Поведение человека в лексико-фразеологической репрезентации (на материале русского, татарского и английского языков). Монография

принять меры наблюдается положительная сема - “ликвидировать или попытаться ликвидировать что-либо нежелательное”. Также нейтральные семы со значениями “намечать определенную цель”, “делать что-либо как кто-либо” проявляются в ФЕ взять курс, брать пример, follow smb.’s example, юнәлеш тоту.

Источником оценочности во многих случаях могут служить образы, вызывающие отрицательные или положительные эмоции, ассоциации, отношения (например, отрицательная оценка в ФЕ

стоять на задних лапках перед кем, расстилаться ковром, койрык болгау, тәлинкә ялау – ‘прислуживаться, угодничать перед кем-либо’, мелиоративная оценка в ФЕ come to the right shop – досл. ‘прийти в правильный, верный магазин’ или clear one’s skirts – досл. ‘почистить свои юбки’, т.е. смыть с себя позорное пятно).

3. Экстралингвистический критерий объединяет несколько источников появления определенной оценочной семы у фразеологизмов чаще с утраченной или непрозрачной внутренней формой. В данном случае проявление отрицательного, положительного или нейтрального оценочных компонентов детерминируется экстралингвистическими явлениями, такими как обычаи, традиции, суеверия, легенды, библейские сюжеты, мифы,

сказки и т.п. Так, ФЕ сражаться с ветряными мельницами (из романа Сервантеса «Дон-Кихот», где Дон-Кихот сражается с ветряными мельницами, приняв их за великанов) со значением ‘бесплодно тратить силы на борьбу с чем-либо’ несет отрицательную оценку. ФЕ внести свою лепту, восходящая к евангельскому рассказу о бедной вдове, отдавшей в храм в качестве приношения последние две лепты (древнегр. монеты), получает положительный оценочный заряд.

Интересна этимология отрицательно квалифицируемой татарской ФЕ балык башы ашаган – акылдан язган, шашкан (досл. съел рыбью голову). Происхождение данной идиомы связано со следующей притчей: Однажды муж насмешливо сказал жене: «Ты женщина, поэтому у тебя ума нет». Тогда жена незаметно подбросила рыбу на землю, которую пахал ее муж. Найдя рыбу, он принес ее домой. Жена рыбу сварила, и муж ее съел, оставив голову рыбы на следующее утро. Проснувшись, муж начал просить рыбью голову. «Какую голову?» - удивленно спросила жена. «Я же принес рыбу, которую нашел в борозде», - закричал муж. Началась ссора. Жена позвала ишана с плеткой и шепотом сказала, что муж помешался, и никакой рыбы не было. «Как не было? Я принес сазана, которого

61

нашел в борозде. Ты его сварила, я съел, а голову оставил», - возмутился муж. «Ах, глупец, разве может быть рыба в борозде? Я из тебя нечистую силу выгоню!» - сказал ишан и начал стегать его плеткой. В это время жена из-под занавески показала мужу рыбью голову. «Вон же голова рыбы, которую я нашел, под занавеской!» - закричал муж. «Ага, сначала в борозде, теперь под занавеской?» - ишан стал колотить мужа еще сильнее и ушел только тогда, когда тот отказался от своих слов [ТТФС 1989, 1: 133].

Довольно часто в основе создания положительной, отрицательной или нейтральной оценки лежат два критерия. Например, ФЕ fiddle while Rome is burning сочетает ведущий этимологический (римский император Нерон играл на кифаре и слагал стихи, глядя, как горит Рим, подожженный по его приказу) и семантический (развлекаться во время народного бедствия, заниматься пустяками перед лицом опасности) критерии. Положительная оценочность наблюдается также при совмещении семантического (гостеприимно приветствовать, выражать доброжелательство комулибо) и этимологического (хлеб считался знаком благоволения, соль – символом любви) во фразеологическом обороте подносить хлеб-соль.

Оценка, детерминированная свойствами объекта внеязыковой действительности, отраженная в сознании человека и зафиксированная в значении языкового знака, находит свое выражение в функционировании оценочного наименования, в словарной дефиниции, в словарном комментарии или в словарных оценочных пометах [Кунин 1996: 180]. Таким образом, в качестве критериев наличия отрицательной или положительной оценки во фразеологическом значении могут также выступать:

1) система словарных помет, представленная пометами в основном отрицательной оценки: ирон., неодобр., пренебр., предосуд., презр., уничиж., груб., бран.; в англ. - derogatory, также иногда impol., iron., taboo и vulg.; в тат. – ирон., дорфа, кимс. (кимсетеп), мыск. (мыскыллап), хурл. (хурлап), әрл. (әрләп), тирг. (тиргәп) (grease the fat pig (sow), сидеть между двух стульев, валить в одну кучу - неодобр.; лезть с суконным рылом в калачный ряд, выжимать пот - пренебр.; катиться по скользкой дорожке - предосуд.; влезать в грязь, греть руки - презр., аюны күрә торып эзен эзләгән – ирон., авызы белән чебен аулый, белдекләнгән булу – мыск., бер кашык суда батып яту,

бер тиен өчен чукынып тору – кимс.); пометами положительной оценки – одобр., ласк.; laudatory, with approval; ирк. (иркәләп) (стоять

62

на своем посту, далеко пойти, ловить на лету, не ударить в грязь лицом - одобр.).

Редкими являются случаи одновременной фиксации в словарях двух противоположных помет. Например, в лексикофразеологическом словаре русского языка А.В. Жукова для ФЕ идти в гору в первом значении даются две пометы: «одобр.» и «неодобр.». Также возможен такой вариант помет как «чаще неодобр.» или «часто неодобр.», например, в ФЕ кричать на всех перекрестках, сбиться с пути, играть в кошки-мышки, скользить по поверхности, зажимать в кулак, жить сегодняшним днем. Такие случаи, на наш взгляд, могут быть объяснены недостаточно выработанной позицией или точной оценкой характеризуемого поведения со стороны общества, постепенным процессом закрепления узуальной оценочности ФЕ, акцентированием предпочтительного употребления или слишком неоднозначным окказиональным употреблением.

Во фразеологических словарях словарные пометы являются надежным источником дополнительной информации об эмотивнооценочном содержании ФЕ. Тем не менее, приходится констатировать небогатую в отличие от русского систему словарных помет в английских и татарских словарях. Большинство фразеологизмов с отрицательной квалификацией в английских, татарских и русских фразеологических словарях относятся к межстилевым или зачастую сопровождаются пометами «разговорное», «просторечное», «грубопросторечное», «жаргонное», «сленг», редко принадлежат к книжному стилю (за чечевичную похлебку продавать). Таким образом, ФЕ с отрицательной квалификацией нередко сопровождаются стилистической сниженностью; ФЕ с положительной квалификацией в основном носят межстилевой характер, реже книжный (но чаще, чем у фразеологизмов с отрицательной квалификацией).

2) показатели оценки, заключенные в самом лексикографическом значении единиц. К таким показателям, например, С.С. Хидекель предлагает относить качественные прилагательные, которые сочетают обозначение собственно признака и обозначение отрицательной или положительной оценки, например: ненормальный (abnormal), грубый (coarse), деспотичный (despotic), жадный (greedy), невежественный (ignorant) – индикаторы отрицательной оценки; честный (honest), добрый (kind), отличный

(excellent), приятный (pleasant), умный (clever) – индикаторы положительной оценки.

63

Дополним, однако, что, говоря о глагольных фразеологизмах, необходимо иметь в виду, что в качестве идентификаторов оценки также будут выступать и наречия (т.к. производится характеристика действия, выраженного глаголом), причастия или деепричастия. Последние в особенности характерны для татарского языка.

В качестве иллюстративного материала приведем следующие фразеологические обороты с положительной оценкой в русском:

русским языком говорить – говорить ясно, понятно, служить верой и правдой – исполнять что-либо честно, преданно, работать не покладая рук – работать усердно; в английском: stand tall – bear oneself bravely, or self-confidently, talk sense – talk sensibly, say smth. that is correct, relevant, suitable, play the game – do what is right, fair, honorable, keep oneself unspotted from the world – keep oneself morally and spiritually uncorrupted.

Показатели отрицательной оценки образуют две группы. К первой группе относятся качественные прилагательные, обозначающие такие признаки лица, которые вызывают неодобрительное к ним отношение, суждение о нежелательности, вредности, несоответствии этическим, эстетическим и др. нормам, принятым в данном коллективе: неуклюжий (clumsy), бесстыдный

(shameless), нечестный (dishonest), глупый (stupid), неопрятный (slovenly).

Толкования с включением показателей данной группы обычно больше служат для выражения интеллектуально-логической оценки:

нагреть руки – нечестно нажиться, лить колокола – бесстыдно врать,

приложить руку – принять участие в чем-либо предосудительном,

крутить носом – держаться высокомерно, talk a load of cock – say false or pretentious things, creep and crawl – behave in a timid, subservient way,

авыз ачып утыру – ваемсыз, игътибарсыз булу, алдан аяк ялый, арттан үкчә тешли – икейөзле, ялагай кеше турында, атланып талау

–тәмам оятсыз,әрсез рәвештә, кешене ирексезләп-көчләп талау.

Ко второй группе относятся прилагательные, обозначающие не признак лица, а только отрицательные эмоции и переживания, связанные с ним, –чувство презрения, уничижения, пренебрежения, возмущения ненависти и т.п.: презренный, низкий (contemptible), жалкий (despicable), отвратительный (disgusting), ненавистный (hateful), омерзительный (repulsive). Толкования, включающие показатели данной группы, характерны для эмоциональной оценки:

пристать как банный лист – приставать крайне назойливо,

64

надоедливо, take the biscuit (cake) – be extremely or specially amusing, foolish, annoying, outrageous. Подобные ФЕ среди анализируемых нами глагольных фразеологизмов встречаются реже, т.к. в словарных дефинициях нечасто приводятся субъективные характеристики. Объективация эмоциональной оценки осуществляется в основном за счет наличия эмосем.

Для эмоционально-интеллектуальной оценки толкования включают оценочную помету и показатель интеллектуально – логического характера, т.е. первая группа (например, витать в облаках – Разг. Неодобр. бесплодно мечтать, быть непрактичным, идти на поводу – Разг. Неодобр. действовать несамостоятельно, слепо подчиняться чьей-либо воле, бетен сыгып (чәйнәп) канын эчкән –

мыск. бик комсыз, бик тә саран) или соединение показателей первой и второй групп (адәм рәтенә кермәгән – юньсез, игелексез, рәтсез, мәнфәгатьсез кеше, мәгънәсез кеше турында). Для ГФЕп более характерен первый тип эмоционально-интеллектуальной оценки.

Как известно, оценка может выражаться имплицитно и эксплицитно. Оценка является эксплицитной, если хотя бы один компонент ФЕ несет в себе оценочный заряд или ее внутренняя форма имеет оценочный характер (сыграть злую шутку, становиться поперек горла, стирать публично грязное белье, put up a poor show, put up a fine (good) show, foul one’s own nest, put smb. through the wringer,

үзен яхшы яктан күрсәтү). Если все компоненты ФЕ являются безоценочными и ее внутренняя форма стерта, то оценка имплицитна

(перемывать косточки, лясы точить, ломать комедию, chronicle small beer, трай тибү, браматта йөрү, кыяк тешләү, тәләкә кыздыру).

Очевидно, что в некоторых случаях при анализе оценочности ФЕ существенным фактором может оказаться учет сферы употребления фразеологизмов и социальные роли говорящих. «Оценочность минимальна в официальном регистре общения и постепенно возрастает при переходе к нейтральному и особенно неофициальному регистру» [Беляевская 1990: 200].

65

2.2. Оценочная семантика глагольных фразеологизмов, обозначающих поведение человека

Человек, в его связи с материальными и духовными потребностями, является нераздельным достоянием оценки [Арутюнова 1999], [Сергеева 2003]. Связь оценочной семантики с внутренним миром человека и внешним миром определяет сложный характер средств выражения оценки, их семантики и структуры. Эти средства присутствуют на всех уровнях языка. Вся совокупность оценочных средств содержит обширный ряд лексико-грамматических, синтаксических, просодических единиц языка: аффиксы со значением субъективной оценки, специальные интонационные конструкции, оценочные прилагательные, аффективные слова и т.д. В то же время «удельный вес оценочного значения гораздо выше во фразеологических единицах, чем в словах» [Кунин 1970: 102].

Человеческую деятельность принято рассматривать в виде совокупности действий и их результатов с точки зрения их общественной значимости (ценности), т.е. в первую очередь принимаются во внимание преимущественно их аксиологические характеристики. Оценочные предикаты указывают на то или иное значение человеческих действий. Так, действие может оказаться полезным, бесполезным или вредным; красивым, некрасивым или безобразным; эффективным или неэффективным, целесообразным или нецелесообразным, умелым или неумелым, умным или глупым, правильным или неправильным, законным или противоправным, хорошим или дурным, нравственным или безнравственным. В зависимости от ценности действия все оценочные предикаты можно разделить на две большие группы [Анисимов 1979: 13].

К первой группе С.Ф. Анисимов относит предикаты, устанавливающие ценность поведенческого акта путем его сопоставления с определенной целью. Этот подход к оценке обычно называют «операционным» или «праксеологическим». Словами-

определителями ценности будут являться: целесообразно, полезно, эффективно, умело, умно, а также противоположные им понятия. Проиллюстрировать данную группу можно с помощью следующих ГФЕп. Например, бесполезная, неэффективная, не приносящая результатов деятельность человека отражена в таких ФЕ, как cumber the ground (вести бесполезное существование), beat (или flog) a dead horse, milk the bull, look for a needle in a haystack, thrash over old straw,

66

fish in the air (заниматься бесполезным делом), chronicle small beer

(заниматься пустяками), shoe a goose (затрачивать зря энергию) в

английском языке, арба белән куян куу, авыз ачып йөрү, аяз күктән яңгыр көтү, бәйрәмбай кеше булу в татарском и считать ворон, изводить порох даром, воду качать, сидеть на печи, стоять истуканом, переливать из пустого в порожнее, слоны слонять в

русском.

Ошибочная, неумелая деятельность характеризуется следующими глагольными ФЕ: make a muff of smth., miss a figure

(сделать грубую ошибку), drop a brick (допустить бестактность, промах), make a poor fist at smth. (плохо справиться, не уметь делать что-л.), свалять дурака, плести лапти, бить мимо цели, наломать дров, валить через пень колоду, топтаться на месте, не в свои сани лезть, бодайдан борайны аера белмәү (не отличать зерна от плевел),

җөенә чөй кагу (окончательно развалить дело).

И, наоборот, результативная, полезная, умелая деятельность ценится высоко: make a good fist at smth. (хорошо справиться с чем-л.), give a good (fine, splendid) account of oneself (хорошо, успешно справиться с чем-л.), beat swards into ploughshares (перековать мечи на орала), проявить себя, показывать класс, не давать промаху, уйти вперед, попадать в яблочко, лицом в грязь не ударить, сдвинуть с мертвой точки, үзен яхшы яктан күрсәтү (показать себя в хорошем свете), бер адым да калмау (не отставать ни на шаг), алтын уртасын табу (найти золотую середину), тутый кош тоту (добиться успеха),

чуер ташыннан су чыгару (уметь выжать воду из камня), шоп-шома үткәреп җибәрү (разыграть как по нотам).

Во вторую группу входят предикаты, посредством которых ценность акта поведения устанавливается в результате его соотнесения с каким-либо правилом, нормой, идеалом (правильно, красиво, правомерно); суждения устанавливают логическую правильность рассуждений, эстетическую ценность чего-либо, значения действия с точки зрения его соответствия праву и т.п. Соблюдение правил приличия обусловливают положительное отношение социума stand on one’s best behavior (примерно вести себя), save appearances (придерживаться приличий), do the civil (держаться вежливо, любезно), pay homage to smb., свидетельствовать свое почтение кому-л., знать свое место, стоять на правильном пути,

выходить с честью. Отклонение от общепринятых нравственных и правовых норм вызывает неодобрение избранной линии поведения: go

67

wrong (вести предосудительный образ жизни), bite the hand that fids one, кисмәккә төкерү (отплатить кому-л. черной неблагодарностью), kick a man when he is down (бить лежачего), crash a party, егылганны кыймау, ашка таракан төште (явиться без приглашения), drive a coach and four through (обойти закон), do violence to smth. (грубо нарушать, попирать закон, осквернять), выносить сор из избы,

пуститься во все тяжкие, стоять на плохой дороге, вести двойную игру и под.

Однако резкую границу между двумя группами оценочных предикатов и, соответственно, суждений провести сложно – strike the right note (найти, взять верный тон, попасть в тон), play a wrong card (сделать ложный шаг, неправильный ход).

Поведение человека представляет собой сложный феномен, что свидетельствует о необходимости правильного понимания данного понятия с учетом разных подходов.

Впсихологии под поведением понимается «присущее живым существам взаимодействие с окружающей средой, опосредованное их внешней (двигательной) и внутренней (психической) активностью» [Психология 1990: 276]. Своеобразие поведения определяется характером его взаимоотношений с группами, членом которых он является, ролевыми предписаниями, групповыми нормами, ценностными ориентациями.

Всемиотике и социальной психологии термин «поведение» наиболее приближен к общенародному значению этого слова, т.е. поведение как ‘образ, стиль жизни’. Кроме того, с позиций семиотики:

1)в поведении в отличие от «просто жизни» все значимо; 2) в поведении важны именно значения действий и поступков; 3) поведение всегда «адресуется» «своим» и «чужим»: оно направлено на усиление, подчеркивание, иногда создание «близости» со «своими» и обособленности, противопоставленности по отношению к «чужим» [Мечковская 2004: 292 - 293].

Впсихолингвистике, при рассмотрении связи языка и

поведения, важным является понятие ‘ответственности’

(accountability). В частности М. Форестер (Michael Forrester)

подчеркивает, что здесь важно распознать, что люди проектируют свое поведение с пониманием его ответственности, т.е., другими словами, они ориентируются на правило, которое является уместным в ситуации, в которой они оказываются; они выбирают, следовать

68

правилу (или не следовать ему) в свете того, какими по их ожиданиям будут в этом взаимодействии последствия выбора [Forrester 1997: 80].

Согласно культурологическому подходу, культура определяет нашу субъективную реальность, проявляясь в восприятии и поведении. Таким образом, поведение – это «реакция человека на восприятие окружающего мира, которая культурно обусловлена»

[Садохин 2005: 205].

С точки зрения этики, определяющим в процессе оценивания является именно социальная значимость человеческого поведения, поскольку поведение человека реализуется в совокупности поступков, «имеющих нравственное значение, совершаемых в относительно продолжительный период в постоянных или изменяющихся условиях» [Словарь по этике 1983: 263]. Но в отличие от моральной деятельности (характеризует целенаправленные и нравственно мотивированные действия), поведение охватывает все поступки человека целиком, соответственно, они могут быть подвергнуты моральной оценке.

Всфере жизненных интересов человека хорошее означает «соответствующее идеализированной модели макроили микромира, осознаваемой как цель бытия человека, а, следовательно, его деятельности», плохое значит «не соответствующее этой модели по одному из присущих ей параметров», безразличное (неоцениваемое) предполагает «не причастное к идеализированному представлению о жизни на земле» [Арутюнова 1988: 59]. Оценка производится с позиций двух наиболее важных в общечеловеческом плане моральноэтических категорий – категорий добра и зла, в которых выражается «нравственная оценка поведения людей (групп, классов), а также общественных явлений…» [Кондрашов 2005: 205] (курсив наш – Я. А.).

Впонятие добра вкладывается понятие блага, того, что должно быть, что заслуживает одобрения, достойно подражания и является нравственным. В частности помощь ближнему, милосердие всегда являлись одной из основополагающих линий поведения с точки зрения религиозных убеждений и общественно одобряемых позиций. В соответствии с данными установками глагольные ФЕ, выражающие такие поведенческие модели как «заступиться за кого-либо», «встать на защиту кого-л.» (не давать в обиду, встать горой за кого-л., take up the cudgels for smb., stand by smb.’s side, бөтен көч белән яклау),

«оказать помощь, поддержку кому-л.», «спасти кому-л. жизнь»

(подставлять плечо, протягивать руку помощи, помочь горю, давать

69

зеленую улицу вытащить кого-л. из грязи, вырвать кого-л. из бездны,

вырвать из рук смерти, give smb. the green light, do smb. a world of good, be in smb.’s corner, keep smb. going, дуслык (ярдәм) кулын сузу,

үлем кулыннан тартып алу), «проявлять участие, внимание»

(поворачиваться лицом к кому–л., войти в чье-л. положение, кеше хәленә керү, йөз бирү) исторически закрепили в себе узуально положительный оценочный заряд.

Зло, напротив, подразумевает наличие в поступках и мотивах людей безнравственного, предосудительного, нравственноотрицательного, заслуживающего осуждения и порицания. К примеру, такая пагубная привычка, как неумеренное потребление спиртных напитков всегда получала резко отрицательную характеристику со стороны социума и считалась предосудительной. Пьянство порицается с позиций как духовной морали, так и морали гражданского общества. Соответственно, в языковой картине мира такие глагольные ФЕ как drink like a fish, hit the booze (bottle, jug или pot) (пить запоем,

беспробудно пьянствовать), go on the bend, go on a bat (кутить,

выпивать), take a glass too much (хватить лишнего), get a load on (наклюкаться, нализаться), drink till all is blue, have snakes in one’s boots (напиться до белой горячки, до чертиков) в английском языке,

акылын эчү, аяк тибеп эчү в татарском и напиться до чертиков, пить мертвую, наливать шары, заливать горло, лыка не вяжет, хлестать из горла, спиться с круга, муху раздавить, напиваться как свинья, не просыхать и др. в русском содержат в своем ФЗ перманентно заложенную пейоративную оценку как социально устоявшееся отрицательное отношение. Противоположное же явление, т.е. воздержание от спиртного, рассматривается как желательное и заслуживающее одобрения и подражания – капли в рот не брать, авызга алмау (и в рот не брать), flee from the bottle (избегать спиртных напитков), be on the wagon (бросить пить спиртное, завязать с пьянкой), be on the track (быть трезвенником, не пить).

При формировании социальной сущности человека необходимо учесть, что зло соотносится в нравственном сознании не только с нарушением норм, являющихся условием всякого человеческого существования (обманом, клеветой, ложью), но и с неправильным путем развития человеческой личности. Добро же, напротив, включает в свое содержание подлинный путь человеческого развития [Разин 1981: 60]. Примечательно, что в языковой картине мира необходимость правильного личностного развития человека, т.е.

70