Поведение человека в лексико-фразеологической репрезентации (на материале русского, татарского и английского языков). Монография

говорящего к ситуации речи, которое объективируется в стилевых формах существования языка» [Телия 1981: 20-21].

Как уже отмечалось, возникновение ФЕ связано не столько с целью дать описание окружающей действительности и человека в нем, сколько для интерпретации и выражения субъективного и, как правило, эмоционально-окрашенного отношения к фрагментам действительности. Следовательно, «основная функция идиом состоит не в том, чтобы приписывать фрагментам мира тонко дифференцированные характеристики (для этого в языке есть другие средства), а в том, чтобы выразить субъективный, эмоциональнооценочный взгляд на мир, причем эти субъективные модальности могут быть весьма тонко специфицированы. Иными словами, размытость “объективного” интенсионала компенсируется за счет дифференцированности “субъективного” импликационала» [Добровольский 1993: 8].

Образование ФЕ происходит на базе косвенной номинации или семантического преобразования конституентного состава, и их коммуникативная значимость обозначается как оценочная и характеризующая [Прокопьева 1987: 99]. Кроме того, широкое использование ФЕ объясняется тем, что они, благодаря своим структурно-семантическим особенностям «заполняют денотативные и коннотативные лакуны в лексической системе языка» [Кунин 1983:

49].

ФЗ иное по качеству, нежели лексическое. С одной стороны, ФЗ подобно лексическому представляет собой набор взаимосвязанных и взаимодействующих компонентов (сигнификативного, денотативного, коннотативного, этнокультурного, структурного). Однако с другой стороны, в их распределении доминирующим выступает коннотативный компонент, все остальные компоненты, кроме этнокультурного (факультативен), также облигаторны. То есть, по Солодубу, фразеологизм – это «прежде всего, ярко коннотатированное средство номинации тех или иных объектов действительности, их свойств и состояний» [Солодуб 2005: 116-117]. В отличие от лексического ФЗ обладает усложненной информативностью, дополнительной оценочной нагрузкой, содержательная сторона ФЕ реализуется через образ, насыщенный экспрессией и субъективной оценкой.

Языковая природа фразеологизма выступает в качестве образно-оценочного наименования [Хайруллина 2001: 240].

51

Онтологическая же природа ФЗ находится в субъективной семантике, которая отображает квалификативно-оценочную деятельность человека и которая в каждом языке своеобразно расчленена лексическими (цельнооформленными) и фразеологическими (раздельнооформленными) единицами [Кириллова 1990: 49].

Одно из отличий между лексическим и фразеологическим значением заключается также в различном характере отражения предметов и явлений действительности. С этой точки зрения, В.П. Жуков распределяет фразеологизмы по группам [Жуков 1978: 24-25]:

1)незначительное число фразеологизмов нетерминологического характера (бабье лето, волчий билет, метать банк, бить ставку);

2)фразеологизмы собственно оценочного значения (белая ворона, казанская сирота);

3)фразеологизмы, совмещающие в себе номинативное и оценочное значение (мелко плавать, плевать в потолок);

4)фразеологизмы междометного характера (вот так клюква). Выделяя группу с оценочным значением, ученый делает важный вывод о том, что «с усилением оценочного значения соответственно ослабляется номинативное значение, и наоборот» [Жуков 2006: 155].

Определенно, ФЕ используются главным образом для того, чтобы охарактеризовать предметы, явления, действия и ситуации, связанные, в первую очередь, с человеком и его деятельностью, т.е. с целью отражения их антропоцентрической направленности. ФЕ относятся к сфере «человеческой семантики», так как все их значения ориентированы на человека и отражают взаимодействие человека и мира, которое проявляется как в чувственном восприятии мира, так и в оценочном отношении человека к миру.

Для фразеологизмов как единиц вторичной номинации особую важность представляет коннотативное значение, к которому традиционно относятся эмотивный, оценочный, экспрессивный и стилистический компоненты.

На связь категорий идиоматичности и коннотативности указывает С.Г. Тер-Минасова. Отмечается, что идиомы, основанные на переносе значения, на метафоре, всегда эмоционально окрашены, заключают в себе момент стилистический, ярки, заметны, «бросаются

вглаза», в сравнении с их однословными синонимами им присущи намного большие эмоционально-экспрессивно-оценочные возможности [Тер-Минасова 1980: 97-98] (ср., например, ‘драть

52

шкуру’ и ‘ эксплуатировать’, ‘совать свой нос’ и ‘ вмешиваться’, ‘ждать у моря погоды’ и ‘бездействовать’).

Коннотативное значение ФЕ в целом отражает отношение говорящего к ситуации и предмету речи. В явлении коннотации, представляющей собой продукт оценочной деятельности сознания [Артемова 1991: 14], находят воплощение на языковом уровне те ассоциативные связи и представления, которые сопровождают процесс отражения действительности и способствуют преобразованию ее в ассоциативный ряд человеческих эмоций. «Коннотация соотносится с обиходно-бытовым опытом, культурно-национальным знанием говорящих на данном языке, с их мировидением и выражает ценностное – рациональное или эмоциональное – отношение говорящего к обозначаемому или отношение к социальным условиям речевой деятельности»[РЯЭ2003:193].

Во многих случаях денотативное значение оттеснено коннотацией, как бы подчинено ей. В денотативном и сигнификативном отношении ФЗ чаще всего соотносится с лексическим значением. В отличие от денотативных сем, которые актуализируют лицо и реальные признаки, коннотативные семы актуализируют эмоциональную оценку, а также степень меры признака [Артемова 1991: 12]. Оценочные же и эмоциональноэкспрессивные элементы содержания могут воздействовать на предметно-понятийные и категориальные свойства фразеологизма.

В отличие от слова, в значении которого первостепенную важность представляет функция наименования, для ФЕ, прежде всего, характерно оценочное значение. Многие авторы сходятся во мнении о том, что в сложном иерархически организованном целом коннотативного значения «верщинным» является оценочный компонент (Е.Ф. Арсентьева), оценочная функция (В.А. Маслова, Ю.А. Гвоздарев, Г.Г. Соколова), оценочно-эмотивный компоненты

(В.Н. Телия, В.И. Цоллер), оценочный элемент (А.А. Федяшина). Под оценочностью как компонентом коннотации ФЕ

понимается способность ФЕ выражать положительное или отрицательное отношение говорящего к предмету сообщения [Кругликова 1988: 56], «закрепленное в языке», в данном случае в ФЕ, «отношение субъекта к объекту номинации» [Арсентьева 2006: 13] с точки зрения «устойчивых, постоянных свойств, а не случайных и временных» [Жуков 1978: 57].

53

Итак, оценочный макрокомпонет значения ФЕ выражает ценностное отношение субъекта речи (выбирающего данную идиому в коммуникативном акте) к обозначаемому и имеет объективносубъективный статус. Как уже отмечалось, принятая система ценностных норм обусловливает его объективную природу. Субъективность реализуется в процессе выражения оценочного мнения или суждения об обозначающем; данное суждение имеет форму модальности или «модальную рамку» (В.Н. Телия).

Неотделим оценочный макрокомпонент от денотативного макрокомпонента ФЕ. В.Н. Телия довольно четко определяет эту связь: «денотативный (или дескриптивный) макрокомпонент значения идиом – это своего рода тема для оценочно-эмотивного отношения, субъективного по своей природе» [Телия 1990: 39]. Содержание денотативного компонента выступает в роли «фундамента, нежели здания в целом» - оно поставляет объективную информацию об обозначаемом для субъективных для него реакций с позиций ценностной картины мира, национально-культурного его видения и переживания в форме чувств-отношений. К рематической части значения идиом относится, прежде всего – в прямом смысле – оценочный макрокомпонент. Следовательно, можно утверждать, что все ФЕ, содержащие денотативный макрокомпонент (за исключением идиом, выполняющих только функцию идентификации, типа анютины глазки), обладают и оценочным значением. Оценочный макрокомпонент несет информацию о ценности того, что отображается в денотации идиомы. Эта ценность определяется субъектом оценки и ее реципиентом с позиций их ценностно ориентированной шкалы норм и стандартов (или стереотипов), что соответствует ценностной картине мира данной языковой личности.

Актуальной, на наш взгляд, представляется позиция Н.Ф. Алефиренко. Согласно его точке зрения, оценка обозначаемого нередко содержится во фразеологическом сигнификате (ср.: лизать пятки – неодобрительная оценка; пробивать себе дорогу -

одобрительная). Подчеркивая тот факт, что «в этом плане фразеологический сигнификат более абстрагирован от денотата» обнаруживая «живую» связь с коннотативными элементами Фз, автор делает важный вывод о том, что «в отличие от лексического значения в семантической структуре ФЕ преобладает, как правило, коннотация»

[Алефиренко 2007: 263].

54

Наиболее тесная сплоченность проявляется также между оценочным и эмотивным компонентами, что объясняется оценочностью самих эмоций. Так, Е.Ф. Арсентьева к основным критериям формирования эмотивных сем относит оценочность фразеологических единиц [Арсентьева 2006]. Прослеживается следующая связь: «… без оценочности нет эмотивности, а инвариантами конкретных эмоций выступают оценки. …ФЕ с положительной оценочной семой могут также иметь эмосему ласкательности, а фразеологизмы с отрицательной оценочной семой в качестве своего эмотивного компонента – целую гамму пейоративных сем». На отрицательной части шкалы обнаруживаются такие чувства-

отношения как одобрение (не ударить в грязь лицом, пробивать себе дорогу), шутливое (оседлать конька, покупать кота в мешке),

шутливо-ироничное отношение (отливать пули), ирония (делить шкуру неубитого медведя, открывать Америку), неодобрение (валить с больной головы на здоровую, бегать с места на место, ловить рыбу в мутной воде), пренебрежение (выжимать пот из кого, выжимать соки, закрывать лавочку), предосудительное отношение (рыться в грязном (чужом) белье), презрение (влезать в грязь).

Представляется, что подобные чувства-отношения (неодобрение, презрение, пренебрежение, уничижение, осуждение, порицание), могут рассматриваться в качестве подклассов оценочного значения. В подобных оценочных смыслах будет максимально проявляться связь оценочного и эмотивного компонентов.

Доказано, что отрицательно или положительно оцениваемые обществом предметы или явления вызывают негативные или позитивные эмоции; поэтому «фразеологические единицы с нейтральной оценочной узуальной семой обычно не имеют сему эмотивности» [там же: 61]. Эмотивность всегда экспрессивна и оценочна, но не наоборот [Кунин 1996: 178].

В связи с этим, с точки зрения эмоционального отношения носителей языка к денотату, выделяют два основных способа приобретения фразеологическими значениями оценочности [Сафиуллина 2000: 37]: 1) перенесение эмоционального отношения к представлению на обобщенный смысл фразеологизма, т.е.адгерентная оценочность; 2) в основу метафоризации фразеологизмов ставятся представление или признак, не вызывающие эмоционального отношения носителей языка, т.е. ингерентная оценочность.

55

Воздействие оценочности фразеологизма на его экспрессивность обнаруживается в том, что, как правило, экспрессивной семой обладают ФЕ с отрицательной или положительной оценочной семантикой в отличие от нейтрально оценочных единиц. Данное явление обусловлено следующим: «то, что не вызывает ярко выраженного одобрения или осуждения, как правило, не выделяется своими качественно-количественными характеристиками» [Арсентьева 2006: 62]. К примеру, в русской ФЕп идти по стопам сообщается о следовании чьему-либо примеру без указания на характер действия, положительный или негативный тип поведения. На наш взгляд, в подобных примерах можно говорить о

неполноценно выраженной оценке (амбивалентная оценка по терминологии Е.Ф. Арсентьевой), т.к. недостаточно мотивированы аспект и основание оценки, которые чаще всего определяются контекстом (также: взять курс, юнәлеш тоту (положительный или отрицательный?), take a line, үзен тоту, повернуть на 180 градусов

(хорошо или плохо?) и под.).

Частными случаями является примеры со значением «отвечать тем же самым, таким же поступком, отношением»: платить той же монетой, мерить той же меркой, не остаться в долгу, repay smb. in his own coin, give smb. a taste of his own medicine, return the compliment,

бурычлы булып калмау. В данном случае потенциально заложены два сценария: 1) отплатить добром на добро, 2) отплатить злом на зло. Соответственно, с точки зрения общественной и религиозной морали, первый сценарий потенциально содержит мелиоративную оценку, в то время как второй заключает в себе отрицательные смыслы. Эксплицитнее проявляется отрицательная оценка в английской ФЕ play smb. at their own game, т.к. в сигнификативном компоненте содержится значение «отплатить той же монетой; вести себя нечестно или грубо по отношению к кому-то в ответ на такое же поведение» (сценарий второй).

Кгруппе ФЕ с нейтральным оценочным компонентом относят

ифразеологизмы, где сочетание отрицательного и положительного дает нейтральный результат. На наш взгляд, данный вопрос требует дальнейшего исследования и анализа отдельных случаев. Например,

английскую ФЕ to be cruel to be kind (do or say smth. painful but necessary to smb., so that greater good may come from it – сделать или сказать кому-то что-либо причиняющее боль, но необходимое для того, чтобы от этого была польза, добро) совмещает в себе и

56

положительный и отрицательный аспекты. Рассматривая же данную ФЕ с позиции рационалистических оценок и выдвигая на первый план полезность / вредность, благоприятный / неблагоприятный характер поступка (утилитарная оценка) или его целесообразность / нецелесообразность, эффективность / неэффективность, удачный / неудачный результат деятельности (телеологическая оценка), можно утверждать, что данная ФЕ тяготеет к положительной части шкалы и обладает положительным зарядом.

Затрагивая вопрос о соотношении рациональной и эмоциональной оценок во ФЗ, необходимо отметить, что, на взгляд некоторых ученых [Арсентьева 2006], подобное разграничение не совсем приемлемо для фразеологии, поскольку для ФЕ характерно совмещение данных типов оценки с пробладанием чувственного, эмоционального восприятия действительности. Настоящий факт объясняет столь тесную спаянность оценочного компонента с сигнификативно-денотативным содержанием фразеологизмов. Вследствие этого, целесообразно говорить об интеллектуальноэмоциональной и эмоциональной оценках. Здесь, однако, необходимо исключить устойчивые сочетания идентификационного характера, не несущие в себе эмоциональной оценки, а выполняющие первичную номинативную функцию, например, анютины глазки, байховый чай,

арабская лошадь, коллежский асессор, анатомический театр (ФСРЯ

2003).

В то же время А.В. Кунин противопоставляет интеллектуальные и коннотативные оценки [Кунин 1996: 183-184]. Например, образная ФЕ с положительной оценкой встать в строй (возобновить работу, обязанности после длительного периода или болезни) является интеллектуальной, т.к. входит в соответствующее понятие. Интеллектуальные оценки усиливаются и становятся более выразительными в коннотативном «окружении» в образных фразеологизмах. ФЕ с коннотативными оценками встречаются реже. Примером может служить ФЕ затыкать рот – заставлять молчать. «Заставлять замолчать» – это предметно-логический компонент ФЗ, а его просторечный, грубовато-неуважительный характер – коннотативный компонент.

Оценочный компонент ФЗ может выступать в роли узуального элемента. В таком случае узуальная оценочность обычно фиксируется в словарных дефинициях. В зависимости от речевой ситуации оценочность нередко может проявлять и окказиональный характер.

57

Оценочное высказывание автора может отличаться от закрепленной в социуме оценки. В подобных случаях имеет место переход положительной оценки в отрицательную или приобретение нейтральной ФЕ пейоративных и мелиоративных оценочных сем.

Узуальная и окказиональная оценочность соответствует в терминологии В.П. Жукова собственно оценочному значению и оценочному употреблению. Первое является единицей языка, второе – единицей речи.

В состав ФЗ могут входить отрицательный, положительный и нейтральный оценочные компоненты. Но Г.Г. Соколова, к примеру, выделяет отрицательную, положительную и ситуативную оценки [Соколова 1981]. Пейоративная, мелиоративная или нейтральная оценочность (наряду с функционально-стилистическим компонентом) присуща всем фразеологическим единицам.

Пейоративный компонент является, как известно, показателем отрицательного отношения к объекту оценки, выражающем неодобрение, осуждение, порицание каких-либо свойств объекта

(выкидывать колено, даром хлеб есть, подставить ножку, воротить нос, lick smb.’s boots, үгез булып яту). Мелиоративный компонент имеет место при положительной оценке, ценностной значимости объекта, выражая одобрение и поощрение (держать марку, далеко пойти, довести до ума, be on the right side of the angels, йөз суын түкмәү). При отсутствии ярко выраженного одобрения или порицания говорят о нейтральном оценочном компоненте ФЗ (вести линию,

брать сторону, взять курс, take a line, фикер алышу).

Абсолютное большинство ученых говорит о преобладании отрицательной оценочности над положительной (А.Д. Райхштейн, Л.И. Ройзензон, А.В. Кунин, В.Ф. Петренко, Ю.А. Гвоздарев, В.И. Шаховский, Е.Ф. Арсентьева и многие др.). Налицо видна общая семантическая ассиметрия фразеологической системы – сдвиг в сторону отрицательных значений.

А.Д. Райхштейн объясняет данную специфику «более острой и дифференцированной эмоциональной и речемыслительной реакцией людей именно на отрицательные явления, а также характерной для стрессовых, т.е. резко отрицательных эмоциональных состояний, тенденций к использованию готовых речевых форм и в том числе устойчивых словесных комплексов» [Райхштейн 1980: 61], т.е. «к фразеологизмам чаще прибегают для оценки неадекватного поведения, чем для одобрения позитивного [Петренко 1988: 143].

58

Ю.А. Гвоздарев истолковывает данную закономерность тем, что проявление нормы меньше интересует людей, меньше беспокоит, чем отрицательное как отступление от нормы [Гвоздарев 1989: 16]. Интересна позиция М.С. Горе, который объясняет этот факт общечеловеческим желанием, называя отрицательное, утверждать совершенное, т.е. с помощью единиц фразеологического уровня, «через изображение негативных сторон действительности, отрицательных характеристик человек утверждает свой взгляд на мир совершенный…» [Горе 1985: 30].

Существование какого-либо явления детерминируется определенными факторами. Говоря об оценочной функции ФЕ и ее обусловленности, Н.Н. Пряхина выделяет следующие факторы

[Пряхина 1990: 79]:

1)эксплицитно-выраженная оценка, при которой прослеживается компонентная обусловленность оценочности всего фразеологизма (как дурень с писаной торбой носиться, представлять

вложном свете, keep bad company, keep good company, do well by smb.,

адәм рәтле булу);

2)значение исходной ФЕ при вторичной фразеологизации (ФЕ hold the mirror up to smth. образовалась от шекспировского выражения hold the mirror up to nature (об актерской игре: правдиво

отражать жизнь), в современном английском языке ФЕ имеет значение «правдиво изображать, отображать что-либо»); в татарском языке устойчивое сочетание сөрән сугарга (собирать подарки для сабантуя) приобрело значение «бездельничать,слоняться без дела»;

3)внутренняя форма ФЕ, образованных в результате фразеологизации свободных словосочетаний и устойчивых сочетаний нефразеологического характера (вставлять палки в колеса, выводить на чистую воду, выбивать из седла, аркага ышыклану, аяктан егу, бакчасына таш ату);

4)актуальное предметно-логическое значение ФЕ с утраченной внутренней формой (гонять лодыря, играть в бирюльки,

труса праздновать, show the white feather).

Оналичии в составе значения ФЕ того или иного типа оценочности можно судить по некоторым критериям. Так, Е.Ф. Арсентьева выделяет три основных критерия формирования фразеологической оценочности [Арсентьева 2006: 18-23]: критерий компонентного состава ФЕ, семантический и экстралингвистический.

59

1. Согласно критерию компонентного (лексемного) состава, положительная, отрицательная или нейтральная оценочная сема лексем – составляющих ФЕ предполагает наличие положительной, отрицательной или нейтральной оценочной семы в значении всего фразеологизма. Это касается как переосмысленных компонентов, так и компонентов, употребляющихся в своем буквальном значении. К

примеру, фразеологизмы сделать свое черное дело, paint smb. black

обладают пейоративной оценочностью в силу наличия в компоненте «черное», «black» отрицательной семы (ср. положительную семантику слова ак в татарской ФЕ ак бәхетләр теләү, ак юллар теләү). В ФЕ smoke the pipe of peace компонент «peace» имеет положительную оценочную сему, что инициирует мелиоративную оценочность всего фразеологизма. Здесь идет речь об оценочных коннотациях, представляющие собой «семы, которые входят в семантику языковых единиц в качестве показателей положительного или отрицательного статуса предмета или явления» [Сергеева 2003: 86] (например, значения ‘черный’, ‘белый’, свидетельствующие об отрицательном и положительном статусе поступков и действий).

Однако в некоторых случаях этот критерий не может служить достоверным показателем. Тогда более надежным представляется семантический (ср. англ. come to a fine (handsome, pretty) pass – попасть в трудное положение, оказаться в отчаянном положении, дойти до крайности) или экстралингвистический критерии (show the white feather – струсить, смалодушничать: белое перо в хвосте бойцовского петуха считалось признаком плохой породы; ФЕ жить как премудрый пескарь используется для характеристики поведения трусливых обывателей).

2. При определении оценочности фразеологизма семантический критерий является самым значимым. Семантика прототипа (т.е. значение переменных словосочетаний или устойчивых сочетаний нефразеологического характера, к которым восходит прототип) высупает основным источником создания положительно, отрицательной или нейтральной оценочности у ФЕ. Положительный, отрицательный или нейтральный знак прототипа почти всегда переходит в оценочный компонент коннотации. Чтобы проиллюстрировать данное положение можно обратиться к следующим примерам. Отрицательная сема со значением “паразитировать за счет кого-либо, быть иждивенцем” обнаруживается во фразеологизме сидеть на шее у кого-либо. Во фразеологизме

60