Психология регуляции экономической активности. Учебно-методический комплекс

2.1. Теоретическая часть

анализа, нарративного интервью и типологического анализа в контексте изучения экономической активности субъекта, а также оказания психологических услуг руководителям организаций и персоналу. Общей для этих методов стала задача эксплицировать и операционализировать нарративные характеристики речи.

Метод ССRT.

Метод центральной конфликтной темы отношений по замыслу автора должен был улавливать повторяющийся паттерн взаимодействия. При этом понятие «интернализованный конфликтный паттерн отношений» мыслится как релевантное классическому фрейдовскому понятию «перенос» и, следовательно, может служить операциональной мерой последнего или хотя бы каких-либо его аспектов. Разработанный Л. Люборски метод CCRT заключается в анализе речи клиента, направленном на выделение так называемых эпизодов взаимодействия, которые определяются как рассказ о каком-либо взаимодействии клиента с окружающими его людьми, удовлетворяющий следующим требованиям:

1)единство места, времени и объекта, с которым взаимодействует пациент; это означает, что границы эпизода взаимодействия задаются сменой места времени и объекта (скажем, если клиент рассказывает о своем взаимодействии с одним и тем же человеком, но в разное время, то эти истории будут считаться различными эпизодами взаимодействия);

2)наличие всех трех компонентов CCRT в пределах одного эпизода, а именно желания (или интенции), реакции объекта и реакции субъекта. Далее, согласно Люборски, психолог на основе несложных математических процедур высчитывает центральную конфликтную тему взаимодействий. Компоненты эпизодов взаимодействия по замыслу автора являются равными по весу, так как все данные эпизоды считаются равноценными, а потому могут легко быть подсчитаны и ранжированы. Процедурная последовательность работы психолога по методу CCRT дана в работе Е. С. Калмыковой и И. Г. Чесно-

71

2. Учебно-методический блок

вой: «Специально обученный эксперт читает транскрипт (полный протокол) сеанса и локализует в нем так называемые эпизоды взаимодействия; затем другой эксперт прочитывает только эти эпизоды и идентифицирует в них три компонента — желания, реакции объекта и реакции субъекта. Эпизоды, касающиеся психолога, могут выступать как: (а) рассказ клиента о прошлом взаимодействии; (б) разыгрывание взаимодействия здесь-и-теперь; важно подчеркнуть, что “разыгрывания” квалифицируются как эпизоды взаимодействия, “в которых пациент инициирует эпизод, задавая психологу провокационный вопрос, на который тот отвечает нетерапевтически”… [Затем] оба типа эпизодов взаимодействия с психологом учитываются на следующем этапе анализа материала — при поиске тематических последовательностей всех трех компонентов. Просмотр всех эпизодов позволяет найти наиболее приемлемый уровень обобщения полученных единичных категорий. Затем подсчитывается частота встречаемости всех трех типов компонентов и составляется центральный паттерн взаимоотношений пациента из наиболее часто встречаемых компонентов желаний, реакций объекта, реакций субъекта. Таким образом, метод CCRT представляет собой процесс обобщения явного содержания на некотором оптимальном уровне абстрагирования» (Обзор методов практической и нарративной психологии).

Методу CCRT предшествовало множество различных стратегий выявления паттерном взаимоотношений в речи клиента. Кратко перечислим некоторые из них. Метод диагностического плана Вайса включает описание следующих компонентов: цели клиента в терапии; патогенные убеждения, мешающие клиенту достичь этих целей; способы, которыми клиент склонен «проверять» терапевта с точки зрения этих убеждений; инсайты, которые могли бы помочь клиенту. Конфигурационный анализ Горовица приводит к обобщенной конфигурации ролевых моделей отношений. Данные психотерапевтических сессий рассматриваются с трех точек зрения: состояний, паттернов взаимодействия и информации. В системе ме-

72

2.1. Теоретическая часть

тода анализа переживания клиентом отношений с психологом Гилла и Хоффмана кодируются скрытые намеки и явные ссылки на отношения с психологом. Метод сосредоточен на том, в какой степени вмешательства (интервенции) психолога затрагивают латентное и актуальное переживание пациентом этих отношений. Метод выявления циклических дезадаптивных паттернов Шахта входит в более обширную систему структурного анализа социального поведения (SASB), который предполагает анализ и кодирование каждой отдельной мысли по ходу сессии. Выделяемые методом компоненты составляют действия субъекта, ожидания по отношению к другим, последующие действия других по отношению к субъекту и последующие действия субъекта по отношению к самому себе. Наконец, метод рамок (или фреймов) основан на анализе последовательностей событий, связанных с желаниями и убеждениями, по мере их проявления в действиях, мыслях, восприятии, чувствах человека. «Фрейм» определяется как последовательность предикатов, в которой их производит клиент; характер и структура этой последовательности имеют диагностическое значение.

Дискурс-анализ.

Противоречивость использования термина «дискурс» во многом обусловливается существующими сегодня подходами к его трактовке. Так, в работе М. Макарова описывается два подхода к определению дискурса — формальный и функциональный. С позиций первого дискурс есть совокупность предложений, высказываний, находящихся в смысловой связи. То есть дискурс понимается как некая логически выстроенная речь, обладающая общим смысловым полем. Формалистов, таким образом, интересует в большей степени то, как устроен язык сам по себе без привязки его к субъекту и процессу коммуникации. Функциональный подход к определению дискурса наделяет его свойством активности в социокультурном контексте. Под дискурсом здесь понимается любой способ реализации языка в социальном пространстве. То есть дискурс уже

73

2. Учебно-методический блок

существует не сам по себе, не закрывается сам в себе, а выполняет некую функцию. Последняя зависит от контекста реализации дискурса — ситуации коммуникации, субъектов общения.

У Е. А. Кожемякина мы находим дополненную классификацию подходов к пониманию дискурса. Кроме формальной и функциональной он описывает прагматическую и критическую трактовки дискурса. Согласно первой, он характеризуется как «целенаправленный, мотивированный, осознанный коммуникативный акт или процесс, лингвосоциальная форма взаимодействия в социальном контексте, а также как результат деятельности людей» (Кожемякин, 2008, с. 82). При данной точке зрения дискурс уже приобретает некий оттенок субъектности, так как его особенности зависят от, во-первых, личности автора и адресата сообщения, а во-вторых, от ситуации передачи этого сообщения. Таким образом, дискурс может быть разделен на личностный и статусный: важным становится вопрос о том, с какой позиции субъект дискурса его производит — личностной или же статусной. Согласно критической трактовке, дискурс — некий свод правил, нормативов, предписаний речевого поведения с целью его упорядочивания и наделения соответствующим смыслом. Это понимание феномена включает помимо структурной и субъектной составляющих широкий социальный контекст, а именно идеологию, общий исторический фон реализации того или иного дискурса. Так, Т. А. Ван Дейк описывает дискурс как высказывание, которое определяется набором когнитивных установок. Последние же не существуют и не формируются сами по себе, а являются продуктом опыта субъектного взаимодействия с окружающей его социальной средой. Н. Н. Миронова предлагает следующую дефиницию: «Дискурс — это речевой поток, язык в его постоянном движении, вбирающий в себя все многообразие исторической эпохи, индивидуальных и социальных особенностей как коммуниканта, так и коммуникативной ситуации, в которой происходит общение. В дискурсе отражается мента-

74

2.1. Теоретическая часть

литет и культура как национальная, так и индивидуальная, частная» (цит. по: Кожемякин, 2008, с. 96). Согласно французскому философу М. Фуко, дискурс есть совокупность языковых практик, участвующих в формировании представлений об объектах, которые в нем подразумеваются. Таким образом, ученый в еще большей степени усиливает идеологическую составляющую производства дискурса. Более того, он выступает средством достижения и реализации власти. При этом формирование объектов подчиняется требованиям определенной формации, социально-историческому контексту. То есть ка- кой-либо объект мог формулироваться в языке именно в данном обществе, именно в данную эпоху, именно в данной науке и т. д. Например, такие понятия, как «менеджмент», «корпоративная культура», «персонал» и другие возникли в качестве своего рода отражения изменений, происходящих в науке управления в XX веке. Или же возьмем термины «мотивация», «социальная группа», «потребности», «самореализация» и так далее — все они на одном из этапов развития психологии как науки стали актуальными и для научного менеджмента. Это оказалось возможным в определенный момент развития общества (рост производства, промышленности и т. п.), а также психологической науки (смещение исследований с изучения психических и психологических патологий на изучение здорового человека) от психоанализа к гуманистической психологии (Кожемякин, 2010).

С другой стороны, дискурс конструирует описываемую им реальность. Возвращаясь к примеру о психологических понятиях в научном менеджменте, поясним данное положение. До проведения Э. Мэйо знаменитых хотторнских экспериментов в управленческом дискурсе не было места для психологических понятий и терминов. Но с описанием закономерностей функционирования рабочих групп, проблем неформального лидерства в управленческий дискурс включаются соответствующие психологические понятия. Или другой пример — современный исследователь лидерства М. Кетс Де Врис, будучи

75

2. Учебно-методический блок

практикующим психоаналитиком, в научный менеджмент и теории управления добавляет психоаналитическую терминологию. Происходит конструирование новой управленческой реальности, где важное место начинают занимать понятия бессознательного, мотивации, самоактуализации и так далее, которые ранее не входили нее.

Таким образом, трактовка термина «дискурс» во многом определяется тем научным подходом и выбором той трактовки, которая ближе ученому. Также стоит отметить расширение исследовательского поля данного феномена. Зародившись в лингвистике, изучение дискурса касалось изначально проблемы его структуры, схемы (формальный подход), затем данный термин входит в исследовательское поле философов, социологов, психологов (функциональный и критический подходы) — произошло смещение исследовательского интереса с вопросов, что есть дискурс и как он устроен, на вопросы, почему дискурс устроен определенным образом и зачем, какой цели он служит?

Дискурс и личность.

Итак, наша ключевая идея заключается в том, что существование человека возможно только в речевом пространстве или, в более узком смысле, в пространстве коммуникации. «Мыслю, следовательно, существую» мы можем трансформировать в «говорю, следовательно, существую». При этом нам кажется, что данные утверждения не противоречат друг другу, так как акт мышления есть по сути акт речи — внутренней либо же направленной на какой-то внешний объект. Как нам представляется, объект постоянен — он может быть реальным или виртуальным, но тем не менее адресат нашего мыслительного / речевого сообщения всегда присутствует в определенной мере. Более того, с позиций дискурсного подхода «я есть то, что я говорю». То есть речевой акт субъекта в тот или иной момент времени и / или в той или иной ситуации позволяет ему заявить о собственном существовании в соответствующих времени и ситуации.

Человек является продуктом культуры и действует согласно культурным нормам (в отличие от животных, находящихся

76

2.1. Теоретическая часть

во власти инстинктов). Субъект — носитель некоего уникального опыта, складывающегося из особенностей его коммуникативного взаимодействия с различными социальными группами, средствами массовой коммуникации, институтами образования, художественной литературой и т. д. Это значит, что субъект формируется не сам по себе — изолированно от окружающей действительности, а под влиянием на него факторов. Влияние же опосредовано коммуникацией, которая наделяется субъектом неповторимым смыслом. Мы можем сказать, что субъект обладает определенным набором коммуникативных практик, реализуемых в соответствующих дискурсах — профессиональном, образовательном, организационном и т. д. То есть субъект постоянно находится в процессе производства и воспроизводства смыслов. Какое значение это имеет для понимания акта коммуникации? Возьмем для примера самую простую форму — диалог. У каждого из двух субъектов существует собственное представление о самом себе, о собеседнике. Притом данные представления есть продукт настоящего восприятия друг друга, а также, что, возможно, важно, продукт прошлого, неосознаваемого опыта. В традициях классического фрейдизма это есть бессознательное или то, что словенский психоаналитик и философ С. Жижек называет «незнание о знании».

В свою очередь, дискурс направляет и организует правильность коммуникации. Это ярко иллюстрирует Е. Переверзев в статье «Дискурсная психология», где он описывает ситуацию общения в военкомате. Призывник обращается к военнослужащему, используя фразы «извините, пожалуйста», «здравствуйте», хотя в военном дискурсе приняты иные формулировки — «разрешите обратиться», «здравия желаю» и т. п. Должно пройти некоторое время для того, чтобы призывник смог соответствовать ситуации, а значит, и дискурсу. Таким образом, для эффективного функционирования в той или иной культуре или субкультуре субъекту необходимо нау-

77

2. Учебно-методический блок

читься говорить то, что от него данная культура ожидает, то, что будет подходить конкретной коммуникативной ситуации. Под последней следует понимать не только место и время, но и ее обусловленность культурным или субкультурным контекстом, который задает правила коммуникации. И здесь к схеме диалога, описанной выше, добавляется еще один параметр — это представление о ситуации, которое у собеседников может быть различным.

С одной стороны, субъект формируется под воздействием коммуникаций, регламентированных соответствующим дискурсом. С другой стороны, сам дискурс также не статичен.

В таком контексте нам близка позиция Поля Рикёра, который говорил о том, что смысл, который можно обнаружить в знаковых системах, содержится не только, а наверное, и не столько в самом тексте, сколько в инструменте интерпретации. Данная позиция, относящаяся в большей степени к научным текстам, может быть перенесена на понимание абсолютно любых текстов. То есть у субъекта (читателя) существуют некие совокупность знаний, опыт, актуальная потребность и тому подобное, которые в конкретный момент времени влияют на восприятие текста, а также на его интерпретацию. На этом делает акцент Гадамер, отдавая приоритет человеческому опыту как фактору, обусловливающему интерпретацию текста.

По сути, дискурс-анализ не единый метод, скорее, целесообразней говорить об определенной методической ориентации ряда аналитиков. Сам принцип дискурс-анализа в нарративной психологии был заимствован из нарратологии. «Когда речь идет об “анализе дискурса”, в центре внимания — микроуровень различных дискурсов, наглядно зафиксированных в тексте. Таким образом, положение нарратора, наррататора и актора (актанта) в рамках “дискурсивного анализа” уточняется как находящееся не столько на нарративных, сколько на дискурсивных уровнях… Сторонники “дискурсивного анализа” в основном заняты исследованием внутритекстовой коммуникации, понимаемой ими как взаимоотношения разных дискурсов: дискурса текста и дискурса персонажей, дискурса о дис-

78

2.1. Теоретическая часть

курсе (моего дискурса о моем дискурсе, моего дискурса о его дискурсе, его дискурса о моем дискурсе), дискурса в дискурсе (своем или чужом). Таким образом, в дискурсивном анализе изучается круг вопросов о рефлексивности и интертекстуальности художественного текста, близкий проблематике “своего” и “чужого слова”, как она была сформулирована М. Бахтиным» (Постмодернизм). В рамках нарративной психологии особенно ярко выступает именно проблематика «своего» и «чужого» в речи клиента.

Дискурс-анализ вконтексте изученияэкономическихявлений.

Ключевая проблема в дискурсном подходе к экономике заключается в определении предмета анализа. Особенность экономики как науки состоит в том, что она нормативна и часто служит интересам мировоззрения какого-либо общества, государства, класса. Это обусловливает возникновение таких понятий, как «эффективная экономика», «правящая элита» и т. д. Но современный глобализирующийся мир ставит во главу угла изучение особенностей тех или иных групп — наций, этносов, классов и т. д. Пафос дискурсного подхода — в относительности рациональности классической науки, невозможности реализации позитивистского подхода для объяснения явлений. Приведем пример. Как мы указали выше, есть термин «эффективная экономика», который предполагает пусть не абсолютное, но рациональное знание о том, как экономика может стать эффективной, каковы будут ее ключевые характеристики. Однако с позиций дискурсного подхода мы задаем вопросы: «Что значит эффективная экономика? Для кого она эффективна?» Если мы проанализируем деятельность некой крупной корпорации, которая использует дешевый труд работников стран так называемого третьего мира, то для владельцев этой корпорации такое положение вещей весьма выгодно — при наименьших затратах они получают максимально возможный результат. Но насколько эта экономика эффективна для работников корпорации?

Хотя мы и говорим о дискурс-подходе как о современной западной методологии исследований, в отечественной психологии ее истоки можно найти в культурно-исторической кон-

79

2. Учебно-методический блок

цепции Л. С. Выготского. Именно с позиций этой методологии можно анализировать экономическое поведение субъекта. Согласно культурно-исторической концепции, данное поведение мы рассматриваем как часть культуры, ею обусловленное и имеющее характеристики, отражающие особенности культуры, в которой оно проявляется. Например, в СССР такая форма экономического поведения, как предпринимательство, была вне закона, в настоящее время она выступает в качестве элемента гражданского общества.

Рекомендуемая литература

1.Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реально-

сти. М., 1995.

2.Кожемякин Е. А. Дискурсный подход к изучению институциональной культуры. Белгород, 2008.

3.Кожемякин М. В. Проорганизационное поведение в контексте социальной активности личности: дискурсный подход // Психологические условия развития проорганизационного поведения работников: моногр. Белгород, 2010. С. 91—105.

4.Обзор методов практической нарративной психологии. URL: http://biblios.newgoo.net/t5956-topic (дата обращения: 26.02.2011).

5.Постмодернизм : энцикл. URL: http://postmodernism.academic.ru/ 76/нарратология (дата обращения: 26.02.2011).

2.1.2.Вопросы для самоконтроля

1.Зарождение и развитие экономической психологии. Эволюция экономико-психологических идей.

2.«Экономический» и реальный человек.

3.Методы исследования и оценки в экономической психологии.

4.Психодиагностические методы исследования личности. Оценка личности с помощью тестирования.

5.Составляющие экономического сознания.

6.Экономическая социализация личности.

7.Субъективное восприятие экономики.

8.Экономико-психологическая адаптация к рынку.

9.Субъективный локус контроля в регуляции экономического поведения.

80