244 Смысл тревоги

им. Именно в периоды тревоги поведение большинства девушек наименее агг

рессивно — дабы не отвратить от себя людей, от которых они зависят. Тем не

менее Агнес руководствовалась формулой, что, нападая на других, она может

побудить их не отвергать ее и не давать ей повода для беспокойства.

Это можно яснее увидеть при дальнейшем рассмотрении ее поведения по отт

ношению к отцу ребенка. В общем ее отношение к Бобу можно представить

так: “Он отвергает меня — значит, он пытается сбежать, как и все мужчины”.

Всякий раз, когда он отвергал ее (т.е. не высылал ей чек), она била тревогу и

вспыхивала дикой яростью: “Я не позволю ему сбежать от расплаты”. Она чувв

ствовала удовлетворение и облегчение тревоги, когда после решительных разз

говоров по телефону Боб высылал ей деньги, хотя на самом деле сумма была

столь ничтожна, что особой роли не играла. Дело было не в деньгах как такоо

вых (Агнес могла бы получить их от “Орехового дома”), а в том, что он долл

жен был показать ей свою заботу. Интересен тот факт, что в спорах Агнес с

Бобом и с отцом деньги выступают как символ заботы. В ее понимании “люю

бовь” состояла в отдаче, и ее представление о возможности получать от друу

гих “заботу” заключалось в отбирании у них чегоолибо.

Пример Агнес может пролить свет на явление тревоги во всех садомазохистт

ских случаях: облегчение тревоги наступает не только тогда, когда привяя

зывают к себе окружающих с помощью симбиотических отношений, но и обб

ретают контроль, возвеличивают себя или порабощают других своей волей.

По сути, методы избегания тревоги неизбежно оказываются сопряженными с

агрессией, если человек не может найти иной способ ослабления тревоги, кроо

ме использования окружающих в своих целях.

В случае Агнес мы наблюдали высокий уровень тревожности и высокую стее

пень родительского отвержения. Связь ее теперешнего паттерна тревожности

и ранних отношений с родителями была показана на многих разных примее

рах, один из которых — фобическая тревога, ассоциирующаяся с взаимной

враждебностью и агрессией в отношениях с мачехой. Другой пример: вызываа

ющий тревогу паттерн отношений с отцом ее ребенка очень сильно напомии

нал паттерн отношений с ее собственным отцом. Нужно подчеркнуть, что Агг

нес, так же как Нэнси и Хелен, не смогла реалистически принять отвержение

со стороны отца. С горем пополам она сформировала достаточно противоречии

вый взгляд на отца, в котором субъективные ожидания не согласовывались с

ее знанием реальной ситуации их взаимоотношений. Здесь мы видим уже обб

суждавшийся ранее разрыв между ожиданиями и реальностью. Этот разрыв

наиболее ярко выразился в ее поездке к отцу с целью заставить его проявить к

ней заботу, хотя она знала, что на самом деле он не изменился.

Агнес также продемонстрировала нам взаимосвязь тревоги с агрессией и

враждебностью. Она тревожилась от ожидания направленной на нее враждебб

йеретам хинжумазен еинаводелссИ245

ности и агрессии (кристаллизация фобии), что, в свою очередь, через мехаа

низм проекции связывалось с ее собственной враждебностью и агрессией в адд

рес окружающих. Этот паттерн может принимать бесчисленное количество

едва различимых форм. Враждебность и агрессия служили выражением садоо

мазохистской структуры характера Агнес, которая обусловливала интерпретаа

цию вызывающих тревогу ситуаций с позиции жертвы. Как следствие, она прии

меняла собственную агрессивность и враждебность, для того чтобы убежать,

спастись от роли жертвы. Но в ее жизни, да и в жизни вообще, бегство не поо

могает.

Итак, основными механизмами защиты от вызывающих тревогу ситуаций у Агг

нес были враждебность и агрессия — стремление возвыситься над другим чее

ловеком, стать победителем, а не жертвой. В связи с этим она воспринимала

отвержение себя другими как их победу над собой, а свою способность поддерр

живать с ними симбиотические отношения — как свой триумф, подчинение их

своей воле. Понятно, что такой паттерн способствует возникновению сильной

тревоги, потому что она ожидала от других людей того же, что и сама пытаа

лась с ними проделать. Примерами сильной тревоги являются ее ужас при

первых интервью и фобия во время проживания в “Ореховом доме”.

Возникает следующий вопрос: можно ли в случае Агнес обнаружить какиее

либо причины, которые влекут за собой использование агрессии и враждебноо

сти для избегания ситуаций тревоги? Почему человек неосознанно выбирает

именно эти орудия? Я думаю, что в случае Агнес применение этих способов

указывает на гиперопеку в раннем детстве. В эту гипотезу вписывается и опп

ределенно имеющийся у нее нарциссизм. Гипотеза также подтверждается поо

ведением отца Агнес, который гордился ее привлекательной внешностью, но

отвергал во всех других отношениях. Конечно же, нет ничего необычного в

том, что родители чрезмерно опекают своих детей и в то же время отвергают

их или выражают излишне аффективные чувства на одном уровне и не принии

мают детей на другом. Гиперопека и отвержение иногда бывают обусловлены

друг другом: если родитель действительно отвергает ребенка, он может на

другом уровне “испортить” его, чтобы отвержение стало оправданным.

По всей вероятности, Агнес, будучи ребенком, имела влияние на ситуацию в

семье: ее возражения заставили родителей отказаться от усыновления мальчии

ка. Если эта гипотеза соответствует истине, то с ее помощью можно объяснить,

почему спасение от отвержения и подчинение окружающих своей воле с поо

мощью агрессии иногда бывало успешным и, следовательно, получило стимул

к развитию в отношениях с родителями. Эта гипотеза также объясняет, почему

Агнес интерпретировала отвержение как нападение на себя, а людей, которые

не подтверждали ее ожидания и не срывали на ней злобу — как “соглашатее

лей, бегущих от расплаты”. Она взрывалась, когда окружающие обделяли ее

скандальным вниманием, потому что привыкла считать его своим “правом”.