История политических и правовых учений. Учебное пособие

людей, не ликвидируя ее полностью. Даже в государственном состоянии продолжают действовать отдельные естественные права человека, не подлежащие ведению государства (свобода вероисповедания, право собственности).

Рекомендуемая литература:

Малышева Н. И. Политико-правовое наследие Самуила Пуфендорфа // Известия высших учебных заведений. Сер. Правоведение, 1999. ¹ 1.

Чичерин Б. Н. Политические мыслители древности и нового мира. – Вып. 2. – М., 1897.

Развитие естественно-правовой теории в Германии в XVIII в. (Томазий, Вольф)

Юрист, основатель и первый ректор университета в г. Халле, Христиан Томазий (1655–1728 гг.) развил уче- ние Пуфендорфа в сочинении “Основы естественного и международного права”. Он также исходил из того, что “человек есть существо рациональное”, и стремился освободить государство и право от богословской основы: “Христианская церковь или община не имеет ничего общего со светским государством или сообществом”. В частности, Томазий обосновывал естественное право через разумные требования человеческого общежития. Поэтому он отделял право как от религии, так и от морали. Мораль основана на правилах честности (делай себе то, что ты хочешь, чтобы и другие делали тебе) и достоинства (делай другим то, что ты хочешь, чтобы и другие делали тебе). Право связано с правилом справедливости (не делай другим того, чего ты не хочешь, чтобы другие делали тебе). Кроме того, нормы права обязательны для исполнения гражданами.

Создание государства Томазий связал с тремя общественными соглашениями: о соединении индивидов, о форме правления, об избрании правителя. Именно государство выступает основным источником субъективных прав личности, в то же время, не касаясь области нравственности или религиозной веры (вместе с тем, он выступал за высылку еретиков из страны). Наилучшей формой государства для Томазия является абсолютная монархия, поскольку государь при этой форме правления имеет больше

111

возможностей для осуществления главной цели государства – достижения гражданского мира. Томазий обосновывал суверенитет территориальных германских государств в противовес претензиям императоров на верховное господство. Большое значение в поддержании общественного порядка Томазий придавал любви, которая будет способна смягчить существующие противоречия. Он писал: “Введите сначала любовь в отношения между людьми, и тогда проблема собственности или общности имуществ решится уже сама собой”.

Наиболее значительный представитель немецкого Просвещения – философ Христиан Вольф (1679–1754 гг.). Основные работы Вольфа – “Разумные мысли об общественной жизни людей”, “Естественное право, разработанное по научному методу”. Философия Вольфа исходит из тезиса, что людям присуще стремление к совершенству, которое предписывает им делать добро и избегать зла. Соблюдать подобные установления – естественный закон поведения людей. Таким образом, Вольф обосновывал право из нравственного долга: “Нет права без нравственной обязанности, которая ему предшествует, в которой оно коренится и из которой оно проистекает”. Однако естественное состояние, в котором изначально находилось человечество, ставило непреодолимые препятствия для соблюдения индивидом нравственной нормы. Люди могут добиться этого только объединившись в государство.

Высшим смыслом жизни, по Вольфу, является достижение счастья, что возможно только в условиях взаимной договоренности (контракта) между людьми. Государство Вольф рассматривал как результат соглашения между отдельными семьями во имя удобства и лучших условий для самосовершенствования. Воплощением общественного блага при этом выступает закон, которому подчиняются как простые граждане, так и власть имущие. Свои задачи государственная власть решает с помощью двух инструментов: законов (позитивного права) и чиновников (включая судей). Позитивное право выражает естественный закон. Это означает, что все прирожденные права человека, включая право на жизнь, жилье, одежду, образование, обосновываются постольку, поскольку они содержатся в законодательстве, издаваемом государством. Вместе с тем, Вольф признавал право подданных на сопротивление правительству, если оно допускает произвол и не стремится к достижению общего блага.

112

Вольф развивал идею взаимных обязательств правительства (правителя) и подданных: высшее благо государства заключается в благе его подданных, которые должны беспрекословно быть покорными власти. Как и Томазий, Вольф считал монархию лучшей формой правления, она “наилучшим образом содействует общественному благу”. Республика же отвергает единство власти, что неизбежно приводит к распаду общества. Вольф пишет об идеальном правителе, мудром, справедливом и добродетельном, который окружает себя способными советниками. Фактиче- ски философия Вольфа обосновывала “полицейское государство”, в котором властями скрупулезно регламентируется поведение гражданина, включая нравственность и благочестие. Под опекой мудрого просвещенного правителя люди смогут реализовать свои идеалы и достичь счастья.

Рекомендуемая литература:

Баскин Ю. А. Проблема свободы в философии права Христиана Томазия // Известия высших учебных заведений. Сер. Правоведение. 1999. ¹ 2.

Жучков В. А. Из истории немецкой философии XVIII века (предклассический период). – М., 1996.

Ивонин Ю. Е. Государство и подданный в политико-правовых уче- ниях Христиана Томазия и Христиана Вольфа // Вытокi гiстарычнай навукi БДУ. Зборнiк навуковых артыкула¢, прысвечаных 125-годдзю з дня нараджэння акадэмiка¢ М. М. Нiкольскага i У. М. Перцава i 70-годдзю гiстарычнага факультэта БДУ. – Мн., 2005.

Чичерин Б. Н. Политические мыслители древности и нового мира. – Вып. 2. – М., 1897.

Теория исторического круговорота Джамбаттиста Вико

Итальянский правовед и историк Джамбаттиста Вико (1668–1744 гг.) – создатель оригинального учения о всемирном историческом процессе, изложенного в книге “Основания новой науки об общей природе наций…”. Вико опирался на философию Платона, из которой он воспринял учение об идеях и вечном круговороте. Он писал, что нации (государства) возникают, движутся вперед, претерпевают упадок и конец. Этот порядок (“поступательное движение наций”) был навсегда установлен Богом. Основная идея книги Вико – развитие истории отдельных

113

обществ и государств происходит циклически. При этом развитие идет не по замкнутому кругу, а по спирали – каждая эпоха повторяет предыдущие лишь в общей схеме, в частностях создавая нечто новое. Начальным пунктом в развитии наций Вико называет переход от естественного состояния к гражданскому, которое он именует “мир гражданских вещей”. Если первоначально люди объединяются в семьи, то “гражданский мир” предполагает постоянную борьбу между “благородными” и непривилегированными: “Плебеи всегда стремятся изменить государство, а благородные всегда стремятся сохранить его”. Задачей государства и источником его существования является поддержание внутреннего мира, недопущение конфликта сословий и социальных групп. Происходит непрерывное противоборство консервативного и революционного начал, что влечет за собой неизменное изменение социальных и политических институтов.

Для подкрепления своей теории Вико приводил многочисленные примеры, в основном из истории Древнего Рима. Он писал, что государства последовательно изменяют режим с аристократии на демократию, а затем – на монархию: “От пагубной подозрительности аристократий, через волнения народных республик, нации в конце концов приходят к тому, что находят покой в монархиях”. На каждом из этапов развития ведущим принципом истории выступает новая сила. Первоначально это – физическое насилие, в аристократии – героизм, в демократии – справедливость. Вершиной развития неаполитанский мыслитель считал монархическое устройство, при котором уставшие от анархии граждане подчиняются внешней силе – персоне монарха, “первого слуги” государства, который “силой оружия берет на себя все общественные заботы и предоставляет подданным заботиться о своих частных делах”. Однако дальнейший ход истории приводит к росту себялюбия единоличного правителя, который начинает пренебрегать законом и ущемлять своих подданных. Тогда начинается эпоха “второго варварства”, и история нации переходит на новый виток спирали.

Источники:

Вико Дж. Основания Новой науки об общей природе наций. – М.; К., 1994.

114

Рекомендуемая литература:

Киссель М. А. Джамбаттисто Вико. – М., 1980.

Лифшиц М. А. Джамбаттисто Вико // Вико Дж. Основания Новой науки об общей природе наций. – М.; К., 1994.

Максимовский В. Н. Вико и его теория общественного круговорота // Архив К. Маркса и Ф. Энгельса. – Т. 4. – М., 1929.

Мейнеке Ф. Возникновение историзма. – М., 2004.

Правовые взгляды Чезаре Беккариа

Чезаре Беккариа (1738–1794 гг.) – юрист, представитель итальянского Просвещения, автор трактата “О преступлениях и наказаниях”. Беккариа принадлежал к есте- ственно-правовой школе, в духе которой он пытался обосновать новые принципы уголовного права. Исходные предпосылки концепции итальянского гуманиста традиционны: постоянные столкновения людей в естественном состоянии побудили их отказаться от “абсолютной” свободы и объединиться в государство. В результате общественного договора были образованы гражданское общество и государство, утвердилось позитивное законодательство. Деятельность государства Беккариа уподобил “искусному зодче- му, обязанность которого – устранять вредное влияние силы тяжести и использовать ее там, где это способствует прочности здания”. Его целью является “возможно большее счастье для возможно большего числа людей”. Безопасность и свобода граждан обеспечивается законами, которые закрепляют естественные права человека. Беккариа осуждал современное ему общество, в котором законы представляют собой “привилегию, т. е. подать, наложенную на всех в пользу немногих”. Необходимо провести коренную перестройку общественного строя, политиче- ских институтов, права. Ведущую роль в реформе, по мнению Беккариа, должен сыграть “просвещенный монарх”.

В основу преобразований в области юстиции итальянский правовед предлагал поставить принцип верховенства закона. Этим должны руководствоваться в своей деятельности органы правосудия: “Только законы могут устанавливать наказания за преступления”. Просветитель отрицал приоритет волеизъявления судей при вынесении приговоров и решений. Он писал: “Невыгоды от строгого соблю-

115

дения буквы уголовного закона незначительны по сравнению с невыгодами, порождаемыми его толкованием со стороны судьи”. Букву закона Беккариа ставил выше духа закона, который он сводил к слабостям и произволу со стороны судей. Далее, Бекариа обосновывал введение таких принципов судебного процесса, как презумпция невиновности, право обвиняемого на защиту, запрет пыток как средства доказывания, отрицание признания обвиняемого основой системы доказательств. Он требовал ввести гласность и открытость судебных заседаний, суд присяжных, противопоставлял “обвинительный” процесс “следственному” (“розыскной” и “состязательный”, в современной терминологии).

Беккариа является родоначальником классической школы уголовного права. Он полагал, что причина большинства преступлений коренится в “человеческих страстях”, порождающих крайний эгоизм, вражду и столкновения между людьми. Однако имущественные преступления Беккариа связывал в первую очередь с социальными условиями. Частная собственность неизбежно приводит к расслоению людей на богатых и бедных; нищета же толкает человека на кражу (“кража является обычно преступлением нищеты и отчаяния”). Таким образом, следует различать преступления действительные от преступлений мнимых, порожденных самим обществом. Целью наказания должно быть исправление преступника и предупреждение новых преступлений. “Лучше предупреждать преступления, чем наказывать” – в этом, согласно Беккариа, состоит задача хорошего законодательства. Как и другие представители Просвещения, очищение общества Беккариа связывал с “совершенствованием воспитания”, с обучением массы людей жизни по законам разума. Эта задача достижима лишь в обществе, свободном от тирании и страха, порождаемого ею.

Центральное место в трактате Беккариа занимает проблема преступления и наказания за него. Равенство всех граждан перед законом означает неотвратимость наказания для любого, совершившего преступление: “Впечатление производит не столько строгость наказания, сколько его неизбежность”. Это будет способствовать тому, что наказания утвердятся в сознании людей в качестве неизбежного следствия нарушений законодательной нормы. Согласно Беккариа, преступлением является лишь проти-

116

воправное деяние, предусмотренное законом. Объективными критериями для отнесения тех или иных поступков к преступным являются условия свободы и безопасности граждан. В зависимости от тяжести преступления Беккариа предлагал применять “точную и всеобщую лестницу наказаний”. Наказание должно быть соразмерно совершенному преступлению. В то же время, итальянский правовед выступал за смягчение ненужных жестокостей при покарании преступника. В частности, от отвергал необходимость смертной казни, которую называл “войной нации с гражданином”. Беккариа считал несправедливым порядок, когда убийство, поставленное вне закона, используется самим законом в целях устрашения.

Источники:

Беккариа Ч. О преступлениях и наказаниях. – М., 2004.

Рекомендуемая литература:

Исаев М. М. Историко-биографический очерк // Беккариа Ч. О преступлениях и наказаниях. – М., 2004.

Решетников Ф. М. Беккариа. – М., 1987.

Решетников Ф. М. Уголовное право буржуазных стран. “Классиче- ская” школа и антрополого-социологическое направление. – М., 1985.

Великая Французская революция и идеология монтаньяров (Марат, Робеспьер)

Великая Французская революция, начавшаяся в 1789 г., явилась закономерным результатом движения Просвещения. В ходе нее во Франции была упразднена монархия и установилось политическое господство буржуазии. На разных этапах революции в борьбу за власть вступали различ- ные “партии”: фельяны (Барнав), жирондисты (Бриссо), монтаньяры, обычно, хотя и не совсем правильно, называемые якобинцами (Дантон, Робеспьер, Марат), эбертисты и “бешеные” (Эбер и Ру). Большинство этих названий восходит к названиям политических клубов в Париже. С июня 1793 по июль 1794 г. у власти находилась политическая группировка монтаньяров, внутренне неоднородная и ра-

117

зобщенная. Ее представители предпочитали решительные (вплоть до террора и войны) меры по спасению революции.

Наиболее видным идеологом монтаньяров был врач Жан-Поль Марат (1743–1793 гг.). Его политические и правовые взгляды изложены в сочинениях “Цепи рабства”, “План уголовного законодательства”. Согласно Марату, государственность возникает из насилия, основатели государств – “удачливые разбойники”. Поэтому развитие государственности неизбежно приводит к деспотизму. Деспотизм вырос из “любви к всевластию”, прирожденной человеку страсти властвовать над другими. Несмотря на это, возможно скинуть “цепи рабства” и создать “хорошо устроенное государство”. Для этого необходимо разделить власть между как можно большим числом должностей. Таким образом, они будут уравновешивать друг друга, а верховная власть при этом останется у суверена – народа. Народ будет вырабатывать основные законы и контролировать их выполнение должностными лицами. Марат писал: “Подданным – священные права, государству – непреложные законы, правительству – неодолимые пределы власти”. Он различал естественные и гражданские права личности. Если первые предзаданы, то вторые создаются обществом и поддерживаются общественным договором: “Гражданские права каждого отдельно взятого человека представляют собой, в сущности, лишь его естественные права, уравновешенные правами других людей и введенные в определенные границы на случай столкновения с этими последними”.

Ликвидацию деспотического режима Марат связывал с восстанием народа, революцией. Вообще, он превозносил “неимущий класс” и призывал к расправам над представителями имущего слоя. В то же время он писал о вожде, который возглавит революционный порыв народа: “мудрец, способный руководить действиями необузданной и непостоянной толпы”. В своей газете “Друг народа” Марат пропагандировал идеи “спасительного террора” и диктатуры: “Несколько вовремя отрубленных голов надолго остановят врагов общества”. Поэтому для спасения революции от внутренних и внешних врагов надо “назначить на короткий срок верховного диктатора”. Это будет “личная власть, не связанная никакими законами и исключающая всякую демократию”. “Свободу нужно насаждать силой”, и относительно недолгий “деспотизм свободы” позволит

118

навсегда избавиться от “деспотизма королей”. Помехой для революционного террора могут стать республиканская конституция и новые законы; Марат призывал отказаться от их “суеверного почитания”.

В отличие от Марата, адвокат Максимилиан Робеспьер (1758–1794 гг.) был в большей степени не теоретиком, а действующим политиком. Эволюция его политико-право- вых воззрений прослеживается по многочисленным речам (свыше 600), произнесенным в годы революции в различ- ных публичных собраниях. Робеспьер основывался на уче- нии Руссо и всегда исходил из прав народа управлять государством. Согласно ему, в основе любого политического союза лежат три начала: охрана и обеспечение естественных прав гражданина; право каждого гражданина на уча- стие в законотворчестве и управлении; верховенство власти народа. Поэтому Робеспьер призывал установить разделение властей и поставить их в зависимость от народасуверена. Для правительства он предполагает два вида ответственности: моральную (гласность и ответственность в действиях) и физическую (“наказание недобросовестных государственных должностных лиц”).

Придя к власти, Робеспьер стал поддерживать идею

конституционного и революционного правительств. Если задачей первого является сохранение уже утвердившегося порядка, защита граждан от злоупотреблений, то второе действует в обстановке преобразований. Поэтому в тече- ние всего периода, пока монтаньяры находились у власти, их лидер Робеспьер откладывал введение в действие республиканской конституции 1793 года. Он говорил, что тяжелая обстановка войны диктует необходимость правительству “быть более свободным в своих движениях”. Поэтому Робеспьер установил режим революционного террора, фактически став диктатором страны: “Революционное правление – это деспотизм свободы против тирании”. Он отвергал юридические препоны на пути террора, в последние месяцы жизни придя к правовому нигилизму – по закону о “подозрительных” смерти заслуживал любой, кто “распространяет ложные известия”, “препятствует просвещению народа”, “развращает общественное сознание”. Для осуждения этих лиц процедура суда была минимизирована до предела, поскольку “надо, чтобы наказание было на быстроте преступления”. Робеспьер обосно-

119

вывал перед законодательным корпусом (Конвентом) продление чрезвычайных полномочий постоянной угрозой: “Конвент находится на вулкане нескончаемых заговоров”. Поэтому его режим последовательно избавился от “бешеных” и эбертистов, а затем от самых влиятельных в самой партии монтаньяров. Робеспьер фактически примкнул к группировке беспринципных политиков в Конвенте и вскоре был свергнут теми, кто опасался, что его имя будет “включено” в очередной “заговор”.

Источники:

Марат Ж. П. Избранные произведения. – Т. 1–2. – М., 1956. Робеспьер М. Избранные произведения. – Т. 1–3. – М., 1965. [Т. 3 –

период якобинской диктатуры].

Робеспьер М. Революционная законность и правосудие: Статьи и речи. – М., 1959.

Рекомендуемая литература:

Волгин В. П. Развитие общественной мысли во Франции в XVIII веке. – М., 1977.

Генифе П. Политика революционного террора. 1789-–794. – М., 2003.

Герцензон А. А. Проблема закономерности и правосудия во французских политических учениях XVIII в. – М., 1962.

Герцензон А. А. Уголовно-правовые теории Ж. П. Марата. – М., 1956. Каплан А. Б. Революционно-демократическая идеология и уто-

пический социализм во Франции XVIII века. – М., 1989. Молчанов Н. Монтаньяры. – М., 1989.

Социально-политические проекты Гракха Бабефа и бабувистов

После свержения летом 1794 г. диктатуры монтаньяров (якобинцев) к власти во Франции пришли политики, выражавшие интересы в основном крупной буржуазии. Однако прежние монтаньяры и другие радикальные круги предпринимали попытки вернуть Францию в сторону революционного демократизма. Среди этих попыток выделяется неудавшийся “заговор во имя равенства” (весна 1797 г.). Его инициатором был юрист и журналист Фран- суа-Ноэль Бабеф (1760–1797 гг.), взявший в годы революции древнеримское имя Гракх. После свержения мон-

120