292 Смысл тревоги

вергали их, это не ставило под угрозу никаких жизненно важных ценностей;

они в любом случае не ждали от родителей ничего лучшего. Высказывание

Луизы: “Ребенок не страдает, он принимает вещи такими, какие они есть” —

может означать, что если ребенок способен, как она, назвать отношения с маа

терью своими именами, он не страдает в главном — не ощущает угрозу жизз

ненным ценностям. Но у молодых женщин с субъективным конфликтом отверр

жение прикрывалось идеализированными ожиданиями (которые в основном

подпитывались неискренностью родителей перед ними в детстве), и, следоваа

тельно, они не могли приспособиться к нему в реальности5.

На основании этих наблюдений можно разделить родительское отношение на

три типа. Первый: родитель открыто отвергает ребенка, и это отвержение прии

знается обеими сторонами. Второй: родитель отвергает ребенка, но маскирует

отвержение фальшивой любовью. Третий: родитель любит ребенка и ведет

себя с ним соответственно. Данные исследования подтверждают, что именно

второй тип отношений предрасполагает к невротической тревоге6.

Обсуждаемая нами проблема столь важна, что я хотел бы привести некоторые

аналогичные находки, сделанные в исследовании Анны Харток Шахтель. Опии

сывая одну девочку, мать которой отвергала ее, но притворялась любящей и

ревновала к любимой бабушке девочки, миссис Шахтель утверждает: “Этот рее

бенок окружен фальшью: ей приходится избегать встречи с реальной ситуации

ей отсутствия любви; она живет мечтами и вынуждена основывать свои увлее

чения, страхи, ожидания и желания на этом шатком фундаменте”. Этот

ребенок очень напоминает описанных нами женщин из первой группы. Мисс

сис Шахтель рассказывает еще об одной девочке, росшей без отца, которую

дома часто били и говорили, что она причиняет одни неудобства. “Отсутствие

любви для нее было фактом, но это никоим образом не уменьшает ее собб

ственную способность любить”. Она была независимой, довольно упорной, агг

рессивной, настроенной на сотрудничество и надежной девочкой, которая “не

преуменьшала и не приукрашивала бесчеловечное и враждебное обращение с

ней”. Эта девочка кажется мне очень похожей на Бесси. Как и Бесси, она обрее

ла любовь друзей, братьев и сестер, несмотря на родительское неприятие.

Миссис Шахтель подчеркивает, что “для ребенка быть нелюбимым лучше, чем

пользоваться псевдолюбовью”. Находки, сделанные в нашем исследовании, доо

казывают правильность этого утверждения с точки зрения предрасположенноо

сти к тревоге7.

Можно ли охарактеризовать тревогу вообще как явление, которое мы обнаруу

жили в отношениях молодых женщин с родителями, — как субъективную дее

зориентацию, проистекающую из глобального противоречия между ожидании

ями и реальностью? Является ли она фундаментальной дезориентацией,

веачулс хиксечинилк яинаводелсси волаиретам розбО293

неспособностью ориентироваться в мире, невозможностью видеть его таа

ким, каков он есть на самом деле?

Эти вопросы выводят нас далеко за пределы настоящей дискуссии. Но я могу

дать на них правдоподобный ответ, имеющий как психологический, так и фии

лософский аспекты. Дональд МакКиннон предложил описание тревоги, котоо

рое созвучно вышеприведенной гипотезе, несмотря на некоторые топологии

ческие детали, остающиеся под вопросом:

“Человек, мучимый тревогой, одновременно видит все вещи и лучч

ше, и хуже, чем они есть на самом деле... Позитивные иллюзии искаа

жают соответствующий им уровень реальности в соответствии с его

ожиданиями, а негативные иллюзии вносят искажения в соответт

ствии с его страхами... Это означает, что психологически у индивии

дуума почва уходит иззпод ног, поскольку его реальному жизненноо

му пространству недостает когнитивной структуры в силу того, что

в нем одновременно сосуществуют противоречивые смыслы возможж

ного успеха и возможного поражения”8.

НЕВРОТИЧЕСКАЯ ТРЕВОГА И СРЕДНИЙ КЛАСС

И последний вопрос возникает в связи с тем, что все молодые женщины из

первой группы — то есть с невротической тревогой — принадлежали к средд

нему классу, а девушки из второй группы, которые подвергались отвержению,

но переносили его без невротической тревоги, были из рабочего класса. Дейй

ствительно, выраженная невротическая тревога не проявляется ни у одной из

четырех исследованных девушек из рабочего класса — Бесси, Луизы, Сары и

Долорес. Отметим, что описанный миссис Шахтель ребенок, который принимал

отвержение как реальный факт, тоже принадлежал к рабочему классу.

Это ставит нас перед важной проблемой: является ли в нашей культуре протии

воречие между ожиданиями и реальностью, предрасполагающее к невротичесс

кой тревоге, особой характеристикой среднего класса и не преобладает ли нее

вротическая тревога именно в среднем классе. Классическая гипотеза об

отвержении и предрасположенности к невротической тревоге основывается

на клинической и психоаналитической работе с членами преимущественно

среднего класса. Она справедлива для пациентов Фрейда и для пациентов поо

чти всех психоаналитиков, занимающихся частной практикой. Похоже, что гии

потеза распространяется именно на средний класс, но не на другие классы.