Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социология культуры. Учебное пособие для студентов, обучающихся по специальностям «Социология» и «Социальная антропология»
.pdf
Глава 2. Конституирование социологии культуры как особой гуманитарной науки…
61
Причем, как подчеркивает А. Вебер, основное внимание следует
уделять анализу того, что происходит в материально-техническом базисе, в сферах экономических, правовых и политических отношений.
Именно с трансформациями форм собственности, с деятельностью
правовых и политических институтов связывает большинство историков, как он пишет, «образы великих людей и судьбы масс». Однако то, что касается таких вещей, как музыка, литература, изобразительное искусство, философия, — все это остается за границами их
внимания.
Таким образом, то, что составляет квинтэссенцию всякого со-
циокультурного образования, не рассматривается науками, призванными выявлять особенности тех или иных культурных миров. Опираясь на вышеизложенные положения, А. Вебер делает вывод о том,
1
÷òî истории культуры, как общей науки, сегодня не существует
.
Не исследуют культуру как целостность и другие науки о куль-
туре: литературоведение, филология, лингвистика, искусствознание
и так далее, которые рассматривают также только отдельные социокультурные феномены. Они явно не учитывают то обстоятельство,
что артефакты, возникающие в процессе духовной деятельности,
тесно связаны с условиями бытия людей. Более того, те объяснения
«эманаций движений культуры», которые они дают, вряд ли являются верными, ибо эти объяснения базируются на недостаточно
методологически обоснованных посылках.
Возникает вопрос: какая наука способна взять на себя миссию
раскрытия закономерностей человеческой истории, которая есть не
что иное, как история культуры?
По мысли А. Вебера, это может сделать только культурсоцио-
логия, обладающая соответствующими возможностями с точки
зрения используемых ею методов и накопленного эмпирического
материала.
В пользу культурсоциологии, как считает А. Вебер, свидетель-
ствует и то, что существуют три если не равноценных, то равнозначных аспекта (или измерения) тотального исторического процесса: культурный, цивилизационный è собственно социальный, каждому из которых отводится особая роль
2
. Рассмотрение исторического процесса в культурной плоскости позволяет выявить смысл
истории, выяснить значение тех или иных событий как для конкретного индивида, так и для общества в целом. Анализ историче-
1
Ñì.: Вебер А. Óêàç. ñî÷. Ñ. 8.
2
Òàì æå. Ñ. 11.
Раздел I. История социологии культуры
62
ского процесса в цивилизационной плоскости позволяет выяснить
наличие преемственности в историческом развитии, решить вопрос о степени овладения человеком природой. Наконец, социальный аспект истории являет нам ее «телесную фактуру» — тот
самый материал, из которого она «выстраивается» в процессе жизнедеятельности людей. Отсюда вытекает представление об особом
статусе социологии культуры, которая не может быть не чем
иным, как наукой, рождающей принципиально новый тип знания,
синтетический по своей природе.
Однако вклад А. Вебера в становление и развитие социологии
культуры не ограничивается только обоснованием ее особого статуса, формулировкой ее предмета, целей и задач, описанием метода.
Создатель культурсоциологии немало сделал для выяснения сущности культуры и цивилизации, раскрытия их взаимосвязи. По мысли
А. Вебера, культура и цивилизация — это два тесно связанных, но
различных феномена. Если культура то, что возникает тогда, когда
мы приподнимемся над уровнем нашего витального бытия, то цивилизация теснейшим образом связана с рационализацией бытия,
овладением силами природы, эффективностью применяемых орудий и средств производства, наличием, как пишет Альфред Вебер,
«космоса практически интеллектуального знания и интеллектуально
сформированного опосредующего аппарата господства над сущест-
1
вованием»
.
С точки зрения Альфреда Вебера, в процессе развития цивилизации могут возникать далеко не совпадающие «образы мира» в силу различий, присущих различным, как он пишет, «историческим
телам», однако
в каждом историческом теле она (цивилизация. — À.Ø.)
всегда шаг за шагом строит космос познания, который в трех названных частях находит лишь различные фронты своего выражения; его образование, приведенное в движение в одном направлении, идет логически закономерно дальше, подобно тому,
как построение здания подчинено законам некоей имманентной каузальности
2
.
Согласно мнению А. Вебера, то, что возникает в процессе раз-
вития цивилизации, не создается в процессе креативной деятельности человека, а открывается в результате получения ответов на те
вопросы, которые задаются субъектом исторического действия.
1
Вебер А. Óêàç. ñî÷. Ñ. 15.
2
Òàì æå.
Глава 2. Конституирование социологии культуры как особой гуманитарной науки…
63
Отличительной чертой цивилизации, по А. Веберу, является и то,
что ее плодами пользуются люди, проживающие на различных континентах, — носители ценностей различных культур. Именно с последним
обстоятельством связано быстрое распространение достижений цивилизации, которые практически сразу же становятся достоянием различных
народов и этносов, даже тех, которые пока еще находятся на стадии
«доисторического» развития. Общность процесса цивилизационного
развития, который проходят различные страны, является основой для
сравнительного анализа их как социокультурных образований.
Использование достижений цивилизации является предпосыл-
кой и непременным условием развития культуры того или иного
народа, перехода «исторического тела» на более высокую ступень
развития. Доказательство правомочности этого тезиса Вебер находит в истории европейских народов, многие из которых на ранних
этапах своего существования воспользовались тем наследием, которое оставили этносы, начавшие свой путь задолго до них. Примером может служить история Древней Греции, которая стала колыбелью западноевропейской цивилизации в значительной степени
благодаря тому, что эллины весьма продуктивно воспользовались
тем богатством знаний, которое было накоплено в Древнем Египте,
Вавилоне, в Персии и на Крите. То же можно сказать и о развитии
народов Ближнего Востока, которые стали прямыми наследниками
того богатства, что было создано философами, учеными, поэтами и
художниками Древней Греции и Древнего Рима.
Использование каким-либо народом достижений народов, ранее
него вступивших на путь исторического развития, по Альфреду Веберу, есть общая закономерность, которая действует неукоснительно. Другая закономерность состоит в том, что
при проникновении новых народностей в общий космос
цивилизации человечества «субъективная» цивилизация, «цивилизованность» новых народностей всегда должна вновь пройти
всю последовательность ступеней, которые внутри общего объективного и субъективного космоса цивилизации до того уже
были открыты и пройдены другими
1
.
В итоге А. Вебер приходит к выводу, что цивилизация может
быть познана на основе постижения законов, то есть «логической
каузальности». Их выявление является одной из важнейших задач
культурсоциологии как науки.
Совершенно по-другому, по А. Веберу, следует вести изучение
культуры, которая «не создает космос общезначимых и необходи-
1
Вебер А. Указ. соч. С. 18—19.
Раздел I. История социологии культуры
64
мых вещей», а является всегда уникальным феноменом, теснейшим
образом связанным с конкретным «историческим телом», «душевно
обусловленной рядоположностью символов»
1
, которая всегда уни-
кальна и неповторима. С точки зрения немецкого мыслителя:
Все эманации культуры, религии, системы идей, художественные произведения в полной противоположности открытиям
цивилизации замкнуты по содержанию своей истины в исторические тела и во время, в которое они возникли
2
.
Отсюда следует, что перенесение какой-либо культуры с одной
почвы на другую невозможно, как невозможно создание того или
иного мира на той же почве, но в другом историческом времени.
Все вышесказанное может быть отнесено и к искусству, и к науке,
и к философии, которые есть квинтэссенция культуры того или
иного общества.
Исходя из уникальности феномена культуры, тип ее развития, как
считает А. Вебер, ни в коей мере не может быть похожим на тип развития цивилизации. Если последний может быть представлен как поступательный процесс восхождения по прямой линии, то развитие
культуры более всего напоминает ломаную линию, где пики совпадают со взлетами культуры, а провалы — с периодами ее деградации.
Согласно мнению мыслителя культурные миры самым тесным
образом связаны с теми социальными организмами, где они зародились и достигли расцвета. Они возникают и погибают вместе с «историческими телами», поэтому вести речь о существовании культуры
в отрыве от того общества, где она существует, невозможно.
Особым характером культуры определяется и специфика тех ме-
тодов, которые должны быть применены для ее исследования.
Если для предметов процесса цивилизации и космоса цивилизации с их общезначимостью и необходимостью можно
использовать «интеллектуальные» представления, понятия современного естествознания и посредством такого их применения создать для нашего сознания образ этого процесса и его
результатов, то к предметам движения культуры и к различным культурным мирам в их исключительности и неповторимости можно подходить только с помощью «исторического»
образования понятий, с понятиями и представлениями «неповторимой сущности»
3
.
1
Вебер А. Указ. соч. С. 21.
2
Òàì æå. Ñ. 23.
3
Òàì æå. Ñ. 25.
Глава 2. Конституирование социологии культуры как особой гуманитарной науки…
65
Из специфики культуры вытекает и специфика задач, которые
должна решать культурсоциология.
В социологическом рассмотрении культурных миров и движения культур, — подчеркивает А. Вебер, — речь может поэтому идти только о разработке типизации, т.е. о сравнении и разработке повторяющейся феноменологии, о ее поверхностном явлении и о попытке поставить эту феноменологию и ее неповторимые свойства в какую-либо постигаемую связь с общим процессом цивилизации всего человечества и с общественным
процессом различных исторических тел. Показать это более
конкретно является задачей социологии культуры
1
.
Таким образом, он не только доказал необходимость создания
новой науки о культуре, не только определил ее предмет и метод.
Ему принадлежит приоритет в обосновании особого статуса социологии культуры, в формулировке ее целей и задач. Продолжая традицию, заложенную еще И. Кантом, который первый поставил вопрос о различии культуры и цивилизации, он показал их принципиальную противоположность и внес существенный вклад в осмысление кризиса европейской культуры, во многом предвосхитив
О. Шпенглера, который в своем описании «мутирующей» культуры
западно-европейской цивилизации, в определенной степени опирался на те идеи, которые были выработаны создателем культурсоциологии в начале ХХ в. Осмысливая «парадокс рациональности»,
анализируя феномен «рациональной бюрократии», он констатировал рождение нового типа личности, который впоследствии, уже в
60-е годы ХХ в., в работах идеологов «новых левых», в частности
Г. Маркузе, получит название «одномерного человека». Он выделил
ряд периодов в развитии европейской культуры и показал, что логика ее движения состоит в том, что от одного исторического периода к другому наряду с усилением рационалистических элементов в
общественном бытии происходит снижение креативного потенциала
субъекта исторического действия, сужение его «поля свободы».
1
Вебер А. Указ. соч. С. 24.
Глава 3. Завершение процесса
конституирования социологии
культуры и обретение
ею статуса автономной отрасли
социологического знания
3.1. Социологическая концепция культуры
П.А. Сорокина и начало нового этапа
в развитии социологии культуры
Начало третьего этапа развития социологии культуры было ознаменовано появлением работ Питирима Александровича Сорокина
(1889—1968), которого по праву считают одним из самым крупных
мыслителей ХХ века. В историю мировой общественной мысли он
вошел как автор оригинальной концепции общественного развития,
создатель знаменитой теории социальной стратификации, моралист, разработавший концепцию морали, базирующейся на идее об
альтруистической любви как предпосылке и условии существования
нравственности, непримиримый критик тоталитаризма во всех его
разновидностях, один из основоположников теории конвергенции,
создатель и первый декан социологического факультета знаменитого Гарвардского университета — «кузницы кадров» для американского истеблишмента. К концу жизни он был признан «живым
классиком», патриархом социологической науки, к мнению которого по тем или иным вопросам прислушивались не только те, кто
принадлежал к научному сообществу, но и политики, бизнесмены,
деятели церкви. Работы Сорокина переведены на ряд языков, в том
числе на все европейские. Во многих странах мира существуют исследовательские центры, занимающиеся изучением его теоретического наследия, ряд научных организаций, в том числе несколько национальных академий наук, учредили премии имени П.А. Сорокина,
которыми награждаются ученые, сделавшие большой вклад в развитие наук об обществе.
Сегодня среди тех, кто занимается философской, социологической, культурантропологической проблематикой, трудно найти че-
Глава 3. Завершение процесса конституирования социологии культуры…
67
ловека, который не был бы знаком с работами П. Сорокина, не обращался к его книгам и статьям. Это прежде всего относится к
представителям западной общественной мысли, которые как ученые формировались или под влиянием идей, сформулированных
Сорокиным, или в процессе критического осмысления тех теоретических конструкций, которые были им созданы. Учениками Сорокина были Т. Парсонс, Р. Мертон, У. Мур, Ч. Лумис, Э. Шилз, Р. Бар-
áåð, Ì. Ëåâè, Дж. Хоманс. Его лекции и специальный теоретический
семинар в студенческую пору посещали такие известные личности,
как Дж. Ф. Кеннеди, А. Шлезингер, которые сохранили самые теплые
воспоминания о неординарно мыслящем профессоре русского происхождения.
Таким образом, есть все основания утверждать, что Сорокин оказал существенное влияние на формирование западной социологической мысли начала ХХ века. Воздействие идей Сорокина прослеживается и в работах современных американских, английских и немецких авторов, многие из которых, не считая себя прямыми продолжателями дела Сорокина, тем не менее демонстрируют те же самые
подходы и ту же логику мышления, которые были изложены им в
первых публикациях много десятилетий назад.
К сожалению, в России имя Сорокина вплоть до конца 60-х годов было известно только узкому кругу специалистов, которые, если и ссылались в своих работах на его труды, то только тогда, когда
речь шла о первом этапе становления социологии в России. В основном это были критические работы, в которых Сорокин как типичный представитель буржуазной социологической мысли не смог
в полной мере преодолеть ограниченность контовско-спенсеровского
эволюционизма, подкорректированного в соответствии с идеями,
выношенными основоположником французской социологической
школы Э. Дюркгеймом. Это были заблуждения либерально мыслящего интеллигента, который не понял грандиозность тех перемен,
произошедших в России после Великой Октябрьской социалистической революции. В капитальном труде «Социологическая мысль в
России (очерки немарксистской социологии последней трети XIX —
начала ХХ века)» (1978) Сорокин отнесен к числу неопозитивистов,
полностью разделявших взгляды Е.В. Роберти (де Роберти де Кастро де ла Серда), стоявшего у истоков данного направления социо-
1
логической мысли
.
1
Ñì.: Социологическая мысль в России / Под ред. Б.А. Чагина. — Л., 1978. —
Ñ. 346—363.
Раздел I. История социологии культуры
68
Большинство же отечественной читающей и пишущей публики
было знакомо с именем Сорокина по известной работе В.И. Ленина
«Ценные признания Питирима Сорокина»
его открытого письма, где Сорокин признает банкротство эсеровской доктрины и заявляет о своем выходе из партии социалистовреволюционеров, а также об отказе от борьбы с советской властью.
Сегодня с работами Сорокина может познакомиться любой российский исследователь. За последние годы опубликовано многое из
того, что было написано Сорокиным как в предреволюционный
период и в первые годы после революции, так и за время работы в
ведущих университетах Запада. Однако в целом наследие Сорокина,
особенно те книги, которые были написаны им в Соединенных
Штатах Америки на английском языке, пока еще остаются малоизвестными и труднодоступными отечественному читателю. Плохо
освещены в биографической литературе и ряд периодов его жизни,
в частности 1917—1918 гг., когда Сорокин находился в открытой и
непримиримой оппозиции к советской власти, время работы в Петроградском университете, период, когда он возглавлял созданный
им Центр по изучению созидательного альтруизма, и др. Тем не
менее есть основание утверждать, что возвращение теоретического
наследия Сорокина на родину состоялось.
Теоретическое наследие Сорокина весьма разнообразно и многопланово. Оно включает в себя множество книг, статей, рецензий
на работы коллег, обзоров научной литературы, эссе, ряд заметок
по наиболее животрепещущим проблемам не только социологии,
но и социальной философии, праву, этике, педагогике, истории.
Собрание сочинений Сорокина, выпущенное в свет одним из
ведущих бостонских издательств в 70-е годы насчитывает 40 томов
и включает в себя практически все самое ценное из того, что было
написано им более чем за 50-летнюю научную деятельность. Среди
них в первую очередь следует назвать монографии: «Преступление
и кара: подвиг и награда (социологический этюд об основных формах общественного поведения и морали)», «Система социологии»,
«Война как социальный факт», «Голод как фактор», «Социология
революции», «Социальная мобильность», «Общество, культура, личность», «Кризис нашего века», «Человек и общество в эпоху бедствий», «Россия и Соединенные Штаты», «Социокультурная причинность, пространство, время», «Восстановление гуманности», «SOS.
Смысл нашего кризиса», «Социальная философия в век кризиса»,
1
, посвященной анализу
1
Ñì.: Ленин В.И. Ïîëí. ñîáð. ñî÷. Ò. 37. — Ñ. 188—197.
Глава 3. Завершение процесса конституирования социологии культуры…
69
«Виды любви и ее сила», «Причуды и недостатки современной социологии и смежных наук», «Американская сексуальная революция», «Власть и нравственность», «Взаимная конвергенция США и
СССР в направлении смешанного социокультурного типа», «Основные тенденции нашего времени», «Социологические теории современности», автобиографический роман «Дальняя дорога», где
Сорокин размышляет о пути, пройденном социологией с середины
30-х годов XIX столетия до конца 60-х годов ХХ в.
Однако главным трудом Сорокина является знаменитая книга «Социальная и культурная динамика», вышедшая в свет в конце 30-х годов.
В этой книге описан генезис западноевропейской культуры на протяжении двух с половиной тысячелетий и выявлены закономерности ее развития. Именно в ней содержится самое подробное изложение культурологических воззрений Сорокина, дается описание
разработанного им метода исследования социокультурных феноменов, проясняется смысл базовых понятий социологии культуры.
Именно здесь Сорокин предстает перед читателями как выдающийся исследователь, соединивший в своем лице глубокого и оригинально мыслящего теоретика, обладающего уникальной способностью к интеграции разнородного научного знания, прикладникасоциолога, виртуозно владеющего всей совокупностью не только
количественных, но и качественных методов, прогнозиста, чьи
предположения блистательно подтвердились.
Книга «Социальная и культурная динамика» принадлежит к
числу уникальных созданий человеческого гения. По грандиозности
замысла, широте охвата проблем, богатству эмпирического материала, скрупулезности и глубине анализа ее можно поставить в один
ряд с такими книгами, как «Феноменология духа» Гегеля, «Капитал»
К. Маркса, «Трактат по общей социологии» В. Парето.
Однако это вовсе не значит, что проблемой культуры Сорокин
занимался только на протяжении весьма короткого периода своей
научной деятельности. Как показывает анализ его трудов, культурологическая проблематика находилась в центре его внимания со студенческих лет до последних дней жизни. Уже в своих первых книгах
«Преступление и кара: подвиг и награда» и «Брак в старину» он демонстрирует образцы социокультурного подхода к исследованию таких феноменов, как мораль и право. Сорокин напрямую связывает
разнообразие существовавших ранее и существующих сегодня форм
правовой регуляции и семейно-брачных отношений с типами культуры, созданными различными этносами. Он показывает, как базовая система ценностей определенного народа, возникшая в процессе
Раздел I. История социологии культуры
70
его креативной деятельности по освоению природного и социального
мира, обусловливает появление тех или иных разновидностей брака,
правовых учреждений, обычаев и традиции, которые передаются из
поколения в поколение. На конкретных примерах, взятых из жизни
зырян, вотяков, мордвы, пермяков, черемисов, донских казаков, он
показывает, как возникают обычаи нийоги, левирата, снохачества,
как происходит переход от различных форм группового брака к моногамной семье, какую роль в этом процессе играют ценностные установки представителей того или иного этноса.
Подобный метод — метод, согласно которому рассмотрение разнообразных явлений и процессов общественной жизни должно осуществляться в контексте перемен, происходящих в «живом теле»
культуры, — Сорокин применял и впоследствии, о чем можно судить
не только по его книгам, написанным в 40—50-е годы, но и по последним работам, в частности, по книге «Социологические теории
современности», где рассматриваются различные концепции культуры, существующие в западной культурологической литературе.
Использование Сорокиным социокультурного подхода на протяжении всего периода его творческой деятельности было далеко не
случайным. Дело в том, что Сорокин еще в 20-е годы определял
социологию как «науку о духе, о ценностях, о культуре»
этого факта все, что он исследовал, преломлялось через призму
культуры, вписывалось в культурный контекст.
К пониманию социологии как науки о культуре Сорокин пришел в ходе следующих размышлений.
Если бросить ретроспективный взгляд на историю социологической науки, то обнаруживаются две основные противоположные
точки зрения по проблеме предмета социологии, которые взаимоотрицают друг друга. Согласно первой из них, логика развития науки, ведущая ко все более узкой специализации и дифференциации,
требует, чтобы каждая часть бесконечно сложного социального мира изучалась отдельно, ибо она достаточно обширна, чтобы стать
предметом самостоятельной науки. Попытки же охватить социальный мир разом, во всей его полноте возможны, но в таком случае
надо заранее согласиться на ознакомление с ним в весьма общих
чертах, довольствуясь крайне абстрактным познанием его. Отсюда
делается вывод, что социология представляет собой не что иное,
как обобщенное название всей совокупности отдельных наук, изучающих мир общественных явлений.
1
. Â ñèëó
1
Сорокин П.А. Система социологии. В 2 т. Т. 1. — М., 1993. — С. 78—79.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]