История международных отношений 1918-1999 гг. - Ди Нольфо, Эннио

Глава 8. Единая политика реконструкции или несколько поли тик? 655

âфеврале–марте 1946 г. Можно с уверенностью сказать, что характер гарантий, предложенных госсекретарем, изменил нап равленность и политическое значение в контексте эволюции ме ждународной обстановки. Летом 1946 г. Молотов смог прочесть там то, что и предполагал найти. В самом деле, гарантии преврати лись из средства преодоления сопротивления французов в инструмент изменения политики Соединенных Штатов по отношению к Гер - мании.

Позднее Бирнс писал о своей уверенности, что Советы не желали гарантий, потому что не хотели американского присутс твия

âЕвропе. Хотя Сталин благожелательно относился к сохране нию единства Германии, но условием осуществления его замысла должен был стать жесткий политический контроль со стороны Со ветов над всей территорией Германии. Предложение Бирнса выдвин уло на первый план проблему возрождения Германии при непосре д- ственной поддержке Соединенных Штатов, и как следствие эт о- го, реконструкции Европы, где американское присутствие, д аже в военном отношении, стало бы еще более значительным, чем Со - веты могли себе представить.

Однако в июле 1946 г. наметившийся процесс не стал еще необратимым, и иное отношение Советов могло бы придать си лы тем, кто в Соединенных Штатах в тот момент противился изме - нению политического курса. Этого не случилось, поскольку занятая тогда Молотовым позиция автоматически вела к обмену в заимными обвинениями. Генерал Льюшиус Клей, американский представитель в Союзном контрольном совете, и его советни к дипломат Роберт Мэрфи, решительно отбросив предыдущие пр о- екты договора, подготовили для Бирнса новое предложение, содержание которого он довел до публики на следующий день п осле выступления Молотова. Но прежде госсекретарь заручился п оддержкой двух американских сенаторов — сенатора-демократ а Коннелли и республиканца Ванденберга, которые в эти дни б ыли

âПариже.

Âсущности, новый проект Бирнса ясен: в ожидании соглашения четырех становилось невозможно продолжать прежнюю п о- литику. Экономическая ситуация Германии была таковой, что требовала срочного вмешательства, поэтому Соединенные Ш таты предложили другим оккупационным державам, которые решил и присоединиться к их инициативе, согласиться на совместно е управление соответствующими зонами оккупации. На практике это означало отказ, даже теоретический, от принципа сохранени я экономического единства всей Германии, оставшегося лишь на бумаге, и замену его принципом объединения тех оккупацион ных

зон, которыми могла управлять совместная администрация. П о- ложительного ответа Советов ждать не приходилось; францу зы также не созрели для принятия решения подобной значимост и. Бевин, напротив, не колеблясь, заявил, что британское прави - тельство готово принять американскую идею создания «Биз о- нии». Но с того момента любые советские планы относительн о будущего Германии (так же как все французские планы) должн ы были быть пересмотрены, Соединенные Штаты стали активно продвигать свою идею объединения трех западных зон Герма нии, оттеснив на второй план необходимость согласование подо бной реорганизации с Советским Союзом.

В то время как американцы и англичане обсуждали с полити- ческими представителями соответствующих зон оккупации планы их слияния, немецкий христианский демократ Конрад Аденау эр выразил им свою полную поддержку. Предварительно он убеди л- ся в том, что британские военные власти намеревались созд ать Землю, т.е. новое административное объединение, которое вк лю- чало бы всю северную часть Рейнской области и Вестфалию, а это фактически лишало французов надежды на контроль над Р у- ром. В то же время ведущий представитель социал-демократо в Курт Шумахер склонялся к менее радикальным методам решен ия проблемы.

Выступив 6 сентября 1946 г. в Штутгарте, Бирнс заявил о новых американских обязательствах в отношении Германии (и всей Европы). Соединенные Штаты, сказал госсекретарь, сохраняю т верность решениям, принятым в Потсдаме об экономическом единстве Германии, но в настоящий момент эти решения невы - полнимы, и в связи с этим невозможно возрождение германск ого производства, столь необходимого для достижения приемле мого уровня жизни. Поскольку полное экономическое объединени е Германии в данной ситуации оказалось невозможным, необхо димо приспособиться и добиваться максимально возможного, т о есть начать с объединения тех зон — британской и американ с- кой, — которые готовы к слиянию. К действиям в этом направлении подталкивали также финансовые и валютные потребно сти: общая финансовая политика характеризовалась галопирующ ей инфляцией, а потому особенно острым оказался вопрос о про ведении радикальной денежной реформы. Затем Бирнс добавил з а- мечание, которое имело важные последствия: «В то время, как Германия должна быть готова поделиться своими ресурсами угля и стали с нуждающимися в них странами освобожденной Европы, необходимо создать условия, позволяющие ей самой испо льзовать собственную энергию и ресурсы, необходимые для рос та ее промышленного производства».

Глава 8. Единая политика реконструкции или несколько поли тик? 657

Этого настоятельно требовали задачи европейской реконс трукции: Германия являлась частью Европы, и реконструкция все й Европы без Германии осуществлялась бы более медленно. Бир нс затронул также политические аспекты германской проблем ы. Он поставил под вопрос границу с Польшей и отметил понимание Соединенными Штатами того, что Рур должен остаться частью Германии; он рассуждал с некоторой напыщенностью о различ ии между немецким народом и нацизмом и добавил, что спустя го д после войны наступил момент для четкого выбора: следует п редоставить немцам возможность самоуправления.

Казалось, это противоречит присутствию американских вой ск на германской территории, которое американцы старались с делать наименее обременительным, но в отсутствие мирного догово ра с Германией вопрос нельзя было решить иначе. Соединенные Шт а- ты предлагали, чтобы его подписание произошло в четко опр еделенные сроки, но, как пояснил госсекретарь, это оказалось н евозможно, поэтому появилась необходимость предпринять одно сторонние инициативы: «Соединенные Штаты не могут облегчить страдания, нанесенные Германии войной, которую развязали ее лидеры. Но Соединенные Штаты не намерены никоим образом ни увеличивать эти страдания, ни препятствовать немцам ис кать свой выход из этого тяжкого состояния при условии, что они будут соблюдать принципы свободы и следовать по пути мира. Амер и- канское правительство намерено вернуть немецкому народ у правительство Германии. Американский народ намерен помочь н е- мецкому народу вернуть ему достойное место в международн ом содружестве свободных и мирных государств».

Речь шла о жестком ответе, целью которого было намерение объявить о подлинном изменении союзнической ориентации или, по крайней мере, о важном политическом повороте. При этом оставалась некая возможность для сомнений, является ли речь Бирнса ясным проявлением окончательно сделанного в ыбора. И действительно, 12 сентября министр торговли администрац ии Трумэна и экс вице-президент Рузвельта, Генри Уоллес, выст у- пил с речью, которая получила широкий политический резона нс; он критиковал Бирнса и жесткий антисоветский курс. Некото рое время спустя стало известно, что текст речи был просмотре н и одобрен Трумэном — это заставило сомневаться в последова тельности президентской политики. Бирнс поставил своего рода вопрос о доверии, и, хотя мнение Уоллеса получило определенну ю поддержку в американском политическом мире (например, вд овы Рузвельта Элеоноры), Трумэн заявил, что он поспешил одобри ть текст, который сам едва успел просмотреть, но установки ко торо-

го не приемлет; в то же время он разделяет концепции, которы е Бирнс излагал в Штутгарте. Уоллес подал в отставку и ушел и з правительства, недолгие разногласия быстро себя исчерпа ли. Остался только отзвук различных толкований, то есть тень со мнения, будто Трумэн хотел оставить за собой запасной выход н а случай — довольно маловероятный — что реакция на речь в Штутгарте будет полностью негативной.

Выступление Бирнса было лишь первым публичным заявлением об изменении курса, которое вызревало в течение неск ольких месяцев. За это время изучалось его значение и последс твия, поворот курса рассматривался как альтернатива соглашен ию че- тырех и проекту гарантий, разработанных госсекретарем — в результате он выражал конец определенной фазы американско й внешней политики и начало перемен.

Внешним проявлением этого поворота стало подписание 12 де - кабря 1946 г. договора, который привел к полному объединению британской и американской зон в Германии, созданию англоамериканской Бизонии и к расширению возможностей герман - ской политической жизни. Имелись и внутренние аспекты под готовки соответствующих кругов в США и Европе к инициативам , которые правительство Соединенных Штатов решительно пр едприняло после назначения в начале января 1947 г. на пост госсекретаря генерала Джорджа К. Маршалла. Маршалл был ветераном неудавшейся миссии в Китай, направленной на сдерживан ие или элиминирование коммунистических сил. Итак, он принял на себя обязанности госсекретаря, заранее подготовившись к этой роли и хорошо понимая кризисную ситуацию, сложившуюся как

âЕвропе, так и в Азии.

8.3.Поворот американской политики в Европе

8.3.1. ПРЕДПОСЫЛКИ ПОВОРОТА

Еще до назначения Маршалла на пост государственного секретаря американская дипломатия выступила с серией иници атив, направленных на оказание помощи в проведении реконструк ции и на укрепление позиций антикоммунистических партий в ст ранах Западной Европы, на которые не распространялся непосредс твенный контроль Красной армии. Речь идет об акциях, предприни - мавшихся настолько тонко, что их невозможно реконструиро вать аналитическим путем. Особенно важны были политические действия, направленные на уменьшение влияния коммунистичес ких или лево-социалистических партий в Западной Европе, а так же на

Глава 8. Единая политика реконструкции или несколько поли тик? 659

сотрудничество со всеми другими политическими формиров аниями, участвовавшими в европейских правительствах. Главная составляющая послевоенного наследия заключалась в участи и представителей коммунистических партий в правительствах кр упнейших европейских стран: Франции, Италии, Бельгии, Норвегии.

Поворот США во внешней политике был нацелен на сплочение всех консервативных сил: буржуазных, реформистско-демокр ати- ческих, а также тех, кто выступал за реконструкцию здоровых экономических систем, связанных с рыночной экономикой. Ре а- лизовать задуманный американцами поворот оказалось дов ольно трудным, даже неосуществимым делом, пока коммунисты уча- ствовали в правительствах тех стран, о развитии которых з аботились американцы. Для успешной реализации дальнейших поли - тических инициатив непременным условием стало изменени е правительственных коалиций. Трудно говорить о проекте, ра зработанном в тиши кабинетов; американцам, напротив, скорее с ледовало задуматься о его реализации в политической практи ке, поскольку они не могли не учитывать реальности, и делали в се возможное, дабы заставить антикоммунистические силы Зап адной Европы преодолеть колебания и принять американскую и нициативу политических перемен в ущерб антифашистскому со юзу

ñместными коммунистическими партиями.

Ñосени 1946 г., когда были заложены основы этого процесса, по май 1947 г., когда он завершился, в Западной Европе и факти- чески в германской Бизонии была подготовлена почва для эф фективного взаимодействия с новым курсом американской поли тики. Одновременно, с конца 1946 г. до середины 1947 г., изменения происходили и в Европе, находившейся под советским влияни ем: во всех странах, за исключением Чехословакии, совершился быстрый переход от плюрализма, часто показного, существовавшего в первые послевоенные месяцы, к открытому господству комму нистов. Только в Венгрии ситуация оставалась неизменной бол ее длительное время — вплоть до выборов 24 июля 1947 г., на которых победу одержал Национальный фронт. Однако коммунистичес кая партия была не в состоянии осуществить полный контроль (к ак это было в «блоках» и «фронтах» других стран) до июля 1948 г., когда последний представитель плюралистического режима , президент республики З. Тильди, был вынужден уйти в отставку.

Сменивший Бирнса на посту государственного секретаря США Маршалл оказался деятелем, менее зависимым от полити- ческого окружения (Маршалл был начальником Генерального штаба американской армии во время войны и пользовался пол и- тическим авторитетом и высоким престижем, которые никто н е

мог оспорить). Потому он энергично расчищал путь для более оперативного принятия решений.

Завершение переговоров о мирных договорах с малыми державами и явная невозможность быстрого заключения догово ра с Германией со всей очевидностью продемонстрировали, что с итуация чревата риском. Советы не намеревались считать оконча тельной линию, проведенную в результате войны, то есть границы соответствующих зон военной оккупации — то, что Черчилль ярко определил как «железный занавес». Они стремились рас ширить по периметру свою систему безопасности и свое влияни е во всей Германии, а также в любом другом регионе мира, где они могли это сделать без особого риска. Именно так в Вашингто не расценивался отказ от договора четырех держав о гарантия х, советская политика в Корее и действия коммунистов в Китае. И на- че говоря, германский кризис послужил своего рода детонат ором для целой серии опасных ситуаций, поскольку он касался ст раны, которая геополитически доминировала в Европе. Не было необходимости в немедленной и непосредственной реакции американцев в Германии. Американская политика была политико й мирового масштаба, и американцы могли заявить о себе в люб ом месте, где они посчитали бы это своевременным и необходим ым.

Âоснове смены США политического курса, превратившей дипломатический конфликт с Советским Союзом в открытое п о- литическое, идеологическое и экономическое столкновени е, почти

âвойну, но в войну без применения оружия, было важное полит и- ко-стратегическое решение, непосредственно опиравшееся на концепции, сформировавшиеся в конечной фазе Второй мировой в ойны и в первые месяцы после войны. Надежда на мировую, в цело м взаимосвязанную, систему сменилась реальностью разделе ния мира на два лагеря. Лагерь, в котором доминировал сталинский Советский Союз, стремился к политической власти, для кото рой было характерно неистощимое тяготение к консолидации, бе зопасности и несомненно к экспансии. Продолжать выжидательно р е- агировать на складывавшуюся ситуацию для американского политического истэблишмента с весны 1946 г. было невозможно. Но комплекс причин, описанных на предыдущих страницах, объяс - няет, почему вслед за ясным анализом не последовал немедл енно твердый ответ.

Âконце 1946 г. этот период выжидания и осмысления завершился, начинался новый этап. Многие расценивали этот новы й этап, то есть начало политики сдерживания, как выражение а грессивной политики. В действительности как не были непременно агрессивными, а только экспансионистскими, советские нам ере-

Глава 8. Единая политика реконструкции или несколько поли тик? 661

ния, точно так же не был агрессивным план тех, кто стремился взять на себя ответственность воспрепятствовать разруш ению «свободного мира», остановить расширение сферы, находивш ейся под контролем Советов. Это привело к тому, что универсалистские концепции были заменены частной концепцией — она касалась лишь одного лагеря; лагеря, который упрощенно был о п- ределен как западный, хотя это определение не имеет никак ого географического смысла. Необходимо было консолидироват ь западный лагерь во всем многообразии его политических и эко номических форм (но именно это многообразие было жизненно важной характеристикой плюрализма), чтобы избежать его крушения, которое надвигалось из Германии, Северной Греции, а также из Италии, где неустойчивая ситуация могла содейств овать распространению кризиса на всю систему рыночной экономи ки. Чарльз Болен, один из американских дипломатов-экспертов

по советской проблематике и один из главных противников р азрыва с правительством Москвы, нашел важную и блестящую формулировку, в которой проанализировал новую ситуацию:

«Соединенные Штаты должны овладеть мировой ситуацией, ко - торая совершенно отличается от тех гипотез, на основе кот орых был сформулирован американский выбор. После войны между великими державами вместо единства, как политического, та к и экономического, возникло полнейшее расхождение между Со ветским Союзом с его сателлитами, с одной стороны, и остальным миром, с другой. Короче, образовались два мира вместо одног о единого. Соединенные Штаты, столкнувшись с этим неприятны м фактом, могут глубоко сожалеть о нем, но ради их собственны х интересов и ради их безопасности, а также ради безопаснос ти несоветского мира, должны пересмотреть свои политические ц ели...

Логика ситуации заставляет несоветский мир, используя вс е средства, которыми он располагает, тесно объединиться политич ески, экономически, в финансовом и военном отношении с тем, чтоб ы суметь эффективно противостоять советскому натиску. Тол ько таким образом свободный и несоветский мир может надеятьс я выжить в условиях централизованных и безжалостных дейст вий советского мира».

Итак, следовало срочно действовать, потому что опасность воспринималась как неизбежная, и действовать следовало с рас- четом на длительный период, как и предполагал Кеннан. Нача - лась работа по консолидации «западного мира», на что треб овались многие годы, и которая могла завершиться только, когд а внутри системы реального социализма возникли противоре чия, угрожавшие ему с момента возникновения.

С 1945 г. правительства Парижа и Лондона обсуждали возможность подписать договор о двусторонних гарантиях, кот орый в начале переговоров имел антигерманскую направленност ь и обязательство о взаимном сотрудничестве, что предотврат ило бы возврат к постоянным довоенным трениям. С течением времен и характер обсуждаемого вопроса изменился. Германская про блема не могла не быть включена в общем виде в отношения с Советским Союзом. Следует отметить, что когда 4 марта 1947 г. Франция и Великобритания подписали Дюнкеркский договор, т.е. договор о взаимных гарантиях против возрождения германс кой угрозы, сущность взятых ими на себя обязательств обрела к ак новую форму, так и содержание. Со стороны французов этот был способ включиться в предстоящие перемены в американской политике. Соглашение, заключенное в декабре 1946 г. о создании Бизонии, подчеркивало особое изолированное положение фр анцузов в западном мире в связи с проблемой Германии. Для анг - личан и для Бевина, в частности, Дюнкеркский договор имел существенное значение, он расценивался как «краеугольны й камень» долгожданного «западноевропейского объединения» в условиях, когда не было согласия о четырехсторонних гаранти ях, предложенных Бирнсом. В таком случае двусторонний догово р представлял собой этап более обширного процесса и вместе с тем свидетельствовал о том, что если две крупнейшие страны За падной Европы ориентируются на сотрудничество, то их безопаснос ть значительным образом укрепится.

В этой ситуации президент Г. Трумэн 12 марта 1947 г. изложил свою доктрину в конгрессе на объединенном заседании пала т. Это было первое тожественно сформулированное заявление о смене курса, это был сигнал для тех, кто ожидал окончания ко лебаний американцев. Поворот американской политики относи лся только к двум кризисным регионам — Греции и Турции; кроме того, доктрина была связана с особой финансовой ситуацией , сложившейся в эти месяцы в Великобритании. Этот ограничен - ный круг вопросов не менял, тем не менее, глобального значе ния сделанного заявления.

8.3.2.АМЕРИКАНСКИЙ КРЕДИТ

ÈБРИТАНСКИЙ ФИНАНСОВЫЙ КРИЗИС

Ситуация с Греции внезапно осложнилась в связи с неожидан - ным заявлением о том, что британское правительство пережи вает финансовые трудности, которые вынуждают его не только при остановить конвертируемость фунта стерлингов, но также вре менно

Глава 8. Единая политика реконструкции или несколько поли тик? 663

прекратить помощь Греции и вывести британские войска (до 21 февраля 1947 г.). Начавшийся таким образом критический этап заслуживает внимательного рассмотрения как парадигма ц елого ряда аналогичных ситуаций в будущем, имевших место в разн ых частях мира. При этом выявились изменения внутри англо-ам ериканской коалиции, а также новая роль, отныне отведенная Со единенным Штатам в Восточном Средиземноморье, а затем и в мир е. Британский финансовый кризис, возможно, несколько излишне драматизированный англичанами, чтобы «надавить» н а американцев и ускорить их вмешательство, стал знаковым мо - ментом в изменении отношений между европейскими странам и и Соединенными Штатами. С окончанием войны и после приостановления действия закона о ленд-лизе европейские страны п ервыми должны были стремиться восстановить собственную эк ономику, основываясь по преимуществу на собственных ресурса х или на нерегулярной помощи, предоставляемой международн ыми организациями, типа ЮНРРА (Организация по оказанию помощи Объединенных Наций), финансируемыми почти исключи- тельно Соединенными Штатами. Это касалось Италии, западны х зон Германии, Польши и других малых стран, но, прежде всего, относилось к Франции и Великобритании, которые стремилис ь восстановить (Франция) или сохранить (Великобритания) ус той-

чивый контроль над системами своих преференций.

В этом плане самым поучительным оказался британский казус. Лейбористы после прихода к власти начали осуществлят ь политику «социального государства», то есть системы социал ьного обеспечения «от колыбели до могилы», которая призвана был а помочь наиболее бедным слоям британского общества проти - востоять суровым временам. Необходимость направить ресурсы на реформистскую программу поставила в трудное положени е британскую систему производства в период перехода от вое нной экономики к экономике мира. Английская промышленность ис - пытывала острую потребность в оборудовании, сырье, электр о- двигателях и в других средствах производства, требующих и нвестиций. Закупить все это оборудование можно было тогда тол ько на единственном рынке, способном его поставить, то есть в С о- единенных Штатах. Закупка этих товаров требовала долларо в, которых у англичан не было, но, предвидя эту ситуацию, англича не стремились раздобыть их, и еще до окончания войны начали подготовку двустороннего договора по поводу получения о громного американского займа.

Серьезные переговоры начались в сентябре 1945 г., затем были продолжены с английской стороны лордом Кейнсом и за-

вершились в декабре того же года соглашением о предоставл ении займа на 3 млрд 750 млн долларов, которое было ратифицировано сенатом Соединенных Штатов 10 мая 1946 г. (спустя 20 дней после смерти Кейнса). Но уже в самом соглашении содержалис ь предпосылки кризиса 1947 г., а в более общей форме, можно сказать, что оно отразило переход американской экономическо й политики от иллюзий глобализма к реальности двусторонних « особых отношений» или к отношениям с различными регионами мира, склонными принять условия американской помощи. Пере д Соединенными Штатами, вследствие неясностей соглашений в Бреттон Вудсе (возможно ли было придать им действительно всемирный характер) стояла проблема наполнить конкретным со - держанием обязательства, неоднократно звучавшие во врем я войны, о необходимости содействовать свободе торговли.

Деятельность англичан, несмотря на обязательства, связан ные с широко известной ст. 7 двустороннего соглашения о примен е- нии закона о ленд-лизе, приобрела противоречивый характер . Стерлинговая зона, которая связывала страны Британского Содружества, теряла свою прежнюю надежность и становилась у з- ким местом британской политики, что было весьма заметно в сравнении с торговой системой, складывавшейся под эгидой Соединенных Штатов. Торговые соглашения, подписанные СССР с большей частью Балканских стран, и утрата иллюзии относит ельно возможности получения Советским Союзом американског о займа показали, что торговая экспансия в этом направлении не имеет перспективы. Поэтому соглашение с Великобританией приобретало для американцев ценность парадигмы. Один из в е- дущих участников финансовых переговоров того времени Уи льям Клейтон утверждал, что без британской системы имперских п референций многосторонние связи господствовали бы на 83% мировой территории, охватывали бы 87% населения и включали бы 95% мировой торговли (Китай, разумеется, рассматривался тог да как часть системы), поэтому англо-американское соглашени е должно было определить «будущее направление мировой тор говой политики». Большая часть американцев считала, что сле довало бы содействовать англичанам в разрешении их финансовы х трудностей при условии, что сами англичане согласятся кон вертировать фунты стерлингов всего Британского Содружеств а в доллары, и это ликвидирует главное препятствие к возрожде нию мировой торговли.

Таково было условие предоставления займа. Лондонское пра - вительство приняло условие сделать фунт стерлингов конв ертируемым в течение года. Но то, что казалось чисто организационн ой