Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений

ГЛАВА II

Следовательно, главным признаком юридического лица служит наличие у него обособленного имущества. Гражданско-правовая форма оказывается пригодной для опосредования отношений организации

сдругими лицами лишь тогда, когда имущественная обособленность достигает степени имущественно-распорядительной самостоятельности. Определенная степень или мера имущественной обособленности, отмечал С.Н. Братусь, является основой правосубъектности1. А.В. Венедиктов также указывал на то, что имущественная обособленность тогда становится основой правосубъектности, когда она приобретает качество имущественной независимости2.

Гражданское право знает две правовые формы имущественной обособленности, при которых имущественные связи организаций

сдругими субъектами приобретают черты отношений, регулируемых гражданским правом: 1) право собственности юридических лиц; 2) право хозяйственного ведения и оперативного управления организаций с публичным элементом.

Следовательно, гражданско-правовое регулирование отношений организаций не только выражается, но и начинается с наделения правом – правом собственности или хозяйственного ведения (оперативного управления) на имущество3. Пока наделение одним из названных прав не состоялось, организация субъектом гражданского права быть не может.

Право собственности или иное вещное право означает имущественную обособленность, при которой субъект обладает не только имущественной, но также оперативно-хозяйственной самостоятельностью4. Именно имущественная обособленность юридических лиц, достигающая степени оперативно-хозяйственной самостоятельности, позволяет применять к регулированию их отношений гражданскоправовой метод.

5.Дозволительность гражданско-правового регулирования в аспекте конкретных правовых связей проявляется в первую очередь в первичности абсолютных правоотношений, абсолютных субъективных

1Братусь С.Н. Юридические лица в советском гражданском праве. С. 143. См. также: Дозорцев А.В. О предмете советского гражданского права // Советское государство

иправо. 1954. № 7. С. 106.

2См.: Венедиктов А.В. Право государственной собственности. М.: Изд-во АН

СССР, 1948. С. 705.

3См.: Корнеев С.М. Имущественная самостоятельность предприятий в условиях экономической реформы. М.: Юрид. лит., 1969. С. 5.

4См.: Калмыков Ю.Х. Хозрасчет промышленного предприятия. С. 79–80.

131

В.Ф. Яковлев. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений

прав, в частности, права собственности (иных вещных прав). В праве собственности (иных вещных правах) прежде всего выражается особенность гражданско-правового регулирования: ни одна из других отраслей права не наделяет субъектов подобным правом.

Основополагающее значение права собственности для специфики гражданско-правового регулирования определяется особенностями этого субъективного права и его удельным весом в составе гражданской правоспособности. Во-первых, право собственности (иные вещные права) – наиболее весомый элемент гражданской правоспособности. Во-вторых, оно служит основой других имущественных прав, которые так или иначе связаны с правом собственности (иными вещными правами), являются рефлексом этого основного имущественного права. В-третьих, данный элемент правоспособности определяет то качество правовых связей, которое присуще гражданскому праву и отличает гражданско-правовые связи от любых других. В-четвертых, рассматриваемый элемент гражданской правоспособности предопределяет то особое положение субъекта гражданского права, в силу которого он выступает в качестве управомоченного субъекта, т.е. лица, обладающего определенными правовыми возможностями, определенной правовой свободой.

Основная черта субъективного права собственности – его абсолютный характер. Разумеется, сама абсолютность права относительна. Оно абсолютно не само по себе, а в сопоставлении с другими субъективными правами. Абсолютных, как безграничных, прав вообще быть не может; каждое субъективное право, сколько бы полным и содержательным оно ни было, есть определенная мера дозволенного поведения.

Абсолютность права собственности состоит в первую очередь

всубъектном составе правоотношения, последнее представляет собой правовую связь управомоченного субъекта с неопределенным числом обязанных лиц. Субъективное право собственности есть право по отношению к любому и каждому. Абсолютность права собственности состоит в том, что оно наиболее содержательно в сравнении с любым другим имущественным правом, включает в себя как мера дозволенного поведения наибольшие возможности для управомоченного лица. Если владение и пользование имуществом представляют собой

вдругих субъективных правах (например, в составе обязательственных отношений) единственный элемент их содержания, то применительно к праву собственности они далеко не исчерпывают содержания правомочий собственника.

132

ГЛАВА II

Важным составным элементом права собственности служит правомочие распоряжения имуществом. Осуществление этого правомочия лежит в основе обязательственных правоотношений. Наибольшая полнота содержания права собственности в сравнении с любым другим имущественным правом превращает его в основное юридическое средство удовлетворения имущественных интересов субъектов гражданского права.

Право собственности (а для государственных и муниципальных организаций иные вещные права) служит также главным правовым средством, обеспечивающим имущественные интересы организаций.

Далее, абсолютность права собственности состоит в том, что оно является коренным, а не производным от какого-либо иного субъективного права, базируется непосредственно на законе и само выступает как основа появления иных субъективных прав. Иные субъективные имущественные права (например, право владения имуществом), когда они не входят составным элементом в право собственности, а имеют самостоятельный характер, производны от права собственности и на нем основаны. Так, право владения чужой вещью у лица может возникнуть лишь по воле собственника, который в порядке реализации своих правомочий наделяет правом владения другое лицо.

Абсолютность права собственности выражается также и в том, что содержание правоотношения собственности определяется через правомочия самого субъекта данного права, а не через обязанности иных лиц, они представляют собой лишь общие условия для осуществления права собственности, сводятся к воздержанию всех лиц от нарушения чужого права собственности. Следовательно, субъект права собственности с точки зрения положительного содержания права независим в его осуществлении от поведения иных лиц, он осуществляет свои правомочия собственными действиями.

Наконец, абсолютность права собственности характеризуется тем, что субъект права в осуществлении своих правомочий независим от кого бы то ни было, реализует их «своей властью»1, по своему усмотрению2, вполне самостоятельно.

6.Право хозяйственного ведения или оперативного управления, как

иправо собственности, обеспечивается, охраняется не только нормами

1См.: Венедиктов А.В. Государственная социалистическая собственность в СССР.

С. 32–39.; Толстой Ю.К. Понятие права собственности // Проблемы гражданского и административного права. С. 197.

2 См.: Толстой Ю.К. Содержание и гражданско-правовая защита прав собственности. С. 60.

133

В.Ф. Яковлев. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений

гражданского права, но и нормами иных отраслей. В этом смысле оно, как и право собственности, является межотраслевым, комплексным институтом1. В то же время эти вещные права – гражданско-правовой институт2, так как его содержание определяется нормами гражданского права, а сами эти права, как и право собственности, выступают

вкачестве главного элемента гражданской правоспособности, основы участия юридических лиц в иных отношениях, опосредуемых гражданским правом.

Право оперативного управления (хозяйственного ведения) не следует отождествлять с любым правовым выражением той или иной степени имущественной обособленности. Указанные вещные права включают в себя не только возможность владения и пользования имуществом, но также, хотя бы в ограниченных пределах, и возможность распоряжения имуществом, т.е. способность определять его юридическую судьбу, поскольку движение имущества между организациями, непосредственно осуществляющими хозяйственную деятельность, происходит в товарно-денежной форме, в частности и тогда, когда перемещение имущества не сопровождается переходом прав собственности, то право оперативного управления (хозяйственного ведения) включает в себя юридическую возможность распоряжения имуществом через механизмы товарно-денежных связей. Именно поэтому оно наряду с правом собственности служит юридической основой участия указанных организаций в гражданском обороте.

Наделение организаций возможностью распоряжения оборотными и в известной мере основными средствами означает предоставление соответствующим субъектам вещных прав, и позволяет им вступать

вгражданско-правовые отношения по поводу имущества.

Право хозяйственного ведения (оперативного управления) представляет собой совокупность правовых возможностей; об отсутствии такого права свидетельствует непредоставление субъекту не только возможности распоряжаться имуществом, но также и возможности пользоваться имуществом для своих хозяйственных целей.

Трактовка права хозяйственного ведения (оперативного управления) как комплекса правомочий по владению, пользованию и распоряжению имуществом, в том числе через товарно-денежные связи,

1Иоффе О.С., Толстой Ю.К. Основы советского гражданского законодательства.

С.63.

2См.: Генкин Д. Оперативное управление как институт советского гражданского права // Советская юстиция. 1963. № 9. С. 4.

134

ГЛАВА II

не означает отождествления указанного права с правом собственности. Конечно, по своему содержанию эти два права весьма сходны. Именно поэтому и то, и другое служит основным элементом гражданской правоспособности и базой для участия в гражданском обороте.

Как и право собственности, указанные вещные права являются абсолютным правом по кругу обязанных субъектов, полноте содержания, первичности для других имущественных, в частности обязательственных, прав, определению его содержания через правомочия, которые управомоченный осуществляет своими действиями.

Вместе с тем имеются глубокие различия в степени имущественной самостоятельности субъектов права собственности и иных вещных прав. Отличие, во-первых, состоит в том, что если право собственности представляет собой правовое средство удовлетворения интересов субъекта этого права, осуществляется им в «своем интересе», то вещное право есть средство удовлетворения интересов не только его носителя, но также и интересов собственника имущества.

Указанные вещные права не являются коренными, они строятся как вторичные, производные от права собственности и по своему содержанию, по заключенным в нем правовым возможностям значительно ýже права собственности.

Вещные права уступают праву собственности по содержанию правомочия пользования, но в особенности правомочия распоряжения имуществом. При этом субъекту вещного права предоставляется больше возможностей по распоряжению имуществом, относящимся к оборотным средствам, и значительно меньше по распоряжению таким имуществом, составляющим основу хозяйственной деятельности, которое относится к основным фондам.

Следующее отличие выражается в том, что если право собственности осуществляется его субъектом «своей властью», по «своему усмотрению», то вещное право осуществляется не только властью его субъекта, но и властью собственника. Государство как собственник, наделяя свои организации правами оперативного управления, хозяйственного ведения имуществом, определяет в нормативном порядке рамки правовой свободы по управлению имуществом, которым организация располагает.

Кроме того, оно, не затрагивая правомочий субъекта вещного права, направляет пользование и распоряжение имуществом через поведение самого управомоченного посредством издания актов нормативного и индивидуального регулирования, а также обладает способностью

135

В.Ф. Яковлев. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений

непосредственного распоряжения имуществом в установленном порядке, в частности и путем прекращения вещного права.

Между правом собственности и вещным правом существует еще и такое различие: если право собственности, имеющее из всех субъективных гражданских прав наиболее абсолютный характер, означает существование однопорядковых связей собственника со всеми иными лицами, то установление вещного права порождает значительно более сложный комплекс разнообразных связей.

Носитель указанного права также состоит с другими лицами в отношениях, характерных для права собственности. В этом аспекте вещное право является абсолютным. Но, кроме того, субъект вещного права находится в правовой связи другого содержания с государством как собственником и его органами как агентами собственника. Перед государством носитель вещного права, функционирующий на базе публичного имущества, несет обязанность надлежащего владения, пользования и распоряжения вверенным ему имуществом, а также обязанность обеспечивать реализацию возложенных на него задач.

По отношению к соответствующим органам хозяйственного управления субъект вещного права несет обязанность выполнения законных предписаний, поскольку данные органы наделены компетенцией как совокупностью управленческих полномочий. Предприятие выступает в этом звене отношений в качестве не только обязанного, но и управомоченного субъекта.

Отношения субъекта вещного права с собственником опосредствуются не гражданским, а другими отраслями права. Поэтому применительно к вещному праву гражданское право имеет более узкую сферу регулирования, нежели применительно к праву собственности. Регулирование является здесь еще более сложным, комплексным, чем применительно к отношениям, связанным с правом собственности1.

7. Дозволительность гражданско-правового регулирования усилена тем, что кроме права собственности и иных вещных прав к числу абсолютных относятся также личные неимущественные права. Они

1 О праве оперативного управления и его отличии от права собственности см.: Венедиктов А.Н. Государственная социалистическая собственность. С. 309–353; Грибанов В.П. К вопросу о разграничении права государственной собственности и права оперативного управления // Вестник МГУ. Сер. «Право». 1969. № 3; Якушев В.С. Указ. соч. С. 39–41; Корнеев С.М. Право государственной социалистической собственности.

С.138; Калмыков Ю.Х. Указ. соч. С. 28–34; Иоффе О.С. Советское гражданское право.

С.400–404.

136

ГЛАВА II

характеризуются всеми чертами абсолютных прав, за исключением тех, которые специфичны для имущественных отношений. В отличие от последних личные неимущественные права характеризуются неотделимостью от личности их носителя.

Правонаделительный характер гражданско-правового регулирования обнаруживается и в многочисленных относительных, в частности

вобязательственных, правах, которыми обладают субъекты.

8.Прием регулирования, состоящий в наделении субъектов правами, для гражданского права универсален: он реализуется во всех институтах гражданского права. Его универсальность заключается также во всеобщности в субъектном аспекте – все без исключения субъекты гражданского права являются субъектами правообладающими, поделены комплексом гражданских субъективных прав. И далее, он характеризует как общее правовое положение субъектов гражданского права, так и все без исключения конкретные правовые связи.

9.Правонаделение представляет собой главную, но не единственную черту гражданско-правового регулирования. Правонаделение свойственно не только гражданскому праву, но и некоторым другим отраслям права: трудовому, семейному. Правонаделение в гражданском праве имеет особый характер, отличный от правонаделения в других отраслях права. Многие особенности этой главной черты гражданскоправового регулирования обнаруживаются в ней самой. В полной же мере специфика правонаделения в гражданском праве может быть раскрыта лишь после рассмотрения всех приемов гражданско-право- вого метода.

§ 3. Диспозитивность как черта гражданско-правового метода

1. Гражданское право закрепляет правовую свободу субъектов еще в одном аспекте: как способность осуществлять правосубъектность по своему усмотрению. Конкретно речь идет о возможности субъектов гражданского права по своему усмотрению приобретать субъективные гражданские права и обязанности, определять в известных пределах их содержание, осуществлять их, распоряжаться ими. Эта возможность, именуемая в теории права диcпозитивностью1,

1 Красавчиков О.А. Диспозитивность в гражданско-правовом регулировании // Советское государство и право. 1970. № 1. С. 41–49.

137

В.Ф. Яковлев. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений

представляет собой один из основных приемов гражданско-правового метода регулирования.

Диспозитивность как способность выбора в тех или иных пределах вариантов поведения имеет объективные основания в регулируемых гражданским правом отношениях. Действительно, главная черта отношений собственности – имущественно-распорядительная самостоятельность субъектов может быть реализована лишь при условии предоставления последним определенной свободы усмотрения. Некоторая степень свободы усмотрения требуется для нормального функционирования отношений собственности в их статике, она позволяет собственнику владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом так, как это необходимо для удовлетворения его законных интересов. Свобода нужна для отношений собственности и в их динамике, поскольку последние приобретают товарно-денежную форму, которая мыслима при условии признания за лицами способности распоряжаться имуществом как товаром своей волей.

Наделение субъектов отношений диспозитивностью тесно связано с главной сущностной чертой метода. Само по себе наделение правом включает в себя в качестве непременного компонента также и наделение диспозитивностью, ибо право как мера возможного поведения включает в себя в отличие от обязанности альтернативу: управомоченное лицо может и не воспользоваться этой мерой поведения по своему усмотрению. Еще более широкую возможность собственного усмотрения включает в себя такое общее право, как гражданская правоспособность, обладание которой дает субъекту широкий диапазон выбора между теми правовыми возможностями, которые правоспособность в себе содержит.

Однако отождествлять приемы наделения субъекта правом и наделения его диспозитивностью неправильно.

Во-первых, наделение правом может входить в такой комплекс регулирования, в котором право может быть одновременно обязанностью. Именно такой характер имеют многие субъективные права в семейном праве, право родителей на воспитание детей.

Во-вторых, диспозитивность в гражданском праве отнюдь не сводится лишь к возможности усмотрения в части осуществления или неосуществления субъективного права. Она значительно шире по содержанию и означает предоставление субъекту возможности осуществлять в целом правоспособность по своему усмотрению, приобретать субъективные права или не приобретать, выбирать конкретный способ их приобретения, регулировать по своему усмотрению в установлен-

138

ГЛАВА II

ных рамках содержание правоотношения, распоряжаться наличным субъективным правом, прибегать или не прибегать к мерам защиты нарушенного права и т.д.1

Наделение диспозитивностью есть, следовательно, особый прием гражданско-правового регулирования. Диспозитивность развивает главную черту гражданско-правового метода, служит одной из сторон дозволительности гражданско-правового регулирования, придает гражданской правоспособности, субъективным правам особые свойства.

2.Диспозитивность с точки зрения объективного права выражается

всодержании гражданско-правовых норм и в их характере. Прежде всего диспозитивность проявляется во множестве диспозитивных норм, которое наблюдается в гражданском праве. Диспозитивные норы, устанавливающие вариант регулируемого поведения и в то же время оставляющие за сторонами возможность выбора и иного варианта, обнаруживаются в той или иной пропорции во всех институтах. В некоторых из них (например, обязательственном праве) они абсолютно преобладают над нормами императивными.

Не следует диспозитивность как прием регулирования связывать лишь с диспозитивными нормами. Императивные нормы гражданского права, предписывающие поведение в категорической форме, также обеспечивают действие диспозитивности.

Императивные нормы часто содержат указание на соглашение сторон как на средство дополнения или конкретизации правила, установленного в императивной форме. Так, ст. 432 ГК, содержащая императивное указание на то, что договор считается заключенным лишь при условии достижений соглашения по всем его существенным условиям, указывает на установление круга таких условий соглашением. Далее, подавляющее большинство императивных норм ввиду их относительной определенности допускает возможность индивидуаль-

1Диспозитивность в таком ее широком понимании выходит за рамки возможно-

сти выбора, которой располагает субъект в силу одной лишь принадлежности ему конкретного субъективного права. Поэтому диспозитивность нельзя считать, как это делал А.А. Собчак, чертой вообще любого правового регулирования (см.: Правоведение. 1972. № 2. С. 152). Н.П. Грибанов правильно подчеркивает, что возможность распоряжения своим правом есть скорее элемент гражданской правоспособности, а не самого субъективного права (см.: Грибанов В.П. Теоретическое исследование по гражданскому праву // Советское государство и право. 1970. № 9. С. 158). Диспозитивность есть свойство и гражданской правосубъектности и субъективного права, но именно потому что гражданское право использует такой прием регулирования – наделение субъектов диспозитивностью.

139

В.Ф. Яковлев. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений

ной регламентации отношений, в том числе по усмотрению их сторон, даже если специального указания на это в норме нет1. Кроме того, существует большое число императивных норм, специально направленных на установление начал диспозитивности, их охрану. Так, ст. 8 ГК указывает, что субъекты гражданского права в выборе оснований возникновения прав и обязанностей не ограничены теми действиями, которые предусмотрены законом. Статья 188 ГК в императивной форме закрепляет за субъектом возможность отмены выданной им доверенности и устанавливает, что отказ от этого права недействителен. Здесь сама императивность нормы обеспечивает свободу усмотрения субъекта. Многие императивные нормы обеспечивают диспозитивность путем прямого указания на возможность субъекта распоряжаться соответствующим правом. В частности, ст. 209 ГК вводит способность к распоряжению имуществом в само содержание права собственности, ст. 294–299 ГК – в содержание права хозяйственного ведения и оперативного управления. Гражданско-правовому, как и всякому правовому – регулированию присуще свойство формальной определенности. Однако в данной отрасли последняя сочетается с предоставлением субъектам широкой свободы «саморегулирования» поведения2.

3. Диспозитивность – черта и общего правового положения субъектов гражданского права. Они располагают широким выбором между теми правовыми возможностями, предпосылкой которых служит правоспособность.

Субъекты обладают также свободой выбора конкретных путей, способов реализации правоспособности, оснований установления прав и обязанностей.

Выбор в плане юридических фактов заключается не только в уже отмеченной возможности совершения таких юридически значимых действий, которые законом не предусмотрены, но и в избрании субъектом одного из тех оснований, которые законом предусмотрены. Лицо может определять конкретные условия совершения действий, выбирать контрагента, определять время, место действия и т.п.

1Некоторые ученые к диспозитивным относят все нормы, допускающие возможность усмотрения участников в определении содержания правоотношений. В этом смысле гражданское право состоит в основном из диспозитивных норм (см.: Теория государства и права. М.: Юрид. лит., 1968. С. 442, автор главы А.Ф. Шебанов).

2Д. Эрши усматривает проявление автономной структуры не только в большом распространении диспозитивных норм, но также в широком применении в гражданском праве аналогии и расширительного толкования норм (см.: Ученые записки ВНИИСЗ. Вып. 8. С. 219).

140