Мешают ли джинсы спасению. Опыт современной апологетики

над имиджем, как какая нибудь корпорация. По своей внутренней сути Церковь — это не то, что создается людьми. Мы сейчас можем, на пример, создать партию и сделать ей хороший имидж. Однако Церковь уже была создана. И она стоит не на плохих или хороших качест вах людей, а на том факте, что две тысячи лет назад Бог стал Человеком и воскрес, чтобы че ловеческую природу обожествить. Поэтому к Церкви можно только присоединиться – мы не можем сказать: «Давайте сейчас создадим, на конец, правильную Православную Церковь!» Пространство Церкви — это не пространство классного пиара и не пространство общества, где все друг к другу хорошо относятся и никто никого не обманывает… В Церкви есть такое по нятие, как апостольское преемство — человек становится священником, когда его рукопола гает другой священник, точнее, епископ. И ес ли мы «открутим назад» эту цепь рукоположе ний, то придем к одному из 12 апостолов и к событиям Тайной вечери. Аналогов такой тра диции — живой и непрерывной — в мировой культуре нет, насколько мне известно. И сегодня человек, входя в храм на Литургию, становится

соучастником тех событий, которые историчес ки завершились две тысячи лет назад. Kакой еще более «крутой пиар» можно придумать?

Н.Ш. Вы сказали, что по сущности своей Церковь корпорацией быть не может. Но все таки она обладает почти всеми внешними признаками корпорации (иерархическое строе ние, сложная система управления, финансовая структура и т. д.). Так почему же на фоне дру гих корпораций она часто выглядит не очень приятно? Простите за аналогию, почему в «Макдоналдсе» мне продавцы больше радуют ся, чем люди в храме?

В.Л. Тогда ответьте мне, пожалуйста, только честно. Хотели ли бы Вы, чтобы к Вам в Церк ви относились, как в «Макдоналдсе»? (Kогда там кричат: «Свободная касса!» — мне так и хо чется ответить: «Свободный покупатель!»)

Н.Ш. Я именно не хочу, чтобы вообще мож но было проводить параллели между храмом и «Макдоналдсом», чтобы их можно было хоть в чем то сравнивать… А сравнения часто сами напрашиваются. Например, прошлым летом я

впервые посетил Свято Троицкую Сергиеву Лавру. На моих глазах группа старушек зака зала монаху экскурсию в храм. Но помимо ста рушек в него хотели попасть еще некоторые посетители монастыря (я в том числе). Так главная старушка встала у входа в церковь и определяла, кому в нее войти можно (к таким людям относились лишь ее подружки), а кому нельзя. Монах при этом молчал и виновато по жимал плечами… Да, я не заплатил монаху, и, может быть, справедливо меня в храм не пус тили. Но ведь в «Макдоналдсе», к слову, даже в туалет бесплатно войти можно. Kак же бо роться с такими сравнениями, которые напра шиваются сами собой?

В.Л. Я не думаю, что с ними нужно как то бороться. То, что плохо, должно быть названо своим именем. Но позволю себе привести здесь такую аналогию: если у Вас болит зуб — вы иде те к врачу. Kонечно, хорошо, если бы Вас встре тили, предложили чаю, посадили в удобное кресло, использовали самую лучшую аппарату ру. Но ведь смысл прихода состоит не в этом, а в том, чтобы зуб перестал болеть… А у нас полу чается так, что человек приходит с больным

зубом и вдруг говорит: не буду здесь лечиться, потому что со мной не поздоровались, потому что здесь грязный пол… Церковь не в этом. Про блема недостойных людей в храме существова ла всегда. И будет существовать — потому что Церковь для всех, а не только для тех, кто при ветлив к новичкам. Но нужно понять, что пове дение этих людей влияет на авторитет Церкви, но не влияет на ее смысл. Я не пытаюсь кого то защитить. Через ваше издание я призываю ва ших сверстников только к одному: разделять то, чем Церковь является по сути, и тех людей, которые не работают над ее «имиджем». Иисус Христос не нуждается в имидже. Нам не нужно христианства, описанного в одной неопротес тантской книжке: «И узнают все вокруг, что Иисус — наш лучший друг…» Это уже и есть «Макдоналдс». Я прошу читателей «НОС», чтобы они не отождествляли Церковь с поступ ками людей, которых можно встретить в храме. Эти же люди могут вести себя по другому, так же как мы иногда делаем плохие вещи, иног да — хорошие. Kроме того, я готов свидетельст вовать, что в Церкви есть люди действительно святой жизни.

Н.Ш. Значит, единственный выход молоде жи — это вера, что за толпой, которую мы встречаем при входе в храм, действительно святые люди есть?

В.Л. Я бы сказал немного по другому: нужно верить в то, что там есть Бог. Причем эту веру не следует противопоставлять знанию — якобы «знать не можем — будем верить и надеяться». Чем вера принципиально отличается от знания? Тем, что вера — это всегда свободный выбор. Знание насильственно: вы не можете спорить, что дважды два четыре, — это глупо, а в вопро сах веры всегда будут споры. Мы знаем, что, войдя в «Макдоналдс», мы, скорее всего, встре тим там нормальное обращение. Входя в цер ковь, мы можем встретить все, что угодно. Но там есть то, чего нет и не может быть нигде. По мню, когда я впервые попал в монастырь, не на экскурсию, а так — пожить несколько дней, мне было очень тяжело. Я стоял на субботней вечерней службе, и уже когда подошел к ба тюшке для помазания, в голове вдруг возникло «тупое» желание — водки бы сейчас! (какая то внутренняя борьба была; хотя встретили меня в монастыре очень хорошо). И в этот момент

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Впервые: Фома, 1998, № 4.

2 Впервые: Фома, 1997, № 1.

3 Впервые: Фома, 1998, № 2.

4 Впервые: Фома, 1998, № 1 (5).

5 Впервые: Фома, 1998, № 1 (5)

6 Льюис K. Письма Баламута и др. М.: Пушкин ская библиотека, АСТ. 2004. В интернете — http://www.realnost.ru/ lewis/balamut.php.

7 Эбботт пишет: «...в нашем мире не может суще ствовать ничего такого, что вы привыкли называть «объемным». Смею думать, что вы полагаете, будто мы можем, по крайней мере, отличать по виду Тре угольники, Kвадраты и другие фигуры... Вы глубо ко заблуждаетесь: нам не дано непосредственно ощущать различие между фигурами, по крайней мере, различать их по виду». (Эбботт Э. Флатлан дия. Бюргер Д. Сферландия. М.: Мир, 1976. С. 19) Точно так же человек, если он не выходит за рамки повседневного опыта, не способен осмыслить свое

бытие: поиски смысла жизни «изнутри», «горизон тально» не позволяют взглянуть на себя «сверху». А религия предлагает человеку именно такую вер тикаль.

8 Впервые: Фома, 2000, № 1 (9).

9 Впервые: Фома, 2004, № 1.

10Впервые: Фома, 1998, № 1.

11Впервые: Фома, 1997, № 4.

12Впервые: Фома, 1998, № 2. (в сокращении).

13Под прозелитизмом в то время в Риме понима ли требование отказаться от старой веры с приняти ем новой. Одновременное же исповедание несколь ких религий не возбранялось.

14Далеким отголоском того, что так не принимали

вэтой связи христиане, является поведение многих современных «православных» колдунов и экстра сенсов, которые приходят в храм «подзарядиться» от икон и т.д.

15Впервые: Фома, 1996, № 2.

16Впервые: Фома, 2001, № 1.

17Так, у мальчика мага Гарри Потера в одно именной книге первый опыт с волшебной палочкой выходит комом не потому, что он недостаточно хо

чет или недостаточно хорош для этого, а потому, что неправильно произносит магическое заклинание.

18См., например: Щедровицкий Д. Введение в Ветхий Завет. Kнига Исход. М., 1997.

19См., например: Иисус Христос в документах истории. СПб.: Алетейя, 1998.

20В соавторстве с С. Верейкиным. Впервые: Фо ма, 2004, № 2.

21Фантоли А. Галилей. В защиту учения Kопер ника и достоинства Святой Церкви. М., 1999.

С.350.

22Впервые: Фома, 2004, № 5.

23Ноланец — прозвище Бруно по месту рожде ния — г. Нола.

24«Герметизм — магико оккультное учение, восходящее, согласно его адептам, к полумифичес кой фигуре египетского жреца и мага Гермеса Трис мегиста, чье имя мы встречаем в эпоху господства религиозно философского синкретизма первых ве ков новой эры, и излагавшееся в так называемом «Герметическом корпусе»... Kроме того, герметизм располагал обширной астрологической, алхимичес кой и магической литературой, которая по тради ции приписывалась Гермесу Трисмегисту... Главное,

что отличало эзотерически оккультные учения от христианской теологии... — убежденность в божест венной — нетварной — сущности человека и вера в то, что существуют магические средства очищения чело века, которые возвращают его к состоянию невин ности, каким обладал Адам до грехопадения. Очис тившись от греховной скверны, человек становится вторым Богом. Без всякой помощи и содействия свы ше он может управлять силами природы и, таким об разом, исполнить завет, данный ему Богом до изгна ния из рая» (Гайденко П.П. Христианство и генезис новоевропейского естествознания // Философско религиозные истоки науки. М.: Мартис, 1997. С. 57).

25Здесь, конечно, нужно также иметь в виду то, что Азимов как бы упускает из виду: символизм языка библейского текста, который не исключает многовариантности толкования (например, дни творения — метафора и проч.). На самом деле про сто он пытается отделить символизм, основанный на авторитете Откровения, от научной истины, ос нованной на многократной верифицируемости ут верждения.

26Речь идет о двух фундаментальных характе ристиках науки. Во первых, необходимости вери фикации, а не основе на авторитете — именно в этом смысле наука не авторитетна. Неправым может оказаться и Ньютон, и Эйнштейн, и академик Жо