Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социология культуры. Учебное пособие для студентов, обучающихся по специальностям «Социология» и «Социальная антропология»
.pdf
Глава 4. Исследования культуры в современной западной социологии
111
Однако это только одна из причин, обусловивших кризис опер-
ного искусства. Как считает Адорно, есть и другие, среди которых в
первую очередь следует назвать известный консерватизм оперной
музыки, которая в большинство своем создается людьми, не приемлющими никаких новаций. Адорно пишет:
Дело не только в том, что развитие музыки намного обогнало оперный театр с его публикой, и потому редким исключением является теперь контакт с новым — даже в форме трения, которое могло бы зажечь искру1.
Наконец, падение интереса к опере и снижение качества
оперной музыки связаны с тем, что содержание даже традиционных опер весьма далеко от сознания современного посетителя театра.
Причина же кризисного состояния камерной музыки, углуб-
ляющегося с каждым днем, по мнению Адорно, коренится в исчезновении того слоя, представители которого одновременно были как
заказчиками, так и исполнителями трио, квартетов, квинтетов, секстетов и т.д. Камерная музыка в основном звучала в домах дворян и
просвещенных буржуа, которые не только владели искусством фехтования, иностранными языками, но и умели играть на одном или
нескольких музыкальных инструментах. Именно на них ориентировались композиторы XVIII — начала XIX в., создавая шедевры наподобие «Крейцеровой сонаты» Людвига ван Бетховена или «Маленькой ночной серенады» Вольфганга Амадея Моцарта. Сегодня
численность тех, кто занимается домашним музицированием, предпочитая его всем другим видам препровождения досуга, резко сократилась, чему причина появление нового социального типа личности, ориентированной не на производство духовных ценностей, а
на их потребление.
Негативную роль сыграло и изменение направленности воспи-
тания в учебных заведениях, предназначенных для подготовки элиты общества. Если ранее в ходе воспитания в элитарных public
schoole и колледжах преследовалась цель формирования джентльмена cогласно тому образцу, который был описан Дж. Локком, то
сегодня взят курс на воспитание «практического индивида», способного выстоять в конкурентной борьбе, хорошо разбирающегося
в экономике и методах управления.
1
Адорно Т. Óêàç. ñî÷. Ñ. 75
Раздел I. История социологии культуры
112
Сыграло свою роль и изменение образа жизни человека запад-
ной цивилизации.
Рассматривая процесс развития камерной музыки в широком
социальном контексте, Адорно приходит к выводу, что в применении к камерной музыке можно говорить о рано проявившемся
антагонистическом противоречии между производительными силами и производственными отношениями и притом не как о
внешней диспропорции между структурой произведений и их восприятием и усвоением в обществе, но как об имманентнохудожественном противоречии.
Размышляя о природе музыки, ее связи с типом общества, с той
или иной системой социально-экономических и политических отношений, Адорно затрагивает проблему классовой природы музыки, которая до него никем не поднималась. Сразу же необходимо
сказать, что в ее решении наиболее ярко проявляется подлинно
диалектический стиль мышления немецкого мыслителя, который,
признавая наличие такой связи, тем не менее далек от ее толкования в духе вульгарного социологизма. С точки зрения Адорно,
связь между мировоззренческими и политическими установками
представителей того или иного класса и их музыкальными предпочтениями носит опосредованный характер. Нет достаточных оснований говорить о том, что поклонниками серьезной музыки являются
лица наемного труда, а те, кто принадлежит к классу буржуазии,
ориентированы на легкую музыку, как это утверждают догматики,
усвоившие азы классового подхода. Адорно предостерегает от упрощенчества при решении данной проблемы, подчеркивая, что это
приводит к ложным выводам и искаженным представлениям о том
месте, которое тот или иной класс занимает в системе духовного
производства.
Отсутствует, по мнению Адорно, и прямолинейная зависимость
между социальным происхождением композитора и той музыкой,
которую он сочиняет.
Если исходить из социального происхождения музыкантов, — пишет он, — то о классовом смысле музыки тоже
нельзя узнать ничего безусловного. Если такие моменты и
играют какую-то роль… то при попытке определить их они
легко испаряются без остатка. Если бы кто-нибудь захотел
дать социальное истолкование воздействия музыки Рихарда
Штрауса в эпоху его славы, у того с куда большим правом
Глава 4. Исследования культуры в современной западной социологии
возникли бы ассоциации с тяжелой промышленностью, империализмом, крупной буржуазией. И наоборот, мало современной музыки, облик которой был бы таким светским,
mondaine, как у Равеля, а, однако, он вырос в самой скромной мелкобуржуазной семье1.
113
С точки зрения Адорно, вопрос о выражении в творчестве ком-
позиторов ценностных установок того класса, к которому они принадлежали по факту рождения, относится к числу весьма непростых. Если под эти углом зрения посмотреть на историю музыки, то
нетрудно установить, что музыка, которая звучала в рыцарских замках, аристократических салонах, концертных залах, создавалась отнюдь не представителями элитарных слоев общества. Более того,
те, кто принадлежал к высшему свету, вплоть до самого последнего
времени, рассматривали сочинительство музыки как занятие, практически равноценное занятиям ремесленников, и относились весьма пренебрежительно к тем, кто зарабатывал себе средства к существованию подобным образом. Поэтому из среды как «дворянства
шпаги», так и «дворянства мантии», не говоря уже о представителях
духовенства, не вышло ни одного крупного музыканта. Исключение
составляет Вивальди, но это то исключение, которое подтверждает
общее правило.
Обращаясь к биографическим данным наиболее крупных ком-
позиторов XVIII—XIX вв., Адорно показывает, что обычно композиторы происходили из среды мелкой буржуазии или из семей музыкантов. В силу этих обстоятельств большинство композиторов
объективно не могут рассматриваться в качестве выразителей интересов тех классов, к которым они принадлежали.
В то же время, подчеркивает Адорно, это не означает, что от-
сутствует какая-либо связь между классами и музыкой. Музыка по
своей природе есть средство, с помощью которого осуществляется
выражение самосознания того класса, который определяет параметры и вектор развития духовного производства в конкретном обществе. Она утверждает определенные ценности, предлагая слушателям ориентироваться на них, как на образцы, достойные подражания, а также формирует определенный тип мировосприятия, влияет
на процесс становления базовых ментальных структур. В ней находят выражение интересы и потребности тех или иных классов.
Подчеркивая этот момент, Адорно пишет:
1
Адорно Т. Óêàç. ñî÷. Ñ. 55.
Раздел I. История социологии культуры
114
Музыка — это не идеология вообще, но она постольку
идеологична, поскольку она — ложное сознание1.
По его убеждению, музыка как идеология может быть выражена
следующей метафорической формулой: все небо в скрипках. Как считает Адорно, музыка в своей социальной функции сродни головокружительным обещаниям счастья, которые должны заменить это счастье.
Первый вывод, к которому пришел Адорно, что она, эта музыка,
без конца, нудно повторяет свое:
«Пей, братец, пей» — в лучшей традиции того алкогольного
рая, где все обстоит самым наилучшим образом, стоит только
избежать горя и печали, как если бы это зависело от желания и
воли, которая только отрицает себя тем, что предписывает себе
настроение. Ничто не поможет ей, кроме музыки! Ее функция
скроена в соответствии с модусом поведения всех тех, с которыми никто не говорит, которые никому не нужны. Музыка
приносит утешение благодаря простому плеоназму — благодаря
тому, что нарушает молчание2.
Второй важнейший вывод Адорно таков: «Музыка имеет дело
с классами в той мере, в какой классовые отношения запечатляются в ней».
Третий вывод Адорно — представления тех, кто принадлежит к
элите общества, о себе как носителях духовного начала не имеют
под собой никаких оснований, как и представления низших классов, «гордящихся своим реализмом».
Четвертый вывод Адорно излагает следующим образом:
Внутренняя конфликтность в музыке — это проявление
конфликтов общественных, неосознаваемых самой музыкой. Со
времен промышленной революции вся музыка страдает от непримиримой вражды общего и особенного: возникла пропасть
между традиционными универсальными формами музыки и тем
процессом, который конкретно протекает в их рамках…
Подлинная музыка, вероятно, как и все подлинное искусство, — это криптограмма непримиримых противоречий между
судьбой отдельного человека и его назначением как человека,
изображение того, как проблематично всякое увязывание антагонистических интересов в единое целое, но наряду с этим и
выражение надежд на реальное примирение интересов3.
1
Адорно Т. Óêàç. ñî÷. Ñ. 60.
2
Òàì æå. Ñ. 60.
3
Òàì æå. Ñ. 42
Глава 4. Исследования культуры в современной западной социологии
115
Наконец, пятый вывод звучит так: раскрытие общественного
содержания музыки должно производиться с предельной осторожностью, так как законы развития музыки не тождественны законам
развития общества.
Такова социологическая концепция музыки Теодора Адорно,
вызывающая сегодня пристальный интерес у всех, кто занимается
культурологической проблематикой.
Однако Адорно сделал весьма много не только для осмысления
феномена музыки в социологическом ключе. Его перу принадлежит
также ряд сочинений, где он, продолжая традицию, заложенную
Г. Зиммелем, Максом и Альфредом Веберами, П.А. Сорокиным, касается общих проблем развития культуры. С его точки зрения, европейская культура с ее абсолютами и ценностями пришла к концу,
что подтверждается ее неспособностью поставить заслон на пути распространения фашистского варварства. Освенцим — итог развития
буржуазной культуры, утратившей свое гуманистическое начало.
Предъявляя счет западной культуре, без конца воспроизводящей
неразрешимые противоречия и не способной найти выход из того
тупика, где она оказалась в середине ХХ в., Адорно вопрошает: «Чего
стоит накопленный человечеством потенциал культуры, искусства,
философии, науки, этики, если все это духовное богатство не смогло
предотвратить варварские действия человека в XX веке? Не представляет ли мировая культура «кладбище с проржавевшими жестяными
досками на памятниках, способными вызвать лишь смущенную ухмылку»? Есть ли надежда на то, что вхождение в мир культуры эмпирического индивида будет способствовать не подавлению, а развитию его личностного начала, возвышению духа и сдерживанию первобытных инстинктов, воспроизводящихся в каждом поколении с
неумолимым постоянством?»
На все эти вопросы Адорно отвечает как пессимист, глубоко разо-
чаровавшийся в возможностях культуры вообще и европейской культуры в частности, переставший верить в справедливость постулата
Ф.М. Достоевского о том, что красота спасет мир, скептически оценивающий возможности интеллектуалов оказывать реальное воздействие на сложные социальные процессы. По Адорно, креативные
возможности западной культуры утрачены, так как она на протяжении тысячелетий руководствовалась в своем развитии императивом
рациональности. Это способствовало развитию техники, улучшению
материальных условий жизни человека, но деформировало его личность. В результате современный человек превратился в эгоистичное,
бездушное, бесчувственное существо, утратившее представление о
Раздел I. История социологии культуры
116
том, ради чего оно живет, в чем его предназначение, где проходит
граница между добром и злом, правдой и ложью, сакральным и профан-
íûì. Кто хочет сегодня спрятаться за так называемые «вечные ценности», за классическое художественное наследие, утверждает Адорно, тот «желает укрыться в своем провинциализме от реальных процессов истории». Кто высказывается за сохранение этой «радикально
виновной и паршивой культуры», тот превращается в ее сообщника.
Если культура существует сегодня только как музей, то это значит,
что она уже умерла собственной смертью, а мы этого и не заметили.
Особый счет предъявляет Адорно западной культуре за то, что
она до основания пропитана идеологией. Западный человек, считает он, живет в иллюзорном мире, созданном усилиями идеологов,
который никоим образом не похож на тот реальный мир, существующий за стенами его дома. Он с молоком матери впитал множество идеологем, которые и представляют базис его мировоззрения.
В частности, он верит в существование «высокого искусства», создаваемого художниками в порыве вдохновения, побуждающего человека стремиться стать чище, одухотвореннее, благороднее.
Однако классическое искусство, утверждает Адорно, идеологич-
но не менее, чем искусство маскульта, ибо оно умиротворяет и
усыпляет человека, уводит его от острых социальных проблем. По
этой причине классическое искусство всегда на руку правящей верхушке, любым, в том числе и недобросовестным политикам. Художник должен стремиться к тому, чтобы современный человек содрогнулся, увидев свой подлинный образ. Адорно приветствует такие художественные приемы, которые не только не вызывают состояния катарсиса, а, напротив, выбивают человека из колеи, рождают чувство дисгармонии, «разломанности» мира. Новое искусство, согласно Адорно, должно взрывать устоявшийся мир филистера
(человека с узким обывательским кругозором и ханжеским поведением), показывать абсурдность его мещанского существования, отражать в художественной форме те антагонистические противоречия, которые имманентны буржуазному обществу, заставлять обывателя цепенеть от ужаса в предчувствии грядущих социальных катастроф.
Процессы, происходящие сегодня в культуре, считает Адорно,
нельзя в полной мере понять, если использовать исключительно
метод рефлексии. Многие вещи, имеющие принципиальное значение, остаются за рамками внимания исследователя, который работает на уровне философских абстракций и сознательно отсекает
все, что относится к разряду особенного. Такова роль социологии,
Глава 4. Исследования культуры в современной западной социологии
которая «схватывает» процессы и явления в их конкретике, дает
возможность почувствовать, образно говоря, «биение пульса жизни». Данную точку зрения Адорно отстаивал практически во всех
своих работах, постепенно углубляя аргументацию, приводя все новые доказательства правомочности подобного взгляда на социологическую науку.
117
4.3. «Информационная» концепция культуры
А. Моля и его представления
о закономерностях развития культуры
постиндустриального общества
Существенный вклад в развитие теоретической социологии
культуры в ХХ в. внес Абрахаам Моль (1920—1992), который вошел
в историю социологической мысли как один из крупнейших исследователей средств массовой коммуникации, создатель «информационной» концепции культуры.
А. Молем написано множество работ, но широкую известность
ему принесла книга «Социодинамика культуры», которая стала заметной вехой на пути развития новой отрасли социологического знания,
о чем говорит уже тот факт, что к ней исследователи обращаются и сегодня, хотя с момента выхода ее в свет прошло почти четыре десятилетия и была опубликована не одна сотня работ, где рассматриваются
те же проблемы, на которых акцентировал свое внимание Моль.
В центре книги Моля — исследование социальной роли средств
массовой коммуникации в современном обществе, прежде всего радио и телевидения, которые проявили себя за последнее время, как
он пишет, «очень важной силой».
Моль весьма подробно анализирует четыре доктрины, которыми
руководствуются те, кто контролирует СМИ и определяет направление информационной политики.
В рамках первой доктрины — Моль называет ее демагогической —
радио и телевидение рассматриваются как средство повышения эффективности производства тех или иных ценностей, расширения
круга потенциальных покупателей товаров и услуг. Те, кто руководствуется данной доктриной, исходят из того, что погружение индивида в «поле рекламы» позволяет «запечатлевать в умах радиослушателей и телезрителей некоторое число стереотипных сообще-
Раздел I. История социологии культуры
118
ний»1, опираясь на которые индивид принимает решение в ситуации выбора.
Вторая доктрина, которая может быть названа догматической,
также, считает Моль, нацелена на регуляцию поведения людей, однако не столько в сфере экономических отношений, сколько в сфере политики. В передачах СМИ при реализации этой доктрины
вместо рекламных лозунгов типа: «Только холодильники фирмы
«Электролюкс» принесут вам счастье!», настойчиво повторяется та
или иная идеологема, например: «Бог — спаситель людей!». При
некритическом отношении к ней она в конечном счете запечатлевается в структурах мозга, становится элементом системы ценностных ориентаций личности. Правилом действия догматической доктрины является фильтрация распространяемых сообщений и их
элементов, тонкая акцентировка на тех или иных моментах сообщений. Те, кто реализует данную доктрину на практике, подчеркивает Моль, стремятся к тому, чтобы любые события и факты, независимо от их содержания и оценки общественного мнения, закреплялись в сознании индивида на уровне бессознательного как
имеющие позитивный смысл и значение.
Третья доктрина — ее Моль называет эклектической, или культралистской, — преследует цель снабдить индивидов, вступающих в
контакт со СМИ «хорошей выборкой» из общечеловеческой культуры. Те, кто руководствуется данной доктриной, исходят из представлений о радио и телевидении как средствах, обеспечивающих
передачу потока сообщений от одного субъекта культурноисторического процесса другому.
Наконец, в рамках четвертой доктрины — социодинамической —
средства массовой информации рассматриваются как эффективный
механизм ускорения эволюции культуры. Те, кто опирается на нее,
подчеркивает Моль, рассматривают каждый артефакт в аксиологической плоскости, с точки зрения того, способствует или нет то или
иное сообщение развитию культуры, повышению ее роли в общественной жизни.
Рассматривая практику применения четырех доктрин, Моль отмечает, что ни одна из них не реализуется в чистом виде: никакие
передачи радио или телевидения не носят исключительно рекламного или, скажем, только «догматического» характера. В реальности
1
Ìîëü À. Социодинамика культуры. — М., 1976. — С. 304.
Глава 4. Исследования культуры в современной западной социологии
119
каждая из четырех доктрин используется всеми системами массовых коммуникаций, но в разных пропорциях.
Свой анализ доктрин и раскрытие роли средств массовой информации Моль осуществляет, опираясь на разработанную им концепцию культуры, которая базируется на основных постулатах теории коммуникации. В соответствии с ее базовыми посылками производство, распространение и потребление культурных ценностей
рассматриваются как процесс создания, квантификации и получения определенного рода сообщения, несущего специфическую
смысловую нагрузку и по-разному воспринимаемого тем или иным
субъектом социального действия. Культура, по Молю,
это интеллектуальный аспект искусственной среды, которую человек создает в ходе своей социальной жизни. Она суть
абстрактный элемент окружающего его мира
1
.
Культура понимается им как огромное количество сообщений,
каждое из которых представляет собой конечное и упорядоченное
множество элементов некоторого набора, построенных в виде конфигурации знаков по определенным законам «орфографии», «грамматики», «синтаксиса», «логики» и т.д.
Анализируя процесс создания и распространения культурных
ценностей, Моль приходит к умозаключению, что сегодня под
влиянием средств массовой информации возник принципиально
иной тип культуры, о котором не имел представления никто из тех,
кто занимался культурологической проблематикой в конце XIX —
начале ХХ в. Эту культуру Моль определяет как мозаичную, подчер-
кивая тем самым отсутствие органической связи между ее элементами.
Моль достаточно критично относится к «мозаичной» культуре,
но считает ее появление неизбежным. По его мнению, эта неизбежность отчетливо видна в свете «структуралистской» теории развития культуры, которая явно противостоит «теории непрерывного
развития», «теории скачков» и «диалектической». Согласно этой
структуралистской теории, развитие западной мысли предстает как
процесс включения в единую культурную структуру тех разрозненных, последовательно вносившихся вкладов в культуру, которые ассоциируются нами с греческим рационализмом, арабским «прагматизмом», галилеевским экспериментальным методом и т.д. Культура
1
Ìîëü À. Óêàç. ñî÷. Ñ. 83.
Раздел I. История социологии культуры
120
общества превращается в собрание разных историй, и именно это
соединение случайных элементов создает и определяет «мозаичную»
культуру. Поэтому, резюмирует Моль,
следует свыкнуться с представлением о мозаичном характере нашей культуры, то есть о целом, собранном из отдельных
кусочков, признать, что это и есть культура в полном смысле
слова, и попытаться определить ее характеристики
1
.
По мнению Моля, гуманитарная концепция культуры устарела
и уже сегодня ее следует рассматривать как часть истории. Она устарела прежде всего потому, что человек в современном мире все
более ставит себе на службу приемы точного — математического,
информационного, семиотического, формализованно-логического и
т.п. — отображения явлений, что он все более опирается на гигантские возможности автоматических вычислительных и информационных систем. Исходя из того, что свернуть и даже замедлить этот
процесс невозможно, дни гуманитарной культуры сочтены.
Выделение гуманитарной и «мозаичной» культуры как основных
конкурирующих друг с другом типов культуры, считает Моль, имеет
принципиальное значение, так как фиксирует характерные исторические особенности развития культуры и ее изменения в современном обществе, которое постепенно превращается из общества постиндустриального в информационное.
Завершая рассмотрение вопроса о роли СМИ в современном
обществе, Моль формулирует ряд задач, которые, по его мнению,
должны решать социологи культуры сегодня. Первая задача — это
выяснение взаимоотношений между социальной и индивидуальной
культурой, вторая — это выяснение того, каким образом человек
получает сообщения, как он их осмысливает и включает в состав
своего интеллектуального оснащения. Третья задача состоит в том,
чтобы понять, каким образом осуществляется интеграция всех сообщений в единую многомерную структуру.
Таким образом, необходимо подчеркнуть, что Моль был од-
ним из первых, кто показал те отрицательные последствия, к
которым приводит неконтролируемое развитие средств массовой информации. По его твердому убеждению, превращение
СМИ в основной инструмент формирования массового сознания ведет к прогрессирующей стандартизации вкусов, ограничению выбора индивидами культурных образцов, возникнове-
1
Ìîëü À. Óêàç. ñî÷. Ñ. 353.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]