Мешают ли джинсы спасению. Опыт современной апологетики

вия Божественной любви. Kонечно, сейчас мы не можем ощутить силы этих страданий, но по нять, что это такое, думаю, может каждый. Разве мы не испытывали подобного тяжелого чувства, когда делаешь какую нибудь гадость человеку, особенно родному, а он не только не обижается, но еще и успокаивает тебя? Это не просто вынести...

Православие говорит об удивительных ве щах: Бог есть Любовь. Ни в одной религии нет такой формулы46. Мусульманин, например, мо жет сказать, что Любовь — это одно из имен Ал лаха, но не больше. Христианство делает лю бовь содержанием Божественного Бытия. Бог Любовь, Kоторый все время как бы идет за человеком. По справедливому замечанию диа кона Андрея Kураева, Ветхий Завет — это исто рия о том, как человек все время от Бога убегал. Бог его находил и возвращал к Себе. А он опять убегал, обрекая себя на страдания. Бог сделал для человека все, даже принял Образ Челове ческий, чтобы преодолеть последствия тяжело го разрыва человека с Богом — преодолеть смерть и зависимость от греха. Бог спас челове ка от этих двух последствий грехопадения, и

все равно человек продолжает от Него убегать, убегать от спасения! Один святой сравнивал грешника (т.е. убегающего от Бога человека) с собакой, которая лижет острую пилу, нанося себе увечье... Но, опьяненная вкусом собствен ной крови, она не может остановиться... Прав да, эти образы мало напоминают «крокодиль ский» ад и другие привычные представления о Православии?

Вопрос. Расскажите, пожалуйста, про Рай. Ответ: Прежде всего нужно сказать, что

тайна Рая — это тайна Христианства. В том смысле, что ни в одной религии нет представле ния о счастливой загробной жизни. Дохристи анские религии знают темное, страшное царство мертвых. Пожалуй, единственное исключение — это египетская религия, но мы о ней мало зна ем. Итак, Рай — это исключительно христиан ское представление о загробной жизни. Тайну Рая открывает людям Христос. Что касается во проса, что есть Рай, я не берусь ответить на не го. В Библии есть слова о том, что мы не знаем, что из себя представляет Рай. Апостол Павел

говорит, что мы знаем лишь то, что будем по добны Богу (ср. Флп. 3, 21).

Я вам говорил, в чем состоит смысл Христи анства, что значит «спасти свою душу». Один из христианских святых говорил об этом так: «Бог стал человеком для того, чтобы человек мог стать богом». Ни больше, ни меньше. Ни для того, чтобы человек не совершал плохих по ступков, ни для того, чтобы он не ругался с ма мой и с женой, а для того, чтобы человек смог стать богом! Вот значение, вот призыв Право славия! Призыв к уподоблению Богу, Kоторый есть Свет, есть Любовь.

Атеисты во все времена правильно спраши вали: разве нельзя быть хорошим человеком без Бога? Можно. Можно быть неплохим чело веком без Бога. Без Бога нельзя спастись. И это главное в Православии. Это спасение, это упо добление Богу, это жизнь в Любви.

При ответе на ваш вопрос я могу лишь ска зать, чем Рай не является. Рай не является, как хорошо сказал один современный мыслитель, «нудным, скучным коммунизмом», образ кото рого — еще одно из лжепредставлений нашего времени. Ангелы с белыми крыльями играют

на гуслях с утра до вечера, песни поют... — вот такое чрезвычайно упрощенное представление о Рае... Рай — это тайна. Тайна общения с Бо гом. И открытой для всех эта тайна «здесь и сейчас», наверное, не может быть.

О ДЖИНСАХ И СПАСЕНИИ47

Из письма в редакцию журнала «Фома»:

«...Интересно, а в каком месте определено, что джинсы неприличны для христианки? Юб ка и брюки — это компоненты культуры, а не веры. Современная культура — это не культура Израиля двух тысяч лет назад, и неудивитель но, что Церковь, черпающая от древней культу ры, не сможет обращаться к современному чело веку на понятном ему языке. Kультура никогда не сможет принять Христа, если Церковь будет ее сторониться и не принимать во внимание. Церковь, не идущая в ногу со временем, останет ся в прошлом. А Христос так же присутствует в культуре прошлого, как и в сегодняшней куль туре. Зачем навязывать человеку то, что не имеет отношения к вере (платок, длинная юб ка), зачем считать неприличным то, что вовсе

не противоречит жизни во Христе (как джин сы)? Неужели Церкви так трудно отличать то, что противоречит Евангелию, от того, что вовсе не мешает жить по христиански?»

Уважаемый(ая) N!

Начну с того, что абсолютно согласен с Ва ми: юбка, брюки и прочая одежда — этот ком понент культуры, а не веры. Если говорить бо гословским языком, брюки сами по себе не несут никакого сотериологического (т.е. спаси тельного) смысла. Равно как и вся культура в целом — так как не в ней совершается спасе ние. Спасение наше совершается Богом, смот рящим на человеческое сердце. Таким образом, спасение происходит вне пространства культуры.

С другой стороны, значит ли это, что куль турные феномены совсем не важны, не играют никакой роли в жизни верующего человека? Думаю, что не значит. Вы сами пишете: «Kуль тура никогда не сможет принять Христа, если Церковь будет ее сторониться и не принимать во внимание». Иными словами, культура важна. Важна как оболочка, как подача содержания. Kонечно, когда мы приносим человеку подарок

на день рождения, главное — это внимание, это сам дар, а не обертка, которая играет, быть мо жет, самую последнюю роль. Но тоже играет.

Я работаю преподавателем в институте и пре красно пониманию, что то, как я одет на лек ции, не влияет на ее содержание. Грубо говоря, я могу прийти на лекцию в рваных брюках, гал стуке на голое тело и шляпе сомбреро. И гово рить то же, что говорю, когда я «обычно» одет (костюм, галстук). Моя одежда не скажется на содержании лекции, но еще как скажется на ее восприятии. Будут ли студенты воспринимать меня как обычно или начнут отвлекаться на мой внешний вид? Вопрос риторический.

Мы вообще часто склонны недооценивать символизм внешнего вида. Но правильно ли это?

Вся культура человечества сущностно ми фологична (в данном случае под мифом я пони маю не вымысел или искажение действитель ности, а особую — символическую — форму существования культуры, обусловленную куль турно и исторически). Мифологична, а значит, символична любая униформа. И хотя не она де лает человека профессионалом, нельзя недо оценивать ее значения. Представьте себе гаиш

ника, который стоит на перекрестке в клетча тых брюках, милицейской фуражке и машет батоном «Докторской» колбасы, стремясь регу лировать движение!

Вы можете сказать, что я передергиваю, что я говорю о другом. Отнюдь. Почему, когда мы собираемся на работу, на учебу и т.д. (т.е. в ме ста, гораздо меньше значимые и важные для нас, чем храм), то обращаем внимание на лю бую мелочь, а когда идем в церковь, то сразу с негодованием отметаем все внешнее: «Для Бога это не важно!» Kонечно, нет. Но ведь важно для ближнего!!! Мне, как, думаю, и любому мужчи не, намного сложнее сосредоточиться на молит ве в храме, когда вокруг стоят женщины в ко ротких юбках и стильных брюках. Вы скажете — это моя вина, моя похоть. Опять соглашусь. Но неужели из за этого женщины должны отка заться помочь мне преодолеть мои слабости, не ужели должны захотеть стать соблазном? Апо стол Павел в Первом Послании к Коринфянам прямо говорит, что идоложертвенная пища не может осквернить человека, свободного в вере, так как пища не приближает нас к Богу: ибо, едим ли мы, ничего не приобретаем; не едим ли,

ничего не теряем (1 Kор. 8, 8). Но тут же оговари вается: Берегитесь, однако же, чтобы эта сво бода ваша не послужила соблазном для немощ ных... И потому, если пища соблазняет брата моего, не буду есть мяса вовек, чтобы не соблаз нить брата моего (1 Kор. 8, 9, 13).

То же самое можно сказать и про одежду. Одежда, действительно, часть культуры. И к культурному ареалу тоже нужно относиться с уважением. Скажем, в русском православном храме в Лондоне многие женщины приходят на службу в брюках, там это мало кого смущает. Но практически все они, попадая в Россию, на девают юбки, когда идут в храм. Мне кажется, что это правильно. Недавно в нашем храме (Kа занский собор на Kрасной плащади) наблюдал молодых ребят католиков. Одна из девушек, увидев, что женщины стоят в платках, сама на дела на голову платок, хотя, судя по всему, бы ла не замужем и даже в строгом каноническом православном смысле могла этого не делать. Но мне почему то кажется, что в ее поступке на много больше подлинной христианской любви и смирения, чем в демонстративном нежелании подчиниться культурной традиции. Ведь хрис

тианская любовь проявляется в том числе и в правильном понимании культурных традиций, уважении их, в снисхождении к человеческой слабости. Получается, культура тоже имеет от ношение к нашему спасению!

И последнее. Вы сами в своем письме указы ваете на важность культуры, когда говорите, что Церковь должна идти в ногу со временем, иначе останется в прошлом. И опять соглашусь с Вами — в том, что касается формы проповеди, языка общения с сомневающимися. Но здесь нужно четко представлять себе еще и вот что: Мистическая Церковь, Церковь Таинств, в ко торых присутствует Сам Христос, не может остаться в прошлом и не должна идти в ногу со временем, так как временным является лишь этот постоянно меняющийся мир человеческой культуры. Мир Царства Божия, к которому мы призваны, вечен. И нет ничего неправильного в том, чтобы в преддверии вхождения в этот мир не идти в ногу со временем.

Еще раз большое Вам спасибо за Ваше ис креннее письмо.

С надеждой на понимание, Владимир ЛЕГОЙДА

О ДЖИНСАХ И СПАСЕНИИ!248

После публикации диалога с читателем «О джинсах и спасении» редакция «Фомы» по лучила много писем с комментариями на дан ную тему. Ниже публикуются наиболее инте ресные письма с ответами редактора.

Я должен вам сказать, что вы опровергли сами себя. Вы показали, что юбка и платок для женщины в храме — это все равно что костюм на лекции и форма гаишника, т.е. традиция, не имеющая никакого отношения к делу. Нужна ли такая традиция? Не заслоняет ли она ис тинные ценности?

Без подписи

Уважаемый N!

Боюсь, Вы не совсем правильно поняли мою мысль. Я хотел подчеркнуть, что человек не мо жет спастись или не спастись только из за того, как он одет. Я, действительно, говорил о том, что одежда — результат традиции, которая мо жет меняться со временем. Но я не пытался сказать, что внешний вид «не имеет никакого отношения к делу». Представьте, что священ