274 Смысл тревоги

словам, “выбросила его из головы”. На медицинском осмотре у Ады обнаружии

ли сифилис, которым она заразилась от этого молодого человека.

В тесте Роршаха Ада предстала как уступчивый, угодливый человек со среднии

ми умственными способностями и массой стереотипов, лишенный оригинальь

ности37. Больше всего обращало на себя внимание то, что девушка предъявляя

ла к себе высокие требования, однако в них отсутствовало позитивное

содержание. Это выглядело так, будто она чувствовала громадную потребб

ность чемууто соответствовать, но не имела собственных целей или предд

ставлений о том, чему же именно она должна соответствовать. Условно гоо

воря, она была индивидуумом с сильным СуперрЭго. Стремление подгонять

себя под высокие стандарты заставляло ее подстраиваться к ожиданиям окруу

жающих и своим собственным интроецированным ожиданиям. Как следствие,

ее спонтанные и бессознательные импульсы (враждебность и сексуальность)

были почти полностью подавлены. Ада вполне могла развить в себе умение

откликаться на нужды и чувства других людей, но такая отзывчивость вызываа

ла у нее тревогу, потому что при этом она не могла реагировать такими спосоо

бами, которые соответствовали ее высоким стандартам. Насколько я помню,

Ада никогда не говорила о своей мотивации к сексуальным отношениям. Тест

Роршаха позволяет предположить, что ею двигали и сексуальные импульсы, и

потребность подстраиваться к ожиданиям молодого человека. Возможно, посс

ледний мотив был важнее, потому что Аде было необходимо угождать своему

сексуальному партнеру, чтобы преодолеть сильное подавление сексуальности.

После того как на карточку 7 Ада дала ответ, связанный с гинекологическим

обследованием в поликлинике, у нее появились признаки беспокойства и

склонность к болтливости, которые продолжались до самого конца тестироваа

ния. Это указывало на провал ее попыток жить согласно своим принципам (бее

ременность ассоциировалась с таким провалом), полную путаницу в отношее

ниях с собой и другими людьми и возникновение сильной тревоги. Оценка ее

тревожности по тесту Роршаха была такова: глубина 2, широта 4, защита 3, в

соответствии с чем Аду можно отнести к высокой категории тревожности по

сравнению с другими молодыми женщинами.

Ее тревожность в детстве оценили как умеренно высокую, а в настоящем и буу

дущем — как умеренно низкую. Основными областями, где сосредоточивалась

тревога, были успехи и неудачи в работе, мнение о ней семьи и лиц, заменяюю

щих родителей, а также тревога в тех случаях, когда учителя и мать ругали ее

за нескромность.

Для поведения Ады в “Ореховом доме” и ее манеры держаться во время интерр

вью была характерна комбинация угодливости и следования высоким стандарр

йеретам хинжумазен еинаводелссИ275

там. Она добросовестно отвечала на все вопросы, но никогда не допускала

спонтанного выражения своих мыслей или чувств. Ей всегда можно было

доверить выполнение поручений или попросить о помощи в таких делах, котоо

рые не требовали проявления инициативы. Поскольку у нее не было такой

независимости и девиантных тенденций, как у Сары, она хорошо ладила с бее

лыми женщинами. Во время обучения в школе она всегда получала самые выы

сокие оценки. Ада была довольна тем, что в школе “все буквально вбивают вам

в голову — так можно выучить гораздо больше”.

Истоки потребности Ады придерживаться ригидных принципов можно усмотт

реть в описании ее матери и их взаимоотношений, а также (хотя и в меньшей

степени) ее отношений с тетей. Ада в самых общих выражениях отметила, что

во времена ее детства мать была очень “счастливым человеком”, но тот факт,

что основным симптомом теперешнего “срыва” матери было “беспокойство по

любому поводу”, позволяет предположить, что она была напряженной и рии

гидной женщиной. Более явный показатель ригидности матери заключался в

том, что с детьми она была очень строга. Ада рассказала, что ее мать часто поо

рола сына “за то, что он не приходил домой вовремя”. Саму Аду, по ее словам,

наказывали нечасто; она чувствовала, что мать была слишком снисходительна

к ней. Однако это утверждение может выражать собственные ригидные станн

дарты Ады (то есть девушке казалось, что ее должны были бы наказывать гоо

раздо чаще), а не объективным описанием условий ее взросления. Ада была

очень послушным ребенком и всегда подчинялась желаниям матери. Если у

нее при этом и возникало чувство враждебности, то оно было слабым и эпизоо

дическим. Ада сказала, что научилась успокаивать себя и “преодолевать” свой

гнев. Мать и тетя, с которой жила Ада, были глубоко верующими католичками,

так же как и она сама.

Свою тетю Ада также описывала как очень строгую женщину. На интервью в

“Ореховом доме” тетя объяснила, что сознательно старалась привить Аде высоо

кие стандарты и всегда очень гордилась ею. И хотя она не винила Аду за берее

менность, но тем не менее не хотела бы снова пускать ее в свой дом, потому

что это означало бы отступление от тех принципов, которые она воспитывала

у своих детей. Если мы примем установки тети как выражение атмосферы сее

мьи, где воспитывалась Ада, то получим словесную формулировку принципа

взрослых, на котором предположительно основывается ее психологический

паттерн: 1) взрослые стремились привить ей “высокие стандарты”; 2) они горр

дились ею в той мере, в какой она соответствовала этим стандартам; и 3) они

угрожали ей отвержением, если она отступится от этих стандартов.

До юношеского возраста у Ады складывались дружеские, но не очень близкие

отношения отношения с матерью, и не было заметно открытого отвержения с