Экзамен зачет учебный год 2023 / халфина_r_o_obshee_uchenie_o_pravootnoshenii / халфина_r_o_obshee_uchenie_o_pravootnoshenii

ных отношений, применяемый для выделения правового института, служит целям юридического анализа, систематики или другим задачам правовой науки. Понятие правовой формы определенного вида общественных отношений конструируется исходя из их содержания. Поэтому в рассматриваемое понятие включаются нормы и институты различных отраслей права. Понятие правовой формы в данном случае применяется для выяснения ее соотношения с опосредствуемым содержанием. Таким образом, оперируя этим понятием, мы в известной мере выходим за пределы права, когда анализируем правовые нормы и институты в их совокупности под углом зрения их эффективности, соответствия содержанию, привлекая для этого материалы других отраслей науки — экономики,

Оно дает возможность более полно судить о соответствии применяемых правовых средств характеру отношений и целям правового регулирования, об эффективности последнего, о путях его совершенствования. Это понятие, которое только пробивает себе путь, несомненно, найдет широкое применение в дальнейших исследованиях, направленных на совершенствование правового регулирования.

Рассматриваемое понятие отличается от понятия правоотношения как формы конкретного общественного отношения тем, что, применяя первое, мы находимся в сфере абстракции. Правовая форма определенного вида общественных отношений, будучи совокупностью норм и правовых институтов, органической частью системы права, представляет собой абстракцию. Такой же абстракцией является и «вид общественных отношений». Например, анализируя плановый договор как правовую форму отношений обмена в сфере социалистического производства, мы в равной мере пользуемся абстрактными понятиями «договор» и «обмен в сфере социалистического производства». От того, насколько научно обоснованно, правильно отражает сущность отношений данная абстракция, зависит ее познавательная и практическая ценность.

Иное дело — понятие правоотношения. Как и каждое понятие, оно само по себе абстрактно, но в то же время

81

оно обозначает конкретное, реальное отношение, в котором принимают участие определенные лица (отдельные лица или коллективы), наделенные правами и обязанностями. Конкретное поведение этих лиц может соответствовать модели, установленной в правовой норме, а может и отклоняться от нее.

В правоотношении происходит качественный скачок. Нормы, создающие возможность или обязательность того или иного поведения, соотносятся с реальным поведением. Из сферы долженствования мы переходим в сферу сущего, от абстракции — к конкретному, от общего — к единичному.

Как же соотносится правоотношение как форма общественного отношения с его содержанием? В советской философской литературе подчеркивалось, что форма неразрывно связана с содержанием. «Всякая форма является структурой того или иного материального образования, вещи, явления. Что касается идеальных форм, создаваемых людьми в процессе развития общественного познания, то они тоже не являются чистыми формами, а заключают в себе определенное содержание, отражающее соответствующие стороны и связи внешнего мира. В любом материальном образовании, предмете, явлении форма и содержание находятся между собой в органической связи, взаимозависимости»1.

Форма — не оболочка, которую можно отделить от содержания. Она не внешняя поверхность явления. Не только содержание выражает сущность явления, но и его форма. В философской литературе убедительно раскрыта бесплодность попыток признавать самостоятельность отдельного от материи существования формы2. Дальнейшее развитие, углубление понятия формы представляет собой понятие структуры, конкретизирующее в определенном направлении понятие формы. Углубление и конкретизация соотношения формы и содержания помогают отрешиться от взгляда на форму как на нечто внешнее по отношению к содержанию. Рассмотрение формы отдельно от содержания, так же как и содержания независимо от формы, может применяться лишь в качестве приема на-

1А. П. Ш е п т у л и н , Категории диалектики, «Высшая шко-

ла», 1971, стр. 192—193.

2См. т а м ж е , стр. 191—193.

82

учной абстракции. При этом всегда необходимо помнить об условности данного приема и о том, что такое раздельное рассмотрение возможно лишь в абстракции, а не при исследовании конкретного явления. Здесь явление выступает как единство формы и содержания. Форма пронизывает всю ткань данного явления. Определяя его структуру, она выражает внутреннюю взаимосвязь частей и элементов; его связь с другими явлениями.

В советской юридической литературе такое понимание соотношения формы и содержания нашло много сторонников. С. Н. Братусь, например, пишет: «Мы полагаем, что правильный ответ на вопрос о соотношении содержания и формы дают те философы, которые понимают форму как систему относительно устойчивых связей моментов содержания вещи, как структуру всех свойственных ей процессов. Если форма — структура вещи, то содержание и форма — это не различные явления, форма органически связана с содержанием»1. Исходя из такого понимания соотношения формы и содержания, С. Н. Братусь раскрывает содержание и форму права как социального явления.

Проблема соотношения формы и содержания в советской правовой науке имеет различные аспекты. Одним из них является раскрытие формы и содержания самого права как определенной социальной реальности. Указанная проблема в последние годы привлекла большое внимание исследователей в области теории государства и права2. Действительно, как социальная реальность, как важный элемент жизни общества право имеет свою форму и свое содержание. Вместе с тем право в целом, как совокупность формы и содержания, является формой общественных отношений. Одним из величайших достижений марксизма В. И. Ленин считал то, что эта теория «указала ту основу

Б. В. Ш е и н д л и н , Сущность советского права, изд-во ЛГУ, 1959;

83

формами...»1. Раскрывая подлинно научный характер марксистской теории, В. И. Ленин писал: «На место различия важного и неважного было поставлено различие между экономической структурой общества, как содержанием, и политической и идейной формой...»2. Таким образом, право в целом может рассматриваться как форма общественных отношений. В то же время определенные комплексы правовых норм могут рассматриваться как форма соответствующего вида общественных отношений. Здесь содержание, неразрывно связанное с формой, составляет внутреннее единство правоотношения.

В советской юридической литературе отмечались неразрывная связь, неотделимость правового и фактического отношения. Правоотношение рассматривается как та форма, которую приобретают фактические отношения, будучи урегулированы нормами права3. А. В. Мицкевич справедливо указывает на то, что в правоотношении всегда надо видеть единство социального содержания и правовой формы, т. е. единство прав и обязанностей участников отношений и их поведения, направленного на достижение определенных интересов4.

Как уже упоминалось, в обществе, в котором существует государство и право, многие отношения могут выступать только как правоотношения. Если поведение лиц не соответствует требованиям правовой нормы, оно является правонарушением, т. е. тоже представляет собой опреде-

1В. И. Л е н и н , Полн. собр. соч., т. 1, стр. 429.

2Там же.

3См. О. С. И о ф ф е , М. Д. Ш а р г о р о д с к и й , Вопросы теории права, стр. 181—186; С. С. А л е к с е е в , Механизм право-

ратура», 1966, стр. 281; Л. С. Я в и ч , Право и общественные отношения, стр. 121—123. В. А. Т а р х о в убедительно раскрыл неразрывную связь производственного отношения, подвергаемого правовому регулированию, и составляющего его форму правового отношения. Он пишет о том, что участвующие в этих отношениях

84

ленное правоотношение1. В некоторых случаях государство предоставляет возможность участникам определенных отношений придавать им форму правоотношения или не придавать. В этих случаях также нельзя говорить о том, что возможно правоотношение или фактическое отношение. В действительности здесь может быть либо правоотношение, либо качественно иное отношение. Во втором случае нет прав и обязанностей участников, нет санкции государственного принуждения, нет права обращения к органам государства для обеспечения определенного поведения. Внешнее сходство поведения участников отношений в данном случае не должно обманывать. В самом характере отношений имеется качественное различие.

Однако в подавляющем большинстве случаев, как уже указывалось, правоотношение является единственно возможной, объективно обусловленной формой существования широкого круга отношений в современном обществе. - Даже в периоды величайших социальных потрясений, когда одна общественно-экономическая формация сменяется другой, когда ломается старая государственная машина и правовая система, пришедший к власти новый класс стремится в кратчайший срок придать правовую форму новым общественным отношениям. Конечно, сам акт революционной ломки существующей системы производственных отношений и политической организации происходит не в форме правоотношений. Это — революционные акты, акты насилия, но немедленно после победы возникает новая правовая система, закрепляющая победу революционного класса.

Даже такая грандиозная ломка существующей социальной системы, как победа пролетариата в Великой

1 Нельзя согласиться с мнением С. Ф. Кечекьяна о том, что правоотношение останется правоотношением, как бы ни отклонялась воля субъектов от того, что выражено в правоотношении.

Автор, очевидно, имел в виду совокупность прав и обязанностей, закрепленную в норме, но не реальное правоотношение. Зачастую при рассматриваемой ситуации правоотношение не может «сохранить свою силу» из-за того, что возможность определенного поведения исключается объективными условиями.

85

Октябрьской социалистической революции, с первых же дней была закреплена в формах нового социалистического права.

Всемирно-историческое значение имели ленинские декреты о земле, о мире. Впервые в истории была отменена дискриминация граждан по признаку национальной принадлежности, религиозных верований, имущественного положения; закреплено полное равенство мужчины и женщины. Национализация основных орудий и средств производства, реквизиция, конфискация, ликвидация капиталистической собственности — все это осуществлялось

вустановленных законом правовых формах1.

Всложнейшей обстановке становления нового общества, в условиях гражданской войны и хозяйственной разрухи право как эффективное средство воздействия применялось для борьбы с сопротивлением эксплуататорских классов, для охраны интересов трудящихся, для приобщения самых широких масс к управлению своим государством. Таким образом, с первых дней победы пролетариата главные отношения нового общества принимали форму

правоотношений. С переходом к мирному строительству в невиданно короткие сроки была проведена кодификация основных отраслей законодательства. Социалистическое право предстало в виде стройной, разработанной на высоком профессиональном уровне системы.

Этот исторический пример — яркое свидетельство того, что в классовом обществе широкий круг отношений может выступать только в виде правоотношений. Период революционной ломки, когда эти отношения не облечены в правовую форму, с точки зрения истории может быть только мгновением.

Объективная необходимость правовой формы общественных отношений до сих пор не привлекла внимания философов и социологов. Ряд философов формирует понятие материальных общественных отношений, т. е. отношений, возникающих независимо от общественного сознания

1 См. «История Советского государства и права», т. 1, «Наука», 1968; «Роль В. И. Ленина в становлении и развитии советского законодательства», «Юридическая литература», 1969; В. М. Чхиквадзе, Государство, демократия, законность, «Юридическая литература», 1967; В. М. Курицын, Переход к нэпу и революционная законность, «Наука», 1972.

86

и лишь потом отражающихся в последнем1. Такое расчленение общественных отношений представляется недостаточно оправданным. В работах основоположников марксизма-ленинизма неизменно подчеркивается неразрывная связь субъективного и объективного в развитии общества, значение сознательной деятельности людей в проявлении объективных законов развития. Ф. Энгельс указывал, что история развития общества существенно отличается от истории развития природы тем, что в истории общества действуют люди, одаренные сознанием, поступающие обдуманно или под влиянием страсти, стремящиеся к конкретным целям2. Величайшим достижением общественной науки является раскрытие движущих сил, которые определяют сознание, побуждение, цели. Но нельзя недооценивать воздействие сознания на материальные условия жизни общества.

Когда речь идет не об абстракциях объективных законов развития, а об общественных отношениях, попытки выделить отношения, «возникающие независимо от общественного сознания», обречены на неудачу. В самом понятии общественного отношения уже заключен и элемент сознания, без которого общественные отношения невозможны.

В. П. Тугаринов, рассматривая соотношение общественного бытия и сознания, относит к общественному бытию всю непосредственную жизнь и деятельность общества в отличие от опосредствованной общественным сознанием духовной жизни общества. «Из этого понимания следует, что к общественному бытию относятся все названные формы материальных общественных отношений (экономика, классы, нации, семья), а также та сторона политической жизни общества, которая выражается в практической деятельности государств, партий и других органов общества: войны, суды, тюрьма, классовые бит-

стр.119.

87

полно отражает всю сложность общественных отношений, представляющих собой единство субъективного и объективного.

Нетрудно, однако, заметить, что все названные выше формы материальных общественных отношений реально выступают в виде правоотношений. Особенно это относится к армии, судам, тюрьмам. Правовая форма этих отношений, как единственно возможная, не вызывает сомнений. Но рассмотрим формы так называемых материальных общественных отношений. И экономика, и классы, и нации, и семья находят свое закрепление в праве. Эти материальные отношения в классовом обществе не могут выступать вне определенной правовой формы. Они — либо реализация правовой формы в правомерном поведении, либо поведение, которое с позиции действующего права считается правонарушением. Но во всех случаях правовая форма данных отношений неразрывно связана с их содержанием и вне этой формы данные отношения выступать не могут.

Другое дело — моральная и социальная оценка различными классами действующего права. Так, захват безземельными крестьянами помещичьей земли в стране, в которой наряду с безземельными крестьянами существуют огромные помещичьи латифундии, с точки зрения права данной страны будет правонарушением. С точки зрения подавляющего большинства населения — правомерным актом. Различная оценка не снимает, однако, остроты конфликта, связанного с возможностью применения репрессий, использования аппарата государственного принуждения в борьбе с эксплуатируемыми классами.

Вопросы правовой формы общественных отношений имеют существенное значение в определении политики борющегося пролетариата и других прогрессивных слоев населения, выборе тактики, использовании легальных методов борьбы.

В условиях социализма правовая форма общественных отношений обогащает общую волю государства, выраженную в правовых нормах, индивидуальной волей лиц и коллективов, действующих во всех областях жизни общества. Основанная на научном познании законов природы и общества норма направляет поведение членов общества. Тот факт, что многие общественные отношения могут выступать только как правовые отношения в об-

88

щественном бытии, обусловливает единство формы и содержания.

Но если правоотношение представляет собой единство правовой формы и содержания, если в реальной жизни (а правоотношение берется всегда как элемент реальной жизни) нельзя отделить форму от содержания, то возникает вопрос, насколько справедливо разделяемое многими юристами мнение о том, что правоотношение представляет собой идеологическое отношение1. Некоторые авторы рассматривают правоотношение как особый вид надстроечных идеологических отношений, возникающих в ре-

и ее содержания — общественных отношений, также выделяют правоотношение только как правовую форму отношений, отделяя их от содержания. Так, А. В. Мицкевич пишет: «Нельзя представлять себе структуру общественных отношений в виде своеобразного «слоеного пирога», где правовые отношения выделены в особый слой, лежащий где-то между политическими и экономическими отношениями. Понятие правового отношения есть теоретическая абстракция, позволяющая в сложной цепи отношений, складывающихся в жизни, видеть их определенную сторону, качество»3. О. С. Иоффе, справедливо подчеркивая неразрывную связь правовой формы и материального содержания отношений, также выделяет правоотношение как надстроечное явление, обладающее наряду с материальным и своим особым, относительно самостоятельным идеологическим содержанием4.

1 См., например, Ю. К. Т о л с т о й , К теории правоотношения; С. Ф. К е ч е к ь я н , Правоотношение в социалистическом обществе; А. А. П и о н т к о в с к и й , Некоторые вопросы общей теории

ское процессуальное отношение как правоотношение («Вопросы

изд-во ЛГУ, 1967, стр. 25, 37—38).

3«Общая теория советского права», стр. 279.

4См. О. С. И о ф ф е , Спорные вопросы учения о правоотношении.

89

Нельзя возражать против того, что в абстракции правовая форма конкретного отношения может быть предметом исследования и что в правовой форме можно выделить ее «самостоятельное» содержание — права и обязанности участников отношений. Но исчерпывает ли такое исследование наши знания о правоотношении? Рассматривая реальное отношение только с точки зрения его правовой формы, понимая под правоотношением лишь эту форму как абстракцию конкретного отношения, можно сделать важные теоретические и практические выводы о соответствии или несоответствии данной правовой нормы или комплекса норм определенной жизненной ситуации. Исследование правоотношений в указанном аспекте, их соотношения с соответствующими нормами или совокупностью норм, составляющих правовую форму данного вида общественных отношений, дает возможность судить о том, насколько модель поведения, содержащаяся в норме, может быть реализована в конкретных условиях. Здесь происходит как бы «привязка» нормы (или комплекса норм) к той или иной ситуации и выявляется, как общая воля государства, выраженная в норме, может быть реализована в данных жизненных обстоятельствах. Определяются те предписания, которые вытекают из общего правила нормы в их применении к единичным отношениям. Общее предписание нормы конкретизируется, таким образом, в связи с реальными условиями данного отношения в точно установленных правах и обязанностях участников отношения.

Вряд ли нужно подробно обосновывать, насколько полезен такой аспект исследования. Он позволяет проанализировать действующее право с точки зрения его внутренней согласованности, последовательности, возможности реализации в конкретных отношениях.

Однако, рассматривая правоотношение как правовую форму, абстрагированную от ее реального содержания, мы все еще находимся в сфере чистого долженствования. Определяя собственное содержание правоотношения как права и обязанности его участников (а именно к этому сводится позиция многих авторов), мы устанавливаем, каким должно быть поведение субъектов в данных условиях.

Но если трактовать правоотношение как единство материального содержания и правовой формы, то возникает

90