Психология профессионального общения в следственной деятельности. Учебное пособие для студентов вузов, обучающихся по специальности «Юридическая психо

2. Напомните субъекту, что вы уже разговаривали об этом деле со многими людьми, но только он может рассказать о каких-либо смягчающих обстоятельствах дела и объяснить, что же в действительности произошло.

Пример.

«Было бы несправедливо слушать других без того, чтобы услышать эту историю от вас, не так ли (обращение)?»

Опрашиваемый вынужден либо реагировать адекватно смыслу обращения, либо выразить протест всей стратегической линии данной беседы, для чего ему потребуется значительное волевое усилие. Совершить последнее, исходя из его внутреннего состояния и того, что он еще в начале беседы не высказал несогласия с вашей линией поведения, ему очень трудно: упустив момент, он просто не найдет логической опоры для своих объяснений.

Подобное предложение, сделанное на пике психологической напряженности субъекта и предлагающее реальный и спасительный выход из положения, вынуждает его наконец остановить выбор либо на сотрудничестве, либо на конфронтации со следствием.

В случае отрицательной реакции на предыдущее заявление или если субъект еще не готов сделать этот выбор, необходимо проигнорировать это и развивать логику предыдущего заявления: продолжать развитие идеи об очевидной причастности (намекая на получение некой информации от других лиц) и желании помочь ему в поиске смягчающих и оправдывающих обстоятельств. Пусть опрашиваемый видит, что вас интересуют именно эти обстоятельства, выяснение которых выгодно для обеих сторон, а не факт его прича- стности к событию.

П — преуменьшение

Предлагая допрашиваемому варианты самооправдания, следует добиваться, чтобы они были восприняты через призму более снисходительных оценок содеянного. Необходимо смягчать используемые определения предметов, обстоятельств, действий. Рекомендуется создать у допрашиваемого впечатление о преуменьшении действительного факта его участия в событии или о тяжелых последствиях совершенного преступления.

Этим эффектам способствуют конкретные приемы:

(1) замена формулировок и оценок, характеризующих противоправные действия, на более мягкие (украл — взял, убил — выстрелил и т.п.);

42I. Профессиональное общение с подозреваемым (обвиняемым)

(2)снижение тяжести последствий происшедшего события, имущественного, физического или морального вреда; избегание в общении с допрашиваемым чрезмерно неприятных для него оценок и выражений, игнорирование либо нейтрализация их негативного звучания и смысла. Допрашиваемому известны отрицательные результаты содеянного, но ему важно то, как к ним отнесутся окружающие, включая следователя;

(3)оперирование в ходе беседы более узким объемом выполненных действий по причинению вреда либо второстепенными действиями, либо только теми, которые первоначально входили в общий замысел допрашиваемого. Всегда существует некоторое количество сопутствующих событию обстоятельств, которые и объективно, и в сознании субъекта преступления могут указывать на существенное преуменьшение вины субъекта, снижение ответственности за содеянное;

(4)предоставление допрашиваемому возможности ограниченного описания или умолчания обо всех своих действиях за счет вероятности их исполнения соучастниками, посторонними лицами либо невозможности проверки его объяснений. Речь идет об объективной стороне деяния, к которой относятся: обстоятельства (предшествующие и сопутствующие), характер действий субъекта и вызванные ими последствия;

(5)указание на спонтанность, импульсивность или непредсказуемость совершенных действий под воздействием внезапно возникших ситуационных факторов либо вмешательства посторонних в качестве обстоятельства, преуменьшающего вину;

(6)в ссылках на некоторые специфические особенности (харак-

тер) предмета (объекта) посягательства (агрессивность, привлекательность, манипулятивность, уникальность и т.п.).

В отношении тяжести последствий проступка (преступления) следует избегать жестких, однозначных и эмоционально насыщенных оценок. Кроме того, необходимо указать допрашиваемому на вероятные оправдывающие обстоятельства:

(1)при совершении проступка он причинил наименьший вред из возможного;

(2)он пренебрег возможностью скрыть следы преступления и своего участия в нем, воздержавшись тем самым от причи- нения еще большего вреда;

(3)ряд возникших при совершении проступка последствий произошли случайно, были вызваны вынужденными действиями помимо желания допрашиваемого либо носили по отношению к цепи событий побочный характер;

(4)допрашиваемый имел намерение возместить ущерб в будущем либо он допускал такую мысль;

(5)допрашиваемый в настоящее время имеет возможность и желание возместить (искупить) причиненный вред.

Ó ò î ÷ í ÿ þ ù è é ê î ì ì å í ò à ð è é.

1. Сделайте заявление (либо вопрос), которое подразумевает наличие вины человека и желание признать эту вину.

Произнесите это в положительной (утвердительной) форме и попросите подтвердить ваши слова.

Пример.

«Все это как бы вышло из-под вашего контроля, не так ли?»; «Вы никогда не собирались оказаться в таком неприятном положении, не так ли?»; «Вы в действительности никогда не думали, что переступите границы норм, не так ли?»

Заявления и вопросы подобного рода весьма точно соответствуют психическому состоянию субъекта, вызывая у него заметные поведенческие и психофизиологические реакции, о которых говорилось выше. Сложность формулировки данного вопроса состоит в том, что он должен одновременно: (1) предполагать наличие вины субъекта; (2) включать побуждение и возможность признать вину;

(3) требовать подтверждения причастности к событию, которая еще не установлена. Субъекту вновь, как и в предыдущем случае, предлагается вопрос-«вилка». При этом новое обращение к нему в еще большей степени должно укреплять представление субъекта о зна- чении и убедительности имеющихся против него доказательств. Оно логически связано с предыдущим заявлением. Здесь важно получение подобного признания, т.е. сведений о фактах, опосредованно связанных с совершением скрываемых действий виновного.

Побуждение к признанию вины должно давать достаточные основания и способствовать возникновению желания признаться в содеянном. Достаточным моральным оправданием, а затем опорой для последующего признания в приведенном примере может послужить то, что субъект не отдавал отчета в своих действиях, никогда не думал, что данный поступок может поставить его в такое положение, не предполагал, что способен на такое, либо никогда ранее не замышлял ничего подобного. «Оправдывающие» субъекта глаголы, которые наиболее предпочтительны («не хотел», «не планировал», «не предполагал», «не допускали» и т.п.), могут соотноситься как с наиболее опасными действиями виновного, так и с второстепенными. Желание признать свою вину должно формиро-

ваться у субъекта включением в вопрос предположений о наличии смягчающих обстоятельств, касающихся, например, отдельных «единиц» поведения (действий, операций) лица при совершении проступка, причинении малого вреда или вреда по неосторожности, определенной (некриминальной) направленности умысла и т.д.

Получив желаемый результат в ходе обсуждения предыдущего вопроса, следователь должен закрепить и углубить достигнутое направление хода мысли субъекта. Кроме того, такая постановка вопроса еще более укрепит субъекта в осознании того, что его причастность к событию для следователя очевидна, даст ему еще один вариант возможности самооправдания (то, что происшедшее случилось вне желания субъекта, под влиянием внешних обстоятельств) и побудит к объяснению причин проступка предложенными следователем категориями (или аналогичными, которые также предлагаются им в зависимости от конкретного события и личности субъекта).

Если опрашиваемый не принимает предложенных альтернатив и навязываемой ему линии поведения, то последующие заявления способствуют усилению его колебаний и дают дополнительный импульс к сотрудничеству со следствием.

2. Необходимо сказать субъекту, что, даже если он допустил ошибку, это не должно покрыть позором всю его оставшуюся жизнь.

Пример.

«(Обращение), мы все делаем ошибки, но это не значит, что они влияют на всю нашу жизнь, не так ли?»

Завершающим данную программу элементом воздействия на субъекта и подводящим итог обсуждению предлагаемых ему возможностей морального самооправдания является условная «констатация» доказанности его причастности и предложение по-новому оценить последствия проступка для его собственной жизни.

Прозвучавшее замечание, которое вы делаете, предоставляет возможность последнего выбора, являющегося для виновного оптимальным. Данное утверждение вновь построено в виде «вилки», и если субъект согласится с этим даже только кивком головы, это будет означать, что он приблизился к признанию. Отрицательный ответ укажет на мнение субъекта о том, что последствия проступка все равно повлияют на его дальнейшую судьбу, но это также будет признанием причастности.

После этого в любом случае имеет смысл вновь вернуться к оправдывающим обстоятельствам, объяснению значения предложенного выхода для преодоления этого трудного периода жизни.

тоже из одного из своих эго-состояний. Подобный обмен ходами в общении называется трансакцией (или взаимодействием).

Э. Берн считал трансакцию основной единицей общения. При этом первая сказанная фраза, взгляд или жест называются побуждающим ходом-стимулом, а ответный ход партнера — реакцией. Самая простая трансакция состоит из обмена двумя ходами и очень напоминает торговую операцию с ее принципом «ты мне, я тебе». Именно поэтому обмен ходами часто называют сделкой (лат. transaction), откуда и происходит название «трансактный анализ».

Используя модель эго-состояний для анализа взаимодействия между двумя людьми, Берн в числе других различает параллельную трансакцию, в которой векторы параллельны друг другу, а эгосостояние, в которое обращаются, является источником реакции, например, «Родитель — Родитель», «Ребенок — Ребенок» или «Взрослый — Родитель» и другие.

В профессиональном общении рекомендуется общение в трансакции «Взрослый — Взрослый», что, к сожалению, в реальности наблюдается редко. Рассмотрим это на примере.

П р и м е р. Когда следователь назидательно обращается к допрашиваемому из инстанции Родителя («Делайте так... Это можно… Так нельзя…»), он направляется прямо в его Эго Ребенка, который менее всего готов к исполнению поручения («Не хочу... Не буду… Почему я?...») (см. рис. 1.3).

Ðèñ. 1.3

Однако эго-состояния можно произвольно переключать по желанию, просто подумав об этом и используя нужные слова из репертуара.

В идеальном случае оба — и следователь и допрашиваемый — должны разговаривать на уровне «Я» Взрослого.

Например: обращение к допрашиваемому с фразой «Мы оба знаем, что необходимо сделать… Вы можете справиться… Последовательно и логично будет ….» активизирует у него Эго Взрослого,

что способствует мотивации к сотрудничеству, повышению самооценки и бесконфликтности общения (рис. 1.4).

Речевые психотехники 1. Разделение аргументов

«Я согласен с вами в …» «Однако уже менее уверен в том, что…»

«Хотелось бы, чтобы это было так, однако мой опыт свидетельствует…» «Не могу избавиться от некоторого сомнения в том, что…»

2. Использование речевых призывов, отказ от вопросов

«Выскажите ваше мнение!» «Доведите вашу мысль до конца!»

3. Предложения по существу дела

«Предлагаю вернуться к существу дела» «Предлагаю уточнить некоторые детали…»

4. «Я-послания» — сообщение в наших чувствах, косвенным образом информирующее об ошибках партнера и дающее ему

возможность принять самостоятельное решение

«Я сожалею, что мы утратили взаимопонимание» «Этот разговор вызывает у меня тревогу (сожаления, протест)»

5.«Якорение» партнера по общению — обращение его к размышлениям, вызывающим актуальное настроение

«Обстоятельства обращают вас к отцовскому долгу» «Как зрелый ответственный человек, вы хорошо понимаете…» «Для такого профессионала, как вы, это….»

6.Использование речевых стратегий, снижающих сопротивление собеседника: