Повествование Артура Гордона Пима из Нантакета

Повествование Артура Гордона Пима из Нантакета

Мы продвинулись к востоку, но в точности с подобным же успехом. После того как мы карабкались так около часа с опасностью сломать себе шею, нам стало ясно, что мы лишь сошли в обширный колодец из черного гранита, дно которого было покрыто тонкой пылью, и единственным выходом оттуда являлся тот шероховатый суровый путь, по которому мы сошли вниз. С трудом взобравшись вверх по той же самой дороге, мы попытались те-

перь пройти по северному краю холма. Здесь мы

были должны применять наивеличайшие возможные предосторожности, продвигаясь вперед, ибо малейшая неосмотрительность целиком явила бы

нас взорам дикарей, находившихся в селении. Мы ползли поэтому, опираясь на руки и на колени, а

временами даже были вынуждены ложиться наземь

всем телом и волочились вперед, цепляясь за ку-

старники. Едва мы продвинулись на небольшое

расстояние таким тщательным способом, как до-

стигли некоторой расселины, гораздо более глубо-

кой, чем какая-либо из виданных нами доселе; она

вела прямо к главному ущелью. Таким образом, на-

ши опасения вполне подтвердились, и мы были совершенно отрезаны от доступа к миру, находившемуся внизу. Совершенно истомленные нашими усилиями, мы проделали, как только могли, наш обратный путь к ровному месту и, бросившись на

301

Эдгар Аллан По

постель из листьев, спали сладким и крепким сном несколько часов. В течение нескольких дней после этих бесплодных розысков мы были заняты тем, что исследовали каждую часть вершины холма, дабы осведомиться касательно теперешних наших возможностей. Оказалось, что пищи здесь нет никакой, кроме зловредных орехов и прогорклой на вкус цинготной травы, которая росла на небольшом клочке земли, по размерам не свыше четырех

квадратных мер в шестнадцать футов, и, следова-

тельно, вскоре она должна была быть исчерпана. Пятнадцатого февраля, насколько я могу припомнить, от нее не осталось ни листика, орехи же ста-

новились редки; положение наше поэтому вряд ли могло быть более плачевным. [Этот день сделался

достопримечательным, ибо мы усмотрели на юге

несколько огромных гирлянд сероватого пара, о

котором я говорил ранее. — Авт.]

Шестнадцатого мы опять обошли кругом стены

нашей тюрьмы в надежде найти какую-нибудь дорожку, дабы ускользнуть, но безуспешно. Мы сошли также в расселину, в которой мы были разбиты, со слабой надеждой найти в этом горном жело-

бе какое-нибудь отверстие, ведущее к главной стремнине. И здесь также мы были обмануты в своих ожиданиях, хотя нашли и захватили с собой один мушкет.

302

Повествование Артура Гордона Пима из Нантакета

Семнадцатого мы вышли с твердым решением исследовать более тщательно пропасть из черного гранита, в которую нас привела наша дорога при первых розысках. Мы вспомнили, что мы глянули лишь беглым образом в одну из расщелин, находившихся по бокам этого колодца, и горели нетерпением исследовать ее основательно, хотя без надежды открыть здесь какое-либо отверстие.

Мы смогли без большого затруднения достичь дна впадины, как прежде, и были теперь сравнительно спокойными для более внимательного ее

осмотра. Это было поистине одно из самых стран-

ных на вид мест, какие только можно вообразить, и мы с трудом могли поверить, чтобы это было произведением одной природы. Колодец, от восточного до западного своего края, был приблизительно пятьсот ярдов в длину, если бы все его извивы были выпрямлены; расстояние от востока к западу по прямой линии (как я должен предположить, ибо у

меня не было средств точного измерения) было не более сорока — пятидесяти ярдов. При первом нисхождении в расселину, то есть на сто футов вниз

от вершины холма, бока пропасти мало походили

один на другой и, по видимости, никогда не были соединены, поверхность одной стороны была из мыльного камня, поверхность другой была из рухляка, с крупинками какого-то металлического ве-

303

Эдгар Аллан По

щества. Средняя ширина, или промежуточное пространство между двумя утесами, была здесь, вероятно, шестьдесят футов, но, по-видимому, здесь не было правильности в наслоении. Однако же после перехода вниз за указанный предел промежуток быстро сокращался и склоны пропасти начинали идти параллельно, хотя на протяжении некоторого дальнейшего пространства они еще не сходствовали в своем веществе и в лике поверхности. По до-

стижении пятидесяти футов от дна начиналась без-

укоризненная правильность. Склоны были теперь совершенно единообразны по веществу, цвету, боковому направлению, состояли они из очень чер-

ного и сияющего гранита, и расстояние между двумя склонами в любой точке было, если брать пря-

миком один склон от другого, как раз двадцать

ярдов. Точное свойство наслоения расселины будет

наилучше понято при помощи рисунка, сделанного

на месте, ибо у меня, к счастью, были с собой па-

мятная книжка и карандаш, которые я с великим

тщанием сохранял в течение долгого ряда последо-

вавших приключений и благодаря которым я смог

занести записи о многих вещах, каковые иначе ускользнули бы из моей памяти.

Эта фигура (смотри фигуру 1) дает общий очерк пропасти, без впалостей меньшего размера, коих было несколько по бокам, причем каждая впалость

304

Повествование Артура Гордона Пима из Нантакета

имела соответствующую выдающуюся часть напротив. Дно пропасти было покрыто на глубину трехчетырех дюймов пылью почти неосязаемой, под которой мы нашли продолжение черного гранита. Направо, на нижнем крае, должно заметить видимость малого отверстия; это расщелина, на каковую указывалось выше и более тщательное исследо-

вание которой, нежели то случилось прежде, было

целью нашего вторичного посещения. Мы протес-

нились теперь в нее с силою, срубив целое множе-

ство ветвей терновника, загораживавшего нам до-

рогу, и содвинув огромную кучу острых кремней,

несколько похожих по своим очертаниям на наконечники стрел. Мы были ободрены для продолже-

ния замышленного, заметив некий малый свет, ис-

Фигура 1

305

Эдгар Аллан По

ходивший из самого дальнего оконца. Мы протеснились наконец вперед шагов на тридцать и увидели, что отверстие являло из себя низкий и правильно образованный свод, дно которого было усеяно тою же самой неосязаемой пылью, что и в главной пропасти. Сильный свет ударил теперь на

нас, и, сделав резкий поворот, мы очутились в дру-

гой высокой горнице, во всех отношениях похожей

на ту, из которой мы вышли, но более продольной.

Общий ее вид здесь дан (смотри фигуру 2).

Вся длина этой расселины, начиная с отверстия

а и продолжая кругом по кривизне b до края d —

пятьсот пятьдесят ярдов. Мы открыли небольшое

отверстие, подобное тому, через которое мы вышли из другой расселины, и оно таким же образом

Фигура 2

306

Повествование Артура Гордона Пима из Нантакета

было загромождено терновником и целым множеством белых кремневых наконечников стрел. Мы пробили через нее наш путь и нашли, что в ней сорок футов длины и что она выходит в третью расселину. Эта последняя также была совершенно подобна первой, исключая продольного ее очерка,

который был вот такой (смотри фигуру 3).

Мы нашли, что вся длина третьей расселины

триста двадцать ярдов. На точке а было отверстие

около шести ярдов ширины, простиравшееся на

пятнадцать футов в скалу, где оно кончалось рухля-

ковым ложем, за пределами этого не было другой

расселины, как мы ожидали. Мы уже готовы были

оставить эту расщелину, куда проходил очень слабый свет, как вдруг Питерс обратил мое внимание на ряд странного вида зазубрин на поверхности рухляка, образовавшего завершение этого тупика. С небольшим усилием воображения левая, то есть самая северная, часть этих зазубрин могла быть

Фигура 3

307

Эдгар Аллан По

принята за умышленное, хотя грубое, изображение человеческой фигуры, стоящей прямо с протянутой рукой.

Остальные зазубрины носили также некоторое малое сходство с буквами некоего алфавита, и Питерс был наклонен, во всяком случае, усвоить

праздное мнение, что они были действительно та-

ковыми. В конце концов я убедил его в его ошибке,

обратив его внимание на пол расщелины, где среди

пыли, кусок за куском, мы подобрали большие об-

ломки рухляка, которые, очевидно, были сорваны

каким-нибудь сотрясением с поверхности, где нахо-

дились выемки, у которых были выступы, в точно-

сти подходившие к этим выемкам, что доказывало, что это было делом природы. Фигура 4 изображает точный снимок со всего.

Убедившись, что эти своеобразные пещеры не доставляли нам никакого средства ускользнуть из

Фигура 4

308

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Двенадцатого числа этого месяца, увидев, что более

совершенно невозможно питаться орехами, употребление которых причиняло нам самые мучительные страдания, мы решили сделать отчаянную попытку сойти с южного склона холма. Поверхность пропасти была здесь из самого мягкого мыльного камня, но она была почти отвесна на всем своем протяжении (по крайней мере в полтораста футов глубины) и во многих местах даже сводчатая. После долгих исканий мы открыли узкую закраину приблизитель-

но в двадцати футах под краем пропасти; на нее Питерс ухитрился вспрыгнуть, причем я оказал ему некоторую помощь при посредстве наших носовых

платков, вместе связанных. С несколько большими затруднениями и я также спустился вниз, и нам ста-

ло видно тогда, что можно сойти вполне хорошо тем же способом, каким мы выкарабкались из расселины, когда мы были схоронены в ней падением холма, то есть вырезая ступени на поверхности мыльного

310