Социальная адаптация (ресоциализация) лиц, освобождаемых и освобожденных из исправительных учреждений. Итоги теоретического исследования

Лысягин О.Б.,

кандидат юридических наук, доцент

О ТЕОРЕТИЧЕСКОЙ БАЗЕ

ИДОРОЖНОЙ КАРТЕ РЕСОЦИАЛИЗАЦИИ, СОЦИАЛЬНОЙ ПОДДЕРЖКИ

ИЗАЩИТЫ ГРАЖДАН, ОСВОБОЖДЕННЫХ ИЗ ПЕНИТЕНЦИАРНЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ

Проблема ресоциализации лиц, освобожденных от отбывания наказания, начала активно разрабатываться в нашей стране еще в 70-е гг. прошлого столетия.

Среди ученых-пенитенциаристов, сделавших значительный вклад в актуализацию этой темы, следует в первую очередь назвать Н.А. Стручкова, А.С. Михлина, И.В. Шмарова, Ю.М. Антоняна, В.И. Селиверстова, В.А. Уткина.

Вслед за ними многие другие ученые, научные и практические работники включились в научную и практическую разработку этой проблемы. Была создана теоретическая база, необходимая для нормативно-правового обеспечения и решения на практике многих вопросов, связанных с подготовкой осужденных к освобождению­ и их социальной адаптацией.

На этой основе в разработанный в те годы Уголовно-исполни- тельный кодекс Российской Федерации включены нормы, создающие предпосылки для успешного процесса ресоциализации. Кроме этого, было подготовлено несколько проектов законов о социальной адаптации лиц, отбывших уголовное наказание в виде лишения свободы.

К сожалению, в связи с существенными социально-политиче- скими и экономическими изменениями, произошедшими в стране в 1980-е и 1990-е гг., довести до завершения разработку законодательной базы ресоциализации не удалось.

В то же время, несмотря на то что до настоящего времени не создана стройная система, включающая нормативно-правовой блок, соответствующие государственные и негосударственные структуры, обеспечивающие процесс ресоциализации, в большинстве

333

Раздел 4

регионов Российской Федерации приняты нормативные правовые акты, регламентирующие эту сферу деятельности, наработан положительный опыт, имеются позитивные результаты практической деятельности.

Внастоящее время представляется актуальной задача создания нормативно-правовой базы на федеральном уровне, определения (создания) федерального органа исполнительной власти, который должен организовывать, контролировать и осуществлять эту деятельность в координации со всеми другими заинтересованными государственными, а также негосударственными органами

иобщественными объединениями.

Вэтой связи следует признать своевременной и полезной идею подготовки Теоретической базы социальной поддержки и защиты граждан, освобожденных из пенитенциарных учреждений (далее – Теоретическая база), а также Дорожной карты «Ресоциализация и социальная защита граждан, освобожденных из пенитенциарных учреждений» (далее – Дорожная карта), разработанных кафедрой уголовного права и криминологии Самарского национального исследовательского университета имени академика С.П. Королева (д.ю.н. Т.В. Кленова, к.ю.н. О.А. Адоевская, к.ю.н. О.В. Климанова).

Изучение названных документов показывает, что в настоящее время имеются необходимые теоретические, нормативно-право- вые и практические предпосылки для следующего шага – создания упорядоченного, системного института ресоциализации лиц, отбывших уголовное наказание в виде лишения свободы. Теоретическая база и Дорожная карта могут внести существенный вклад в этом направлении.

Одновременно полагал бы необходимым высказать некоторые соображения и предложения по тексту названных документов.

Прежде всего, считаю целесообразным внести уточнение в наименование Теоретической базы. В тексте документа (с. 7) справедливо указывается, что «Ресоциализационная уголовная политика направлена на интеграцию лиц, отбывших наказание, в систему общественных отношений». Отсюда делается вывод: «В этой связи считаем важным создание комплексной Теоретической базы социальной поддержки и защиты граждан, освобожденных из пенитенциарных учреждений». В то же время понятие «ресоциализация» шире, чем

334

Материалы обсуждения «теоретической базы социальной поддержки и...

социальная поддержка и защита освобожденных. Оно, в частности, предполагает также меры по профилактике рецидива, включая осуществление контроля за освобожденными, принятие в необходимых случаях к ним мер воздействия и принуждения. Это, кстати говоря, отражено в наименовании Дорожной карты. В этой связи наименованиеТеоретическойбазыдолжноболееполноотражатьеесодержание.

В ряде случаев понятийный аппарат также требует уточнения. Так, в разделе «Дорожная карта» (с. 17) употребляются термины «представители государственной власти и гражданского общества». В следующем разделе «Мероприятия, направленные на ресоциализацию» употребляются уже другие термины – «публичные и непубличные субъекты деятельности по ресоциализации». Закономерно возникает вопрос о том, насколько те и другие термины наполнены самостоятельным содержанием, хотя из контекста Дорожной карты можно предположить, что речь идет об одних и тех же субъектах. В этом случае представляется предпоч-

тительным унификация терминов.

Втексте Дорожной карты утверждается, что «социальная защита граждан, освобожденных из пенитенциарных учреждений, – конституционно гарантированный институт». В то же время в Конституции Российской Федерации говорится о гарантированных правах граждан. Освобожденные из мест лишения свободы специально не выделяются. Поэтому следует, видимо, говорить о том, что конституционный институт защиты прав граждан в полной мере распространяется на освобожденных.

Втексте Дорожной карты (с. 54–55) предлагается определить в регионах в качестве органа, координирующего работу по ресоциализации, уголовно-исполнительные инспекции. На федеральном уровне координатором должен выступать Минюст России. Представляется, что такая схема не может быть достаточно эффективной и рабочей, поскольку уголовно-исполнительные инспекции не подчинены Минюсту России, что объективно приведет к рассогласованности координационной функции в центре и на местах. При этом следует отметить, что координация деятельности субъектов ресоциализиционной деятельности является ключевой в работе по возвращению освобожденных в общество.

Не могу согласиться также с утверждением о том, что включение индивидуальной программы ресоциализации в качестве составной

335

Попова Е.Э.,

к.ю.н., доцент (Российский государственный университет правосудия)

ПРАКТИКИ СОЦИАЛЬНОЙ АДАПТАЦИИ И РЕСОЦИАЛИЗАЦИИ: ВЗГЛЯД В ИСТОРИЮ

Под социальной адаптацией и ресоциализацией осужденных понимается индивидуализированный процесс, направленный на изменение и приспособление социально-индивидуальных признаков личности, к которой применяются средства кара- тельно-воспитательного воздействия вследствие реализации уголовного наказания, и создающий необходимые для этой личности условия для ее включения в окружающую среду после освобождения.

Структура окружающей среды для каждой личности имеет дифференцированные характеристики, обусловленные временными, экономическими, политическими, правовыми и историческими факторами. Так же, как формы уголовно-правового воздействия на осужденного имеют свойство к изменениям, так и содержание социума, в котором находится личность и в период отбытия уголовного наказания, и после освобождения, подвержено таким же изменениям.

Анализ истории становления и развития форм и направлений социальной адаптации и ресоциализации лиц, освобожденных от наказания, показал, что в разные исторические периоды развития общества одни формы социальной адаптации формировались в более ранние периоды, находили свое закрепление в законодательстве, успешно реализуются в настоящий период и найдут свое применение в долгосрочной перспективе. К таким формам относятся, например, сохранение семейных связей, духовно-нравст- венное воспитание личности. Форму трудовой адаптации осуж­ денных можно отнести к среднесрочному периоду реализации, но ее активное применение не оставляет никаких сомнений в эффективности и востребованности как в настоящем, так и в будущем. Такой же активной востребованностью пользуются социальные практики, связанные с образованием осужденных.

337

Раздел 4

В таблице ниже приведены периоды, в которые находили свое проявление различные формы социальной адаптации и ресоциализации осужденных и лиц, освобожденных от отбывания наказания. В рамках одной статьи невозможно охватить все временные и исторические периоды, а также исчерпывающий перечень социальных практик, поэтому здесь показаны только некоторые из них, тем не менее и они довольно наглядно демонстрируют спрос государства и общества на применение практик социальной адаптации и ресоциализации в разные периоды.

Процесс социальной адаптации и ресоциализации представляет собой длительный период, «имеющий в своей основе сложный комплекс психолого-педагогических, экономических, медицинских, юридических и организационных мер, направленных на формирование у каждого осужденного способности и готовности к включению после отбытия наказания в обычные условия жизни общества»1. Следовательно, его применение к осужденным может принимать разные формы или менять свое содержание в рамках одной и той же формы в силу наличия факторов, которые оказывают как негативное, так и позитивное воздействие на сам процесс социальной адаптации и ресоциализации. Так, например, если законодательство отказывается от имеющейся формы социальной адаптации в силу политических или иных факторов, то реализация данной формы к осужденному становится невозможной либо испытывает существенные затруднения. Такой, например, опыт имела Русская православная церковь, а также представители иных религиозных течений в работе с осужденными, когда пережили длительный период отлучения от этой деятельности и этап возврата или возрождения своей практики.

Более того, применение только одной из форм или направлений социальной адаптации и ресоциализации к осужденному оказывается недостаточным и предполагает индивидуальный подход в разработке комплексной программы социальной адаптации и (или) ресоциализации, актуализированной под различные этапы нахождения осужденных на отбывании наказания и после их освобождения, а также корректировку данной работы на протяжении всего процесса реализации. Хороший результат

1 Михайлов А.Н. Социально-психологические проблемы лиц, освобождающихся из мест лишения свободы // Прикладная юридическая психология. 2016. № 4. С. 47.

338

Материалы обсуждения «теоретической базы социальной поддержки и...

такой деятельности в свое время показывал институт наставничества (в индивидуальной или коллективной форме), который, к сожалению, утрачен в постсоветский период и до настоящего времени так и не восстановлен. В.А. Елеонский, исследуя данную работу, указывал на ее широкое распространение и вовлечение в нее известных и знатных людей страны, ветеранов партии и труда, деятелей науки и культуры и т.д. Так, в Саратовской области над исправительными учреждениями шефствуют 42 заводских цеха, 16 промышленных предприятий, 11 культурно-просветительских учреждений. В Горьковской области за трудновоспитуемыми осужденными закреплено около 700 индивидуальных шефов, которые проводят с ними большую воспитательную работу1.

Необходимо указать, что такая форма имеет более глубокое значение, чем только факт закрепления шефа за осужденным. Это проявление реальной взаимосвязи общества с осужденным, заинтересованности в его адаптированности, социальной пользе и признания ее в период или после отбытия уголовного наказания. Это изменение общественного мнения от позиции отторжения к позиции принятия и в дальнейшем востребовательности лиц, освобожденных от отбывания наказания, в трудовых коллективах на основе имеющихся профессиональных и трудовых навыков.

Итак, история как фактор воздействия на формирование прак­ тик по социальной адаптации и ресоциализации показывает, что данные практики обладают динамикой изменения форм и содержания,взависимостиотисторическогопериода,социальнойнеобходимости или признания такой формы, условий ее реализации, признаком закрепления определенных форм в законодательстве, периодизации (краткосрочной, среднесрочной и долгосрочной) их применения, а также способности возврата к перспективным ее формам.

1 Елеонский В.А., Прокопов М.П. Роль общественности в нравственном воспитании осужденных. М., 1976. С. 11–15.

339

341