Введение в изучение социальных систем, структур и социальных процессов

ных законов как таковых. Нельзя исследовать несуществующее. Существуют только индивиды и их действия. Именно с дей-

ствий, поступков индивида следует начинать, если мы хотим понять генезис и причину изменений социальных институтов и событий. Но сложность общественного организма не позволяет его охватить целиком. Научное познание законов общества на основе социальных законов в принципе невыполнимо. Отрицание социальных законов свойственно и ученым, исповедующим методологический индивидуализм (Ф. фон Хайек и др.)1.

Такой подход к обществу опирается на идею социального действия (агентов), ориентированного на ценности и смысл. Этот подход восходит к понимающей социологии М. Вебера, выражен в этнометодологии Щюца, в символическом интеракционизме Дж. Мида. Задача социологии, по Веберу,— не в открытии «универсальных, железных законов», а в понимании смысла социальных действий людей конкретного общества в определенном историческом контексте. Понять общество, государство, экономику, социальные институты и общности можно, не сведя их к действиям отдельных участников. Причем этот алгоритм или схема социальных действий осуществляется как на межличностном уровне, так и на уровне властных и социальных структур, в политической и экономической жизни общества.

Нетрудно заметить то, что интерпретативная или герменевтическая (понимающая) модель познания противостоит эпистемологии социального реализма. Теоретики этой модели критически настроены к применению научно-позитивистской модели для исследования социального мира. Они придерживаются мнения, что предмет изучения социальных наук — люди и их институты — фундаментально отличается от предмета исследований естественных наук. Поэтому изучение социального мира требует совсем иной методологии исследований, требующей понимания человеческого поведения.

Социологи-конструктивисты создают новую парадигму социального бытия и познания социальной реальности. Человеческое общество — феномен, формирующийся в результате деятельности

самого человека2. В своей книге «Социальное конструирование реальности» Т. Лукман и П. Бергер показывают, что мир, в котором живут и трудятся социальные индивиды и который они воспринимают как изначально и объективно данное, активно конструиру-

1 Хайек Ф. Пагубная самонадеянность. Ошибки социализма. М., 1992.

2 См.: Абалкин Л. О новой парадигме обществоведения // Формирование новой парадигмы обществоведения / Под ред. Ю.В. Яковца, Р.Г. Яновского. М., 1996; Ильин В.В., Панарин А.С. Философия политики. М., 1994.

ется самими людьми в ходе их (осмысленной и не совсем) социальной деятельности1. Конструктивисты предполагают, что катего-

рии, которые люди используют, чтобы понять социальный мир, являются на самом деле социальными продуктами. Эти категории не обладают какой-то «встроенной» сущностью в бытии; их значения сконструированы в ходе и посредством социальных взаимодействий.

В последнее время наметилась тенденция некоторого сближения между методологическими полюсами, взаимный учет позиций каждой из сторон. Преодолению дилеммы холизма и методологического индивидуализма содействует развитие современной методологии, опыт историко-социологической мысли.

Энтони Гидденс рассматривает методологический индивидуализм как возможную дилемму структурной социологии и приходит к выводу, что структурная социология и методологический индивидуализм не являются такими альтернативами, что, отрицая одну, мы принимаем другую2.

Ведущий французский социолог Пьер Бурдье (структуралист, а значит, и холист) в последнее время говорил о том, что социология должна уделять значительное внимание стратегиям агентов в социальных процессах общества. Предпочтения социальных агентов являются функцией окружения и истории прошлых действий этих агентов. Решения социальных агентов не всегда являются рациональными. Индивид не выбирает лучшее из возможных решений, он выбирает такое из них, которое ему кажется удовлетворительным. Даже если индивиды обладают известной степенью маневра, они тем не менее действуют в рамках ролей, которые им предписывает общество.

Французский социолог Раймон Будон подчеркивает, что методологический индивидуализм является необходимой, но не достаточной предпосылкой исследования общества, требующего обязательного рассмотрения макросоциологических феноменов3.

Ч. Тейлор не только усилил доводы в пользу взаимодополняемости институтов и деятельности индивидуумов, но, что особенно важ-

но, ввел в научный оборот феномен «общего понимания» — наличие «фоновой основы практик, институтов и представлений»4.

1 См.: Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. М., 1995.

2 См.: Giddens A. The Constitution of Society. Outline of Theory of Structuration. Cambridge, 1984; Idem. Sociology. Cambridge, 2001.

3 Boudon R. La logique du sociale: introduction a l’analyse sociologique. Paris, 1979.

4Тейлор Ч. Неразложимо социальные блага // Неприкосновенный запас. 2001.

№4 (18). С. 12.

Этот методологический сдвиг — устранение дилеммы «холизм– индивидуализм», «реализм–номинализм» весьма важен для реше-

ния проблемы единства объяснения и понимания в социологии как одного из важнейших путей развития методологии социологического анализа1.

Некоторые конструктивисты готовы признать существование или, как минимум, важность объективной реальности. Д. Уолш, например, пишет: «…мы не можем принять как данность, как это делает ученый-естествоиспытатель, доступность для исследования заранее созданного мира явлений…», а вместо этого мы должны «…исследовать процессы, посредством которых конструируется социальный мир»2.

Социологическая наука, как и любая наука, начинается с поиска причин и законов социальных процессов и явлений. Она опирается на принцип детерминизма, а именно социального детерминизма. Социальный детерминизм (от лат. determinare — определять) — учение об объективной закономерной взаимосвязи и взаимообусловленности всех явлений в обществе в противоположность индетерминизму, отрицающему всеобщий характер причинности3. В социальном мире не существует явлений и событий, которые бы не имели причины своего возникновения и существования. Существование беспричинных событий противоречило бы и принципу материального единства мира, и принципу развития, и принципу универсальной взаимосвязи всех явлений4.

Методология поиска социальных причин допускает не только существование причин любого явления или состояния, но и возможность нахождения причин.

В социологии широкое употребляется понятие причинного объяснения — научное рассмотрение, в ходе которого социальное явление или процесс становится понятным посредством выявления его причины, характера, взаимосвязей, закономерности, закона и т. д. Так, согласно марксистской социологии, причина социальной революции лежит в противоречиях способов производства, в классовом конфликте (марксизм). Согласно эволюционной теории и истории

общества социальные институты закрепляются в результате «социального отбора».

1 Полтерович В. М. Становление общего социального анализа. М., 2010.

2 Уолш Д. Разновидности позитивизма. Дюркгейм и социальные факты // Новые направления в социологической теории. М., 1978. С. 81.

3 Российская социологическая энциклопедия / Под общ. ред. Г.В. Осипова. М., 1998. С. 118.

4 См.: Алексеев П. В. Философия в схемах и определениях. М., 2012. С. 72.

Сторонники методологического индивидуализма, представители интерпретативных парадигм в социологии поставили под вопрос

само существование социальной закономерности и законов общественной жизни, отмечая, что в общепринятых трактовках социальные законы, по существу, отождествляются с законами природы, не учитываются активный и смысловой характер участников социальных событий, а также стихийные факторы в социальной реальности. Особой критике подвергается объективистский или эссенциалистский, онтологический план закона.

Но что такое социальный закон? Г.В. Осипов определяет социальный закон как «относительно устойчивые и систематически воспроизводимые отношения между народами, нациями, классами, социально-демографическими и профессиональными группами, а также между обществом и социальной организацией, обществом

итрудовым коллективом, обществом и семьей, обществом и личностью, городом и деревней, социальной организацией и личностью

ит. д.»1.

Определенные сложности с использованием понятия «закон» лежат уже в двусмысленности этого слова. Необходимо четко различать понятие «социальный закон» в онтологическом плане и понятие «научный закон», как он формулируется в социологической науке.

Под научным законом можно полагать некое утверждение, созданное на основе обобщения множества социальных фактов или более или менее сходных случаев, объединенных общими подходами, выводами, логикой, правилами соответствия и интерпретации. Научный закон есть особым образом оформленное утверждение о том, что нечто произойдет (или не произойдет) с той или иной степенью полноты при строго оговоренных условиях2. В понятии социального закона речь идет не о том, что нечто произойдет неизбежно, т. е. вопреки всему, а что оно произойдет неизбежно только в одном смысле, а именно: только если лишь настолько, только там и только тогда, насколько, где и когда совпадут все необходимые для его совершения условия. Чем труднее определить необходимые условия для того, чтобы появился результат, указанный в описании научного за-

кона, и чем реже совпадают такие условия, тем слабее предсказательная сила таких утверждений.

Но говорить о социальных законах как о некоей объективной реальности можно, но только в том плане, что определенные объекты

1 Осипов Г. В. Теория и практика социологических исследований в СССР. М., 1979. С. 191.

2 Гринин Л. Е., Коротаев А. В. Социальная макроэволюция: Генезис и трансформации Мир-Системы / Отв. ред. Д.М. Бондаренко. М., 2009. С. 40.

иявления в обществе находятся в таком более или менее сложном (и причинном) взаимодействии друг с другом и с собственной струк-

турой, что исследователь-социолог способен заметить в этом взаимодействии некий «порядок», закономерность, обнаружить у объектов определенные общие свойства, причинно-следственные связи

ит. п.

Но абсолютно неправильно рассматривать, заявляют Л.Е. Гринин и А.В. Коротаев, социальные законы как некую особую силу, которая проявляется одинаково и инвариантно во всех ситуациях, «с железной» или «неумолимой» необходимостью; думать о них как о некоей «предвечной сущности» или полагать, что «существуют вечные сами по себе, по своему внутреннему значению, ненарушаемые и неизменные законы общественной жизни, которые одни лишь определяют сохранение и развитие этой жизни»1.

Научные законы в социологии не могут стопроцентно адекватно объяснить социальные явления и процессы. Они в большей или меньшей степени приблизительны, тем более когда речь идет о законах, объясняющих социальную деятельность и социальных людей. Это свойство «принципиальной погрешимости научного знания».

Но всегда следует помнить, что социальные законы — это существующие независимо от сознания объективные правила, которые регулируют поведение людей по отношению друг к другу и основу которых образуют исторически сложившиеся мотивы, интересы и стремления людей к удовлетворению своих потребностей в улучшении условий существования, в безопасности и признании со стороны других, в самовыражении и т. д. Поэтому, изучая социальные законы, необходимо прежде всего выявлять потребности индивидов, составляющих социальную группу, страту, социальный класс или общество в целом, и, отталкиваясь от этих потребностей, искать повторяемость в их поведении, определять условия, в которых наблюдается найденная повторяемость, и формулировать социальные законы, знание которых необходимо для успешного управления социальными процессами, происходящими в обществе. Социальные законы имеют большое значение в исследовании обществен-

ных явлений, в управлении социальными процессами. Именно наличие и действие социальных законов обеспечивают возможность применения научного подхода в социологии. Непредсказуемость, беспорядочность и хаотичность поведения людей в обществе не могут быть исследованы с помощью научных методов; напротив, пред-

1 Гринин Л. Е., Коротаев А. В. Социальная макроэволюция: Генезис и трансформации Мир-Системы. С. 40.

шений между людьми, связующим началом которой являются нормы и ценности.

Но во всех этих определениях выражен подход к обществу как к целостной организации, социальные элементы которой находятся между собой в тесной взаимосвязи. Такой подход к обществу называется системным.

Социальная система определяется как множество элементов (индивидов, групп, общностей), находящихся во взаимодействиях

иотношениях, образующих единое целое. Такая система при взаимодействии с внешней средой способна изменить отношения элементов, т. е. свою структуру, представляющую сеть упорядоченных

ивзаимообусловленных связей между элементами системы. Существенными чертами любой системы являются целостность

иинтеграция. Первое понятие (целостность) фиксирует объективную форму существования явления, т. е. его существования как целого, а второе (интеграция) — процесс и механизм объединения его частей. Целое больше суммы входящих в него частей. Это означает, что каждое целое обладает новыми качествами, которые механически не сводимы к сумме его элементов, и обнаруживает некий «интегральный эффект». Эти новые качества, присущие явлению как целому, обычно обозначаются как системные и интегральные качества.

Специфика социальной системы состоит в том, что она складывается на базе той или иной общности людей, а ее элементами являются

люди, чье поведение детерминируется определенными социальными позициями, которые они занимают, и конкретными социальными функциями, которые они выполняют, социальными нормами и ценностями, принятыми в данной социальной системе, а также их различными индивидуальными качествами.

Понятие «система» введено в социологию с целью выделить

иописать общество именно как упорядоченное образование социального мира, как относительно самостоятельный процесс. Понятие социальной системы развивается по мере развития социального, теории систем и самой социологической науки.

Наиболее глубоко проблема социальных систем была разработана американским социологом-теоретиком Т. Парсонсом (1902– 1979) в его работе «Социальная система». Несмотря на то, что в работах Т. Парсонса в основном рассматривается общество в целом, с точки зрения системы могут быть проанализированы взаимодействия социальных множеств на микроуровне. Как социальную си-

стему можно проанализировать группу студентов вуза и сам вуз, любую неформальную группу и др.

«Механизмом» социальной системы, стремящейся к поддержанию равновесия, является процесс самосохранения. Так как каждая

социальная система заинтересована в самосохранении, то возникает проблема социального контроля, который можно определить как процесс, противодействующий социальным отклонениям в социальной системе. Социальный контроль, наряду с процессами социализации, обеспечивает интеграцию индивидов в общество. Это происходит через интериоризацию индивидом социальных норм, ролей и образцов поведения. Механизмы социального контроля, по мнению Т. Парсонса, включают в себя: межличностные санкции и воздействия; ритуальные действия; структуры, обеспечивающие сохранение ценностей; институционализацию системы, способной осуществлять насилия и принуждения. Определяющую роль в процессе социализации и в формах социального контроля играет культура, которая отражает характер взаимодействий индивидов и групп, а также «идеи», опосредующие культурные образцы поведения. Это значит, что социальная система является продуктом и особым видом взаимодействия людей, их чувств, эмоций и настроений. Т. Парсонс использовал также современные кибернетические, символико-се- миотические и информационные представления в анализе социальных систем. Общество, по Парсонсу, является самоорганизующейся системой, специфика которого, в отличие от биологических систем, заключается в символичности (т. е. в наличии таких символичных механизмов регуляции, как язык, ценности и т. д.) и в нормативности, т. е. зависимости от общепринятых ценностей и норм.

Основные положения сформулированы Т. Парсонсом в ряде работ, в том числе в «Структуре социального действия» и «Социальной системе»1. Т. Парсонс предложил четырехфункциональную модель социальной системы, в которой существуют «функциональные императивы». Речь идет о наборе функциональных требований (или предпосылок) социальной системы, известной как структурно-функ-

1 См. работы Т. Парсонса: The Structure of Social Action (1937); Essays in Sociological Theory, Pure and Applied (1949); Toward a General Theory of Action (К общей теории действия) (1951, в соавторстве с Э. Шилзом); The Social System (1951); Working Papers in the Theory of Action (1953, в соавторстве с Э. Шилзом и Р.Ф. Бейлзом); Family, socialization and interaction process (1955, в соавторстве с Р.Ф. Бейлзом); Economy and Society (1956, в соавторстве с Н. Смелзером); Structure and Process in Modern Societies (1960); Theories of society; foundations of modern sociological theory (1961); Societies: Evolutionary and Comparative Perspectives (1966); The Negro American (1966, в соавторстве с К.Б. Кларком); Sociological Theory and Modern Society (1968); Politics and Social Structure (1969); The System of Modern Societies (1971); The American University (1973, в соавторстве с Д.М. Платтом); Social Systems and the Evolution of Action Theory (1977); Action Theory and the Human Condition (1978).