Философия полной жизни как понять, что нужно именно вам, и двигаться в верном направлении

на одноместный парусник Sunfish для меня имеет смысл. Как и думать о том, как устроить все так, чтобы жить на воде круглый год. Такие шаги увеличат вероятность моего счастья в жизни.

Но, что бы мы ни делали, само ощущение счастья редко длится дольше, чем мгновения. Оказывается, ничто не может продлевать счастье и удовольствие до бесконечности —  так уж сложилось *. Это не делает их менее ценными. Испытывать счастье приятно, и это объясняет, почему мы так уязвимы перед его соблазном и почему оно длится так недолго. Мы застряли в эффекте пружины: тяга к удовольствию сильна, но чем больше мы прикладываем сил в погоне за ним, тем быстрее и сильнее болезненный откат.

ТРЕЗВЫЙ ВЗГЛЯД НА ВАШЕ «СЧАСТЛИВОЕ МЕСТО»

Когда вы в последний раз испытывали удовольствие? Что при этом делали? Постарайтесь воспроизвести это чувство. Начните с воспоминаний о физических источниках приятных ощущений: секс с хорошим партнером, вибрации в глубине живота от смеха в компании друзей, стакан холодной воды в момент максимальной жажды,одновременное прикосновение теплого солнца и свежего ветра к вашей коже. Вспомните этот момент.Закройте глаза.Почувствуйте его.Это и есть оно,ощущение счастья. Откройте глаза. Счастье прошло? Наверняка. Когда мы покидаем «счастливое место», ощущение затухает. У счастья есть границы, и это просто реальность.

*У этого есть научное объяснение, к которому я перейду позже, а пока просто понаблюдайте за собой. Отметьте, где вы чувствуете себя наиболее счастливыми, и обратите внимание на ограниченную продолжительность этих моментов счастья и удовольствия. — Прим. авт.

ЦЕННОСТЬ УДОВОЛЬСТВИЯ

Философ XVI века Мишель Монтень писал *: «Чесаться—одно из самых приятных и доступных удовольствий, какие даровала нам природа». Каждый, кто когда-либо ломал конечность и проводил месяцы в гипсе, совершенно точно знает, о чем он.

Я в восторге от этой цитаты. Она отражает самую суть удовольствия и тех моментов, когда вам просто хорошо. В удовольствии действительно есть что-то чистое и примитивное. Ощущение, от которого хочется танцевать. Подумайте о самых ярких примерах удовольствия: отдых на диване, объятия ребенка, моменты притяжения во время удачного первого свидания. Удовольствие может быть сложным, но его ценность в этих простых мелочах. Мы могли бы спросить, почему удовольствие ценно, почему чувствовать себя хорошо для нас полезно, но я не думаю, что нам действительно нужны эти ответы. Мы знаем, что удовольствие ценно, просто чувствуя его.

Польза от него ощутима и очевидна. Но оглянитесь вокруг. Много ли вы видите людей, стремящихся к жизни, полной удовольствий? Вероятно, не так уж много. Это наблюдение должно в значительной степени помочь нам переосмыслить культ счастья. Оно не может быть целью Хорошей Жизни. Счастьем она не исчерпывается.

Многие из нас в глубине души знают: счастье не самая важная вещь в жизни. Оно ценно, потому что доставляет удовольствие, но для многих людей удовольствие не так уж и важно. Даже если мы не можем не ценить его моменты.

*Похоже, Монтеня побудило сделать это наблюдение описанная Платоном сцена, в которой Сократ почесался, когда его освободили от наручников во время следствия (Монтень Мишель. Опыты. Избранные произведения в -х томах. Tом / Пер. А. С. Бобовича и др. —  М.: Голос, ). — Прим. авт.

Посмотрите вокруг еще раз (сейчас будет сложнее): сколько вы знаете людей, которые стремятся жить счастливой жизнью и добиваются в этом успеха? Возможно, вы слышали такие истории. Может быть, даже знаете кого-то лично.

Документальный фильм «Счастье», замечательно исследующий этот феномен, рассказывает о горстке людей, которые заявляют, что счастливы, или кажутся счастливыми. Постоянно. Один из них особенно выделяется: загорелый лохматый бразильский серфер, живущий в хижине с курами —  на берегу океана, но без электричества. Он посвящает свою жизнь серфингу, выглядит радостным и утверждает, что очень счастлив. По идее мы должны воспринимать его как человека, который открыл секрет счастливой жизни. Но все же я присматриваюсь повнимательнее. Я слышу его слова и то, как он говорит о волнах: у него духовная связь с водой, и это определяет его образ жизни. Его глаза широко открыты и приветливы, как будто он видит то, что все мы видеть неспособны.

Если присмотреться, становится ясно, что им движет не просто стремление к счастью. Это не слова и не взгляд человека, живущего лишь удовольствием. Это слова и взгляд человека, который общается с природой через чувство благоговения. Благоговение —  одна из тех потрясающих эмоций, которые мы испытываем при соприкосновении с чем-то, что больше и значительнее нас 11. Оно находится в одном шаге от удивления, которое в свою очередь порождает интерес. Но благоговение —  это не удовольствие. Что бы ни испытывал бразильский серфер, это нечто большее, чем удовольствие и счастье.

РАЗВЕ ВСЕ ЭТО НЕ ПРИЯТНО?

Призываю вас, сейчас и далее, более четко представить себе различные виды чувств и душевных состояний, которые мы связываем с Хорошей Жизнью. Уверяю вас, это не просто философ во мне докапывается до мелочей.Есть несколько причин,по которым важно отойти от общих описаний и перейти к конкретике, когда вы начинаете всерьез задумываться о лучшей жизни.

Во-первых, если мы просто стремимся к тому, что приятно, наши усилия будут бессистемной погоней за ветром,а не осознанным стремлением к тем ценностям,которые улучшают нашу жизнь и несут пользу. Конечно,удовольствие приятно,как и интерес,как и самореализация, —  если бы это было не так, странно было бы считать их частью Хорошей Жизни! Умение различать способы,которыми эти ценности делают приятно, очень важно для осознания их вклада в жизнь, а также для развития более тонкого понимания ваших сиюминутных потребностей. Например, удовольствие ощущается более пассивно, чем интерес;

вмоменты усталости нам лучше искать приятное,а в моменты скуки —  интересное.

Во-вторых,выход за рамки общего описания «приятных ощущений» позволит лучше понять нашу цель и то,что мы можем сделать,чтобы ее достичь. Рассмотрим разницу между благоговением и удовольствием. Благоговение возникает,когда вы чувствуете,что находитесь в присутствии чего-то грандиозного, в то время как удовольствие рождается

врезультате известных физиологических триггеров. Что из этого вам нужно —  вот важная практическая информация. Когда вы это поймете, будет легче достичь желаемого.

В-третьих, единственный способ воспользоваться результатами практических исследований —  понять,что именно они демонстрируют. Психологические опыты выявляют связи между действиями и паттернами мышления,а также между конкретными состояниями и чувствами.

Чтобы понять, какие действия и мыслительные модели вам лучше использовать, необходимо знать, с чем они связаны и нужно ли вам это. Оптимизм, например, это образ мыслей, который сильно коррелирует со счастьем и чувством удовольствия. Амбиции же напрямую связаны с психологической насыщенностью и интересной жизнью. Оптимизм вряд ли поможет вам найти интересное, а сложные задачи не дадут испытать удовольствие. Стоит ли вам становиться оптимистом, во многом зависит от того, насколько вы удовлетворены уровнем удовольствия в своей жизни. А надо ли вам стремиться к большему в целом —  от того, насколько вы довольны ее текущей психологической насыщенностью.

Вы открыли эту книгу, чтобы перестать ковылять по жизни и сделать ее по-настоящему хорошей.Чем больше вы запомните различных способов почувствовать себя лучше, тем быстрее перестанете спотыкаться на пути.

Точный портрет жизни, полной удовольствий, можно увидеть в романе Алекса Гарланда «Пляж» ( г.) *, по которому снят одноименный фильм. Завязка проста: парень, путешествующий налегке по Таиланду, слышит разговоры о пляже, где другие туристы устроили лагерь. Это рай. Это блаженство. Ничего кроме удовольствия. Он отправляется на поиски пляжа, расположенного на одном из островков архипелага. И находит его —  он действительно выглядит как рай. Но люди, живущие там? Не так уж и счастливы. Скорее они мучаются. Они нашли идеал, цель всей жизни. Но даже рая оказалось мало: в маленьком обществе начинается хаос в духе «Повелителя мух» **. Люди гибнут. Герой

*Гарленд Алекс. Пляж. —  М.: Азбука, .

** Голдинг Уильям. Повелитель мух. —  М.: АСТ, .

сбегает, усвоив очень ценный урок: чем больше мы гонимся за счастьем, и только за ним, тем менее счастливы будем.

Грустно, я понимаю. Но это правда, о чем ясно знает каждый, кто пытался жить в свое удовольствие. Такая жизнь разочаровывает. Печальная реальность в том, что мы просто люди и у нас есть склонности, которые неизбежно портят удовольствие, особенно если мы считаем его основным условием лучшей жизни. Счастье —  нестабильная и неустойчивая основа, если никакой другой поддержки нет.

КАК МЫ ПОРТИМ УДОВОЛЬСТВИЕ

У людей долгая и сложная история отношений с удовольствием, выходящая далеко за пределы «Пляжа». Наши самые ранние истории рассказывают о том, что мы склонны портить хорошие вещи (привет, Адам и Ева!). Мы очень долго все портили. Удо- вольствие —  наш неуловимый Святой Грааль, соблазнительный, но всегда почему-то недосягаемый. Мы не становимся счастливее. Что мы делаем не так? Все сводится к трем вещам. Хотя, к сожалению, мы не можем перестать все портить, мы можем разобраться, почему это делаем. И это ослабит нашу веру в то, что счастье непременно все навсегда исправит.

Мы думаем: чем больше, тем лучше

Дело вот в чем: хотя многие существа испытывают удовольствие, люди все сводят к количественным показателям. Удо- вольствие —  это хорошо. Быть счастливым —  приятно. Поэтому нам это нужно. Но, когда мы хотим удовольствия, мы не можем просто лечь на спину, выглядеть мило и ждать от жизни счастья, как моя собака Руби (для нее счастье —  это почесывания, и она

неотразима!). Нет, мы пробуем удовольствие на вкус и думаем: чем больше, тем лучше. Это естественно и неизбежно. Мы можем попытаться довести наши инстинкты до уровня социальных норм или извлечь уроки из прошлого опыта *. Но невозможно отрицать непреодолимое давление идеи о том, что больше —  значит лучше.

Не зря говорят —  хорошенького понемножку: больше удовольствия не всегда лучше, а погоня за количеством сбивает нас с пути. Не с какого-то «праведного пути», я не об этом. Парадоксально, но гонка за удовольствиями скорее отдаляет нас от самого удовольствия. Его природа такова, что чем больше мы к нему стремимся, тем меньше его испытываем.

У чувства наслаждения есть естественный срок годности. Удовольствие, в конце концов, выполняет особую эволюционную функцию —  побуждает нас действовать так, чтобы сохранить жизнь себе и будущим поколениям. Рассмотрим самые простые источники приятных чувств: еда, секс, социальная активность. Именно эти вещи необходимы для выживания вида. С функциональной точки зрения, удовольствие заставляет нас заниматься тем, что приносит пользу 12. Но для этого приятные чувства, которые мы испытываем, должны утихать со временем. Если бы мы могли поесть однажды и навсегда стать счастливыми, мы бы никогда больше не ели. Если бы могли вечно испытывать оргазм, у нас не было бы мотивации к сексуальным связям и/ или размножению. Поэтому вполне естественно, что удовольствие приходит и уходит. Его продолжительность ограничена самой природой.

*Я вечно благодарна своей невестке за безлимитный шведский стол с шоколадом, который она устроила на одном из семейных праздников. Мой пятилетний сын так наелся сладким, что боль от последующей рвоты заставила его завязать с шоколадом на большую часть детства, существенно облегчив мне жизнь. — Прим. авт.

Когда мы рассматриваем его сущность с научной точки зрения, мы видим, что удовольствие служит важной, но локальной цели. Оно не может быть конечной точкой, однако становится инструментом, побуждающим нас действовать так, чтобы выжить. Но для человека также естественно хотеть большего. Это создает несколько извращенную цепную реакцию. У удовольствия есть срок годности, поэтому оно всегда заканчивается. Но, поскольку оно приятно, мы постоянно хотим большего. Возникает замкнутый цикл: мы всегда будем стремиться к тому, чего нельзя достигнуть. К жизни, полной все новых и новых приятных ощущений.

Нигде так ярко не проявляется этот нездоровый цикл, как

вслучаях с зависимостью. Стремление к большему есть в каждом из нас, но у некоторых оно сильнее и со временем превращается в патологию. Болезненная жажда заставляет искать все больше и больше наслаждения из одного и того же источника, будь то еда, наркотики или секс. Мы тонем в удовольствии, без конца стремясь к нему. Но наш мозг просто не может с этим справиться, поэтому идет на хитрость. Он приспосабливается *. Одни и те же источники перестают приносить удовольствие —  подлый трюк, но без него никак. Мозг просто делает что должен

вответ на изменения. Это даже не уловка, хотя может показаться, что это так. И чем больше мы пытаемся вырваться из цикла, тем сильнее в нем завязаем. Стремимся к большему, а получаем все меньше.

*Например, при наркомании мозг приспосабливается к притоку наркотиков, выделяя меньше полезных веществ, чем обычно. Наркотики, вызывающие зависимость, производят большое количество дофамина, который наш мозг вырабатывает естественным образом. Но если дофамин начинает постоянно поступать извне, мозг перестает вырабатывать его сам. Проблема еще и в том, что он может даже начать снижать повышенный уровень дофамина, поступающего от наркотиков, например, уничтожая собственные рецепторы. — Прим. авт.

Удовольствие ради удовольствия

Привычка к удовольствию —  хитрый (и более философский) способ портить себе радость, одновременно заманчивый и неизбежный для большинства из нас. В душе мы все философы. Проблема «стремления к большему» в значительной мере связана

снашими физиологическими реакциями и импульсами, касающимися удовольствия, которые часто противоречат основной его функции и вызывают эмоциональные расстройства. Проблема «ценности удовольствия» во многом зависит от того, как мы естественным образом начинаем осознавать и принимать те вещи в жизни, которые делают нас счастливыми.

Дорожить чем-то естественно для человека. Это признак способности нашего разума осмысливать опыт и выходить за его рамки. В большинстве случаев именно к тому, что ценим, мы и стремимся —  вполне успешно. Например, если для нас важно образование, то мы видим в нем нечто большее, чем просто обязанность. Оно становится ценным само по себе. Мы начинаем воспринимать учебу как самоцель. Ценность нашего образования помогает нам учиться. Мы думаем об учебе с той точки зрения, которая критична для успеха.

Когда нам дорого удовольствие, все несколько иначе. Как бы естественно ни было ценить то, что мы считаем хорошим, в случае

судовольствием это значит запустить цикл саморазрушения 13. Когда мы ценим удовольствие ради удовольствия, мы предпочитаем его другим вещам в жизни. Мы начинаем считать его более важным, чем то, что его вызывает.

Допустим, вы усердно готовили презентацию для работы. И это принесло плоды: коллеги высоко ее оценили. Вы уходите домой, рассуждая: «Было здорово. Я должен проводить больше презентаций, чтобы не останавливаться на достигнутом». В следующий раз, сидя перед компьютером, вы думаете: «А стоит ли

так усердно работать? Никто не заметит разницы, если я просто попрошу ChatGPT написать презентацию. И всем же хорошо!» Так вы и делаете. Никто не догадался, и вас снова хвалят *. Чувствуете ли вы себя так же замечательно, как в первый раз? Скорее всего, нет.

Этот режим погони за удовольствием возникает так естественно, что мы сами того не замечаем. Беда в том, что мы начинаем считать удовольствие конечной целью, хотя это не так. Оно призвано быть наградой, но это бонус, а не цель или смысл. Мы портим основную идею, когда относимся к нему таким образом. Если мы испытываем удовольствие после напряженной работы над презентацией, мы и близко не почувствуем того же, если пропустим эту часть процесса.

В некоторых случаях нам удается избежать неприятностей, рассматривая удовольствие как конечную цель. Иногда мы просто хотим почувствовать что-то приятное и знаем себя достаточно хорошо, чтобы понять, что именно нам поможет. Мы отправляемся в роскошный отпуск. Идем на массаж. Занимаемся сексом

ивкусно едим. Но что, если мы будем вести себя так постоянно

ипринимать все решения из этих соображений?

Откровенно говоря, ничего хорошего. Ценить вещи ради удовольствия, которое они приносят, —  значит портить восприятие всех хороших вещей. Философы часто описывают это в терминах своего рода «шизофрении» 14. Это нарушение обычных связей. Оно возникает, когда мы начинаем определять ценность чего-либо —  будь то кусок шоколада, карьера или человек —  по количеству принесенного удовольствия, а не по тому, что изначально привлекло нас. Когда мы так поступаем,

*Это гипотетический пример. Возможно, наступит время, когда вы сможете использовать ChatGPT и это останется незамеченным, но для этого ChatGPT должен стать намного лучше. — Прим. авт.