Экзамен зачет учебный год 2023 / халфина_r_o_obshee_uchenie_o_pravootnoshenii / халфина_r_o_obshee_uchenie_o_pravootnoshenii

занностей лицо, принимающее решение, соизмеряет отрицательные последствия своих действий и возможные выгоды нарушения обязанности. При осуществлении же прав речь идет об отказе от определенной выгоды или определенного способа защиты интересов. Мотивация в этих двух случаях, таким образом, различна. Здесь на первый план выступает проблема такого конструирования права требования, при котором его реализация не вступала бы в противоречие с другими побуждениями, а осуществление права стимулировалось бы не только наличием предоставленной законом возможности, но и экономическими, моральными и иными соображениями. Это требует глубокого проникновения в содержание регулируемых отношений, исследования всех возможных факторов, влия-

и обязанности, установленные в соответствии с нормой, могут определять с большей или меньшей степенью детализации требуемое поведение, но никогда не могут предусмотреть его во всех деталях. Всегда остается место для решений, принимаемых самими участниками отношений. Это может быть не только вследствие того, что данный вопрос не урегулирован нормой, но и потому, что норма оставляет свободу для принятия или непринятия решения, предлагаемого ею. Как в данном случае происходит воздействие права как формы на содержание отношений?

Такое воздействие хотя и опосредствованно, но весьма велико. Реальное поведение в конкретном отношении представляет собой цепь взаимосвязанных актов и поступков. Между ними должна быть органическая связь. Для того чтобы осуществить требования, закрепленные в норме, те акты и поступки, которые не составляют содержания конкретных прав и обязанностей либо образуют содержание прав и обязанностей, закрепленных в общей форме, должны находиться в органической, логической связи с теми актами и поступками, которые закреплены в виде прав и обязанностей. Таким образом, форма правоотношения оказывает влияние на содержание, не только закрепляя определенные акты, поступки, действия или бездействие в качестве прав и обязанностей, но и обусловливая соответствие, логическую связь всего

111

венное отношение в единстве формы и содержания, можно увидеть воздействие права не только извне, как выражение воли господствующего класса или всего общества,

В этом процессе выявляются соответствие воли, выраженной в норме, реальным конкретным условиям, эффективность примененных правовых средств, место права в мотивации поведения. При таком понимании правоотношения можно прийти к выводам о соответствии установленной нормой модели правоотношения реальному поведению людей. Именно здесь, в процессе борьбы формы и содержания, выявляются недостатки и достоинства правового регулирования данного вида отношений, его эффективность. «Сбрасывание формы» может выразиться в неисполнении обязанностей, отказе от осуществления права, что в свою очередь служит свидетельством либо несоответствия нормы требованиям, предъявляемым содержанием данных отношений, либо несовершенства правовой формы. Во всех подобных случаях исследование правоотношений в их внутреннем единстве дает возмож-

и содержания позволяет ответить на вопрос, нужно ли включать правоотношение в определение права. Ведь содержание общественных отношений, регулируемых правом, разнообразно. Это и идеологические, и материальные отношения. Они осуществляются во всех областях разнообразной деятельности человека. Поэтому правоотношение в целом не может быть отнесено к области права. Отделение же правовой формы от реального содержания, как показано выше, не отражает реальных связей.

В советской юридической литературе вызвал полемику вопрос о том, регулирует ли право правоотношения. Ю. К. Толстой справедливо указывает на то, что норма права регулирует лишь фактические общественные отношения1. С. Ф. Кечекьян убедительно доказывал непра-

1 См. Ю. К. Т о л с т о й , К теории правоотношения, стр 29—31.

112

вильность формулировки «нормы права регулируют правоотношения»1.

Правоотношение как единство формы и содержания не может быть предметом правового регулирования, оно результат правового регулирования. Право регулирует общественные отношения, придавая определенным их видам форму правоотношения. Иногда ссылаются на то, что правовая норма может урегулировать иначе уже существующие правоотношения. Но это нельзя признать серьезным аргументом. В данном случае регулируются не существующие правоотношения, а изменяется правовое регулирование данного общественного отношения. Тот факт, что отношение уже было урегулировано раньше, ни в какой мере не меняет того положения, что предметом регулирования является само общественное отношение, а не конкретная реальность, выступающая в форме правоотношения.

113

Глава третья

УЧАСТНИКИ ПРАВООТНОШЕНИЯ

Предпосылки участия

вправоотношении

Всоветской юридической литературе широко принят термин «субъекты правоотношения». Так же распространено и мнение о том, что понятия «субъекты правоотношения» и «субъекты права» однозначны. С. Ф. Кечекьян

пришел к выводу, что понятия «субъекты права» и «субъекты правоотношения» тождественны, и поэтому, исследуя проблему участников правоотношения, рассматривал общую категорию субъектов права1. Однако в последние годы начал употребляться и термин «участники правоотношения». Правда, в большинстве случаев он применяется как равнозначный субъекту права.

Рассмотрение этого вопроса отнюдь не ограничивается решением терминологической задачи. Речь идет о системе понятий и соотношении отдельных элементов системы.

Точное определение содержания каждого из взаимосвязанных понятий необходимо не только для строгости теоретических построений, но и для правовой практики — как нормотворческой, так и правоприменительной.

В понятии субъекта права, в его традиционном понимании сливаются две основные характеристики: воз-

ция была сформулирована С. Ф. Кечекьяном, который

114

в правоотношении»1. При такой интерпретации понятие «субъект права» охватывает как потенциальные возможности, так и их реализацию. Между тем, исследуя правоотношение как единство формы и содержания, мы находимся только в сфере действительности, в области реализации права. Поэтому в данном случае нас должны интересовать не все потенциальные возможности лиц, участвующих в правоотношении, а те их особые свойства и качества, которые предопределяют возможность участия в правоотношении. Поэтому понятие участника правоотношения уже, чем понятие субъекта права.

Поскольку правоотношение — не единственная форма реализации права, нормы, определяющие положение субъекта права, реализуются в первую очередь, создавая правовой статус. Они устанавливают положение лица — человека или коллектива — в обществе, их потенциальные возможности. Это, однако, не значит, что все потенциальные возможности будут реализованы в конкретных отношениях. Новорожденный как субъект права обладает всеми правами, закрепленными за ним Конституцией

СССР и другими законодательными актами. Это его правовой статус как гражданина Советского Союза. Но лишь очень немногие из его потенциальных прав, как, например, жилищные, право на алименты, наследственные, могут быть реализованы в конкретных правоотношениях, в которых он занимает позицию носителя прав, фактическое осуществление которых лежит на родителях или опекунах. Все граждане обладают процессуальной правоспособностью. Однако лишь очень немногие из них реализуют ее когда-либо в своей жизни. Тем не менее процессуальная правоспособность составляет один из элементов правового статуса лица. Наличие правового статуса, ка-

и ряд дополнительных условий, связанных с характером данного вида общественных отношений.

Участниками правоотношения являются человек или определенным образом организованное общественное образование. В зависимости от характера отношений, в которых участвует человек, раскрываются различные стороны его личности. Он выступает как член общества, как

1 С. Ф. Кечекьян, указ. работа, стр. 84.

115

член семьи, как работник, прилагающий свой труд на производстве, как должностное лицо, выполняющее возложенные на него функции, и т. д. Все эти свойства раскрываются в различных видах общественных отношений. В каждом из них выявляются различные стороны, свойства, характеристики данного человека.

Еще более индивидуализируются характеристики коллективов, выступающих в качестве участников правоотношения. Для участия в правоотношении коллектив должен

участия коллектива в правоотношении. Это могут быть общественные организации, созданные для производственной деятельности, для потребления, творческие союзы, культурные, спортивные и иные общества. Индивидуализированная характеристика коллективов — участников правоотношения весьма существенна для данного отношения.

Таким образом, представляется целесообразным выделение более узкого понятия, чем субъект права,— понятия участника правоотношения, которое даст возможность охарактеризовать определенную сторону реального бытия субъекта права — его участие в конкретных общественных отношениях.

Термин «субъект правоотношения» чаще всего применяется как равнозначный субъекту права. Но если даже

в правоотношении и ничего больше, то и в этом случае вряд ли целесообразно применять сходные наименования для различных понятий. Отграничивая понятие участника правоотношения как более узкое и конкретное, подчиненное по отношению к понятию субъекта права, нужно указать ту основную характеристику, которая предопределяет возможность выступления субъекта права в качестве участника правоотношения. В этой связи следует остановиться на соотношении понятий «правоспособность», «правосубъектность» и «дееспособность».

По вопросу о соотношении этих понятий, об их содержании высказывалось много различных точек зрения. Представляется, что назрела необходимость привести эти понятия в определенную систему. Некоторые авторы отрицают право гражданства за понятием правосубъект-

116

ности, считая, что оно полностью покрывается понятием правоспособности1. Так, С. Н. Братусь пишет: «Признавая отдельного человека или коллективное образование лицом, мы тем самым признаем за ними правоспособность. Правоспособность — это право быть субъектом прав и обязанностей. Правоспособность и правосубъектность — равнозначные понятия»2.

Однако для такого отождествления возникает одно препятствие. В различных отраслях права термин «правоспособность» имеет различное содержание. В гражданском, семейном и некоторых других отраслях права различается правоспособность и дееспособность. С. Н. Братусь

в правоотношении. В других общественных отношениях право устанавливает совпадение правоспособности и дееспособности3. С. Ф. Кечекьян считал выходом из этого противоречия рассмотрение дееспособности как вида специальной правоспособности4. Но с такой трактовкой нельзя согласиться. Понятие специальной правоспособности означает известное ограничение правоспособности определенным кругом допускаемых действий. Между тем в тех областях, где различается правоспособность и дееспособность, основное значение для участия в правоотношении имеет именно дееспособность, т. е. способность своими действиями приобретать права и осуществлять обязанности.

Чтобы избежать оперирования различными понятиями в тех или иных областях общественных отношений, для общего понятия, определяющего возможность участия в правоотношении, представляется целесообразным применение понятия правосубъектности как предпосылки участия в правоотношении.

1См. С. Н. Б р а т у с ь , Субъекты гражданского права, стр. 6.

2С. Н. Б р а т у с ь , Юридические лица в советском гражданском праве, Юриздат, 1947, стр. 29—32. См. также А. В. Вене-

117

Термин «нравосубъектность», однако, в последние годы приобрел в литературе и несколько иное значение. Правосубъектность у некоторых авторов отождествляется с правовым статусом гражданина или организации1. В понятие «Правосубъектность» включается не только возможность лица выступать в качестве участника правоотношения, но и другие конкретные права, предоставляемые законом.

В этой связи нужно снова вернуться к вопросу о так называемых общих, общерегулятивных правоотношениях, которые, по мнению отдельных авторов, возникают из конституционных норм, устанавливающих положение граждан. В предыдущих главах отмечалось, что эти нормы не реализуются непосредственно в правоотношении. Они определяют статус гражданина, создавая возможность участия в определенных правоотношениях, в которых реализуются нормы, основанные на общих конституционных принципах. Но в трактовке этого вопроса нужна дифференциация. Когда говорят об этих общих нормах, млн, как их иногда называют, нормах с общим определенным содержанием, и конструируют «общее» или «общерегулятивное» правоотношение, объединяют различные явления: возможность быть субъектом определенного права, участие в конкретном правоотношении и правоотношение, созданное самой нормой права.

Так, право на материальное обеспечение в старости, закрепленное в Конституции СССР, является элементом правового статуса и не порождает реального правоотношения для лица, не достигшего пенсионного возраста. Но достижение этого возраста при наличии трудового стажа является юридическим фактом, в соответствии с которым возникает конкретное правоотношение — право лица на получение пенсии и обязанность государства в лице органов социального обеспечения предоставить ее. Гражданин может воспользоваться или не воспользоваться принадлежащим ему правом, но само право существует как элемент реального правоотношения. Другое дело, что на этой

правосубъектности, «Проблемы гражданского права и процесса»,

Иркутск, 1970, стр. 200—211.

118

она будет выплачиваться, и другие условия. Но соответствующая правовая связь — право и обязанность возникла независимо от того, осуществляет ли гражданин свое право или нет. При обращении лица, имеющего право Has пенсию, в соответствующие государственные органы указанное право конкретизируется, уточняется, превращается в право (и обязанность органа социального обеспечения) на получение определенной суммы в определенные: сроки. Но само право возникло не в момент обращения за пенсией, а с момента достижения соответствующего возраста при наличии установленных законом условий. Таким образом, речь идет не об «общем», а о вполне конкретном и реальном правоотношении, в котором управомоченное лицо может (как и во многих других правоотношениях) осуществить или не осуществить свое право.

В составе норм, создающих статус гражданина, необходимо различать те нормы, которые создают потенциальные возможности определенных правоотношений:

и реализуются в правоотношениях через посредство других норм, и те, которые реализуются непосредственно'

вправоотношениях. Понятие правосубъектности включает в себя те нормы, образующие правовой статус, которые' дают возможность участия в правоотношении. Поэтому представляется ненужным включение в это понятие и тех прав, которые являются элементом уже существующего правоотношения.

Впонятие «общих», «общерегулятивных» правоотношений нередко включают и абсолютные права, т. е. права

втех правоотношениях, где правомочию одного лица соответствует обязанность неопределенного круга лиц. Примером абсолютных прав может служить право собственности, права автора, изобретателя и т. п. Именно на примере абсолютных прав наглядно выступает необходимость различения правового статуса и конкретного правоотношения. Возможность иметь имущество в личной собственности, быть носителем авторских, изобретательских прав

является элементом правового статуса гражданина. Но

в течение всей их жизни не перейти в действительность. Реальное правоотношение, в котором абстрактная возможность превратится в действительность, возникнет лишь после того, как гражданин приобретет право собственности

119

на определенный предмет либо создаст творческое произведенпе. Основанием возникновения правоотношения, связывающего управомоченное лицо с обязанным или обязанными, будет не общая норма о праве собственности или о праве авторства, а наличие объекта, по поводу которого возникает соответствующее отношение1.

Правосубъектность представляет собой общую предпосылку участия граждан и организаций в правоотношениях. Вместе с тем следует различать и некоторые отдельные характеристики, определяющие положение участников. Одной из таких характеристик является правоспособность — способность быть носителем прав и обязанностей. Как уже упоминалось, данная категория в различных областях общественных отношений обладает известной спецификой. Права могут принадлежать лицам, которые не обладают зрелой волей, способностью принимать решения, самостоятельно осуществлять эти права. В еще меньшей мере такие лица могут выполнять обязанности. Во многих видах общественных отношений указанные лица не обладают правосубъектностыо. Там же, где они обладают правосубъектностыо, их положение как участников правоотношений отличается рядом особенностей. Их права в правоотношениях реализуются через посредство действий других лиц. Государство в лице местных Советов, органов опеки и попечительства, общественных организаций осуществляет контроль за соблюдением интересов тех лиц, которые обладают правоспособностью, но не имеют дееспособности. Таким образом, правоспособность участников, будучи необходимой предпосылкой участия во всех видах правоотношений, не всегда является достаточной2.

1 В юридической литературе высказывались возражения против конструкции абсолютного права как реальной свячи управомоченного лица с неопределенным кругом обязанных лиц. Наиболее подробно это положение аргументировал Д. М. Генкин. (см. Д. М. Генкин, Право собственности в СССР, Госюриздат, 1961, стр. 32—47). Подробнее см. гл. IV настоящей работы. Следует лишь указать, что признание существования абсолютных

лей права. Так, гражданское право предусматривает возможность участия в правоотношениях при определенных условиях лиц в возрасте от 15 до 18 лет. Несовершеннолетние до 15 лет вправе самостоятельно совершать мелкие бытовые сделки, вносить в кре-

120