222 Смысл тревоги

ных, а также на суждениях, независимо вынесенных исследователем и соции

альными работниками8.

Центральный критерий валидности концептуализации каждого случая, так же

как и правильности оценки и понимания тревоги, — внутренняя согласованн

ность9. К примеру, я все время задавался вопросом: являются ли данные, поо

лученные разнообразными методами (интервью, тесты Роршаха, опроснии

ки), внутренне согласованными в рамках концептуализации каждого случая?

Имеется ли внутренняя согласованность в концептуализации структурных, поо

веденческих и генетических аспектов каждого случая? Аналогично, если трее

вога была оценена правильно, она должна внутреннее согласовываться с друу

гими чертами каждой личности.

По моему мнению, данные из разных источников в целом согласовывались

между собой, за исключением оценок количества тревоги в опросниках. Прии

чины, по которым эти пункты не вписываются в общую картину, рассматриваа

ются при обсуждении случаев.

Некоторые из описанных ниже случаев, когда требовалось рассмотреть лишь

один или два вопроса, представлены очень кратко. Собственные слова субъекк

та приводятся по возможности чаще. Очевидно, что из огромного массива данн

ных о каждом человеке было необходимо произвести некоторый отбор. Надее

юсь, что по каждому случаю представлено достаточно материала, чтобы

разъяснить ход его концептуализации и осветить важные для нас вопросы.

Хотя здесь приводятся количественные оценки по тесту Роршаха, нетрудно поо

нять, что описание очертаний каждого пятна гораздо важнее для интерпретаа

ции, чем числовой балл. За исключением специально оговоренных случаев,

родители всех девушек были белыми американцами протестантского вероисс

поведания.

ХЕЛЕН: ИНТЕЛЛЕКТУАЛИЗАЦИЯ КАК ЗАЩИТА ОТ ТРЕВОГИ

По прибытии в “Ореховый дом” Хелен вошла в офис, покуривая сигарету, с вии

дом спокойным и беспечным. Достаточно привлекательная, она излучала жизз

ненную силу человека, гордящегося своей непосредственностью. Некоторые

наиболее яркие и значимые черты ее поведения проявились уже во время перр

вого интервью. Хелен немедленно заявила, что у нее нет ни малейшего чувв

ства вины, связанного с беременностью. Она охотно рассказала, что после

приезда в НьююЙорк жила с двумя разными мужчинами, и на одном дыхании

йеретам хинжумазен еинаводелссИ223

выпалила, что “такие дела волнуют только педантов”. Но под показным дружее

любием и свободой ее речи обнаруживались некоторые проявления тревоги и

напряжения: хотя Хелен часто и весело смеялась, ее глаза оставались широко

раскрытыми, как будто она была чеммто испугана. И у меня, и у социального

работника, который беседовал с Хелен, немедленно создалось впечатление,

что она использует специальную технику шутливого уклонения от ответов,

чтобы скрыть тревогу, причина которой нам была пока еще неизвестна.

Она была двадцатидвухлетней дочерью родителеййкатоликов из среднего класс

са, отец Хелен был итальянец по происхождению. На протяжении всего детт

ства семья Хелен, иззза того, что отец не мог найти постоянную работу, то

жила достаточно благополучно, то почти бедствовала. В течение двух лет Хее

лен посещала приходские школы и колледж для католиков, но к настоящему

времени чувствовала себя освободившейся от религиозных влияний проо

шлого. У нее был брат на год старше и сестра двумя годами младше, с ними

Хелен поддерживала близкие и любящие отношения. Она рассказала мне, что

их родители слишком много ссорились, поэтому трое детей научились дерр

жаться вместе. Родители Хелен развелись, когда ей было одиннадцать лет, и

оба повторно вступили в брак. Она жила попеременно то у одного, то у другоо

го, причем ей приходилось уезжать от отца иззза того, что мачеха ревновала,

потому что девочка была более привлекательна, и покидать дом матери, потоо

му что отчим, а позднее и любовники матери, делали ей недвусмысленные

предложения.

За два года обучения в колледже Хелен доводилось добиваться блестящих, но

неустойчивых успехов. После окончания колледжа она выполняла разную руу

тинную работу, например, оператора копировальной техники. Заскучав, она

бросала работу каждые два или три месяца, “и вот тогдаато и попадала трудд

ное положение”, т.е. начинала жить с мужчинами. У нее была мечта писать

сценарии для радиопьес. Несколько показанных мне образцов сценариев были

очень хорошо выполнены технически, но в содержании проглядывала неестее

ственность и не хватало живого чувства.

Она приехала в НьююЙорк два года назад с замужней тетей двумя годами старр

ше нее, к которой была очень привязана. Тетя в настоящее время тоже была

беременна и переехала в другой город. По этому поводу Хелен заметила: “Она

тоже устроила из своей жизни полный бардак”. Отец ребенка Хелен, второй

мужчина, с которым она жила в одной квартире после приезда в НьююЙорк,

служил в торговом флоте. Хотя Хелен и описывала его как симпатичного инн

теллигентного человека, но после известия о своей беременности она резко

изменила отношение к нему и оборвала с ним все контакты. Результаты медии

цинского обследования Хелен были негативными: ее охарактеризовали как

“нервную и взвинченную”, и психиатр прописал ей ежедневную дозу феноо

барбитала.