История международных отношений 1918-1999 гг. - Ди Нольфо, Эннио

основанную на правилах, которые Рузвельт постепенно определил для своей страны как цель в войне, и которую Трумэну пре д- стояло реализовать или же установить пределы осуществле ния этих правил. Нисходящая линия развития еще не превратила «Великий союз» в систему, чреватую внутренними конфликта ми мирового масштаба. Тем не менее, она позволяла увидеть пол ное неизвестности будущее.

7.8.Последний этап войны на Тихом океане

7.8.1.ПОСЛЕДНИЙ ЭТАП ВОЙНЫ НА ТИХОМ ОКЕАНЕ

Между тем, в войне с Японией произошел серьезный поворот в пользу англо-американцев. Основное различие между войно й в Тихоокеанском регионе и войной в Европе состояло, с одной стороны, в огромном периметре военных действий с Японией; с другой, в большом рассредоточении театра военных действий. Последнее обстоятельство сначала было на руку японцам, бо лее подготовленным к войне благодаря превосходству на море и в воздухе и традиционному преимуществу в контроле над терр иториями. Однако для окончательной победы было необходимо, ч тобы такое превосходство сохранялось до достижения успеха и ч тобы антиколониальные и антиевропейские настроения оккупиро ванных народов использовались достаточно быстро. Но ни одно из этих условий не было выполнено: после первых успехов в нач але войны и все возрастающих трудностей, с которыми японцы ст олкнулись во время наступлений середины 1942 г., в течение 1943 г.

произошел поворот, вынудивший их перейти к обороне.

В конце 1943 г. американский военно-морской флот вернул утраченное превосходство, получив большое число авианос цев, способных доставить ударную мощь в самые отдаленные пунк ты сражений. Японцы, со своей стороны, почувствовали, что непр о- думанно распыленные военные усилия привели к тому, что он и вынуждены были отражать контрнаступления на разных фрон тах. В 1944 г. англо-американцы развернули наступление по трем направлениям. Командование первым направлением, опиравшем ся на наземные силы, было поручено генералу Дугласу Макартур у, оно начиналось в южной части Тихого океана, т.е. с баз, распо - ложенных в Австралии или вокруг нее, и развивалось в напра влении к Новой Гвинеи и Индонезии.

Второе направление было разработано с учетом американск о- го морского превосходства, командующим был назначен адми рал Нимиц, которому в 1944 г. удалось предпринять смелые десанты

èзахватить одну за другой основные группы островов в цен тральной части Тихого океана — от островов Гилберта до Маршалл овых

èМарианских островов, а также острова Гуам. Третье направ ление удара было намечено в регионе между Бирмой и Южным Китаем. Присутствие Японии в Китае заставляло союзническ ие войска, находившиеся под командованием англичан, сражать ся в труднейших условиях, преодолевать преграды на коммуника циях между бирманским и китайским фронтами. Это привело к жест о- ким боям, продолжавшимся до весны 1945 г. и выявило слабость китайских националистических сил, руководимых Чан Кайши .

Âсередине 1944 г. Макартур и Нимиц объединили свои силы, несмотря на различие в стратегии, для захвата Филиппин. Вы играв большое морское сражение в заливе Лейте, они сразу нач али высадку десанта и в июле 1945 г. закончили освобождение всего архипелага. Тем временем американские морские и воздушны е силы добились новых важных успехов, они одержали 19 февраля 1945 г. победу на Иводзиме и захватили после длительной борьбы, с 1 апреля 1945 г. по 21 июня, остров Окинаву, одну из важнейших тыловых баз японцев в зоне Тихого океана.

Неблагоприятный ход военных операций и провал имперских планов, вдохновлявших Японию предпринять нападение на Со - единенные Штаты, поставили японцев в тяжелое положение, отягощенное тем, что с ноября 1944 г. американцы начали систематические бомбардировки Токио и всей японской территор ии, которые становились все интенсивнее и приобрели катастр офи- ческий характер. Конечно, ситуация в Японии была совершен но иной, чем в Германии. Империей Восходящего Солнца руководил не изощренный диктатор, а группы власти, которые борол ись между собой вплоть до начала войны. Милитаристская импери а- листическая группировка одержала верх в декабре 1941 г. и смо г- ла взять под контроль внутреннюю ситуацию после вынужден ной отставки адмирала Того в июле 1944 г., добившись назначения на пост премьер-министра генерала Куниаки Койсо, другого пре д- ставителя ведущей милитаристской группировки.

Ухудшение положения и поражение на Иводзиме и наступление американцев на Окинаву подстегнули сторонников прео доления кризиса дипломатическими методами, включая императо ра, которые отвергали экстремизм своих оппонентов, призывав ших пожертвовать жизнью в борьбе с врагом, как это делали пило тысамоубийцы (так называемые «камикадзе»), направлявшие свои самолеты на вражеские корабли. Различные политические кр уги беспрерывно предпринимали попытки свергнуть власть мил итаристской группировки, но личность императора Хирохито ни когда не отождествлялась с правительством, более того, ее всегд а рас-

сматривали отдельно, как резерв на крайний случай, когда н аступит тяжелый момент. С одной стороны, с ним связывали выход из кризиса, с другой — он представлял серьезное препятств ие на пути к его преодолению. Японцы знали, что по отношению к ним также будет применена формула «безоговорочной капит уляции», которая подрывала полномочия императора и лишала ег о личность, как правителя империи Восходящего Солнца, свяще н- ного характера. В этом было препятствие, с которым военные, политики и дипломаты должны были считаться, пока не был найден компромисс.

В этой ситуации сторонники политического выхода из кризи - са одержали верх над милитаристской группировкой и добил ись 7 апреля смещения генерала Койсо; вместо него был назначен , в обстановке страха и неуверенности, другой военный, адмирал Кантаро Судзуки, которому поручили для достижения компро - мисса попробовать обратиться за посредничеством к Москв е. Для этой цели он выбрал министра иностранных дел Сигенори Тог о — в прошлом японского посла в Москве.

Одной детали достаточно для описания новой политики япон - ского правительства: когда Судзуки, несколько дней спустя после своего назначения, узнал о смерти Рузвельта, то он не разве рнул антиамериканскую пропагандистскую кампанию, что было ха рактерно для милитаристских кругов, а выразил по радио собол езнования американскому народу (этот факт стал известен толь ко после войны). Еще предстояло добиваться дипломатического решения военной проблемы, а союзнические воздушные бомба р- дировки Японии приняли такой же жестокий характер, как и Германии. Так с 9 марта по 15 июня американские бомбардировщики совершили 7000 вылетов для бомбардировок японских городов, почти не встречая сопротивления и неся незначитель ные потери. Один только налет 10 мая на Токио привел, по меньшей мере, к 124 000 жертв. Теперь, после окончания войны в Европе, весь вооруженный потенциал союзников мог быть направлен против единственного оставшегося противника.

В этой обстановке японская дипломатия напрасно пыталась разыграть советскую карту. Сталин готовился к совершенно другим акциям, которые могли привести к ощутимым результатам . Тем временем президент Трумэн ознакомил японских правит елей со своим представлением о войне и мире. Сразу после капиту ляции Германии он выступил в печати с суровым обращением к Японии и предложил ей безоговорочную капитуляцию. Его сов етники рекомендовали ему уточнить, что капитуляция не означ ает отстранения от власти императорской династии. Трумэн не п рислушался к этому совету и ограничился тем, что капитуляци я будет

означать «конец влияния тех военных руководителей, котор ые привели Японию на край гибели», но она не означает «уничто жение или порабощение японского народа», более того, она позвол ит «вернуться солдатам и морякам к их семьям, к их полям, к их работ е».

Только обращение императора могло бы открыть дорогу к миру; до того как Хирохито заявил о своей позиции, слова Тру мэна казались бесполезной пропагандой. Конечно, число жертв на японской территории возрастало, но войска Империи Восход ящего Солнца занимали еще огромные территории Китая и Юго-Во с- точной Азии. Поэтому обращение президента не произвело ож идаемого эффекта, и в американском руководстве возобновилас ь дискуссия об основных стратегических направлениях будущих военных действий. Намерение продолжать регулярную наступате льную войну, изматывающую противника, означало прогнозировать военные действия на несколько месяцев вперед, при этом затруд нялось определение момента высадки на японскую территорию и воз можное число человеческих жертв. Несомненно, что вступление СССР

в войну, которое уже приближалось, хотя его точная дата был а неизвестна, должно было ускорить сроки проведения операций , но даже оно не могло нанести решительный удар по врагу, облад авшему очень прочными оборонительными позициями.

Японская проблема приобретала все большее значение, треб о- вала нового подхода, учета новых политических и военных м о- ментов. Новые политические моменты заключались в том, что было необходимо пересмотреть форму капитуляции Японии. Х о- рошо зная, что японцы придают фигуре императора религиозн о- мистический характер, союзники должны были найти такую фо р- мулу, которая помогла бы сохранить принцип безоговорочной капитуляции, но фактически позволяла пожертвовать им пут ем включения в будущий договор о капитуляции статей, предусм атривавших сохранение в будущем императорской династии ил и, по крайней мере, не угрожавших ее существованию. Новые вое н- ные данные были связаны с приближением момента появления у Соединенных Штатов атомной бомбы. Наличие этого оружия по - казало бы японцам, что США обладают превосходством, делав - шим любое сопротивление бесполезным.

7.8.2. АМЕРИКАНСКИЙ УЛЬТИМАТУМ

ÈАТОМНАЯ БОМБАРДИРОВКА

Âсоздавшейся ситуации дипломатические усилия стали важ - ной стороной политической деятельности ведущих предста вителей госдепартамента, в первую очередь, госсекретаря Стеттиниуса,

заместителя госсекретаря Грю, а также военного министра Г енри Стимсона, одного из самых влиятельных деятелей в американ ском правительстве. Все искали выражения, которые позволили бы Трумэну вновь обратиться к японцам и при этом не противор е- чить самому себе. Президент, со своей стороны, решил, что он не в праве самостоятельно принимать решение и что следует об судить вопрос с Черчиллем и Сталиным, с которыми он встретил ся через несколько недель. Это решение, казалось, было полити ческим, но по существу на него оказали влияния новые военные данные, так как Трумэн постарался, чтобы Потсдамская конф е- ренция началась в тот же день, что и первые испытания в Алам о- гордо модели той самой атомной бомбы, которая в последующ ем могла быть использована против Японии. Другими словами, Т румэн откладывал принятие решений относительно Японии до т ого момента, когда и в дипломатическом (встреча Большой тройк и),

èв военном плане его позиция станет столь прочной, что он сможет предъявить Японии настоящий ультиматум. Только с п о- зиции силы, полагал он, можно было говорить с Японией и со всем остальным миром.

Трумэн немедленно получил сообщение в общих чертах об успешно прошедшем испытании 16 июля в Аламогордо. 21 июля он получил более подробную информацию. 24 июля после обеда со Сталиным и Молотовым Трумэн сообщил им с важным видом, что американцы обладают новым оружием, абсолютно новым, из ряда вон выходящим типом бомбы. По свидетельству Молотова, он говорил так, как будто бы хотел поразить и вызв ать чувство подавленности у своих слушателей. Сталин реагиро вал очень спокойно. Он не нуждался в разъяснениях, потому что х о- рошо знал, на что намекал Трумэн (т.е. речь шла о том типе ору - жия, над которым и в Советах работали уже с начала 1943 г.). Непосредственный отклик на поднятый вопрос этим и ограничи лся.

Американцы приступили к консультациям с союзниками о составлении обращения, которое предстояло направить япо нцам: 26 июля Соединенные Штаты, Великобритания и Китай подписали декларацию, СССР в то время еще не был в состоянии войны с Империей Восходящего Солнца. Этот ультиматум долго обсуж дали, чтобы найти наиболее точный угрожающий тон, в меру откровенно дать понять японцам о существовании нового оруж ия

èуказать на последствия их возможного отказа.

«Пришло время для Японии решить, — говорилось в декларации, — будет ли она по-прежнему находиться под властью тех упорных милитаристских советников, неразумные расчеты к оторых привели японскую империю на порог уничтожения или она

пойдет по пути, указываемому разумом». Встать на этот путь означало устранить тех, кто вверг Японию в пучину войны; признать, что территория Японии будет оккупирована до восста новления мира и создания нового мирового порядка. Эта террит о- рия, как уже было решено на Каирской конференции, должна быть ограничена крупнейшими Японскими островами и теми м е- нее крупными, которые будут указаны; японским вооруженным силам, после того как они будут разоружены будет разрешен о вернуться на родину и вести мирную жизнь. В отношении япон - цев не было намерения поработить их, но суровое наказание ждало военных преступников. Японское правительство долж но устранить все препятствия к установлению свободных и дем ократических институтов. Декларировалось сохранение промыш ленности, работающей в мирных целях, чтобы дать возможность японцам выплатить военные репарации; для нормальной экон оми- ческой жизни японцам разрешался доступ к сырьевым ресурс ам, необходимым для мирного производства. Наконец, «оккупаци онные войска союзников будут отведены из Японии, как только будут достигнуты эти цели и как только будет учреждено ми рно настроенное и ответственное правительство в соответств ии со свободно выраженной волей японского народа». Альтернати вой принятию этих условий капитуляции был полный разгром япо н- ских вооруженных сил и опустошение самой Японии.

Следует обратить внимание на два аспекта этого документа . Во-первых, несмотря на угрозу огромных разрушений в нем не было даже косвенного намека на атомную бомбу, его отсутст вие стало результатом долгих обсуждений в американской адми нистрации, сопровождавших работу над текстом документа. Во-втор ых, в нем не было упоминания о судьбе императора — ни гарантии его будущего, ни заявления о том, что ему нет места в будуще м.

Обращение было резким и ультимативным, но не лишенным некоторой двусмысленности. Оно дало новый толчок к уже ра з- горевшимся в Токио спорам о продолжении войны. Император Хирохито не скрывал своего глубокого стремления достичь компромисса или переговоров, он до последнего момента надеял ся на советское посредничество. Но он не мог даже принять во в нимание ультиматум, в котором не было гарантий относительно роли императора, основы морально-политической системы це н- ностей в японской жизни. Поэтому Потсдамская декларация, предъявленная Японии в виде ультиматума, была отвергнута без длительного обсуждения. Премьер-министр Судзуки был пода в- лен поспешностью, с которой военные заявили о своем отказ е через контролируемую ими печать. Сам Судзуки хранил полно е

молчание: новое заявление для него было равносильно Каирс кому, и он оставил его без комментариев. Впрочем, только Хирохит о мог продиктовать свои решения по этому вопросу.

Отказ японцев или, точнее, их молчание расценивались в Вашингтоне как официальный отказ. Дорога к решительному уда ру была открыта. После испытаний в Аламогордо две атомные бо м- бы были подготовлены для немедленного использования. Утр ом 6 августа 1945 г. на аэродроме, расположенном на острове Тиниан , одна из этих бомб была загружена в самолет Энола Гей, который должен был доставить ее к указанной цели. В 8.15 утра бомба была сброшена на город Хиросима. Ее разрушительная мощнос ть составила 20 000 тонн тринитротолуола. Хиросима была разрушена, а жертвы радиоактивного поражения умирали еще долгое время. Не существует точной статистики, но по наиболее достов ерным подсчетам число погибших достигает 100 000 вследствие взрыва и радиации и почти столько же умерло в последующие годы вследствие радиоактивного поражения. Наступила новая эпоха в политической и военной истории человечества. Сам президент Трумэн, разъясняя, что в Хиросиме был применен новы й тип бомбы, сказал: «Сила, которая дает энергию солнцу, была использована против тех, кто развязал войну на Востоке». Тру мэн, ощущая груз ответственности, тем не менее, утверждал, что а кт массового уничтожения произошел после того, как японцы бе з переговоров отвергли ультиматум от 26 июля. Таким образом, они не уберегли свою страну от разрушений, уже причиненны х и еще возможных, поскольку не было дано согласие на немедле н- ную капитуляцию.

7.8.3.ВСТУПЛЕНИЕ СССР В ВОЙНУ С ЯПОНИЕЙ

ÈЕЕ КАПИТУЛЯЦИЯ

Атомная бомбардировка должна была произвести, прежде все - го, психологический эффект, так как материальные разрушен ия, учитывая военную обстановку и отсутствие точных знаний о последствиях радиоактивных осадков, не отличались от разру шений при массовых бомбардировках. Важно было дать понять японц ам, что не существовало другого выхода, кроме капитуляции. Хи рохито 8 августа получил сообщение о действительной мощност и взрыва и немедленно отдал приказ окончить войну. Но пока японское военное командование потрудилось собраться дл я принятия решения, два новых события сделали ситуацию, если эт о было возможно, еще более мучительной в политическом и еще более тяжелой в военном отношении. В политическом плане —

âсвязи с тем, что 8 августа русский посол информировал прав и- тельство Токио о вступлении СССР в войну с Японией 9 август а;

âвоенном плане — поскольку Япония молчала, то американцы 9 августа сбросили вторую бомбу на город Нагасаки, которая произвела столь же мощные разрушения, что и первая, хотя и с меньшим числом жертв.

Действительно, кое-кто в высших военных кругах Японии сопротивлялся капитуляции, и только утром того же 9 августа состоялось заседание Высшего императорского военного с овета в одном из безопасных мест Токио. Он собрался для ознакомле ния с решением Советского Союза, но во время работы был потряс ен известием о новой бомбардировке Нагасаки. Развернулись г оря- чие, но горькие дебаты. Судзуки предложил немедленно прин ять Потсдамскую декларацию и потребовать от союзников гаран тий сохранения японского национального единства и императо рской семьи. Военный министр генерал Коретика Анами с фанатизмо м отстаивал тезис о возможности и необходимости сопротивл яться до последнего солдата. В отчетах об этом заседании говори тся о поистине драматических спорах, пока императора не попрос или сделать свои выводы. Тогда Хирохито изложил свою позицию, содержавшую условия подписания мира: «Я глубоко изучил си туацию, сложившуюся на родине и за рубежом и пришел к заключе- нию, что продолжение войны означает продление кровопроли тия и жестокости и уничтожение нации. Я не могу больше переносить страдания моего народа. Положить конец войне — вот ед инственный способ восстановить мир во всем мире и освободит ь страну от обрушившихся на нее жестоких бед... Я с болью дума ю о тех, кто мне так преданно служил, о солдатах и матросах, уб и- тых или раненных в далеких битвах, о семьях, потерявших все свое имущество и земли — а зачастую и свою жизнь — во время бомбардировок. Не стоит и говорить, как для меня невыносим о присутствовать при разоружении храбрых и честных японск их ветеранов. И точно также невыносимо, что те, кто преданно служил мне, должны быть наказаны как подстрекатели войны. Но наступил момент, когда надо перенести то, что невыносимо. К огда я вспоминаю чувства моего великого деда, императора Мэйдз и, в период тройственного вмешательства [в 1895 г.]1, то глотаю слезы и даю согласие принять декларацию союзников».

10августа стало известно решение императора. Оно выражало готовность принять все требования победителей, в нем такж е со-

1 Имеется в виду совместная «рекомендация трех держав: России, Франции и Германии, которая вынудила Японию отказаться от части т ерриториальных приобретений по Симонсекскому договору 1895 г. с Китаем. — Прим. редакции.

держалось пожелание гарантий относительно будущего имп ераторской семьи и ее прерогатив. Первый ответ союзников был уклончивым и в некотором смысле походил на ответ итальянцам в 1943 г. Капитуляция была принята. С момента подписания перемирия власть императора и японского правительства завис ели от Верховного главнокомандующего вооруженными силами союз ников. От императора потребовали огласить рескрипт о капиту ляции и отдать соответствующие приказы о форме правления со - гласно Потсдамской декларации.

В этом не было откровенного признания роли императора. Но в сравнении с декларацией от 26 июля здесь допускалось, ч то только император обладает достаточной властью, чтобы при казать японским войскам остановить войну. К счастью, со стор оны союзников не было возражений, когда 14 августа стал известе н ответ японцев в виде приказа, отданного императором своим войскам в соответствии с Потсдамской декларацией, прекра тить войну и подчиниться распоряжениям Верховного командующ его вооруженными силами союзников. Именно эта форма предпола - гала сохранение власти императора. После нескольких часо в ожидания пришел положительный ответ от американцев. Гене рал Макартур был назначен Верховным главнокомандующим вооруженными силами союзников и облечен полномочиями принять акт капитуляции Японии, который должен быть подписан как можно быстрее.

Военные операции тем временем были прекращены. Действительно, жестокость ударов, нанесенных двумя атомными бомб а- ми, и решение императора и его премьер-министра заложили о с- новы для общего стремления положить конец ужасам войны, продолжению изнурительных, затяжных сражений. Япония был а спасена от кровопролитного вторжения, хотя ей предстояло испытать последствия военной оккупации. Тем временем был по д- готовлен акт о капитуляции, подписанный 2 сентября на борт у линкора «Миссури» в Токийском заливе, после того как флот союзников создал там свой небольшой плацдарм. Наиболее важн ая

âполитическом отношении статья документа касалась форм ы правления. В ней говорилось, что Верховный главнокомандующий союзных держав «будет осуществлять свои полномочия ч ерез правительственные структуры и японские власти, включая и мператора, в той мере, в какой это будет отвечать целям Соединенн ых Штатов». Японское правительство будет продолжать выполн ять свои обычные управленческие функции в вопросах внутренн ей администрации, потому что союзническая политика заключа лась

âтом, чтобы «использовать существующую форму правления, а не поддерживать ее». Два года военной оккупации в других с транах,

начиная с сентября 1943 г. в Италии, научили, наконец, кое-чему твердолобых военных бюрократов англосаксонских государ ств.

Подписание акта о капитуляции не положило сразу конец войне. В государства зоны Тихого океана сообщение об офиц и- альной капитуляции Японии пришло только 12 сентября. Лишь в середине сентября были достигнуты соглашения о разделе т ерритории Кореи на две зоны оккупации: советскую — к северу от 3 8-й параллели и американскую — к югу от нее.

7.9. Атомная проблема

Применение двух атомных бомб решило вопрос о капитуляции Японии. Если это событие рассматривать, руководствуяс ь логикой Второй мировой войны, то оно будет казаться успех ом в соперничестве с участием всех воюющих сторон, поскольку о но показало такое технологическое превосходство США и их со юзников, которое изменило равновесие в традиционных вооружениях:

достаточно вспомнить об открытиях в расшифровке военных секретов, об использовании радаров, о новых способах использ ования сначала истребительной, а затем и бомбардировочной авиации, об испытаниях и запуске телеуправляемых ракет. Этот успех яв ился результатом поисков решающего оружия, способного быстро и определенно положить конец войне — этой бойне, длилившейс я почти шесть лет и унесшей миллионы жизней. Тем не менее, с течением времени и с дальнейшим развитием ядерных вооруж е- ний этот успех приобрел совершенно иное значение. Хиросим а и Нагасаки были изъяты из исторического контекста, породив шего их и спроецированного в историческую перспективу, как сим вол трансформации международной жизни, всеобщего возврата к варварству или, в лучшем случае, как знак начала новой эпох и в истории международных отношений.

В январе 1939 г. в Нью-Йорк прибыл датский ученый Нильс Бор, один из выдающихся физиков всех времен. Он встретился с американскими учеными и своими коллегами-эмигрантами, та - кими как Энрико Ферми, которые покинули Европу из-за расовых преследований нацистов. Он сообщил им о результатах и с- следований немецких ученых, которых они добились в конце 1938 г. в области расщепления атома. Эти сведения послужили мощным толчком для американских исследователей, работав ших в Принстоне, Нью-Йорке и Чикаго. Военные последствия откры - тий в области атомных исследований были еще не очень ясны , но ученые придавали им революционное значение. Между тем, рост международной напряженности порождал страх, что Гит лер