Экзамен зачет учебный год 2023 / халфина_r_o_obshee_uchenie_o_pravootnoshenii / халфина_r_o_obshee_uchenie_o_pravootnoshenii

ние судить о социальной эффективности нормы. Рассматривать правоотношение только как выражение воли государства — значит отказаться от сопоставления общей и индивидуальной воли, от возможности установления обратной связи на основании данных о реализации нормы

вправоотношении.

Спроблемой соотношения общей и индивидуальной

и установлении прав и обязанностей и, во-вторых, при сопоставлении реального поведения с правами и обязанностями, что в значительной мере может быть сведено к осуществлению прав и исполнению обязанностей. Анализ соотношения общей и индивидуальной воли в выяснении связей структурных элементов правоотношения на каждом из этих этапов позволяет глубже раскрыть механизм правового регулирования, определить социальную эффективность нормы или правового института.

На каждом из рассматриваемых этапов соотношение

что правоотношение должно соответствовать норме права, что отклонение воли участников от общей воли, выраженной в норме, может повлечь за собой противоправное состояние, но не меняет содержания правоотношения, которое определяется нормой1. Но это положение верно лишь до тех пор, пока анализируются такие элементы структуры правоотношения, как права и обязанности. Если же рассматривать связь прав и обязанностей с реальным поведением, то здесь положение может оказаться иным. Не переходя в правонарушение, поведение участников может существенно отклониться от той модели, которая закреплена в правах и обязанностях. И тогда проявится несоответствие реального поведения модели. Такое несоответствие свидетельствует либо о несоответствии правовой нормы реальным экономическим, социальным и иным условиям, либо о недостатках, относящихся только к правовому выражению, к ее форме.

1 См. М. П. К а р е в а , С. Ф. К е ч е к ь я н , О социалистических правоотношениях. Тезисы докладов, М., 1956; С. Ф. Кечекьян, указ. работа, стр. 38—40.

221

Соотношение общей и индивидуальной воли в установлении прав и обязанностей как элементов структуры правоотношения имеет различные варианты в зависимости от характера правоотношения. Во многих областях общественных отношений возникновение правоотношения, конкретные права и обязанности во многом зависят от индивидуальной воли участников. Закон предоставляет широкие возможности выбора любого варианта сочетания прав и обязанностей. Для развитого социалистического общества характерно значительное расширение области отношений, в правовом оформлении которых решающую роль играет воля участников отношений. Развитие социалистической демократии во всех областях экономической, политической и культурной жизни, расширение прав предприятий и объединений, активизация инициативы и повышение ответственности исполнителей — все это определяет значительное расширение сферы отношений, участники которых в соответствии с общей нормой закона избирают вариант правового закрепления своих взаимных отношений. Отсюда увеличение удельного веса диспозитивных норм в законодательстве последних лет, значительное обогащение правовых форм отношений социалистических организаций и граждан. Так, в связи с хозяйственной реформой получают все большее распространение такие правовые формы, как договоры имущественного найма между социалистическими организациями, договоры комиссии, поручения и др. Рост сферы обслуживания также связан со значительным обогащением правовых форм отношений социалистических организаций и граждан. Таким образом, постоянно расширяется круг правоотношений, возникновение которых определяется волей участников, имеющей существенное значение и в процессе определения взаимных прав и обязанностей.

В связи с научно-технической революцией, с задачей интенсивного роста продукции социалистического производства большое распространение получают нормы с техническим содержанием, оказывающие существенное влия-

222

жанием1. Вместе с тем закон предоставляет достаточно широкие возможности для выражения воли сторон при определении стандартов, которым должна соответствовать поставляемая продукция. Практика стандартизации в последнее время характеризуется тенденцией к некоторому увеличению числа диспозитивных норм стандартов, что

щение форм участия граждан и производственных коллективов в руководстве жизнью общества находят свое выражение в различных видах общественных отношений, многие из которых регулируются правом и принимают форму правоотношений. Так, значительно обогащаются правовые формы деятельности общественных организаций, формы участия трудящихся в управлении производством3. Закономерный процесс дальнейшего развития социалистической демократии вызывает к жизни и новые правовые формы, в создании и реализации которых существенную роль играет воля граждан, общественных организаций и других групп и коллективов. Это находит свое выражение, в частности, в расширении нормотворческой деятельности общественных организаций, в предоставлении, например, ВЦСПС права законодательной инициативы4 и др.

Избирая в соответствии с общей нормой вариант конкретного соотношения прав и обязанностей в данном отношении, определяя свои права и обязанности, участники правоотношения обогащают таким образом общую норму закона, что чрезвычайно важно для полной и эффективной реализации нормы. Общая воля становится тем самым содержанием индивидуальной воли участников на первом этапе формирования правоотношения.

1См. М. Б. Е м е л ь я н о в а , Стандарты и качество продукции, изд-во «Стандарты», 1971, стр. 58—77.

2См. «Правовые проблемы стандартизации, метрологии и качества продукции», изд-во «Стандарты», 1972, стр. 73—80.

3См. В. М. Ч х и к в а д з е , Государство, демократия, законность, «Юридическая литература», 1967, стр. 245—260; «Вопросы

«Наука», 1973, стр. 156—165.

223

Соотношение общей и индивидуальной воли носит иной характер там, где веление нормы однозначно, императивно. Но и здесь в конечном счете в возникновении и реализации правоотношений значительное место занимает воля участников. Так, правила трудового распорядка, утвержденный технологический процесс, правила техники безопасности, правила уличного движения и многие другие нормы, порожденные сложными условиями совре-

в трудовые отношения с предприятием, заключая трудовой договор, работник принимает на себя обязанность соблюдать дисциплину труда, а следовательно, и выполнять правила трудового распорядка, технические нормы, связанные с его деятельностью. Главный инженер, начальник цеха, мастер выражает свою волю, занимая соответствующую должность. Тем самым каждый из них принимает на себя обязанность строго соблюдать правила производства работ, техники безопасности, утвержденный технологический процесс и т. п. Гражданин по своей воле приобретает водительские права и садится за руль автомашины. Тем самым он принимает на себя и обязанность строжайшего соблюдения правил уличного движения.

В правоотношениях, возникающих вследствие право-

в основе в конечном счете лежит волевое поведение лица, совершившего правонарушение,— его противоправное поведение. Соотношение общей и индивидуальной воли в таком правоотношении значительно отличается от соотношения в правоотношениях, рассмотренных выше, но и здесь в процессе осуществления правоотношения учитывается характер поведения лица, в частности степень его вины, обстоятельства, в которых было совершено правонарушение, характеристика личности и т. п.

В той или иной форме соотношение общей и индиви-

ношения. В этой связи необходимо остановиться на ведущейся много лет дискуссии по поводу определения субъективного права; является ли субъективное право элемен-

224

том правоотношения, либо оно может существовать и вне правоотношения. Последний вопрос имеет большое значение для определения структуры правоотношения. Действительно, если субъективное право может быть реализовано и вне правоотношения, то тогда возникает необходимость в выделении нового понятия для обозначения права как элемента правоотношения. Иначе размывается понятие правоотношения, один из главных его элементов может оказаться растворенным в более широком понятии. Однако есть ли в этом необходимость? Может ли действительно субъективное право как реальная возможность данного лица в конкретных отношениях реализоваться не в качестве элемента правоотношения? Ответ на этот вопрос неизбежно будет отрицательным, поскольку отсутствие связи права с корреспондирующей ему обязанностью лишает право существенного его элемента — обеспеченности.

Ученые, обосновывающие существование субъективного права вне правоотношения, включают в понятие субъективного права элементы статуса1. В гл. III мы останавливались на том, что попытка охватить единым понятием статус и право как элемент правоотношения приводит к тому, что слишком широкое понятие теряет свою определенность и становится бедным по содержанию. Рассматривая как субъективное право абстрактную возможность, которая может никогда не осуществиться в действительности, и реальное право, осуществление которого зависит от воли управомоченного, объединяют разнопорядковые явления. Поэтому представляется, что для обозначения права как элемента правоотношения нет нужды искать новый термин. Субъективное право — это именно то право, которое является структурным элементом существующего правоотношения и реализация которого обеспечивается действием правового механизма. В литературе приводились убедительные аргументы, обосновывающие данное положение2.

1 См., например, «Право и общественные отношения», «Юридическая литература», 1971, стр. 107—114; В. А. П а т ю л и н , Субъективные права граждан: основные черты, стадии, гарантии

отношениях, «Правоведение» 1965 г. № 1, стр. 21—27.

225

К спорным вопросам теории права относится и само определение субъективного права. Здесь, однако, дело обстоит проще, поскольку споры связаны с различными аспектами рассмотрения одного и того же явления. А это позволяет объединить различные точки зрения и предложить определение, охватывающее данное явление в различных плоскостях. Таким образом, дискуссия о понятии субъективного права в этом отношении оказалась плодотворной и дала возможность более полно раскрыть сущность данного явления.

Если, несмотря на различные оттенки высказанных точек зрения, свести их к основному содержанию, то можно установить два направления в определении субъективного права.

1. Сущность субъективного права определяется в аспекте возможности требования управомоченным лицом от обязанных лиц определенных действий или воздержания от действий. При таком подходе субъективное право раскрывается в аспекте обеспеченности его возложением соответствующих обязанностей на точно определенный или относительно определенный круг лиц, в аспекте обеспечения возможности реализации1. Этот аспект имеет существенное значение для раскрытия сущности субъективного права как элемента правоотношения, для выделения субъективного права из близких, родственных явлений —

с позиции поведения управомоченного лица. Кроме того, при такой трактовке правоотношения на первый план вы-

М. А. Г у р в и ч , Право на иск, изд-во АН СССР, 1946, стр. 142— 146; О. С И о ф ф е , Правоотношения по советскому гражданскому

гражданскому праву, изд-во ЛГУ, 1957, стр. 40—44). К этой же точке зрения фактически примкнул Л. С. Явич. Поскольку он рассматривает субъективное право как в правоотношении, так и вне его, то право как элемент правоотношения он называет

226

данное управомоченное лицо с конкретным обязанным лицом. Между тем, как неоднократно отмечалось в литературе, в системе правового регулирования значительное место занимают и так называемые пассивные правоотношения, в которых праву лица противостоит обязанность относительно определенного круга лиц воздерживаться от совершения действий, препятствующих осуществлению права.

2. Субъективное право определяется с точки зрения положения управомоченного лица. При различных словесных формулировках определение субъективного права сводится к тому, что это — обеспеченная законом мера возможного поведения управомоченного лица1. В этом определении раскрывается существенная черта субъективного права как того элемента правоотношения, который определяет возможное поведение участника, способное превратиться по его воле в действительное.

Хотя на первый взгляд приведенные точки зрения могут показаться противоречащими друг другу, на самом деле они раскрывают разные стороны субъективного права как социальной реальности. Неудивительно поэтому, что в советской правовой науке господствует точка зрения, объединяющая два аспекта2.

В связи с определением субъективного права ставится

права, стр. 5—21. С. Ф. Кечекьян, возражая против формули-

и И. С. Самощенко, «Юридическая литература», 1966, стр. 292— 294. Ю. К. Толстой, полемизируя с авторами, придерживающимися, по его выражению, «комбинационных теорий субъективного права», в конечном счете также предлагает определение субъективного права как закрепленной за управомоченным лицом меры возможного поведения в данном правоотношении, обеспеченной возложением обязанностей на других лиц (см. Ю. К. Т о л - с т о й , К теории правоотношений, стр. 45—46).

227

субъективное право закрепляется за управомоченным в целях удовлетворения его интересов. Есть ли необходимость в таком указании?

В последние годы представители различных областей общественной науки уделяют значительное внимание вопросам интереса как философской, экономической, психологической категории. Закономерно, что и в юридической науке вопрос об интересе, его правовом опосредствовании, роли и значении в осуществлении права также привлек широкое внимание.

Исследуя право как социальную реальность, как эффективную форму политики социалистического государства, советские юристы должны исследовать и все аспекты воздействия интересов на формирование права и его осуществление. В юридической литературе отмечалось, что потребность экономического развития через осознанный политический интерес переходит в сферу регулирования1. Новые функции права в социалистическом обществе, особенно в условиях развитого социализма, требуют глубокого проникновения в механизм мотивации поведения граждан и коллективов. Интересы и связанные с ними формы материального и морального стимулирования оказывают значительное влияние на мотивацию поведения. Здесь возникает одна из актуальных проблем — определение адекватной правовой формы, использующей стимулы материальной и моральной заинтересованности для воздействия на поведение. Разработка этой проблемы находится еще на ранней стадии, но некоторые результаты ее уже налицо.

Интерес рассматривается рядом авторов как объективно существующая категория. Основоположники марксиз- ма-ленинизма неоднократно подчеркивали объективную обусловленность интересов, рассматривали интерес в неразрывной связи с экономическими отношениями2. В эксплуататорском обществе антагонистические противоречия находят свое выражение в борьбе классов,

1 См. Д. А. К е p и м о в , Потребность, интерес и право, «Правоведение» 1971 г. № 4, стр. 95—103; «Роль В. И. Ленина в становлении и развитии советского законодательства», «Юридическая

литература», 1971, стр. 20—30.

2 См. К. М а р к с и Ф. Э н г е л ь с , Соч., т. 18, стр. 371; т. 21, стр. 308.

228

в борьбе их интересов1. Право выражает интересы господствующего класса, но в ходе классовой борьбы государство вынуждено считаться с конкретными формами этой борьбы, что находит свое выражение в праве — как в нормотворчестве, так и в правоприменительной деятельности. Борьба антагонистических интересов вызывает к жизни различные формы классового подавления и компромиссов.

Так, в условиях феодализма вызревали правовые формы, выражавшие интересы нарождающейся буржуазии. В феодальной Англии, например, формами земельной собственности, выражавшими отношения феодального строя, были фригольд — «свободное держание» и копигольд — «зависимое держание» крестьян. Эти правовые формы были адекватным закреплением отношений феодальной эксплуатации. Они характеризовались существенным ограничением прав копигольдеров, наличием ряда их повинностей в отношении лэндлорда, от которого они «держали землю». С зарождением и развитием капиталистических отношений право закрепляет такую форму земельных отношений, которая выражает интересы бур-

ляла собой форму буржуазной собственности. «Консервативный характер» английской буржуазной революции, о котором писал К. Маркс2, компромисс в осуществлении интересов буржуазии и крупной земельной аристократии нашли свое выражение, в частности, в том, что феодальные формы землевладения уживались с развитыми капиталистическими отношениями до 1925 года, когда эти формы были отменены.

Современное капиталистическое государство, выражая

с борьбой рабочего класса, выражающего свой классовый интерес. Но буржуазное государство и право, выражая интересы господствующего класса, посредством тончайших юридических ухищрений и действуя вместе с тем,

1 См. В. И. Л е н и н , Поли. собр. соч., т. 16, стр. 218; т. 2,

стр. 510.

2 См: К. M a p к с и Ф. Э н г е л ь с , Соч., т. 7, стр. 222.

229

когда оно считает нужным, самыми грубыми методами, делает все для того, чтобы свести на нет вырванные уступки.

Всоциалистическом обществе партия и государство на основе познания объективных интересов способствуют их

реализации в научно обоснованной политике, в законодательстве и практике его применения1.

Впроцессе правового регулирования, определяя адресатов нормы — участников будущих правоотношений, распределяя их права и обязанности, гарантии осуществления прав и т. п., государство выражает интересы всего общества и в то же время учитывает, согласовывает, оценивает интересы отдельных лиц и коллективов. Мораль- но-политическое единство советского общества, обусловленное объективным единством экономических интересов, является общей закономерностью. Вместе с тем в реальных отношениях возможны и противоречия между интересами отдельных лиц и коллективов. Эти противоречия могут быть результатом недостаточно точного осознания требований объективных закономерностей, объективного интереса либо недостатком в правовом опосредствовании того или иного решения.

Противоречие интересов может быть связано и с тем, что критерий оценки работы организации или предприятия не охватывает полностью всех аспектов их деятельности. Так, показатель выпуска валовой продукции создавал противоречия между интересами предприятий-произ- водителей и интересами потребителей. Это противоречие не устраняется еще полностью при оценке деятельности

предприятия по реализованной продукции, хотя, конечно, во многих случаях такое противоречие смягчается. Оценка работы школы по показателю успеваемости учеников, как свидетельствует практика, противоречила задаче повышения качества обучения.

1 Вызывает возражения попытка трактовки экономических интересов только как объективной категории и полемика с теми авторами, которьтр раскрывают интересы в плане соотношения

изд-во МГУ, 1971, стр. 101—109). При такой трактовке, по суще-

230