Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Традиции русской философии в историческом освещении. Монография-1
.pdf
Глава 6. Развитие философии в России на рубеже XVIII—XIX веков
интерес к идеям немецкого мыслителя. В то же время молодежь смотрела на образование лишь как на способ сделать карьеру. Так, Н.
кому… Науки мысленные у нас еще не в моде»
М. Карамзин писал: «Ни учить, ни учиться не-
1
.
Процесс восприятия западных философских идей в России
был сложен. В конце XVIII — начале XIX века русские мыслители протестовали против западного просвещения тем сильнее, чем более проникались им. А.
Н. Веселовский отмечал,
что «Запад сам внушал русским людям критическое отношение к Западу»
2
. В связи с революционным движением в Евро-
пе перед русскими мыслителями встала дилемма: признать законность западного социального движения и в этом случае
лишь следовать за ним в перестройке духовного и социального быта. Или же, если на эти изменения не готово правительство, критически отнестись к Западу, приняв его
«учителя» в сфере культуры. М.
О. Гершензон довольно емко
лишь как
определяет мыслителя той эпохи: «Воспитан на европейский
лад, недоумевает результатам европейской жизни и обращается к русской старине»
3
. Гершензон подчеркивает, что
на пороге XVIII—XIX веков в русской общественной мысли
наметилась борьба с рефлексией и «разорванностью» духа, порожденная расколом между разумом органическим и дискурсивным (отражением реальности в языке) логическим мышлением в человеке.
Вполне определенно эту мысль выразил И.
В. Киреевский
в идее цельного знания. «Правда-истина» ни одним человеком
не может быть добыта единолично — она есть продукт коллективной жизни народа в его пространственной и временной
1
Карамзин Н. М. Избранные статьи и письма. М. : Современник,
1982. С. 161.
2
Веселовский А. Н. Западное влияние в русской литературе. 4-е изд.
М., 1910. С. 119.
3
Гершензон М. О. Славянофильство // Вопросы философии. 1977.
№
12. С. 68.
111
Традиции русской философии в историческом освещении
целостности, — подчеркивал Г. В. Флоровский1. С этого момента в русской философии начинает проявляться отрицательное отношение к познавательным возможностям логического
знания, истинным знанием признается только сверхлогическое. Толчком к этому стало влияние немецкой идеалистической философии Канта, Фихте и особенно Шеллинга и Гегеля.
Нужно заметить, что начало XIX века было периодом расцвета
европейской философской мысли.
Немецкая классическая философия выгодно отличалась от французской и английской
мысли того времени своей глубиной, синтетическим характером и высотой нравственных принципов.
При этом наука в России была прямо или косвенно связана
с государством, что находило свое отражение в проводимых
мероприятиях, в поддерживаемых организациях и профессиях.
Наука развивалась русской интеллигенцией — врачами
, учителями, военными, профессорами, будучи ориентированной на
практику. Хотя русское духовенство осталось в стороне от
развития естествознания, но и оно не оставило без внимания
вопросы познания, соотношения веры и разума в познании,
соотношения философии и богословия, философии и естественных наук. Следствием этого было развитие духовноакадемической философии. С начала XVIII
века в России появились 44 духовных семинарии, в которых преподавали философию, а выпускников направляли на обучение в Германию
для их подготовки к профессорскому званию. Курсы философии в них представляли собой переработанные иностранные
руководства по философии. Вместе с тем следует отметить,
что философия в этих учебных заведениях воспринималась
как служанка
богословия, что создавало определенные трудности для развития философского свободомыслия. Особо следует отметить вклад в развитие философии преподавателей
духовных академий Ф.
Ф. Сидонского, почетного доктора фи-
лософии, перешедшего работать в Петербургский универси-
1
Флоровский Г. В. Из прошлого русской мысли. М., 1998. С. 14.
112
Глава 6. Развитие философии в России на рубеже XVIII—XIX веков
тет, П. Д. Юркевича, начавшего преподавательскую деятельность в Киевской духовной академии (с 1861 года — профессор
кафедры философии Московского университета), М.
кого, М.
го университета), О.
лубинского, В.
И. Владиславлева (с 1887 года — ректор Петербургско-
М. Новицкого, С. С. Гогоцкого, Ф. А. Го-
Д. Кудрявцева, В. Н. Карпова, первым написав-
М. Троиц-
шего произведение, положившее начало преподаванию теоретической философии в России, — «Введение в философию»
(1840) и отразившего в критико-аналитическом отношении
свою близость к кантианству, и других.
В России рубежа XVIII—XIX веков сложилась духовная
ситуация, характеризующаяся, с одной стороны, внутренней
свободой исследований ученых, не контролируемой церковью,
а с другой —
разделением русского научно-философского сообщества на светское и духовное. Это негативно сказывалось
на развитии естественных наук в России и повлияло на отношение к ним образованного общества, считавшего необязательным знание законов физики и математики.
Немецкая философия распространилась в России и увлекла
молодых образованных людей, испытавших в связи с событи
ями 1812 года недоверие к идеям, пришедшим из Франции. На
смену франкофобии пришло презрительное безразличие к этой
стране. М.
А. Бакунин писал: «Вся жизнь Франции есть не что
иное, как сознание пустоты». Русской молодежи стало казаться, что умственным центром Европы является теперь Германия. Ради познания, утоляя «философскую жажду», молодежь
увлеклась чтением Канта, Шеллинга, Фихте, Гегеля, так как
немецкая философия формулировала проблемы, которые русское общество 20—30-х годов XIX века
Интерес к немецкому идеализму объясняется рядом важных
причин. Так Э.
Л. Радлов
1
выделяет глубину и содержатель-
стремилось решить.
ность немецкого идеализма, поставившего новые задачи для
1
Радлов Э. Л. Очерк истории русской философии // Русская филосо-
фия. Очерки истории / сост. Б. В. Емельянов, К. Н. Любутин. Свердловск : Изд-во Урал. ун-та, 1991. С. 96.
-
113
Традиции русской философии в историческом освещении
развития философии и предлагающего новые их решения,
стремление русского правительства избавиться от свободомыслия, идущего из Франции и Англии, а также расширение
сети образовательных учреждений — открытие университетов
в России, где преподавали немцы, поклонники Канта и Шеллинга. Г.
В. Флоровский утверждал, что «немецкий идеализм
был не только немецким, но и вселенским событием. Он обозначал какой-то общий момент в исторической судьбе европейского мира»
1
.
Освоение философского наследия Запада, идей немецких
мыслителей-современников способствовало глубокому осознанию российской общественной мыслью различий западного и восточного типов философствования. Это осознание заложило в русской философии основы поиска собственного пути
развития, понимание своей уникальности и неповторимости,
вызвало дискуссии вокруг проблемы восприятия западной философии и идеи создания
собственной философской школы.
Русские философы отмечали, что западное мышление в
основных своих проявлениях ориентируется на рациональное,
логическое начало. Оно возводится в ранг всеобщности и базируется на убеждении, что наиболее адекватным его воплощением выступает либо картезианское, декартово рациональное «Я» («Я мыслю, следовательно, существую»), либо кантианская трансцендентальная субъективность — выражение
«чистого разума». Для основных направлений русской философии, начиная со славянофильства, такое понимание проблемы — чисто западное, в том числе свойственное для немецкой
философии. Для русской философии характерно иное представление об универсальном субъекте мышления и культурного творчества. Оно строится на поисках решения не на уровне
мышления, а на
уровне самой жизни, оно онтологично, не замыкается в «логический монастырь» (Герцен), а ищет реальное бытие, реального человека за всеми мыслительными по-
1
Флоровский Г. В. Спор о немецком идеализме // Из прошлого рус-
ской мысли. М., 1998. С. 413.
114
Глава 6. Развитие философии в России на рубеже XVIII—XIX веков
строениями. Именно русская философия, не без влияния философского историзма Шеллинга, пришла к выводу о том, что
убеждение во всеобщности, универсальности разума является
узким, не отвечающим действительности, что могут быть
иные национально-культурные установки, в том числе специфически русские. Для этого следовало преодолеть представление о подражательности русской философии, ее
известной за-
висимости от Запада.
Один из видных западников, философ, склонившийся к по-
зитивизму, К.
Д. Кавелин в 1874 году, выступая с докладом в
Литературном фонде на тему «Философия и наука в Европе и
у нас», дал аналитическую характеристику восприятия немецкой философии в России
1
и критически заметил, что сущность
философских учений Запада, их научная, теоретическая сторона, отражавшая суть жизни европейских народов, стала у
нас «предметом праздного дилетантизма и меняющейся мо-
2
ды»
. Наша почва не представляет условий для акклиматиза-
ции «чужеземного растения европейской философии». На Западе она развивается органично, каждый акт «великой драмы
европейской жизни есть результат прошлого», что К.
лин подчеркнул в высказывании: «Кант продолжается в Фейербахе, как Локк в Бокле»
3
. В России эта преемственность от-
Д. Каве-
сутствует, мы берем «каждое учение особняком», переходим
от системы к системе. Сегодня идет полоса позитивизма, вчера
шла полоса идеализма, как знать, может быть пойдет полоса
спиритизма — заключает философ.
При всей категоричности суждений К.
Д. Кавелина в них,
безусловно, есть зерно истины. Он выступает не за механическое поверхностное восприятие немецкой философии, а за
подлинный диалог, когда у каждой стороны есть своя позиция,
своя, только ей присущая традиция. Кавелин отстаивал идею о
1
Кавелин К. Д. Наш умственный строй. Статьи по философии рус-
ской истории и культуры, М., 1989. С. 281—282.
2
Там же.
3
Там же. С. 281—282.
115
Традиции русской философии в историческом освещении
необходимости самостоятельного философского развития.
Только тогда станет возможным не только адекватное восприятие философии другого народа, это еще и позволит критически оценить результаты научных поисков этого народа и свои
собственные с тем, чтобы выработать новый подход, приближающий нас к истине. Только в процессе сравнения и выявления слабых сторон
, а затем и в творческой деятельности,
направленной на преодоление неизвестного, разовьется «индивидуальное начало» в русской культуре и философии. «Мы
считаем себя европейцами и во всем стараемся стать с ними на
одну доску, — пишет Кавелин. — Но… нам не следует, как
делали до сих пор, брать из Европы готовые результаты ее
мышления, а надо создать у себя такое же отношение… Нам
еще предстоит выработать теорию личного, индивидуального,
личной самодеятельности и воли»
1
. Только в таком случае в
России сможет развиться индивидуальное начало, появится
«нравственная личность» и изменится действительность.
1
Кавелин К. Д. Наш умственный строй. С. 318—319.
116
Глава 7. Западники и славянофилы
Глава 7
ЗАПАДНИКИ И СЛАВЯНОФИЛЫ
1. Судьба России в философских воззрениях П.
Я. Чаадаева.
2. Славянофилы о проблеме человека и общества.
3. Западники о проблеме человека и общества.
1. Судьба России в философских воззрениях П. Я. Чаадаева
Наиболее значимой фигурой в русской философии первой
половины XIX века стал Петр Яковлевич Чаадаев (1794—
1856), которой получил неоднозначную оценку современников
и исследований: одни относили его к западникам, другие — к
славянофилам. Чаадаев же является философом, положившим
начало длительному спору о путях развития России, первым,
кто заметил, что «время слепых влюбленностей прошло
хожу, что человек может быть полезен своей стране только в
том случае, если ясно видит ее…»
1
Здесь стоит вспомнить о том, что Чаадаев оказался сыном
своего времени, которое требовало ответа на вечный гамлетовский вопрос: быть или не быть? И это чувствовалось во
всем: в философии, литературе. М. Бакунин о 1830-х годах
скажет: «Сомнения, критика существующего порядка, но что
делать никто не знает».
В своих работах «
Философские письма» и «Антология сумасшедшего» Чаадаев критиковал существующие крепостные
пережитки, в которых видел основные пороки русской жизни.
». «Я на-
1
Чаадаев П. Я. Апология сумасшедшего // Русская идея. Антология.
М. : Республика, 1992. С. 40.
117
Традиции русской философии в историческом освещении
Его философия носила религиозно-идеалистический характер,
весь исторический процесс он сводил к развитию духа от Бога
к всеобщему разуму, который порождает индивидуальный человеческий дух. В основе всего мира лежит Божественная
идея как идеальное начало всех явлений в мире физическом и
духовном. Прошлое нам неподвластно, рассуждал Чаадаев, но
мы может изменить
будущее, сделать его лучше, как считал и
Шеллинг. Чаадаев не отказывался от существования Бога, силу исторического развития видел в божественном провидении
и указывал на то, что человек слаб перед силами природы и
исторических процессов. И все же философ отстаивал активную позицию личности. Именно П.
Я. Чаадаев выдвинул
проблему неповторимости и уникальности личности. Ее активность ограничивается рамками «всемирно-исторического
закона», о котором он пишет в «Философских письмах». Человек как существо социальное может решить свои проблемы
только через связь с обществом, только через общение человека с человеком, в ином случае «мы бы мирно щипали
траву».
Более всего, как и Шеллинга, Чаадаева интересуют два вопроса: соотношение свободы и необходимости как ответственность личности за свои действия; соотношение в человеке
родового и индивидуального. Из родового, социального философ выводит понятие разума. По его мнению, лишь через
социальную среду передается разумность: «Мысль человека
есть мысль рода
человечества, которое должно способствовать его прогрессу»
человеческого, каждый человек лишь звено
1
Чаадаев рассуждает об индивидуализме в духе русской философской мысли: с одной стороны, мыслитель допускает ее
уникальность и свободу, с другой — сводит личностное начало к «пагубному я», которое лишь развращает человека, да и
сама свобода опасна тем, что может привести предоставленного самому себе человека к падению. Как и
1
Чаадаев П. Я. Философические письма // Полн. собр. соч. и избр.
письма. М. : Наука, 1991. Т. 1. С. 385.
масоны, Чаадаев
.
118
Глава 7. Западники и славянофилы
считал, что индивидуализм для человека вреден. Каждый человек — это часть социума, он должен нести ответственность
перед обществом, содействовать бесконечному прогрессу, под
которым подразумевается духовный прогресс, развитие человеческого духа — разума всего человечества, порождающего
индивидуальный разум.
Поскольку цель, которую Бог установил человечеству, общая, то отдельный народ достичь ее не может
, а должен внести свой вклад на благо человечества. Выполнение народами
своей роли в общем деле зависит от того, насколько эта роль
будет ими осознаваться. Поэтому один из самых важных уроков истории состоит, по Чаадаеву, в том, что народам необходимо открыть их истинное предназначение, нацелить на реше-
общечеловеческой задачи.
ние
2. Славянофилы о проблеме человека и общества
Чтобы бороться с западными идеями, ранние славянофилы
использовали «европейское оружие», тем более что и по настроению, и по приемам мысли они были близки западным мыслителям. Именно славянофилы пришли к выводу о необходимости создания собственной философии, почувствовав, что
нужно взаимодействовать с западной
однако сам характер взаимоотношений был им еще непонятен.
Продумыванием задач создания русской философии занялся Иван Киреевский. В нем боролись шеллингианство и собственно русское начало. Как справедливо отметил Э.
лер, «Киреевский стремится включить чистую науку разума,
кульминацией которой была “отрицательная” система Шеллинга, в ”положительную” — и, следовательно, в будущую
1
русскую философию»
. Еще меньше склонен был подчинять
русскую философию западной А.
1
Мюллер Э. И. И. Киреевский и немецкая философия // Вопросы фи-
лософии. 1993. №
5. С. 128.
философской мыслью,
И. Мюл-
С. Хомяков, но смог осуще-
119
Традиции русской философии в историческом освещении
ствить данную задачу только В. С. Соловьев, в системе которого русская философия стала самостоятельной и полноценной, причем с определившимся статусом новой школы в си-
1
стеме классической философии
.
Славянофильская концепция личности решалась в рамках
христианской религии в работах И.
мякова, К.
С. Аксакова, Ю. Ф. Самарина. По мнению Н. А. Бер-
В. Киреевского, А. С. Хо-
дяева, славянофилы подхватили гегелевскую идею о призвании народов и применили ее к русскому народу. Они показали
в русском народе целостность и органичность, противопоставили ее раздвоенности и рассеянности западноевропейского рационализма, в котором видели наибольшее зло и опасность для самого человека.
В основу философии И.
В. Киреевского заложено дуали-
стическое представление о человеке как единстве «духовного»
и «душевного», «внутреннего» и «внешнего». Внутренним
ядром в человеке является его духовное, представленное эмпирической сферой как совокупностью разнородных функций,
и душевной — сферой «Я» — началом его цельности. Внешняя сторона личности отделена от внутренней стороны грехом, поэтому задача личности
— восстановить утраченную
целостность. Благодаря своим внутренним силам, собственной
воле человек способен собрать воедино разум, волю, чувства и
совесть и направить их на восстановление своей личности.
Киреевский подчеркивает важность моральной сферы, в зависимость от которой он ставит «здоровье» других сфер человеческой личности.
Личности необходимо духовное просвещение, под кото-
рым
Киреевский подразумевал «живое» знание. «Нравственная апатия» Европы привела лишь к всеобщему эгоизму, это
результат преобладания рационального над духовным и в конечном итоге «святость внешних формальных отношений,
1
См. об этом: Хоружий С. С. Неопатристический синтез и русская
философия // Вопросы философии. 1994. №
И. Киреевский и немецкая философия // Вопросы философии. 1993.
№
5. С. 128.
5. С. 76 ; Мюллер Э. И.
120
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]