильм в прокате почти не шел, его мало кто видел, к сожалению.
РК По-моему, здорово, что он скоро впервые выйдет в формате
Blue-Ray. Итак, потом вы смонтировали фильм Билла «Медвежат­ники», затем «Экспромт» Джеймса Лэпина с Хью Грантом, Джуди Дэвис и Мэнди Патинкином в главных ролях, а потом состоялось ваше первое сотрудничество с Марком Херманом — «Во всем вино­ват посыльный».
МЭ Да, наша приятная встреча в пабе в Кэмдене обернулась пло-
дотворным сотрудничеством: я смонтировал шесть фильмов Марка и надеюсь смонтировать седьмой. У нас схожее чувство юмора, нам комфортно работать вместе. Работать над «Посыльным» было пре­красно, мы провели месяц в Венеции — я был счастлив возможности провести время в столь потрясающем городе. А интерьерные сцены мы снимали на студии Shepperton. Работать над фильмом было весе­ло, но такие вот фарсовые комедии в широком прокате обычно не пользуются большой популярностью. Мы чувствовали, что фильм недооценили. Следующий фильм Марк снял лишь через пять лет. «Дело — труба» — сложная, но очень дорогая мне работа, она из лучших кар­тин Марка. Мне этот фильм принес не меньшее наслаждение, чем «Посыльный», но по другим причинам — связанным с музыкой. Как вы знаете, я всегда любил музыку, и мои знания в этой сфере как раз пригодились. У Марка тоже есть музыкальный бэкграунд. Готовясь к съемкам, он придумывал интересные приемы, особые движения камеры, усиливающие драматический эффект и подчеркивающие
316
Роджер Криттенден Майк Эллис
значимость музыки. Камера кружится вокруг музыкантов, дирижер наращивает ритм — как же отрадно было работать с такими есте­ственными и эмоциональными сценами. Два года спустя мы сделали фильм «Голосок» — еще одна прекрас­ная возможность для меня поработать над мюзиклом. Мы провели в США несколько предпоказов, с каждым разом завоевывая все больше симпатий аудитории. Так вот и измеряется успех. В результате две сцены пришлось переписать и переснять. Главное, фильм доста­точно удачно «выступил» на паре кинофестивалей, так что спонсоры наконец расслабились.
РК Джейн Хоррокс обладает удивительной способностью макси-
мально точно имитировать голоса известных людей, благодаря чему она выступала на сцене с гремящим успехом. Но как же вы перенесли все это на экран? Использовали фонограмму?
МЭ Да, конечно. Джейн была великолепна, а сколько у нее опыта!
Она была просто создана для этой роли. Еще через два года мы сделали фильм «Абонемент». Опять сни­мали на севере — в Ньюкасле (фильм «Дело — труба» мы снимали в Донкастере, а «Голосок» — в Скарборо). К этому моменту у нас уже сложилась отличная команда: я, Марк, еще несколько специалистов, которых он постоянно приглашал.
РК Это очень доброжелательный, полный сочувствия портрет рабо-
чего класса с северо-запада страны. Картина о том, как простые фут­больные фанаты не могут попасть на «самую народную игру», потому что билеты слишком дороги.
МЭ Да, и игра двух главных героев превосходная. Марк — большой
любитель футбола, так что над этим фильмом он работал с не мень­шей любовью, чем над «Голоском». И наконец, шестой мой фильм для Марка — «Мальчик в полосатой пижаме». Продюсером выступил Дэвид Хейман (также продюсиро­вавший все фильмы о Гарри Поттере). Мы провели пару месяцев в Будапеште — местные сотрудники студий уже привыкли, что к ним часто приезжают снимать из Великобритании и Америки, так что всем необходимым нас обеспечили. А потом вернулись в Сохо. Мы очень старались найти нужный оттенок настроения — тема ведь очень сложная, мы не могли себе позволить ошибку. Почти все актеры играли просто великолепно, хочется также отметить прекрасную опе­раторскую работу француза Бенуа Дельома. Американские спонсоры были в восторге, а Премия независимого британского кино выдви­нула Марка в номинации «лучший режиссер».
РК С кем еще вам нравилось работать? МЭ Очень приятно было работать с Сидом Маккартни, режиссером
фильма «Мост».
317
Fine cuts Интервью о практике европейского киномонтажа
РК Прекрасный импрессионистский фильм, ваш монтаж деликат-
но подчеркнул и игру Саскии Ривз, и отличную операторскую работу Дэвида Таттерсолла. Этот стиль вам по душе?
МЭ Да, Сид придумал прекрасные сцены и избежал всех клише, что
часто встречаются в фильмах о художниках. Думаю, это все же был в первую очередь фильм об отношениях — как и всегда у Маккарт­ни, — и этот аспект ему удался великолепно, очень в духе времени. Очень мне понравилось монтировать «Синий сок», с продюсерами и режиссером Карлом Пречезером было приятно работать. Забавный фильм, талантливые актеры… Достаточно сложно было снимать сцены на серфе. Мне понравилось, как сдержанные пейзажи Корнуэлла контрастируют в этом фильме с яркой природой Канарских островов. Помню, для одной из сцен с серфингом не хватало крупных планов актеров, я предложил поставить доски для серфинга на машину и снять актеров снизу. Так и было сделано. Как я потом узнал — к большой радости и веселью для актеров. Желаемого результата мы достигли: я смог разбавить дальние планы с досками крупными планами лиц актеров. Карл — отличный режиссер, с ним весело работать. Думаю, миру нужно больше художественных фильмов Пречезера!
РК Вам понравилось монтировать музыкальные сцены? МЭ Да, это было весело. С другой стороны, нельзя забывать о том,
что мы все-таки историю рассказываем, а не заставку для MTV сни­маем, так что во всем должна быть золотая середина. А потом меня попросили присоединиться к Джерри Хэмблингу, стать вторым режиссером монтажа «Белого шквала» Ридли Скотта. Это был отличный опыт — фантастические кадры, драматичный сюжет… Я приезжал на Мальту, когда там снимали сцены на танкере. Там же сняли и б льшую часть сцен шторма. Потом несколько месяцев работали на студии Shepperton. Как обычно в подобных ситуациях, когда работают два монтажера, над какими-то сценами я работал самостоятельно еще с начала съемок; а затем, когда фильм был отснят, мы тоже в основном работали каждый над своими сце­нами. Помню, у меня возникло ощущение, что одну простую сцену с диалогом я превратил в какую-то непонятную мешанину — то ли поумничать хотел, то ли продемонстрировать свой художественный подход, выработанный за годы работы над, скажем, более «автор­скими» фильмами. А тут-то от меня требовался такой добротный традиционный монтаж — когда начинаешь с дальних планов, потом продвигаешься все ближе, вот герой виден по плечи, а вот уже и крупный план… Конечно, я быстро перемонтировал сцену, привел ее в соответствие нужному стилю и в дальнейшем его же придержи­вался. Но и сцены сражений, которые я монтировал, в целом тоже всем понравились.
318
Роджер Криттенден Майк Эллис
Итак, завершив монтаж фильма, я приступил к монтажу его теле­версии. А именно к перемонтажу сцены, в которой дельфин полу­чает ранение (из-за глупости и невнимательности юнцов), затем его затаскивают на борт, и капитан делает именно то, что — как он объясняет кадетам — и нужно, а именно забивает дельфина насмерть, потому что в море он все равно с этими ранениями не выживет. Не знаю, в какой именно части телеверсии использо­вали эту сцену, но вообще это стандартная практика, чаще всего по завершении работы над фильмом бывает нужно делать телевер­сию. В любом случае, я сцену переделал: убрал все сцены окро­вавленного и забитого дельфина, как меня и просили. В итоге, мне кажется, сцена вышла куда более жестокой: за кадром остались стоны бедного животного, и тут уж каждый зритель мог представ­лять что-то свое — и, может, это было куда страшнее, чем то, что изначально должно было быть на экране. «Отель „Сплендид“» — великолепный, странный фильм. Терри Гросс и сценарий писал, и фильм снимал с большой любовью, задействовав свое богатое воображение. Впечатление очень хорошее от работы. Очень странный фильм, но я настоятельно советую его посмотреть, если будет возможность. «С тобой и без тебя» — второй и на данный момент последний худо­жественный фильм Сандры Голдбахер. После него она работала над рекламой и качественными телесериалами. Монтируя «С тобой и без тебя», я получил большое удовольствие — это были приятные и творческие несколько месяцев. Работать с Сарой — одно удоволь­ствие. Эта женщина владеет камерой как никто другой. «Пять детей и волшебство» — за этот фильм мне предложили взяться уже после того, как он был снят: режиссер монтажа перенес инсульт и работать не мог. Я с удовольствием перенял эстафету. Мне очень понравилось работать и с режиссером Джоном Стефенсоном, и с продюсером Ником Хиршкорном. Видимо, Джону предложили взяться за этот фильм благодаря его долгому опыту сотрудниче­ства со студией Джима Хенсона — он стал настоящим экспертом по спецэффектам. Я с ним пересекался однажды — правда, очень давно, когда я монтировал «Одиссею» Андрея Кончаловского. Кстати, это тоже был интересный опыт. У Андрея сильный характер, он с боль­шим умом переработал сюжет. Меня впечатлило, что он отказался от изначально предусмотренных 3D-эффектов в пользу гораздо более простых и поэтичных склеек — скорее в духе «Одиссеи» Жана Кокто, скажем так. Андрей приходил в монтажную с парочкой русских асси­стентов, ему нравилось играть с материалом вместе со мной, часто он вставлял дополнительные реплики, которые записал на постоянно прицепленный к камере микрофон.
319
Fine cuts Интервью о практике европейского киномонтажа
Джон Стефенсон же, напротив, спецэффекты использовал активно. Помню, особенно сложно было работать с морской змей… Мы с ним прекрасно общались. Определенно могу назвать наше сотрудниче­ство плодотворным. Ну и последняя моя на данный момент работа — фильм Джона Голдшмита «Из другого теста». Мы с Джоном уже были на тот момент пару лет знакомы, но он не сразу нашел спонсора на этот проект. Было здорово работать с ним над этим фильмом и придумывать дру­гие проекты, для которых он сейчас ищет финансирование. Б льшую часть сцен снимали на студии в Будапеште — всегда рад возможно­сти пожить и поработать в этом замечательном городе. Работать надо было много и быстро. Хотя у меня, как у режиссера монтажа, расписа­ние, как обычно, было чуть более расслабленное. К тому же мы рабо­тали пять дней в неделю, а на выходных отдыхали! Сотрудничество с Джоном обернулось огромным наслаждением. Надо признать, отчасти потому, что он был доволен моей работой. Были небольшие проблемы со сценарием, однако все их мы легко решили в процессе монтажа. В итоге фильм прошел в прокате очень успешно, получил в США благосклонные отзывы. Кажется, французам он тоже понра­вился. Фильм показывали на нескольких фестивалях во Франции и в Испании, и опять же с большим успехом. На данный момент в Великобритании фильм еще не вышел на экраны, но прокатчик с нами уже связался, так что ждать осталось недолго. Сейчас я монтирую короткометражки друзей. Во-первых, чтобы не терять навык, во-вторых, чтобы идти в ногу с технологиями, в-тре­тьих, я по-прежнему не знаю другого способа провести время с таким удовольствием.
РК Когда вы перешли на нелинейный монтаж, отказавшись от пленки? МЭ Первый опыт нелинейного монтажа — фильм Николаса Роуга
«Самсон и Далила», часть длинного библейского цикла, профинан­сированного итальянцами и американцами. Я был звукорежиссером фильма «Человек, который упал на Землю», и Ник меня не забыл. Он собирался на восемь недель уехать в Марокко и там снимать, и я думал, что у меня как раз будет возможность привыкнуть к обо­рудованию. Продюсер оплатил мне двухдневный курс по Lightworks, и я освоил все очень быстро, потому что я уже давно работал на ком­пьютере над музыкой, и мне это очень нравилось. К пленке я бы ни за что не вернулся: по сравнению с нелинейным монтажом это так мед­ленно и трудоемко.
РК Получается, теперь у вас есть время подумать — вместо того,
чтобы делать другие версии сцены?
МЭ Альтернативных версий я не делаю и, постучим по дереву, никог-
да не работал с режиссером, который просил бы меня сделать другую
320