Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Т.К. Щеглова Ярмарки юга Запад Сибири

.pdf
Скачиваний:
47
Добавлен:
18.03.2015
Размер:
5.8 Mб
Скачать

1. Нижегородская ярмарка

211

бождались ото льда поздно и имели всего несколько недель половодья, во время которого необходимо было успеть сплавить медь. Н. Н. Овсянников писал: «Без железной дороги от Тюмени до Камы… железозаводчики находятся в полной зависимости от прихотей р. Чусовой, по которой весенний сплав железа совершается обыкновенно в какие-либо четыре дня, много в неделю. В 1866 г. засело на этой реке 19 барок с железом… Судоходство по Чусовой совершается только в половодье, летом же она во многих местах пересыхает» [34]. Поэтому караваны с медью отправлялись с Алтая заранее, как только начиналось судоходное движение по Оби [35].

До открытия пароходного движения по сибирским рекам средства перевозки товаров были примитивными. Медь и металлические изделия везли главным образом «в коломенках, межеумках, барках» и тому подобных «посудинах». Ненадежность путей сообщения и транспорта приводила к частым потерям меди в период транспортировки по рекам, как это случилось в 1854 г., когда состоящая на ответственности урядника Малахова медь весом 16 956 пуд. 15 фунт. во время следования по реке Чусовой в двух груженых барках понесла потери, так как «29 апреля баркас под номером 5, в который погружено было 700 ящиков, тяжестью с укупоркой 9500 пуд. … расшибся о камень». При перегрузке меди на новую барку был потерян один ящик, в котором находилоь 12 штыков чистой меди весом 13 пуд. 5 фунт. Алтайское горное правление, подсчитав убытки из расчета 3 руб. 3714 коп. стоимости за 1 пуд меди и причислением 71 коп. за каждый пуд, уплаченных подрядчику за доставку меди до Уткинской пристани, предъявило счет в 63 руб. 2812 коп. Не спасла семью урядника от уплаты суммы его смерть от простуды во время командировки на пути к Нижнему Новгороду в селе Покровском. Оставшееся после его смерти «имущество описано и продано, в пополнение оказавшегося по его смерти недостатка казенной суммы, отпущенной ему на расходы по возложенному на него поручению» [36].

Такие потери случались часто. В 1855 г. они составили 5 пуд. 11 фунт. В 1859 г. «часть меди, в количестве 389 пуд. 35 фунт., во время доставки транспорта до Уткинской пристани считалась уже в растрате». В 1880 г. было потеряно 10 пуд. на 2 624 руб. 52 коп. [37]. Это заставило Горное правление выработать официальные ус-

Нижний Новгород. Новая Сибирская пристань. 1870-е гг.

1. Нижегородская ярмарка

213

ловия подрядов. Алтайское правление обратилось к опыту уральских заводчиков, которые ежегодно осуществляли перевозки железа в огромных объемах (по данным Н. Н. Овсянникова, ежегодно его перевозилось от 4,2 до 5–7 млн пуд.) и разработали правила, регламентирующие обязанности чиновников, сопровождавших караваны: чиновники были «обязаны отвечать за повреждение отправленного, за доставку не по назначению и за утрату от потопления, если потопление совершится… по причине, от них зависящей».

Во второй половине XIX в. Нижегородская ярмарка становится практически единственным рынком сбыта сузунской меди. Объем ее реализации из года в год оставался почти неизменным: в 1875–1877 гг. — 30 тыс. пуд., в 1878 г. — 28 678 пуд., в 1879 г. — 28 718 пуд., в 1880 г. — 28 678 пуд., в 1881 г. — 21 500 пуд.; в дальнейшем, за исключением навигации 1882 г., когда было отправлено 50 176 пуд. 37 фунт., количество меди составляло не более 20 тыс. пуд.: в 1883 г. — 16 800 пуд., в 1890 г. — 13 754 пуд. [38]. Этому способствовало становление пароходства в бассейнах рек Оби

èВолги, коренным образом изменившее систему доставки и продажи меди. К нему активно подключились предприниматели. Их привлекали ускорение доставки, большая надежность пароходного транспорта. Раньше движение караванов начиналось в конце апреля, и медь часто завозилась в августе и даже в начале сентября, т. е. к окончанию торгов на ярмарке; использование пароходов сокращало время нахождения товаров в пути. В 1881 г. транспортировка по Оби длилась с 18 июня по 1 июля. При таком графике медь обычно доставлялась на Нижегородскую ярмарку не позднее 15 августа.

Наиболее прочные коммерческие связи сложились у Управления горного округа с агентствами товариществ Западно-Сибирско- го пароходства для перевозки меди в бассейне Оби (чаще всего с Тюфиным и Тецковым) и «Товариществом братьев Каменских», в бассейне Волги доставлявшим медь по Каме и Волге на Сибирскую пристань Нижегородской ярмарки, где находились их контора

èпароходная пристань. На ярмарке Каменские сдавали медь заведующему Нижегородской удельной конторой, являвшемуся представителем Алтайского горного правления. При перевозке меди по суше от бассейна Оби до бассейна Волги Горное правление заклю- чало контракт с тем же товариществом братьев Каменских, кото-

214 Ã ë à â à 3

рые открыли транспортные конторы в Томске и Тюмени и доставляли сухопутно грузы в Нижний Новгород и Казань. Они являлись купцами 1-й гильдии, были приписаны к пермскому купечеству и известны как крупные транспортники не только на Урале, но и по обе стороны от него. Только в 1886 г. ими было перевезено по Мос- ковско-Сибирскому тракту 121 360 пуд. грузов: из Тюмени зимним путем в Томск — 23 117 пуд., в Иркутск и Красноярск — 9 223 пуд. и т. д. [39]. Представление о доходах транспортников от доставки меди дает оплата правлением обществу братьев Каменских перевозки в навигацию 1879 г. 28 718 пуд. меди, за что они получили 13 700 руб. [40].

Таким образом, к концу XIX в. изменения в организации продажи меди и отказ от снаряжения казенных караванов способствовали превращению подрядов по доставке меди в источник первона- чального накопления капитала для сибирских и уральских предпринимателей. Подряды продавались Горным правлением через торги, проводимые ежегодно в феврале. По условиям подряда подрядчик получал при заключении контракта до 23 привозной платы, под залог рубль на рубль (на 15 часть подрядной суммы) [41]. В 1882 г. торг на отправку в Нижегородскую ярмарку 50 176 пуд. 37 фунт. меди на сумму 752 640 руб. состоялся 23 февраля, а переторжка — 27 февраля. Условия подряда в 1869–1873 гг. предусматривали плату подрядчику за доставку и укупорку одного пуда меди от 67 коп. до 1 руб. 08 коп., в последующие годы — от 70 до 75 коп. Стоимость укупорки, т. е. упаковочного материала, который затем оставался у подрядчика, должна была уплачиваться в размере 100 руб. Горному правлению (укупоривалась медь перед ее отправкой в Сузуне). Для выполнения подряда подрядчик полу- чал до 23 провозной платы, «в обеспечение которого должен был представить залог в форме государственной или кредитной бумаги соразмерительно задаточной сумме рубль за рубль» [42]. В обязанности подрядчика входило обеспечение транспортом, допускалась аренда или строительство барж.

В 1880 г. в Алтайское горное правление обратился известный барнаульский купец Функ с просьбой от имени Николая Наумови- ча Тюфина о выдаче леса под постройку баржи для доставки меди в Нижний Новгород. Нарушение каких-либо условий контракта вело к разрыву договора и удержанию части оплаты. Так, в 1880 г.

1. Нижегородская ярмарка

215

по контракту с Н. Н. Тюфиным из следовавшей ему к уплате общей суммы за провоз меди из расчета 70 коп. за пуд в размере 21 235 руб. 90 коп. было вычтено 6736 руб. 87 коп. и выплачено 14 439 руб. 3 коп. Удержание было обосновано нарушениями условий контракта, прежде всего срока оплаты (удержано 124 руб. 40 коп.), несоблюдением времени отправки меди (1 274 руб. 10 коп.), невыплатой суммы на укупорку (100 руб.), потерей 106 пуд. 1014 фунт. меди по 24 руб. за пуд (2 550 руб. 35 коп.), за провозную плату потерянной меди по 7 коп. — 74 руб. 37 коп., наконец, штраф за нарушение контракта составил 2 663 руб. 15 коп. В конечном итоге Горное правление разорвало контракт с Тюфиным и отдало подряд Тецкову, обосновав это тем, что «медь, принятая осенью 1880 г., позже установленного срока только в октябре, чтобы отправить осенней навигацией, не была отправлена и перезимовала… на берегу Оби у деревни Нижне-Сузунская, побывав под водою, прозимовав без всякой покрышки».

Подобные санкции применялись ко всем нарушившим условия контракта. Иногда смена подрядчика давала выгоду. В описанном случае Тецков, давно уже участвующий в торгах на подряд, чтобы привлечь на свою сторону Горное правление, снизил цену на доставку меди с 75 до 70 коп. Это, по подсчетам Горного правления, сберегало в год до 1 500 руб., а за 5 лет — 7 500 руб.

Подрядчиками по перевозу и сбыту меди на Нижегородской ярмарке выступали купцы Тобольской и Пермской губерний, которые благодаря географическому положению этих губерний имели длительный исторический опыт посредничества в доставке товаров из Сибири на Урал и в Россию. В 70–80-е гг. основным подряд- чиком выступал торговый дом «Наум Тюфин и сыновья» (Тюмень), выросший на извозе Тюменского уезда, славившегося ямщиками, извозчиками, а позже — транспортными коммерческими конторами. Доверенными же пермских и тобольских фирм по перевозке сузунской меди являлись предприниматели Томской губернии. В 1878 г. доверенным торгового дома Тюфиных был барнаульский купец 2-й гильдии Андрей Конюхов, который за подряд получил на торгах 1207 руб. 38 коп. Доверенным этой же тюменской транспортной фирмы, имевшей свою контору в Томске, несколько лет являлся старший урядник Корней Николаевич Кольцов. В 1881 и 1882 гг. подрядчиком был томский купец Тецков. Его доход от под-

216

à ë à â à 3

ряда составил в 1881 г. 2 663 руб. 03 коп. В 1881 г. подряжался пермский купец Василий Николаевич Бахарев, в 1883 г. — барнаульский предприниматель Михаил Евгеньевич Функ, получивший за подряд 1977 руб. 94 коп., в 1890 г. доверенным тобольского купца 1-й гильдии являлся барнаульский купец Иван Страхов.

В 70–80-е гг. контракты предусматривали прием подрядчиком меди с конца апреля, не позднее 15 мая, а доставку к 1 июля. В телеграмме Тецкова говорилось, что медь была доставлена 18 июня. Ее приемка и погрузка в канавинские склады была начата 22 июня и закончена до 1 июля. Но жесткий график был трудновыполним, и постепенно сроки доставки меди в контракте увеличились. В 1890 г. барнаульский купец И. Страхов, доверенный тобольского купца 1-й гильдии Корнилова, обязался принять медь к 15 мая и доставить первую партию (914 тыс. пуд.) к 15 августа, а вторую (96 тыс. пуд.) — к 20 августа.

2. Ирбитская ярмарка

Íа протяжении XIX в. Ирбитская ярмарка занимала ключевое место в товарообмене между Сибирью и Европейской Россией. Значение этой ярмарки определялось сложившимся в XIX в. ге-

ографическим разделением труда. Сибирь являлась районом развитого сельскохозяйственного производства, пушного промысла, бортничества, Центральная Россия — основным производителем промышленных товаров. Поэтому для Сибири ярмарка играла роль основного пункта сбыта продукции сельского хозяйства и кустарных промыслов и закупки промышленных товаров для местных рынков. Кроме Сибири, в сферу торгового влияния Ирбитской ярмарки входили Уральский, Среднеазиатский, Степной регионы, для которых, как и для Сибири, эта ярмарка являлась крупнейшим пунктом не только оптового обмена товаров местного производства на российские, но и взаимообмена продукцией, производимой на местах.

Известный сибирский предприниматель, колыванский купец Е. А. Жернаков, представлявший по решению Ирбитского ярмароч- ного комитета сибирских купцов на первом всероссийском торго- во-промышленном съезде в 1896 г. в Нижнем Новгороде, отмечал в выступлении: «Все сделки по продаже и покупке главным обра-

2. Ирбитская ярмарка

217

зом совершаются на Ирбитской и Нижегородской ярмарке… средний и мелкий торговец не может обращаться с товарами прямо в Москву. Это немыслимая вещь. При громадном протяжении сибирской линии средний и мелкий торговец не поедет в Москву… Необходим более близкий центр не только для покупки, но и для продажи сырья, которое производит Сибирь… а таким самым удобным центром представляется Ирбитская ярмарка, потому что тут есть водный путь, который соединяет Ирбит с верховьями Оби и другими реками» [43].

Одним из самых активных участников Ирбитской ярмарки в первой половине XIX в. являлось Алтайское горное правление. Причины обращения Колывано-Воскресенской горной канцелярии (с 1834 г. — Алтайского горного правления) к Ирбитской ярмарке заключались в проблемах обеспечения заводского хозяйства, горнозаводских служащих и рабочих необходимыми материалами и продуктами. Кабинетское хозяйство в горном округе имело 9 крупных металлургических заводов, камнерезную фабрику, несколько десятков рудников. Горнодобывающая промышленность, имевшая главной целью выплавку благородных металлов и добычу ценных камней, носила замкнутый характер и не обеспе- чивала промышленной продукцией не только население округа, но и собственные предприятия.

Заводскому хозяйству требовались металл и изделия из него, минеральные добавки для плавки, химические реактивы для лаборатории и заводских цехов, вспомогательные инструменты, письменные принадлежности для заводских контор и канцелярии, медикаменты для казенных аптек и госпиталя. В списке заказчиков товаров на Ирбитской ярмарке числились окружное училище, барнаульская и змеиногорская казенные аптеки, госпиталь, стеклянный завод и цеха сереброплавильных заводов горного округа — столярный, переплетный, кожевенный, инструментальный, плавильный, золотарня. Один только Павловский завод в 1834 г. заказал для покупки на ярмарке 135 наименований товаров, начиная от войлоков, тазов, рукомойников, кожаных туфель и кончая пилами и долотами. Сузунский завод запросил 120 наименований товаров для завода, для продажи служащим (мякотные и юфтевые кожи), разным людям (порох, свинец), школе (80 российских букварей и 15 арифметик). Барнаульская типография испытывала недо-

218

à ë à â à 3

статок «матриц и форм всего азбучного алфавита, знаков препинания и цифр», так как шрифт «старый приходит в негодность». Для служащих заводов на ярмарке заказывались посуда, зеркала, чайники, меха и т. д.

Потребность заводского хозяйства в промышленных товарах при отсутствии собственной фабрично-заводской промышленности, слабости местного рынка и торгового сословия нашла выход в оптовых закупках на крупных российских торгах, о чем регулярно принимало решения Алтайское горное правление. В 1832 г. канцелярия писала, что «признано необходимым купить в Ирбитской ярмарке тех только припасов, материалов и вещей, коих нет по наличию в Барнаульском магазине и в которых состоит совершенная необходимость». В одном из решений управления за 1864 г. писалось: «Ежегодно отделение правления в сентябре месяце просило горные конторы, Управляющего казенными золотыми приисками и заведующих отдельными частями Главного управления представить в Горное правление росписи о всех вообще материалах, инструментах и вещах, которые, будучи необходимы для действия заводов, рудников и золотых промыслов в сем 1864 г., не могут быть приобретены покупкою на местных рынках для той цели, чтобы такого рода припасы заготовить, по усмотрению Горного правления, чрез выписку из Ирбитской ярмарки» [44].

Каждый год Алтайское горное правление организовывало казенные экспедиции на Ирбитскую ярмарку. Караваны преодолевали по 1679 верст туда и обратно. На их пути было расположено 74 населенных пункта, расстояния между которыми составляли: Барнаул — Каинск — 544 версты, Каинск — Ишим — 638,5 версты, Ишим — Ялуторовск — 225,5 версты, Ялуторовск — Тюмень — 81,5 версты, Тюмень—Ирбит — 167 верст. Казенные караваны были большими. Только в 1833 г. для доставки товара на Алтай у крестьянина Ирбитского уезда А. Нечкина было куплено 46 саней по 12 руб. 50 коп.

На Ирбитскую ярмарку командировались высокопоставленные чиновники, которым ввиду больших трудностей и ответственности на время командировки выплачивалось двойное жалованье. Среди них были бергмейстер Кулибин, советник 4-го отделения горного правления Белицкий, заведующий главной барнаульской чертежной, бергмейстер Сибиряков, титулярный советник архитек-

2. Ирбитская ярмарка

219

тор Злобин, горный депутат города Томска губернский секретарь Г. Гирс и другие. В. И. Тистров в 1827 г. привез товаров на сумму 39 173 руб., а в 1828 г. — на 45 000 руб.

Поездки на ярмарку служили для чиновников способом накопления капитала. Связано это было с тем, что в отличие от частных предпринимателей, которые приобретали товары в кредит и широко практиковали натуральный обмен сельскохозяйственных товаров на мануфактуру, Горное правление закупало товар на Ирбитской ярмарке за наличные деньги, так как в отличие от купцов вело торговлю в одностороннем порядке, участвуя только в закупке необходимых предметов, без привоза и продажи товаров с Алтая. Оплата товаров наличными привлекала ярмарочных купцов к сотрудничеству с Горным правлением и выгодно отличала эти торговые операции от сделок на основе натурального обмена с частными торговцами, у которых была большая проблема с денежной оплатой. Купцы стремились к сотрудничеству с Горным правлением, охотно шли на кредиты и займы. Для чиновников же покупка за наличные деньги являлась способом махинаций и обогащения. Кроме того, как уже говорилось, чиновнику за командировку на Ирбитскую ярмарку полагалось двойное жалованье на все дни командировки. Поэтому среди горных чиновников существовало своего рода соперничество за право поездки туда.

Сумма, выделяемая для поездки на ярмарку, складывалась из денег, отпущенных на дорогу, на организацию торговли и аренду торговых помещений на ярмарке, на командировочные расходы служащим и охранной группе, на укупорку товаров. Последняя статья была обязательным условием доставки товаров в целости. Укупорка сильно утяжеляла груз и приводила к удорожанию товаров, так как за провоз платили попудно, поэтому купцы стремились облегчить поклажу. Горное правление боялось, что чиновники будут экономить на укупорке товаров, и при каждой поездке требовало отчетов по упаковке и подготовке товаров к перевозу. Например, 31 марта с обозами медикаментов прибыл в Барнаул с Ирбитской ярмарки титулярный советник Злобин. Общий опла- ченный вес составлял 83 пуд. 35 фунт., из них 20 пуд. приходились на укупорку. В 1849 г. произошел перерасход денег от «недостаточ- ной провозной тяжести, которой Горное правление предполагало до 1 500 пуд, действительно же вес оказался 1 800 пуд.».

 

 

 

 

 

 

Ò à á ë è ö à

1 9

 

Закупка Горным правлением товаров на Ирбитской ярмарке в 1832–1859 гг. (руб. сер.) [45]

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Ãîä

Стоимость про-

Куплено

 

 

Данные о командированном

Íà äî-

Чистый вес

 

 

 

 

 

 

âîçà 1 ïóäà

 

 

 

ðîãó

 

 

 

 

ðóá.

êîï.

 

ïóä.

ôóíò.

 

 

 

(ðóá.)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1832

личные

 

 

Советник горного правления Черницын

6 462

 

 

 

5 469

50

 

 

 

 

 

 

 

 

заводские

 

 

 

 

 

 

 

 

 

47 473

80

 

 

 

 

 

 

 

 

всего

 

 

 

 

 

 

 

 

 

69 368

 

 

 

 

 

 

 

1833

2 ðóá 25 êîï.

личные

 

 

Чиновник Змеиногорского рудника Ильман

2 717

678

 

5

 

 

4 780

571

2

 

 

 

 

 

 

 

казенные

 

 

 

 

 

 

 

 

 

16 002

 

 

 

 

 

 

 

 

 

всего

 

 

 

 

 

 

 

 

 

23 500

 

 

 

 

 

 

 

1834

31 450

 

Бергмейстер Кулибин

7 519

 

 

1836

1 ðóá. 60 êîï.

27 792

99

 

Усть-каменогорский купец 2-й гильдии Ва-

1 576

934

 

3

 

 

 

 

 

силий Иванович Пешков

 

 

 

 

1839

3 ðóá.

35 792

65

 

Коллежский асессор Шенфельдер

1 184

 

1842

28 571

92

 

 

1843

22 773

5

 

Советник 4-го отделения Белицкий

1 720

2 000

 

1844

24 311

521

2

Советник 4-го отделения Белицкий

1 986

 

1848

23 755

131

2

2 503

 

1849

1 ðóá. 20 êîï.

21 680

11

 

Маркшейдер 9-го класса Попов

2 561

1 800

 

1850

22 952

761

4

Коллежский асессор Шенфельдер

 

1 600

 

 

1853

70 êîï.

17 087

54

 

Заведующий казенной аптекой Шенфель-

1 120

1 600

 

 

 

 

 

 

 

äåð

 

 

 

 

1854

70 êîï.

24 757

62 34

Титулярный советник, архитектор Злобин

1 260

1 800

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

220

3 à â à ë Ã

Тут вы можете оставить комментарий к выбранному абзацу или сообщить об ошибке.

Оставленные комментарии видны всем.