хрестоматия Аникин

здоровье старых и новых родных, заедают невестиным пирогом, на­ конец, ужинают.

Так оканчивается день сговора.

На другой день к невесте приходят с поздравлениями знакомые и родные, не бывшие на сговоре; невеста их встречает с таким же пеньем, как и прежде. Это бывает и в последующие дни, пока она сидит сговореною и пока ее навещают родные и знакомые. Во все это время невеста слывет сговореною.

Д евичник

Накануне свадьбы вечером к невесте собираются на девичник ее подруги девицы, а к отцу и к матери — соседи и соседки; все ожидают свата, который приезжает с передатью; невеста сидит там же, где была и во время сговора.

Передать составляют: шерстяные с зачесом чулки, коты или босовики, зеркало, троицкий красный ларчик с мылом, белилами, румянами и гребнем; пирог, или курник, с курицею, яйцами и ка­ шею; жареные курица, поросенок, баранина; пряники, орехи и про­ чие сласти; вино, пиво. Вся передать уложена в коробье и замкнута замком, а вино и пиро в боченках.

Сват входить в избу, вносит передать и ставит ее к стороне, молится Богу, на все стороны раскланивается и правит поклоны хо­ зяину с хозяйкою так:

С в а т : Ефим Денисьевич, Авдотья Афанасьевна, вам Григорий Савельевич, Палагея Демидовна и Филипп Григорьевич кланяются хлебом да солью, милостию Божиею: наш дар примите, нас полю­ бите, к себе в гости пустите, за своих сочтите; а мы вас также за родных почли.

М а т ь и о т е ц : Милости просим, сватушка любезный Пара­ мон Федосеевич; на дарах ваших покорно благодарствуем. Каково поживает, здоров ли Григорий-то Савельевич?

благодарствуем; а Палагея Демидовна все ли в добром здоровье? С в а т: И она, слава Господи, здравствует и вам кланяется {де­

лает один поклон).

Таким образом отец и мать продолжают спрашивать обо всех живущих в одной семье, то есть в одном дворе с женихом, напри­ мер: о дяде, о его жене, о старшем брате, о его жене, о женихе, о сестрах, словом сказать, обо всех от велика до мала, по порядку

220

старшинства, величая их по имени и отчеству, хотя бы тут были и новорожденные младенцы.

Сват, стоя посредине избы, на каждый спрос отвечает с покло­ ном. Во все это время отец и мать невестины, родные и гости так­ же стоят на ногах.

Кончатся опросы, сват отмыкает коробку, вынимает всю пере­ дать, накрывает своею скатертью стол, ставит на него припасы: круглый пирог, или курник, жареное мясо; а дары и сласти подает невесте в топлюшку’, приговаривая; «Агафья Ефимовна, вот тебе Филипп Григорьевич дарит и кланяется: гостинцев изволь сама по­ кушать и подружек попроси». Невеста, принимая дары, целуется со сватом и завывает:

Родимый ты, мой батюшка, Родима ты, моя матушка!

Не мечитесь на золото, на серебро, Не кидайтесь на сласти, на пряники. Не берите вы белил белых, Не примайте румян красных, Не меняйте меня ни на што:

Без золота я у вас богатехонька, Без сластей-то у вас я сытехонька, Без белил-то я у вас белехонька, Без румян-то я у вас краснехонька.

Хозяин и хозяйка просят свата, гостей и гляделы циков садить­ ся за стол, каждого вызывая по имени и отчеству, и притом одних только женатых и замужних; а холостых парней и девиц не сажают. Начинают угощать сватовым пивом, вином и ужином. Девушки за­ певают следующую песню, припевая наперед к свату:

Пойдем-ко мы по ряду. По всей, честной беседе. Дойдем-ка до умнова.

До разумнова до сватушки, До Парамона Федосеича: Он охоч по пирам ходить, Он охоч и песен слушати.

Да горазд ведь и певиц дарить. Не рублем дари, полтиною,— Золотой своею гривною.

Из гривны по три денежки. На певицу по копеечке.

Топлюшка, топлюжка — отдельная комната, летняя кухонька.

221

Сват сидит и как будто бы не слышит; девицы поют:

Слышишь ли ты, чуешь ли, Парамон свет Федосеич? Мы тебе песни поем, Тебе мы честь воздаем.

Как белый сыр на блюде лежит. Что сахарный кус — на тарелочке, Как маков цвет в огороде стоит.

То — сватушка, наш за столом сидит.

Сват сидит и ухом не ведет; девицы продолжают:

Ты, сватушка, дари, Расхорошенькой, дари! Станешь нас дарить. Не будем те бранить. Как Парамона-то жена

На девишничек сряжала, В плат полтину завязала, Отпущаючи приговаривала:

— Ты поедешь, друг, на свадьбу; Там девицы, тебе красныя Станут песни правити.

Тебя, мово друга, величати; Ты дари их, не скупися. Золотой казной расступися; Ворона коня тебе не купити. По гостям тебе не гостити. — Ты, сватушка, догадайся, Расхорошенькой, смекни. Распахни шубу овчинну, Доставай мошну сафьянну, Вымай-ко гривну золотую.

Из гривны по три денежки. На певицу по копеечке.

Сват берет стакан с пивом, кладет туда медных денег или смот­ ря по достатку серебряной пятачок либо гривенничек, подносит де­ вицам, которые, принявши, поют, ежели он дал им довольно:

Спасибо те, сватушка, на дару твоем: Уж твой ковш мы весь выпили, Золотую гривну выняли; То нам на белые белилы.

То нам на красные румянцы.

222

Когда же сват положит им денег мало, то начинают его корить:

Штобы те свату по миру ходить, По миру ходить, суму волочить.

Уж как сват по бережку похаживает, В чисту реченьку поглядывает; Да ведь сам себя похваливает:

— Уж и как же я хорош. Уж и как же я пригож,

Сам-то шестом, голова пестом. Рожа пряслицею', глаза раковицею^

и проч.

Ту же песню поют и к другим гостям, приноравливая к каждому: таким образом она повторяется для каждого гостя, для каждой гос­ тьи. Невеста во все это время поет заунывно.

Когда гости приедят сватово кушанье, сват все оставшиеся на столе куски завертывает в свою скатерть и прячет в свою коробку, для того что невежливо оставлять в гостях свои куски и крохи. Лишь только сват соберет со стола, хозяин и хозяйка накрывают своею скатертью и подают свой ужин; тут пирует и сват, как пер­ вый гость; и ежели запируется и долго не собирается домой, тогда девицы поют:

Ты, сватушка, ненаеда, догадайся. Ко дворам скорей подымайся.

Уж как сват-от ненаед, Съел корову да быка. Наседку с цыплятами; Как у свата косые-то глаза. По полицам^ все глядят, Они каши, знать, хотят,

Каши масленой, ложки крашеной.

Когда сват подымется домой, тогда невестина мать подает ему дары тем же порядком, как и на сговоре.

Сват, распрош,авшись, уезжает, увозит с собою коробку и пус­ тые боченки. За ним и гости расходятся все, кроме девиц, которые остаются. Невеста выходит к отцу и к матери, завывая в голос:

’ Пряслица — прясло, часть изгороди от столба до столба; смысл сравне­ ния — рожа широкая.

^Раковица — створка ракушки, крупная.

^Пдлйца — кухонная полка.

223

Светел месяц, родимый батюшка, Красно солнышко, родима матушка! Мне не надобно ни золота, ни серебра, Прошу вашего честного благословения.

Мать зажигает свечу перед иконами: все молятся Богу; отец снимает с полки образ, оборачивается лицом к людям и держит об­ раз перед собою; невеста с воплем молится образу, кладет три зем­ ных поклона, при каждом поклоне подруги подымают ее под руки; невеста крестится, прикладывается к образу, целуется с отцом, ко­ торый передает образ матери. Сия, принявши образ, становится в отцово место и благословляет дочь свою тем же порядком.

По благословении девицы собираются вести невесту в баню: берут с собою кувшин пива и привезенные сватом в ларчике мыло, белила, румяны, гребень, зеркало. Когда нет в деревне бани, тогда топят пожарче избу у того из соседей, у кого печь попросторнее, чтобы можно было в ней париться. Идучи в баню, невеста воет в голос, а девушки поют песню:

Растопися, банюшка, растопися, Разгорися, каменка', разгорися! Ты рассыпься, бел крупен жемчуг. Да по атласу, да по бархату.

По серебряному блюдечку. Ты расплачься, Агафьюшка,

Ты расплачься, свет Ефимьевна, Перед своим родным батюшкой:

—Государь ты мой, родимый батюшка! Ты на што, про што пиво варишь.

Ты к чему зелено вино куришь?

—Ты дитя ль мое милое,

Япиво-то варю и вино-то курю

Да твоих-то бояр поить, Твоево большова барина, Филиппа свет Григорьича,

Приходят в баню, поддают на каменку или в печку пивом, кото­ рое принесли с собою в кувшине, моются и моют невесту, сама же она ни до чего не дотыкается. Вымывшись, одеваются, белются, румянятся, в зеркало смотрятся; одна только невеста не белится, не румянится и не смотрится в зеркало.

' Каменка — печь в бане, сложена из камней; на раскаленные камни льют воду — баня наполняется паром.

224

Из бани идут домой тем же порядком; невеста плачет, а девуш­ ки поют песню:

При девичьем было при вечере, При Агафьином-то девишничке, Не трубынька трубила рано по заре,

То плакала Агафьюшка по русой косе:

— Свет моя косынька, русая коса! Разобьют тебя косыньку на шесть доль. Заплетут тебя косыньку на две косы. Дотолеча косыньку девушки плели, Теперича косыньку свахе уж плести; Укрутят тебя, косыньку, вокруг головы, Повяжут по косыньке бабью красоту'; Бабья красота на печи в углу.

Девичья красота^ в поле на лугу.

Когда придут из бани домой, отец и мать встречают невесту с образом так же точно, как и при отпуске в баню.

По благословении подруги сажают невесту за стол на скамейке, на стол ставят перед нею блюдо, возле которого кладут гребень. Каждая подруга подходит к невесте, берет со стола гребень, чешет ей волосы, кладет гребень на стол и в блюдо положит несколько денег, например: пятак либо два, а богатые — серебряной пятачок либо гривенничек. Когда все подруги это дело окончат, тогда запле­ тают косу лентою по-девичьи. Невеста обращается к отцу к матери:

Светел месяц, родимый батюшка. Красно солнышко, родима матушка! Вы расставляйте столы дубовые, Накрывайте вы скатерти браныя\ Вы сажайте красных девушек, Угощайте моих белых подруженек.

Накрывают стол, все девушки садятся, вместе с ними и невеста, и перестает плакать. Подают ужин, после ужина сласти, привезен­ ный сватом. Во весь ужин невеста не ест ни крохи, только лишь подругам кланяется и просит кушать.,

‘ Красота, краса — имеется в виду головной убор замужней женщины: кйка.

^Красота — головное украшение девицы.

^й/?аные (скатерти) — вытканные, с узорами.

Вставши из-за стола, девушки молятся Богу, собираются ко дворам; каждая подходит к невесте, целуется с нею и прощается, приговаривая: «Оставайся, душа, да будь счастлива».

Когда все девушки разойдутся, невеста садится на лавке у крас­ ного окна и жалобно поет:

Светел месяц, родимый батюшка, Красно солнышко, родима матушка!

Не мечитесь на золото, на серебро, и проч.

Потом, обращаясь к матери:

Родима ты, моя матушка! Поучи меня уму да разуму,

Как мне жить да быть на чужой стороне.

Мать, обнимая, поет в тот же голос:

Ты, родимо мое дитятко. Уж живи да привыкай-ко

Ко чужой дальней сторонушке. Ко чужому отцу, матери!

Наконец мать уводит невесту в топлюшку или в чулан, там по­ дает ей ужинать и укладывает спать.

На утро после девичника, к жениху в дом собираются девушки, поют свадебные песни и помогают домашним стряпать обед и ужин; делают коровий и курник, или круглый пирог с курицею, яйцами, кашею, который девушки рядят , то есть каждая делает из теста какую-нибудь диковинку: человечка, птичку или другую какую каракульку и лепит ее на пирог, отчего он выходит довольно забав­ ного вида. Коровай делается из ситного или ячного, либо из пше­ ничного теста простой, либо сдобный: иногда коровам покупаются в Москве, то есть крупичатые куличи, какие продаются у Лобного места. Коровай идет в печь последний, и женщина в то время, как сажает его на лопату и в печь, припевает следующее:

Коровай катается, Коровай валяется, Коровай на лопату сел, Коровай на ножки встал, Коровай гряда' достал.

' Гряда, гряды — перекладины в избе.

226

При сих последних словах она припрыгивает и старается рукою достать до грядки] беда коли промахнется: примета к худу; когда же по грядке попадешь, то к добру.

Кончится стряпня, собираются прибеседные и поезжие. Прибеседные, или посаженые отец и мать — главные лица по­

сле родных отца и матери. Ежели есть у жениха отец и мать крест­ ные, то они должны быть и прибеседными; ежели же их нет, то старшие родственники. Это почетные гости на свадебном пиру, ко­ торым при величании по имени и отчеству всегда прибавляется ти­ тул: батюшка прибеседный, мат уш ка прибеседная.

Поезжие. или поезжаные, — провожатые жениха к венцу. Они суть:

Тысяцкий, в поезде старшее, впрочем, мало действующее лице. На его руке жених и невеста меняются до трех раз кольцами. В Иосифовском требнике', напечатанном в Москве 1647 года, тысяц­ кий поминается на эктении^ при обручении: «еще молимся о рабе Божии тысяцком имя рек». Это и поныне соблюдается у старооб­ рядцев, у которых тысяцким бывает крестный отец жениха.

Большой барин, также из первостепенных особ на свадьбе, ни­ чего особенного не делает и нередко смешивается с тысяцким, так что обоими именами зовется одно лицо.

Малые бараны, несколько поезжих второй степени, кроме про­ вожания к венцу, не имеют никакого другого дела.

Дружко, неотлучный спутник жениха, распорядитель всем сва­ дебным порядком и первый весельчак и затейник на празднике.

Подружья, один или двое, товарищи и помощники дружка. Гвоздарь, в поезде заведывает боченком с пивом. Холостые парни к поезду не допускаются.

Когда соберется весь поезд, накрывают стол; помолившись Богу, все садятся обедать, пьют вино и пиво. Курника и коровая на стол не подают: первый бережется к ужину, а другой на княж обед.

После обеда все встают, молятся Богу, благодарят хозяев за хлеб, за соль. Дружко громко кричит к отцу и матери: «Григорий Савельевич, Палагея Демидовна, благословляйте-ко добрых коней закладывать!» Все встают и кричат: «Во святой час, нечева ждать!»

Многие из поезжих идут запрягать лошадей.

' Требник — богослужебная книга, содержит священнодействия и молитвосло-

вия.

2 Ектения — ряд молитвенных прошений, составляющих существенную часть

всех церковных богослужений.

Мать, помолившись Богу, сажает сына-жениха на лавку, на шубу, берет в руки стакан пива, с молитвою и перекрестясь, смачи­ вает пивом голову парню, расчесывает гребнем и, припадая к нему на грудь, вопит в голос:

Родимое мое дитятко, Филипушка, свет Григорьич! Как поедешь ты жениться-то.

Привезешь себе ты молоду жену. Не покинь же меня бедну, горькую При старости и при хворости, Не меняй меня горемышную На свою молодую-то жену.

Дружки и поезжие, впрягши лошадей, входят в избу. Отец т е­ плит свечу перед св[ятыми] иконами, дружко кричит: «Батюшко, Григорий Савельевич, матушка, Палагея Демидовна, благословляй- те-тко сынка своего Филиппа Григорьича, пора святое дело зате­ вать, нечева ждать!»

Все встают, молятся Богу; дружко берет женихово подвенцовое платье, шубу, обмахивает ею вкруг жениховой головы и встряхива­ ет — и эту хватку повторяет до трех раз. Шубу надевают на жениха и на шею ему повязывают новый красный платок, сложивши его, на угол, так точно как носят платки на шеях женщ,ины: по этому платку жених отличен изо всего поезда. Отец берет с полки образ, становится лицом к людям; жених молится, кладет три земных по­ клона, причем дружко всякий раз подымает его под руки; по трое­ кратном поклонении, жених прикладывается к образу и целует отца, у которого из рук св[ятую] икону принимает мать, становится в отцово место и тем же порядком благословляет сына; после матери тою же иконою и точно так же благословляют дяди родные, отец и мать прибеседны.

Когда благословение кончится, тогда дружко во все горло кри­ чит: «Смотрельш,ики, глядельщики, зеваки и палошны колюбаки', благословляйте-тко все князя новобрачного в путь дороженьку ехать — сужено, ряжено взять, под золотой венец стоять!» Все в один голос кричат крестяся: «Во святой час, дай Бог час добрый!» Дружко и подружья берут жениха под руки, ведут вон садиться в сани и на каждом пороге заставляют его креститься. Отец, мать,

‘ К олю бака — пирог с начинкой, имел в обряде то значение, что по нему судили о целомудрии невесты. Палочные (палош ные) колю баки — вероятно, охотники до разговоров о целомудрии невесты, достойные наказания.

228

родные и прибеседные, то есть все, кто только благословлял жени­ ха образом, провожают его до первого порога и к венцу не едут.

В поезд лошади запряжены с колокольчиками, бубенчиками, погремушками, их гривы и челки развязаны пестрыми лоскутьями. Спереди скачет передовой на одной лошади в санях; его обязан­ ность стараться не давать, чтобы перебивали дорогу. За передо­ вым тройкою едут князь — жених; у него по правую руку сидит тысяцкий, или большой барин, по левую — дружка; за ними ска­ чут поезжие по порядку старшинства; поезд заключает гвоздарь: он один едет в санях и везет боченок пива и ковш либо два, также коробью с хлебом, солью, с нарядом для невесты и мылом для по­ дарков.

Ежели с поездом встретится какой прохожий, то, снимая шапку, кланяется поезду, приговаривая: «Господь с вами, в добрый час». Такому доброму человеку всем поездом откланиваются и благода­ рят. Иногда встрешний заваливает поезду дорогу: то есть бросает перед поездом середи дороги шапку, или рукавицу, или палку и т. п.; тогда поезд останавливается, гвоздарь цедит ковш пива, подружья подносит прохожему; сей пьет пиво, поздравляет жениха, желает ему добра и счастья, подымает свой перелог; поезд скачет дальше. Ежели на пути есть деревня, то почитай всегда тут завали­ вают дорогу; мужчины, женщины выходят кучею и стоят по одну сторону дороги, девушки по другую также кучею и поют песни. Мужчин и женщин потчуют пивом, а певицам дают денег. Когда же завалу снимут, тогда поезд скачет дальше, наконец подъезжает к невестину двору.

У невесты в доме в этот день с утра большая стряпня, готовится обед; сходятся девицы, невестины подруги, прибеседные, сваха, гости. Подруги наряжают невесту, а маленький брат родной или двоюродный или племянник ее обувает; и лишь только начнет наде­ вать ей чулок на ногу, она завывает к нему:

Родимый ты мой братец! Куда ты меня обуваешь? Куда меня ты снаряжаешь?

Обуваете вы меня, снаряжаете В нужу дальную сторонушку, Ко чужому отцу с матерью, Ко чужому роду племени.

Али я была у вас не работница? Али я была у вас не заботница?

229