Культурная (социальная) антропология. Учебное пособие для вузов

Пограничные области познания социокультурной динамики. Постмодерн

Указание на инобытие. Рационалистические моде ли реальности и ее символической представленности в

их классическом варианте в значительной степени ут ратили свою эвристическую силу, когда в сфере внима ния оказалось бессознательное, то есть тот аспект чело

веческого существования, который никогда не мог быть данным субъекту в рефлексии: скрытые механизмы, без

ликие причинности, обусловливающие его активность. Тем не менее движение мысли, путь познания после обнаружения этого факта не прекращались в

различного рода попытках понять, как можно иметь с ним дело. Внутри и вне процессов мышления, на их

границах с другими психическими процессами, в их переплетениях постепенно обозначилась целая область, некая «инертная плотность» (М. Фуко), в контексте

которой и протекают названные процессы. Это область немыслимого, невыразимого. Первоначальные столк

новения с инобытием оборачивались попытками раз личных мыслителей интегрировать его в классичные познавательные рамки. Его не рассматривали как са

модовлеющий феномен, но лишь в качестве постоян ного двойника объективированной, рационализованной культурной реальности. Оно выражалось как «в себе»

впротивоположность «для себя» в работах Канта и Гегеля, как «бессознательное», начиная с Шопенгауэ ра; как «отчужденный человек» у Маркса; как «скры тое», «недействительное», «осадочное», «несвершив шиееся» у Гуссерля. Во всех этих попытках инобытие представлялось рефлексивному знанию нечеткой про екцией самого человека с его способностью к развива

ющемуся истинному познанию. Вне отнесенности к божественному началу такое Иное было лишено права

на самостоятельное существование.

Внастоящее время его самодовлеющая значимость

впорождении символических объектов полностью при знана. И оно не является недоразвитой природой или напластованиями истории в человеке. По отношению к человеку немыслимое выступает как Иное, не освоен

ное и неосваиваемое в принципе, порожденное не им и

не в нем, но существующее рядом и одновременно с ним,

впостоянной новизне и необратимой действенности. 411

Глава 9

Указание на несуществующее. В теоретических построениях постмодернизма значительная роль отво

дится феномену воображения и символическому миру воображаемого. Воображение определяется как способ ность человека представлять вещи, которых нет, то есть которые не даны в ощущениях в символической форме.

Подчеркивается конституирующая значимость во ображения в культуре. На этом уровне конструируют ся «фигуры», делающие общество и культуру видимы ми для их членов. Благодаря нему определяются про блемные ситуации в обществе и обыгрываются их возможные решения. С его помощью строятся прожек тивные картины альтернатив будущего. И все эти пред ставления, будучи обозначенными и объективирован

ными, существуют в культуре наряду с другими. Соот ветственно в ней можно обнаружить сигнификации, относительно независимые от обозначающих, однако играющие роль в их выборе и организации. И слож ность заключается в том, что в случае воображаемого как организационного принципа по отношению к куль турным феноменам обозначаемое, к которому относит ся обозначающее, обнаруживается с трудом, посколь ку его «способ существования» является, по определе нию, способом небытия1.

На основе фрейдовской триады «оно—я—сверх я» Ж. Лакан строит производную модель соответствую щих полей реализации: «реальное—воображаемое— символическое». Уровень «воображаемого» при этом рассматривается как источник субъективного, иллю зорного синтезирования представлений, а уровень «символического» — как совокупность объективиро ванных механизмов языка и культуры. Символическое бессознательно структурировано и, следовательно, носит упорядоченный характер.

Воображаемые культурные объекты (сигнифика ции) не существуют в форме репрезентаций, посколь ку им не соответствует никакая социокультурная ре

альность, никакой чувственный опыт. Они не имеют культурного моста, подобного тому, что занимают

Пограничные области познания социокультурной динамики. Постмодерн

представления о реальных событиях, действиях, от

ношениях; тем не менее они создают в культуре неко торое «силовое поле», влияющее на траекторию ре

альных явлений.

Воображаемые социокультурные сигнификации не

несут в себе никакого реального значения (денотата); но их коннотативные возможности чрезвычайно мно

гообразны, поскольку под ними можно подразумевать множество самых различных вещей.

Указание на невидимые порядки. Под влиянием структурной лингвистики Б. Уорфа ряд исследовате лей обратился от изучения социальных институтов и структур к анализу представлений, знаний об окруже

нии, а также форм их лексической организации. Это направление носит название «этнонаука». Ее немно

гочисленные сторонники видят цель своей работы в том, «чтобы лучше понять, каким образом люди воспри

нимают свою окружающую среду и как они организу ют подобное восприятие» в лексиконе1. Об этой цели

хорошо сказал Г. Фрейк: «Этнограф не может быть удовлетворен всего лишь фиксацией компонент куль турных экосистем в категориях западной науки. Он

должен также описать окружающую среду таким об разом, как ее воспринимают местные жители, и исполь зуя понятия, употребляемые ими, выявить правила

организации соответствующих представлвений и по ведения»2.

В рамках этого направления развиваются специ альные методы сбора и анализа информации о том, как представители определенной культуры воспринимают природную среду (этноэкология), ее флору (этнобота ника) и фауну (этнозоология), как они взаимодейству ют друг с другом (этнометодология). Таким образом, принятое в культурной антропологии понятие «этно

наука» обозначает «народные» модели организации

представлений об окружающем мире и объяснения

Пограничные области познания социокультурной динамики. Постмодерн

на уровне повседневной жизни, в том числе обыден

ной речи.

Итак, сторонники постмодернизма в разных пред

метных областях познания считают необходимым пре

одолеть накопленные культурные стереотипы, «вновь

обрести способность воспринимать и выражать, ибо только так можно сохранить подлинную культуру в недрах цивилизации»1.

При этом подчеркивается, что новые правила в

отношениях человека с окружением выстраиваются и символизируются по мере работы с культурным мате

риалом. Оценивая ситуацию в искусстве, Ж.Ф. Лиотар пишет: «Писатель и художник постмодерна находится в позиции философа: текст, который он пишет, произ ведение искусства, которое он создает, в принципе не

управляются никакими предустановленными прави лами, и соответственно не могут быть судимыми в со

ответствии с общепринятыми критериями и катего риями. Само произведение искусства есть средство

отыскания таких критериев и категорий. Художник и писатель, таким образом, работают без правил, чтобы

сформулировать правила того, что следовало бы де

лать»2. Так же сегодня в рамках постмодерна могут быть представлены и другие типы символических язы ков культуры.

Концепция децентрированной (расщепленной) личности

Из сказанного следует, что современное «постмо дернистское» отношение к культуре отличается от клас

сического. По иному рассматриваются здесь вопросы,

связанные с характером и формами социокультурной

жизни, ее динамикой; с содержанием и взаимосвязями

Глава 9

искусственных, в особенности символических объек тов, составляющих среду, в которой реализуется эта

жизнь; с возможностями «расшифровки истинных значений» таких объектов.

Не удивительно, что пересмотру подверглись пред

ставления о порождении культуры и месте личности в социокультурных процессах.

Индивид как первоначало социокультурных про! цессов. В современной познавательной ситуации про блематичной стала идея человеческого первоначала.

Старые модели происхождения человека, общества, культуры утратили всякий эвристичный смысл — будь

то идеи божественного дара или эволюционной мута ции. Новые модели, по видимому, невозможны, по скольку, по крайней мере сейчас, после периода дли

тельных поисков эмпирических доказательств стало очевидным, что генезис человека и культуры непо

знаваем. Его нельзя достоверно реконструировать из за ограниченности как материалов, которыми может располагать человек, так и его собственных познава

тельных способностей. Любые попытки построить концепцию первоначал как истинного, полного зна ния об этом остаются фантазмами, имеющими боль шую или меньшую ценность в качестве идеальной точ ки отсчета для изучения культурных сходств и разли чий, инвариантов и изменений.

Соответственно идея первоначала утрачивает свой классичный смысл. Теперь совершенно очевидными являются связь людей с их историчностью, разрыв между существующим и его генезисом. «Стремясь

самоопределиться в качестве живого существа, чело век обнаруживает свое собственное начало лишь в

глубине жизни, начавшейся раньше него; стремясь

понять себя как трудящееся существо, он выявляет

зачаточные формы труда лишь внутри такого челове ческого времени и пространства, которое уже подчи нено обществу и его институтам, наконец, стремясь определить сущность самого себя в качестве говоря

щего субъекта по ту сторону всякого уже сложившего

ся языка, он всегда сталкивается лишь с возможностя

416 ми уже развернувшегося языка, а совсем не с тем

Пограничные области познания социокультурной динамики. Постмодерн

лепетом, тем первословом, на основе которого стали возможны все языки и вообще язык как таковой»1.

Соответственно первоначало перестает обозначать исходную точку филогенеза человеческого вида. Но относится к отысканию истоков и импульсов, порож

дающих вполне конкретные и наблюдаемые социо культурные процессы, начала и концы которых могут

быть обозначены, а траектории отслежены по надеж ным эмпирическим показателям. Можно представить себе, как резко изменились характер и направление

поисков.

При изучении порождения искусственных объек

тов центром внимания становится воплощенный со циализированный индивид. Он рассматривается как наиболее эмпирически очевидная и одновременно

наиболее сложная и интегрированная из всех челове ческих систем. В нем биологическое, психическое, со

циальное и культурное начала сопрягаются теснее, чем в любой другой социокультурной системе. Он вы деляется не просто как часть, элемент общества и

культуры; но как переплетение всех человеческих уровней и систем, модальность, в которой и через которую осуществляются концентрация и высвобож дение энергии популяции. В этом смысле можно го ворить об истоках, о порождающем уровне анализа, на котором прослеживаются возникновение, поддер жание и изменения социокультурных феноменов.

Объем энергии, которым располагает воплощен ный индивид, всегда больше, чем тот, что является необходимым для участия или оказании сопротивле

ния в любом из секторов любой из социальных систем Нет ни одного из типов социального контроля, от кото

рого людям не удалось бы ускользнуть. И не существу

ет такой социальной системы, чьих требований они не

смогли бы избежать, пошатнуть или разрушить.

Внешняя (социокультурная) обусловленность мно! гомерности личности. В рамках классических монис тических представлений об обществе и культуре как

единой целостности концепция социализации одно

Глава 9

значно предполагала социально предписанное и инсти туционализованное освоение каждым членом общества

культурно необходимых знаний и навыков. Считалось, что социализованный индивид становится тем саморе гулирующимся элементом социокультурной системы,

который автоматически будет поддерживать ее целос тность, минимизировать в ней уровень напряжений и

конфликтов.

Современный взгляд на эти процессы изменился. Вернувшись к истокам социокультурных систем —

людям, признав, что люди — существа, строящие и использующие такие системы, современные мыслите

ли по иному видят и процессы освоения человеком своего окружения.

Прежде всего, люди перестали рассматриваться

только как социальные существа; равноправным стало признаваться и индивидуальное человеческое начало.

Соответственно контрбалансом их социабельности, склонности к объединению стала идея эгоцентрично сти и стремления к автономии. В ходе взросления и

личностного становления люди приобретают соци альные и культурные различия, а не только сходства. И поиск индивидом своей идентичности обусловлива ет его личностную многомерность, расщепленность, порождаемые по ходу накопления таких различий и сходств в ситуациях коопераций и конфронтаций.

Формирование личности предполагает развитие у нее способности определять сходства и различия. Не похожесть, а несходство считается ключевым в сопо ставлении себя с другими. Но не все различия между

людьми одинаково значимы для их положения в об ществе. Наблюдения свидетельствуют о том, что в

большинстве культур люди склонны придавать боль

шую значимость тем дифференцирующим признакам,

которые связаны с вознаграждениями, депривация ми, с конкурентными или конфликтными послед ствиями.

Становление «я», конечно, зависит от вовлеченно

сти в системы взаимных конформностей с другими.

Однако не меньшую роль играет преднамеренное или

418 случайное нарушение конвенциональных обязательств