Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
[Klimov_E.A.]_Osnovue_psihologii._Uchebnik_dlya...doc
Скачиваний:
1
Добавлен:
11.11.2019
Размер:
2.29 Mб
Скачать

6.2. Понятие о действии

Как мы уже отмечали выше, даже в активности человека по решению собственно двигательных задач (переместиться или переместить что-то, поднять, ударить, нажать и т.п.) есть и ориентировочная, или гностическая (от греч. gnosis – знание, познание), или информационная, когнитивная (англ. cognition – знание) составляющая, т. е. познавательная составляющая двигательной, моторной (от лат. motor – приводящий в движение) активности, явно относящаяся к категории внутренних – психических – явлений.

Человек прежде чем осуществить видимое наблюдателю движение, а также и в ходе выполнения начатого движения (что очень важно) обязательно так или иначе ориентируется в той внешней и внутренней обстановке, в которой ему приходится управлять своими движениями. Под внутренней обстановкой мы имеем в виду состояние человека («устал, не смогу...»), его способности, возможности в связи с предстоящей задачей, – то, что отражено в его «Я-образе», «Я-концепции».

Исполнительная часть активности часто более заметна, а о познавательной можно и не догадаться. Однако именно от точной, полной и своевременной ориентировки в обстановке прежде всего и зависит правильность, точность, разумность, успешность исполнительных движений. Текущий контроль – тоже разновидность познания, ориентировки.

В ходе будничных действий и операций обычно не предъявляются серьезные требования к человеку, не возникают особые напряжения, поэтому не бросается в глаза (а точнее в сознание) то, что можно обозначить как внутреннюю обстановку (состояние психики человека, его стойкие личные качества). Если задача усложняется и приходится выполнять движения в ответственных обстоятельствах (посадка пилотом самолета или выход из виража, соревновательная борьба в спорте, участие в хирургической операции и т.п.), то вопрос о «внутренней обстановке» двигательной активности (о состоянии утомления, ясности сознания работника, о его самообладании, способности самоконтроля, волевой регуляции, чувстве ответственности, опыте и умелости) приобретает жизненно важное значение.

Управленческие или педагогические неудачи в ходе, например, внедрения какого-то новшества, передового опыта, обучения кадров новым приемам труда и пр. происходят из-за того, что инициатор этих дел нередко обращает внимание только на внешнюю, исполнительно-двигательную сторону активности людей, не придавая значения скрытой, внутренней – ориентировочной (часто решающей, с точки зрения ожидаемого конечного эффекта). Вот почему прежде чем учить каким-либо приемам, навыкам, внедрять их, надо разобраться в их психологическом «устройстве».

Целесообразно рассмотреть общепонятный (понятный для специалиста любого профессионального направления) и, надо полагать, поучительный для практики профессионального обучения пример из области спортивных тренировок.

Известно, что современные спортивные байдарки довольно узкие, и без предварительного специального периода обучения человек обычно не может грести, переворачивается и... оказывается в воде. Очевидно, что тренер должен показать будущему гребцу образец того, что хочет видеть у своего ученика. Пожалуйста, – вот тренер сел в байдарку и уверенно, спокойно сидит в ней. Показал он то, что нужно? Нет, он как раз не показал, что он делает для того, чтобы не перевернуться, чтобы сохранить равновесие. А что он делает? А он и сам не знает – «сидит и все», поскольку сам учился давно, путем проб и ошибок. Пользуясь ранее усвоенными психологическими знаниями об «устройстве» двигательной активности, зададимся вопросом, что же он все-таки делает? В чем состоят ориентировочная и исполнительная составляющие его активности? Он должен быстро, тонко и точно распознавать начинающиеся случайные отклонения тела от положения равновесия и компенсировать, подавлять, предотвращать эти еще даже не заметные для глаза отклонения, осуществляя соответствующие по направлению и точно дозированные по силе движения (тоже не заметные или почти не заметные для глаз). Сидит как вкопанный, а на самом деле совершает тончайшую работу. На то и мастер. Итак, сам умеет, а своему ученику по сути ничего не показывает, хотя думает, что это делает. Но как показать другому ориентировочную, скрытую часть поведения? Об этом несколько ниже.

Складывающийся у человека мысленный образ желаемого результата той или иной его сознательной активности называют в психологии целью. Цель здесь – не внешняя мишень, а мысленный образ желаемого будущего. Речь идет о некой субъектной (принадлежащей субъективному миру) реальности.

Слово «цель» употребляют, конечно, и для обозначения того, что находится вне сознания субъекта. Следует всякий раз вдумываться, о чем идет речь, и отличать субъективные цели от так называемых «объективных», заданных извне, где-то кем-то утвержденных, описанных, предписанных, но еще не «принятых», не воспринятых субъектом, не ставших его собственными целями – образами желаемого будущего. Например, объективной целью, поставленной перед человеком, является все то, что вы описываете в своей инструкции. То, что вы говорите, находится пока еще вне сознания собеседника: он может не понять, не расслышать, понять не верно (так часто случается, когда цели сложны) или даже подставить вместо вашей цели свою («сделаю, как попало, чтобы скорее от меня отвязались и отпустили»). Но вот он «принял» поставленную цель, у него в сознании сложился образ того, что ему надо сделать, как это делать и, положим, он хоть мало-мальски захотел все это делать (пусть ради самопознания, ради чистого любопытства, ради поддержания отношений с вами и пр.). Это уже субъективная, субъектная цель.

Слову «объективный» не следует приписывать исключительно положительно оценочное значение: внешне заданные цели могут быть сколько угодно вздорными, нереалистичными, аморальными и пр., а порожденные самим субъектом – ценными и оригинальными. Иначе говоря, «субъективные», субъектные и «объективные» цели могут не совпадать и часто как раз не совпадают, что требует специального психологического разбора ситуаций соответствующего рода. Например, обучающемуся дали задание (поставили, задали извне цель) научиться на токарном станке обтачивать коническую поверхность, конус. А он, пользуясь условиями, средствами, делает наконечник копья, пики. Это тоже, конечно, коническая поверхность, но все же расхождение заданной и внутренней целей налицо.

Итак, очень важно в процессе психологического анализа повеления проникать за его «фасад» и подмечать, выявлять субъективные составляющие активности, в частности, цели (как образы субъекта, а не как известные нам мишени). То, что видится нами как цель, вовсе не обязательно выступает как желаемое будущее для другого.

Слову «субъективный» тоже не надо придавать непременно ущербно оценочный смысл, как это часто делают, полагая свои представления объективными, а чужие – субъективными, в смысле неподходящими и пр. Среди субъективных составляющих активности человека подчеркнем еще одну. Человек, приняв предложенную ему исль, почему-то не находится в покое, не сидит сложа руки, а именно проявляет активность в том смысле, что как бы есть какой-то «двигатель», побудитель его поведения, а возможно их даже несколько (сразу или последовательно: скажем, вначале простое послушание, потом любопытство, потом интерес к причинам наблюдаемых явлений и т. п.). Любые переживания и даже бессознательные явления, процессы психики, побуждающие то или иное поведение (или активное его сдерживание, сдерживание внешних проявлений психики) называют в психологии мотивами (от фр. motif – побуждение, повод, довод). Например, у испытуемого могло поя-вмться желание проверить точность своих движений, свои способности; он мог, как мы предположили выше, выполнять задание из любопытства, из уважения к вам; у него могут оказаться какие-то не предусмотренные нами желания или одновременно целый набор их. Мотивы – это проявления потребностей (переживаний человеком нужды в чем-то). Одно и то же поведение может иметь совершенно разные мотивы. Обучающийся может читать книгу потому, что а) «задали и спросят», «велели», б) «интересно», в) «другие-то прочитали, а я что отстаю?», г) «от нечего делать» и т.д.

Мотив узнается по тому, ради чего человек прилагает усилия, а цели – по тому, что делает.

К числу субъективных составляющих активности нужно отнести и большую или меньшую степень волевых усилий, усилий над собой (человек как бы заставляет, понуждает себя к поведению, сопровождающемуся не обязательно одними лишь приятными переживаниями («Горька работа, да хлеб сладок», «Колотись, бейся, а все надейся», «Терпи, казак, атаманом будешь» и т.п.). Соответствующую характеристику активности в психологии называют, быть может, не совсем удачно, но традиционно привычно, произвольностью. Об этом мы уже вели выше речь. Чем более выражены субъективные усилия человека, стремящегося к достижению цели, тем активность считается более «произвольной» (в смысле: волевой). Непреднамеренные проявления активности или проявления неосознаваемые, слабо сознаваемые называются непроизвольными (укололся и отдернул руку, не успев даже подумать, и пр.).

Наконец, отметим, что у человека активность любого рода характеризуется переживанием тех или иных чувств (радости, бодрости, грусти, подавленности и др.), которые можно кратко обозначить термином «аффективный тон» (лат. affectus – душевное волнение, страсть; греч. tonos – напряжение, ударение). Его можно отнести к категории мотивов, сопровождающих (а не предваряющих) процесс активности. Признаком выраженности положительного аффективного тона тех или иных видов активности является так называемая бескорыстная инициатива, бескорыстная активность, когда человека тянет к какому-либо делу, занятию, когда увлекает просто процесс делания, когда ему при этом не приходится делать усилий над собой. Например, мальчик с явным удовольствием погружается в вычисления или чтение. Если нет заданной «пищи для ума», начинает сам придумывать «тарабарский язык», в котором все правила вывернуты наоборот – окончания слов в начале, приставки в конце и пр. Другой, научившись паять оловом, самостоятельно придумывает разные поделки и «просто так» проверяет, какие металлы паяются, какие нет. Покопавшись в справочниках, «дошел» до того, что в пламени кухонной газовой плиты спаял латунью тонкие проволочки (канцелярские скрепки) – «просто так, интересно».

В связи со сказанным аффективный тон познавательной, двигательной или иной (организаторской, коммуникативной) активности может быть показателем, симптомом склонностей.

Можно выделить такие явные и скрытые составляющие активности: 1. Субъективные цели. 2. Мотивы. 3. Предварительную ориентировку в обстановке (внешней и внутренней – ор-ганизменной и субъектной). 4. Исполнение. 5. Ориентировку в ходе исполнения, мысленное сличение фактического и заданного хода дела (текущий контроль). 6. Волевые усилия. 7. Заключительный контроль (сличение полученного результата с представлением цели).

Теперь можно ввести определение понятия «действие». Действие – совокупность процессов познания и исполнения, направленных на достижение ближайшей осознанной цели.

Слово «направленных» в определении понятия надо понимать как указание на наличие мотивов, чувств и волевую регуляцию активности сообразно цели; слово «познание» предполагает любые познавательные процессы, включая контроль и хода, и результата активности.

Возникновение намерения психологически входит в исполнительную часть действия. Это очевидно в случаях, когда достижение цели по объективным причинам отсрочено (скажем, есть намерение улучшить навыки общения на английском языке). Без достаточной волевой подготовки человека такое действие может и не завершиться исполнением. Здесь – поле для воспитания, самовоспитания.

В ходе исполнения решения, реализации намерения происходит мысленное сличение наличных, реально получающихся результатов с представлением цели. И либо вносятся необходимые поправки в протекание исполнительной части действия, либо несколько видоизменяется, поправляется, переформулируется цель. Это не всегда плохо, не всегда признак недостатка воли, поскольку несовершенными могут быть не только исполнение или мотивы, но также и цели, и средства, и помощники.

Непреклонное следование раз заданной и принятой цели еще не есть обязательно ценное качество человека, хотя, как кажется, свидетельствует о его волевых свойствах. Из психологии технического творчества известно, что переформулировка именно цели оказывается иной раз «ключом к успеху» (например, вместо поставленной заказчиком цели «как произвести механическую зачистку изоляции тонких монтажных проводов, чтобы они не рвались» изобретатель построил другую формулировку цели: «... а почему, собственно, нужна механичеекая очистка? Быть может, эффективнее будет химическая, термическая или какая-нибудь еще?» И нашел оригинальный выход из положения).

Исполнительная часть действия включает ряд звеньев, составляющих цикл регулирования, о чем подробнее сказано несколько ниже.

Хотя действие является элементом, «атомом» сознательной активности человека, оно представляет собой сложное психическое образование, связанное с областью ума, чувств, воли человека.

Почему, говоря о действиях, мы почти ничего до сих пор не сказали о прочных навыках, об умениях и о том, как их сформировать? Ведь, кажется, к этому очень важно стремиться. Дело в том, что понятия «прочность», «твердость», взятые из механики, физики, не соответствуют природе интересующих нас явлений и только могут сбить с толку. Человек, мастерски владеющий действием (трудовым, спортивным), отличается от новичка не тем, что хорошо затвердил движения, сведения, выучил их, а тем, что умеет тонко, точно регулировать свою активность (двигательную или иную) в складывающейся и меняющейся обстановке. Безошибочным будет не какое-то окаменелое, раз и навсегда затверженное движение, действие, а сформированное на полной, точной, обобщенной ориентировочной (познавательной, информационной) основе; безошибочным будет действие, хорошо регулируемое человеком с таким расчетом, чтобы его результаты не выходили за некоторые заданные, известные человеку границы («Знай край, да не падай», – говорит пословица). Такое поведение (хорошо регулируемое) и есть умение. Иногда практически существует только одна граница (верхняя или нижняя) – «отрезать заготовку не короче, чем...», «нагрузить не больше, чем...».

Регулирование исполнения многих действий обычно идет по следующей схеме, которую можно сознательно иметь в виду:

1. Ориентировка в обстановке (внешней и внутренней).

2. Пробное выполнение действия, прилаживание, прино-равливание его исполнительной части в соответствии с а) целью, планом, намерением, б) известными признаками нормального хода и результата действия, в) наличной внешней ситуацией, г) наличной внутренней ситуацией (психическим состоянием, например, усталости или взволнованности и т.п.).

3. Оценка взаимного соответствия требуемого, задуманного и складывающегося хода действия.

4. Корректирование (внесение, если это необходимо, поправок в ход действия).

5. Совершение действия с минимумом отклонений от задуманного плана, намеченных ориентиров.

Если поправки (п. 4) незначительны, то со стороны кажется, что действие выполняется «с ходу», что «рука твердая» и т.п. Мастерское выполнение действия отличается тем, что человек своевременно распознает минимальные – не заметные для других – отклонения хода действия от требуемого образца и своевременно вносит минимальные поправки в его ход.

Приведенную выше последовательность звеньев цикла регулирования действия легче запомнить, если обозначить эти звенья набором начальных букв приведенных выше пунктов – опоке.

Автоматизированные (т. е. выполняемые без постоянного сознательного контроля) действия называются навыками. Путь к навыку, т. е. к автоматизации действия, идет, как известно, через упражнение. Упражнением называется не просто повторение, но повторение, предполагающее специальное внимание обучаемого как раз к тем звеньям контроля действия, которые только что указаны выше (в особенности звенья 3 и 4).

Путь к освоению профессии, к мастерству в любом деле идет через овладение действиями. Даже, казалось бы, известное каждому по многолетнему опыту запоминание учебного материала или, как говорят, «запечатление» не верно понимать по аналогии с простым «отпечатком» или «следом» воздействия одного предмета на другой.

Важнейшим условием удержания в памяти человека какого-либо материала является действие, причем не любое, а подходящее, адекватное (скажем, для усвоения понятия важно не зубрить определение, а применять его признаки к частным случаям; для усвоения знаний о тонких различиях объектов важно действие сравнения их и так далее в этом роде; иногда весь секрет успеха обучения в том и состоит, чтобы найти подходящие учебные действия, а не просто слушать, читать-писать).

Упражнение.

Постройте предположения о психологической составляющей видимого поведения:

а) мастер машинного доения нажимает кнопку включения доильного агрегата; б) мастер буровой установки нажимает кнопку включения ее электрического привода; в) диспетчер пути нажимает кнопку «зеленого света» для транспорта; г) оператор нажимает кнопку, чтобы стереть файл в памяти ЭВМ; д) машинист сцены в театре нажимает кнопку ее поворота во время спектакля.

Тут вы можете оставить комментарий к выбранному абзацу или сообщить об ошибке.

Оставленные комментарии видны всем.