Мешают ли джинсы спасению. Опыт современной апологетики

Но где же этот критерий чистоты и красоты? Откуда он может взяться в атеизме? Не из хри стианства ли? Недаром атеизм — это явление, свойственное исключительно западноевропей ской христианской цивилизации!

Реальная Церковь

В свое время мой друг, профессиональный пиарщик, раскрыл предо мною секреты мастер ства так называемого «черного пиара». «Пони маешь, — сказал он, — дискредитировать, ска жем, кандидата на какой нибудь политический пост весьма просто. Достаточно опубликовать одну статью, в которой сказать или даже намек нуть (чтобы потом не судиться), что он, напри мер, педофил. Больше ничего делать не надо. Начнет оправдываться — на воре и шапка горит. Будет молчать — чует кошка, чье мясо съела».

Я далек от обвинения моего уважаемого оп понента в использовании нечистоплотных пи ар технологий, но, поверьте, считаю настолько очевидным нелепость тезиса от том, что «из хо рошего — только благотворительность, а вот из плохого столько всего: и табак, и сожженные книги, и обиженные музеи», что испытываю

даже некоторую растерянность. Честно говоря, совсем не хочется приводить здесь «список доб рых дел Церкви». Ну, не верит Иосиф Соломо нович в то, что в нашей Церкви тысячи, десят ки тысяч людей, священников и мирян, ежедневно совершают самоотверженный по двиг служения людям в самых разных местах: больницах, приютах, школах, университетах. Ну как мне его переубедить, если две статьи в «Московском комсомольце» десятилетней дав ности, в которых интерпретация реальности граничила с ложью, ему кажутся весомее, чем, например, труд в московской первой градской больнице его коллег — девчонок из училища се стер милосердия? Да и надо ли переубеждать? Почему Христос исцеленному Им человеку за поведовал никому не говорить, Kто его исце лил? Почему говорил ученикам, что, когда тво рите милостыню, правая рука не должна знать, что делает левая? Странный Бог. С явно не ате истической логикой...

В один из ключевых моментов православной Литургии священник поднимает перед стоящи ми в храме людьми Чашу с Причастием и про возглашает: «Святая — святым!», призывая по

нять, что к святости Бога не смеет приступить ничто нечистое. А хор тут же отвечает: «Един свят, един Господь, Иисус Христос, во славу Бо га Отца». То есть никто, подчеркиваю — никто, ни один человек не свят так, как Бог. Никто не свят, кроме Бога. Церковь — мир парадокса, мир глубины и иного взгляда на мир. Христиа не не воспринимают Церковь как сообщество людей с ярко выраженными крыльями за спи ной. Самоощущение христианской Церкви пре красно выразил известный физик и богослов Блез Паскаль: «Люди делятся на праведников, которые считают себя грешниками, и грешни ков, которые считают себя праведниками». Не буду продолжать — лучше все равно не ска жешь...

Что касается фильма Скорцезе — мне лично неизвестны те факты с отключением электриче ства «клерикалами», которые приводит Иосиф Соломонович. В случае если все так и было, мо гу лишь произнести те слова, которых мой оп понент ждал с экрана от священника: Церковь действительно не несет ответственности за все поступки, которые совершаются отдельными людьми от ее имени. Добавлю лишь, что мне

непонятно упорство, с которым телеменеджеры игнорировали просьбы Московской Патриар хии не показывать этот фильм.

С выставкой в музее тоже все вполне понят но. С художественной точки зрения экзерсисы нынешних, с позволения сказать, мастеров есть не что иное, как агония постмодернизма, маскировавшего под маской оригинальности абсолютную художественную стерильность. Я не хочу оправдывать поведения нескольких алтарников одного из московских храмов, раз громивших выставку. Я просто попытаюсь объ яснить мотивацию их действий. Точнее, попрошу это сделать великого англичанина и искреннего католика Гилберта Честертона. В романе «Шар и крест» писатель рассказывает о католике, по павшем из деревни в город. Увидев в витрине местной газеты статью с напечатанной, по мне нию католика, хулой на Богородицу, он разбил витрину, после чего был, естественно, препро вожден в суд. Где тоже никак не могли уяснить: чего же «копья ломать»?! Никто не мог. Kроме, кстати сказать, главного редактора газеты «Атеист», которого католик вызвал на дуэль. И тот принял вызов.

Причины же своего недовольства католик объ яснил так: «Этот жестокий мир добр ко мне, ибо там, превыше небес — то, что человечней чело вечности. Если за это нельзя сражаться, то за что же можно?.. Я не хочу жить в бессмысленном мире. Так почему же мне нельзя сражаться за собственную жизнь?» И все таки этот искренне верующий человек в финале произведения отка зывается от поединка с обидчиком, так как гнев человека не творит правды Божией (Иак. 1, 20). Поймите же, наконец, что для искренне верую щего человека все эти ужимки современных ху дожников так же оскорбительны, как глумле ние над матерью.

Уважаемый Иосиф Соломонович, представьте на минутку, что персонажами этой выставки стали ваши родители — в угоду бурной фанта зии художника. Наверное, разгром выставки не будет творить правды — ни Божией, ни чело веческой. Но гнев то в Вашей душе все равно возникнет! И он, а не холодный расчет будет Ва ми управлять в этот момент.

***

В чем суть наших расхождений в этом споре? Иосиф Соломонович утверждает, что в

объективно существующем мире есть люди ате исты, которые пусть не все, но многое и досто верно об этом мире знают, живут умно и честно, полагаясь на свой разум и постоянно стремясь к удовольствию через удовлетворение своих жела ний.Этосильныеиумныелюди,смелосмотрящие в лицо жизни и творящие добро. Их жизненные принципы сформированы самой жизнью в тече ние столетий. Потом они умрут. И... все.

А есть группа странных верующих, которые не понимают, откуда взялся этот мир, живут небылицами и глупыми фантазиями, при этом совершают разные гадости и не дают осталь ным спокойно жить. Они считают себя грешны ми и даже не очень умными и надеются, что не существующий Бог подарит им спасение. Среди этих верующих есть особо вредная прослойка клерикалов, которые управляют остальными как рабами, забивая им мозги, а сами живут в роскоши, торгуют сигаретами и управляют те левидением и судами. Есть и среди этих стран ных небольшая часть неглупых и честных лю дей, которые, тем не менее, почему то не могут разорвать паутину лжи и позора и считают себя рабами несуществующего Бога.

Понятно, кто лучше?

Я намеренно утрирую. Намеренно, потому что любая гиперболизация четче определяет суть позиции.

Мне картина представляется несколько иной. Вернусь к сравнению верующего с влюбленным. Точнее, с любящим. Тот, кто любит, живет в цветном, наполненном смыслом мире. В каждой былинке, в каждом творении этого мира он ви дит не просто функцию, а смысл. Смысл, вло женный Творцом. Мир любящего богаче мира того, кто не любит. Он умеет находить радость не только в солнечном дне, но и в пасмурном. Он способен жалеть не только друзей, но и врагов. Он способен любить. В мире общечеловеческих ценностей любить нельзя. Ты всегда будешь ви деть, что один глуп, другой безобразен, третий настолько красив и умен, что общение с ним не доставит тебе никакого удовольствия. Не так лю бящий. Для него нет безобразных. Вдумайтесь: нет! Kаждый, подчеркиваю, каждый человек есть образ Бога. И не может не быть любим. Любящий живет не для себя, он живет другими и для других.

Иосиф Соломонович может мне возразить: «Где Вы таких видели?» Видел, мой уважаемый

оппонент, иначе никогда не стал бы христиани ном. А знаете, почему есть такие люди? Потому что две тысячи лет назад тот Бог, которого Вы считаете мстительным и недалеким, с Kреста обратился к Отцу, прося Его — нет, не за Себя, а за Своих мучителей солдат, которые в момент распятия делили остатки Его одежд: «Господи, прости им, ибо не ведают, что творят». Kакие уж тут общечеловеческие ценности!..

Kонечно, атеисты бывают разные. И любя щие много больше, чем иные верующие. Прав да, как мне кажется, любящие не потому, что они атеисты, а несмотря на это. Уж простите мне такое неполиткорректное высказывание.

А если совсем серьезно, опять призову на по мощь клерикала. Звали его Савл, был он фари сей и гонитель христиан. Но в историю вошел с именем апостола Павла. Однажды он написал жителям города Kоринфа:

Любовь долготерпит, милосердствует, лю бовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется не правде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит.

Любовь никогда не перестает, хотя и пророче ства прекратятся, и языки умолкнут, и зна ние упразднится (1 Кор. 13, 4–8).

Любовь не перестает, дорогой читатель!..

«Фома» 5 (28) и 6(29) 2005 г.

ЧАСТЬ 4.

ПРОСТРАНСТВО КУЛЬТУРЫ

ЖЕНЩИНА И МУЖЧИНА

Отношения сквозь века52

Недавно мне пришлось разговаривать со своей бывшей студенткой, которую я не видел не сколько лет. Рассказывая о своем житье бытье, она вдруг произнесла: «Два года просидела с ре бенком, на работу не выходила. Так стыдно! На до срочно чем то заняться!» Эти слова довольно точно передают царящие в современном мире умонастроения. Умонастроения новые, ставящие многие вещи с ног на голову. Материнство больше не воспринимается в качестве основного пред назначения женщины, стремление современных девушек добиться успеха в политике, бизнесе, науке нередко подчиняет себе все остальные стремления. Подобные изменения не могут не затронуть и мужчин, и семью, и общество в целом.

Проще всего занять крайние позиции: по пытаться отмахнуться от современных измене