Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Сюжетно-деятельностные технологии в медиаобразовании. Монография
.pdf
Глава 7. Возможности применения сюжетно-деятельностных технологий
в образовательных программах средней школы
Рис. 27. Формирование дискурсивного пространства
Здесь особенно важно акцентировать интертекстуальное форми-
рование новой картины мира в «системе ризомы» как полифониче-
176
ской «встречи двух текстов или двух субъектов»
. Речь идет, с одной
стороны, о входящем готовом тексте и, с другой стороны, о создаваемом или реагирующем тексте, в котором и происходит встреча двух
субъектов. В этой ситуации встречи присутствует сознание не только
говорящего, но и сознание воспринимающего во всем объеме его интертекстуальных и ризомических связей, и это
сознание никак нельзя «элиминировать или нейтрализовать» (М. М. Бахтин, 1976). Третья
система проектируется «через создание новых "узлов" гипертекста
и образует третью систему, которая включает новые миры, и имплицитно задается возможность прокладывания бесконечного числа индивидуальных маршрутов мысли и коммуникации». Интересным
образцом своеобразного диалога между авторами литературного произведения и его
экранизации является рассказ Леонида Андреева «Ан-
гелочек», написанный в 1899 году. Как пишет в своей работе А. И. Дья-
177
конова
, «открытый финал рассказа с самого начала вызывал споры
и разногласия и среди читателей, и среди критиков, и среди коллегписателей». Это не удивительно, так как классическое художественное
176
Бахтин М. М. Проблема текста в лингвистике, филологии и других гуманитарных наук
Опыт философского анализа // Бахтин М. М. Эстетика словесного творчества. – М.: Искусство, 1986. – С. 297–325, 421–423 (прим.). Впервые: Вопросы литературы, 1976, № 10
(публикация В. В. Кожинова).
177
Дьяконова А. И. Медиаобразцы на уроках литературы при работе с ценностными ориентаци-
ями подростков // Образовательные технологии XXI века: информационная культура и медиаобразование. ОТ´14/ред. С. И. Гудилина, Е. В. Бондаренко, Н. Б. Ковалева. – М.: ЦСОТ,
2014. – С. 162–165.
161
Н. Б. Ковалёва. Сюжетно-деятельностные технологии в медиаобразовании
произведение в представлении читателей и авторов должно «давать
урок жизни и смерти» [57, c. 14], так как не поняв неминуемые законы
жизни, человек не может обрести истинную свободу. В этом смысле
даже в наше постмодернистское время, когда уже вышли на авансцену
мировой культуры произведения Милорада Павича и вроде бы все
способствует безудержной свободе творчества
, далеко не все читатели готовы к отрытому финалу. Тем более, когда рассказ проходится
в школе и проблематизирует самые важные основы доверия младших
подростков к миру. С моей точки зрения, дело не только в открытом
финале, но и в том, что в самом рассказе Леонида Андреева нет опоры
для разрешения
жестко поставленной проблемы одинокого, брошенного всеми подростка, который только и может выжить, обернувшись
зверьком. В этой ситуации опытный педагог, безусловно, начинает искать возможности для расширения контекста – чтобы создать опору
за счет гипертекстуальных связей. Как пишет А. И. Дьяконова, «формирование гипертекстуальной структуры в концепции Н. Б. Ковалевой предполагает
подбор таких образцов, в которой дополнительные
тексты с опорными образами образуют целостное дискурсивное про-
178
странство»
, «задача педагога – включить в него учащихся в творче-
ско-рефлексивной позиции». То есть создать условия, в которых они
так или иначе должны дать свой ответ автору произведения, используя
дополнительные связи.
Одна из опор появляется в одноименном фильме-экранизации рассказа «Ангелочек» Залиной Бидеевой. В фильме образ несчастного
подростка получает новую
трактовку, корреспондируя с образом «волчонка» из стихотворения В. Набокова. Важным контрапунктом к пониманию идеи произведения оказалось также произведение А. Блока
«Сусальный ангел», создающего возможность оптимистического разрешения трагического повествования Леонида Андреева (рис. 28). Формирование такой гипертекстовой структуры позволило педагогу максимально
актуализировать и обострить проблему главного героя рассказа – Сашки
Однако как воодушевить детей на сочувствие к какому-то оборванцу,
постучавшемуся в их благополучное, полное излишеств, комфорта
и родительской любви существование? Как вывести их из декларативного понимания возможностей преображения человека? Как сделать
так, чтобы они все же «открыли непреложные законы жизни и смерти,
а не попытались прикрыться красивыми заученными
формулами типа
«надо верить, молиться, любить…»?
178
Там же.
.
162
Глава 7. Возможности применения сюжетно-деятельностных технологий
Рис. 28. Л. Андреев. «Ангелочек». Пространство культурного дискурса
в образовательных программах средней школы
На помощь приходят СД-технологии, позволяющие создать ситуацию
эстетического переживания в процессе инсценируемой коммуникативной
ситуации –встречи учеников и героя. Мысль понятна. Стоит на минутку
себе представить, как просыпается Сашка в своей ужасной комнате и обнаруживает, что вымоленный у судьбы ангелочек исчез, растаял, превратился в сусальное пятно, как все декларации
уходят – в душе возникает
одно и очень ясное желание: что-то изменить, помочь, дать надежду. Как?
Первый шаг понятен – живая ситуация диалога. Только актер должен на минуточку перевоплотиться в голодного ободранного мальчика начала ХХ столетия и ни в коем случае не «покупаться» на прекраснодушные советы. Что меняется,
вроде как понятно: одно дело просто
высказать тезис о том, что Саше надо верить – и Господь его не оставит.
И совсем другое дело, глядя в глаза отчаявшемуся мальчику, у которого только что улетучилась последняя надежда быть любимым, если
не людьми, то Богом, – буквально растаяла вместе с растопленным воском.
С точки
зрения автора – ключ не только к сердцу, а ко всей личности подростка, включая его сознание, лежит в живом эстетическом
переживании происходящего, в желании принять на себя удар, помочь, что-то изменить, чтобы не дать навсегда потерять человеческое
достоинство и надежду герою. Это позволяет преодолеть стереотипы
мышления, скованность, готовность
спрятаться за прописные истины,
позволяет, по сути, сотворить маленькое чудо. В такой ситуации даже
растерянность и недоумение перед лицом проблемы оказываются возвышенным чистым благородным переживанием.
163
Н. Б. Ковалёва. Сюжетно-деятельностные технологии в медиаобразовании
Сцена удалась. Разговор с отчаявшимся подростком был сложным.
Мальчик переживал страшную драму: восковой ангелочек, которого он вымолил у судьбы как добрый знак перемены к лучшему, как
знак того, что есть еще надежда и в мире существует что-то неведомое и прекрасное и для него, Саши, – вдруг исчез. Растаял без
следа.
Как можно помочь такому герою, где найти слова, которые вернут
ему веру, надежду, смысл жизни. Они говорили что-то, а Сашка молча
смотрел в потолок и выражение его лица было таково, что слова замирали на губах подростков. Их домашним заданием было продолжить
рассказ Леонида Андреева и показать, каким
будет его будущее. Творческие размышления и эссе ребят поражают глубиной, силой сопереживания, буквально слезы наворачиваются на глаза. Судите сами, вот
сочинение ученицы 7 класса:
«В завешенное окно пробивался синеватый свет начинающегося
дня, и на дворе уже застучал железным черпаком зазябший водовоз.
Все в доме еще спали – отец негромко похрапывал
в другом конце комнаты, а мать тяжело сопела на своей постели. Сашка проснулся раньше
всех. Он поставил ноги на пол, половицы тихо заскрипели. Это был
унылый, тихий и протяжный звук, похожий на чей-то стон. Очень
печальным, безотрадным показался Сашке этот звук, он словно предвещал что-то недоброе, нехорошее
.
Сашка постарался отмахнуться от этих мыслей и стал вспоминать вчерашний день. Он помнил, что что-то хорошее, светлое случилось вчера! Мальчик долго думал, старался понять, что же это
было, но его усилия были тщетны. Он уже отчаялся, как вдруг его
все еще сонный взгляд упал на спящее умиротворенное
лицо отца.
И мысль, словно солнечный луч, когда кто-то резко открывает занавески в темной комнате, пронзила его разум. «Ангелочек!» – подумал
он. Вот, вот что вчера случилось! Это прекрасное, хрупкое маленькое существо появилось в его доме и подарило надежду на светлое!..
Что «светлое»? Сашка не знал, но он понимал
, что это «светлое» –
это то, что обязательно будет в его жизни, ведь Ангелочек дал ему
надежду! Мальчик начал оглядываться в поисках Ангелочка, вспоминая, куда же дедушка его вчера повесил. Над печкой его почему-то
не было. Ни рядом с печкой, ни на подоконнике, нигде! Сашка было
подумал, что ночью
мать его вынесла в кухню, и собрался пойти
туда, как заметил, что под печкой что-то слабо сверкнуло. Мальчик обернулся. Медленно подошел к печке и присел на корточки. Под
печкой матовым стеклышком лежала гладкая застывшая лужица
164
Глава 7. Возможности применения сюжетно-деятельностных технологий
в образовательных программах средней школы
светлого розоватого воска, а рядом в лучах солнца поблескивала золотая веревочка. Мысли, словно тяжелые булыжники, медленно, лениво, нехотя притягивались в Сашкину голову. Он тяжко осознавал,
что произошло ночью. Его надежда, его мечта, вера, шанс быть
счастливым – все разбилось в один момент на тысячи маленьких
осколков! А ведь это была
его ошибка, он позволил отцу повесить
Ангелочка около печи!
Сашка сидел на полу и скреб ногтем маленькое пятнышко воска.
Слезы наворачивались ему на глаза и с приглушенным звуком падали
на старый деревянный пол. Мальчик ни о чем не думал – все его мысли
словно провалились в глубокую темную яму, как в
детской игре – «бух!»
и все. В голове осталась лишь пустота – маленькая темная комнатка,
в середине которой вырыта яма настолько глубокая, что никому не достать оттуда ни одной мысли.
– Сашка! Сашка!.. – услышал он тихий шепот отца.
– Нет, – подумал он. – Нет, я не повернусь к тебе. Ты никогда меня
не поймешь
! Вчера я подумал, что ты сможешь, но сейчас я понял,
что ошибся!
Отец подошел к Сашке и молча, в полной тишине, которую не нарушал даже скрип старых половиц, сел рядом. Он увидел и восковую
лужицу, и темные пятнышки слез на деревянном полу, и золотую ниточку. Он ничего не
сказал, не попытался утешить сына, не ушел.
Он сделал то, в чем так нуждался его сын – он понял его. Они сидели
рядом долго-долго и молчали. Их души и мысли были словно одним
целым, но в то же время каждый думал о своем. Сашке было очень
жаль Ангелочка, но больше ему
было жаль себя. Ему не казалось, что
его предали или обделили, просто он только сейчас ощутил ту пустоту в душе, которую должна заполнять Надежда. Это была тяжелая пустота, которая росла и росла и становилась все тяжелее
и тяжелее…
* * *
Cашка продолжил ходить в школу, так же угрюмо сидел
на уроках,
но он перестал драться с одноклассниками и хамить взрослым. После
школы он приходил домой и делал уроки, и вскоре они у него стали
получаться, учителя ставили ему «четверки»… Но он не понимал, почему? Что заставило его стать лучше? Никто не понимал – ни взрослые, ни он сам, что
это была та самая Надежда, которую ему
дал Ангелочек! Маленькая, спрятанная глубоко-глубоко, эта надежда
165
Н. Б. Ковалёва. Сюжетно-деятельностные технологии в медиаобразовании
теплилась в душе мальчика маленьким огоньком, который потом вырос в большой яркий костер Веры!» (Юля П.)
Думаю, многие со мной согласятся, что это маленькое художественное произведение, целостное, яркое и осмысленное, необычно для
ученицы 7 класса. С точки зрения учительницы, данное сочинение –
огромный шаг в овладении русской письменной речью и русским
языком, образной его основой. Действительно, богатство словарного
запаса, привлечение художественных деталей и тонких оборотов речи,
позволяющих воссоздать внутренний мир героя, его состояние, чувства,
мысли – все это мы видим в тексте. Еще сильнее поражает глубина
сопереживания и понимания героя, личностная осмысленность рассказа. Драматизм и напряжение повествования заставляют нас предположить
глубокую творческую вовлеченность автора в проблематику
ситуации, что удивительно уже само по себе.
Данный сценарий сопровождался небольшим диагностическим
исследованием. Входное «диагностическое» задание содержало сходные вопросы с выходной диагностикой, но применительно
к другому материалу. В этом случае ребята, познакомившись с двумя персонажами из произведения К. С. Льюиса «Хроника Нарнии»
выполнив творческое задание (характеристика Юстаса и пересказ
и
сцены дуэли от лица известного и храброго Мыша Рипичипа), пытались ответить на 2 вопроса. 1) Как бы они посоветовали поступить
капитану с Юстасом, который помимо собственного желания оказался на корабле? 2) Может ли Юстас измениться, что в этом может ему
помочь? Во втором выходном
задании, учащиеся, побывав в сложной
коммуникативной ситуации, построенной на основе СД-технологий
и «поговорив» с опустошенным Сашей, уже дома писали продолжение рассказа. Заметим, даже первое задание – так называемое входное тестирование, когда надо описать сцену от лица героя, – за счет
новизны и соответствия актуальной зоне развития способности коммуникации,
понимания, самосознания вызывает к жизни довольно
интересные попытки описать действия и мысли героя. Появляются
яркие эпитеты, разнообразные глаголы, скорость. Но это , скорее, как
выглядит как интересное техническое упражнение, этюд – напряжения смысла не возникает. В ответах на вопросы о том, как поступить
с Юстасом и может ли он измениться, мы получаем
сухие отчужденные рекомендации и другие декларативные суждения. Вот, к примеру,
ответ той же ученицы:
166
Глава 7. Возможности применения сюжетно-деятельностных технологий
в образовательных программах средней школы
Вопрос: Как бы вы поступили с героем?
– Я бы поговорила с ним и попросила бы впредь так не делать, объяснила бы почему. А если не послушается, то за каждую выходку он
будет мыть палубу!.. или тоже предложила шпагу…
Вопрос: Смог бы Юстас измениться?
– Я думаю, каждый может измениться, но
только если захочет.
Когда Юстас поймет, что в его поведении не нравится другим и захочет это изменить, то он сможет стать другим. Или его может изменить какое-то особенное, отличающееся от других происшествие,
какое-то сильное потрясение, переживание или эмоция». (Юля П.)
Аналогичные декларативные ответы мы получали в
ситуации прямой работы с рассказом Леонида Андреева и его обычного разбора
на уроке: «надо верить, Господь не оставит, это испытание, через которое он должен пройти» и т. п.
Применение СД-технологий позволило получить осмысленные неформальные ответы буквально от всех учащихся. Каждый в классе нашел не только слова
, чтобы передать состояние Саши, но и свои, пока
еще детские, способы его утешить и поддержать. Основная мысль, что
«воск растаял, но Ангел уже пришел к нему и уже его не оставит –
и Саша со временем это понял». Для большинства подростков важным
также оказалась тема взаимоотношений с отцом: многие написали
том, что он молча разделил горе с Сашкой и сын понял, что отец
о
любит и понимает его. Хотя в других сочинениях отец вступает в диалог и пытается вернуть надежду Сашке. Это свидетельствует том, что
большинство учащихся идентифицируют себя с мальчиком и почувствовали себя на его месте. Отец в
рассказе Л. Андреева совсем другой.
Приведем для примера еще два сочинения ребят, которые раньше совсем ничего не писали.
Работа первая (цитируется без редактирования):
«Утро. Сашка стоит на коленях и плачет. К нему подошел отец
и спросил у него, что случилось?
– Мой ангелочек, он растаял. Ответил ему Сашка со слезами
на глазах.
– Жаль. Он был очень красивый.
– Я без него жить не могу, а ты тут говоришь, каким красивым
он был! – злобно ответил он отцу. – Только он меня понимал! Только
с ним мне было хорошо!
Отец грустно посмотрел на Сашку и сказал. Он от тебя не ушел,
он всегда
будет в твоем сердце, ведь он дал тебе надежду.
167
Н. Б. Ковалёва. Сюжетно-деятельностные технологии в медиаобразовании
– И на что он дал надежду?
– На новую жизнь, чтобы ты имел друзей, лучше.
– Зачем мне это все?! Мне нужен только мой ангелочек!
Отец лег у камина, закутался в одеяло и сказал:
– Решай сам, кем ты будешь.
Сашка очень долго думал, и мысли о том, чтобы сбежать из дома
или покончить с собой не покидали его голову, но, в конце концов, он
понял, что ангелочек ушел, чтобы помочь другим людям, а Сашке он
уже помог, дав надежду. Ведь надежда и любовь к ближнему – это
то, что помогло Сашке стать человеком и не думать об исчезнувшем
ангеле». (Арарат С.)
Работа
вторая (цитируется без редактирования):
«Солнце еще не встало. За окном была беспросветная тьма.
Комнатку, в которой спали Сашка с отцом, освещала маленькая догоравшая свеча. Вокруг не было ни звука. Сашка начал ворочаться
и вскоре встал с кровати. Не обращая никакого внимания, он пошел,
вытирая сонные глаза, в комнату, где
спала мать. Вернувшись уже
с широко раскрытыми глазами, он стал что-то искать. В его глазах
был и испуг, и растерянность, и страстное желание найти то самое,
что вчера принесло ему столько радости и надежды. Сашка посмотрел на печку, вспомнил, как отец повесил ангелочка на нее, и подошел
поближе. Наступив
на что-то, он взглянул вниз. На деревянном полу
была небольшая нежно-розовая лужица воска. Сашка медленно опустился и застыл. В его голове проскользнула вся его жизнь, гимназия,
уроки, одноклассники и вчерашний праздник.
Во всем этом он пытался найти ангелочка, но тот растаял. Сашка
был в недоумении. Та единственная
искорка, дарившая ему веру и надежду, угасла. После этого мрачного утра Сашка долго ходил сам
не свой, никого не замечал и думал. Он понял, что ангелочек ушел,
а надежда, которую он дал Сашке, осталась и что он должен нести
ее и делиться ею с другими». (Макар Ф.)
Таким образом, учащиеся
7 класса продемонстрировали глубокое
понимание проблемы, поняли состояние мальчика. В первом задании,
которое им тоже нравилось, они давали стереотипные и личностно
не осмысленные советы типа «каждый может измениться» или «пусть
палубу драит». После живой встречи с героем каждый из учащихся
сделал свой шаг в попытке встать на место другого и понять,
как можно
в ситуации кризиса и опустошения вновь обрести надежду. В итоге
подростки осмыслили для себя один из важных постулатов духовной
168
Глава 7. Возможности применения сюжетно-деятельностных технологий
в образовательных программах средней школы
жизни в религиозной картине мира: «Ангел, охраняющий и дарующий надежду, – всегда рядом. И главное – найти в своем сердце место
ему. А также самому помогать другим людям обретать эту надежду».
Важно, что этот шаг развития сделан на основе эстетического переживания ситуации и глубокого понимания художественного произведения. Причем это эстетическое
переживание освоено семиклассниками в творческом действии по созданию пусть еще несовершенного,
но собственного небольшого художественного произведения в ответ
на пережитую и понятую ими драму внутренней жизни мальчика.
Иной тип возможности использования сюжетно-деятельностных
технологий на уроках связан с задачами формирования мировоззренческих идеалов на основе диалога с известными писателями,
учеными,
философами, историческими деятелями.
Пример 3. Личность Ивана Грозного и политические реалии
его времени
Интересный сценарий занятия на тему «Личность Ивана Грозного
179
и политические реалии его времени»
представлен в разработке препо-
давателя истории и обществознания Н. В. Давыдовой. Основная цель
занятия – создать условия для развития способности старшеклассников выстраивать эффективную позиционную коммуникацию в современном политическом и культурном дискурсе. Важным фактором
освоения традиционных принципов такого дискурса являются исторические документы, которые позволяют соприкоснуться с миром людей
прошлого,
чтобы лучше понять настоящее.
По мнению опытного педагога, сложнейшая задача формирования
исторических знаний как опоры для развития гражданской идентичности и целостного мировоззрения учащихся может быть успешно решена на основе рефлексивно-позиционного подхода к сценированию
ситуаций целостного развития личности. В качестве материала для решения проблемы понимания политического дискурса и
возможностей
личного участия в нем был выбран один из самых обсуждаемых, неоднозначно оцениваемых, часто цитируемых источников ХVI века в истории России: переписка Андрея Курбского и Ивана Грозного. Данной
полемике присуще противопоставление позиций, возникшее на основе
разного понимания и трактовок событий, о которых оба участника говорят, хотя и
179
Давыдова Н. В. Образование как введение в исторический и современный политический
дискурс // У истоков развития. Сборник тезисов участников Четвертой всероссийской научно-практической конференции по психологии развития. М: МГППУ, 1913. С. 156–159.
со страстью критики и взаимообличения, но, тем не ме-
169
Н. Б. Ковалёва. Сюжетно-деятельностные технологии в медиаобразовании
нее, показывая именно принципиальные позиционные различия. Все
это – беспрецедентный для истории случай, когда самодержец и его
критик находятся в эпистолярном диалоге и через диалог делают нас
свидетелями серьезнейшей интеллектуальной работы по доведению
именно своей позиции, своих принципов как до сведения собеседника, так и современников, равно, впрочем, как и
их потомков. Полемика
носит открытый характер: в ней нет закрытых тем, в изобилии упреки
и обвинения. Но речь в первую очередь все же идет о принципах, правилах, поскольку здесь налицо столкновение подходов и мировоззрений. Мы знаем, что бежавший Курбский был ангажирован не только
личной обидой на товарища и собеседника
своей юности: переданные
им московские планы предстоящих военных компаний были вопиющим случаем шпионажа и предательства, чрезвычайно щедро оплаченные противниками государства московитов. Тем более интересно
в этой связи звучит в устах Курбского пафос обличения недолжной
заботы и попечения о делах государственных. Более того, Курбский
в полемическом задоре утверждает, что
дела царя Иоанна и он сам стали «супротивными Богу». Для нас важно в данном случае то, что оба
корреспондента полагают такую полемику необходимой и относятся
к ней с соответствующей серьезностью и заинтересованностью. Качество проработки некоторых аргументов Курбского заставляет думать
о том, что возможность придания переписке широкой огласке планировалась
сразу же в момент написания. Сам факт наличия продленной во времени и развернутой полемики Самодержца и Диссидента –
полемики о правилах, принципах, законах взаимоотношения Власти
и отдельных индивидов; о мере достаточности или избыточности власти Самодержца; о цене или ответственности за наступившие последствия осуществленных деяний – все это в полемике
бывших друзей
и единомышленников представляет огромный интерес в наше время
социальных сетей, моментальной коммуникации, комментирующей
блог-журналистики и других форм. Повторимся, что обе стороны диалога порождают позиционные, а по сути – концептуальные тексты,
так как фокусом их внимания становятся именно принципы, законы,
привила, рефлексивный анализ пройденного пути и т. д.
все же практика показала, что еще более эффективным спосо-
И
бом является разыгрывание ток-шоу, в котором спорят представители
оппозиционных партий. Одни считают Курбского героем, другие –
предателем. Попытка убедить одного из оппонентов изменить точку
зрения оказалась трудно реализуемой. Тогда в рамках ток-шоу была
170
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]