Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социология культуры. Учебное пособие для студентов, обучающихся по специальностям «Социология» и «Социальная антропология»
.pdf
Глава 1. У истоков социологии культуры
31
Главный же итог размышлений Робертсона состоит в том, что,
по его мнению, такие важнейшие социокультурные институты, как
право, мораль, религия, искусство, а также язык, имеют естественное происхождение и, постоянно развиваясь, преодолевают ряд ступеней, или фаз, подобных тем, которые проходят в своем развитии
все живые существа.
Работами немецких идеалистов, романтиков и основоположни-
ков социальной антропологии завершается первый период развития
социологии культуры. Хотя никто из них, как, впрочем, и никто и
из их предшественников, внесших свою лепту в создание фундамента социологической науки о культуре, не был социологом по
роду профессиональной деятельности, а некоторые вообще не считали возможным говорить о социологии как отдельной отрасли гу-
1
манитарного знания
, тем не менее ту роль, которую сыграли их
работы в становлении социологии культуры, трудно переоценить.
Знакомство с их трудами показывает, что именно в них необходимо
искать истоки современных представлений о природе и динамике
культуры, о взаимосвязи культуры и общества, культуры и личности, о специфике социологического подхода к феномену культуры,
об общем и особенном в развитии различных культурных миров, о
закономерностях возникновения и функционирования искусства и
морали, науки и религии, политики и права, систем образования и
воспитания. Естественно, не все то, о чем говорили и писали те,
кто стоял у колыбели социологии культуры, составляет непреходящую ценность. Многие из высказанных ими идей принадлежат к
разряду предположений, догадок, возникших в минуты озарения.
Некоторые их суждения, без сомнения, являются легковесными и
без труда могут быть опровергнуты любым из современных ученых.
Однако вряд ли это может повлиять на оценку их вклада в создание
новой науки, которая сегодня представляет одну из наиболее дифференцированных и бурно развивающихся отраслей социологического знания.
Таков главный итог первого этапа развития социологии культу-
ðû, который завершился в конце XVIII — начале XIX в.
1
Точка зрения противников социологии наиболее ярко выражена философом
Штейнмецем, который говорил, что социологи «желают истин больших, вечных,
действительных для всего человечества как плату за несколько часов полусонных
умозрительных спекуляций» (цит. по: Рэдклифф-Браун А.Р. Метод социальной
антропологии. С. 391—392).
Глава 2. Конституирование социологии
культуры как особой
гуманитарной науки о духе
Превращение социологии культуры в самостоятельную науку,
занимающую определенное место в структуре гуманитарного знания и решающую ряд специфических задач, связанных с раскрытием взаимосвязи искусства, науки, религии, морали с социальноэкономическими и политическими условиями, сложившимися в
том или ином обществе, произошло в середине XIX — начале ХХ в.
Именно тогда появилась целая совокупность работ, принадлежащих
перу наиболее известных в научных кругах европейских философов,
историков, искусствоведов, теоретиков литературы, где обосновывалась необходимость создания новой науки о культуре, которая
использовала бы особый метод и давала бы не спекулятивное, а позитивное знание о тех процессах, которые протекают в духовной
сфере жизни общества.
2.1. Французская «критическая школа»
и ее роль в обретении социологией
культуры статуса самостоятельной
гуманитарной науки
Первыми об этом заговорили представители французской «êðè-
тической школы», среди которых наиболее яркой фигурой была Анна Луиза Жермена де Сталь (1766—1817), чей литературный салон в
Париже в годы, предшествующие Великой французской буржуазной
революции, а также после свержения якобинской диктатуры,
вплоть до изгнания ее из страны по именному указу Наполеона Бонапарта, был центром интеллектуальной жизни Франции.
Перу мадам де Сталь, обладавшей незаурядным писательским
даром принадлежит множество романов, пьес, политических памфлетов, литературоведческих трудов. Наиболее широко известными
из них являются роман «Дельфина» (1802), пользующийся в свое
время огромной популярностью среди образованной части не толь-
Глава 2. Конституирование социологии культуры как особой гуманитарной науки…
33
ко французского, но и русского общества. Об этом можно судить
по тому факту, что им как наиболее модным произведениям, отражающим новые веяния жизни, зачитывалась Татьяна Ларина, главная героиня романа «Евгений Онегин» А.С. Пушкина. Не менее
популярен в начале XIX в. был другой роман мадам де Сталь «Корина, или Италия», высоко оцененный прогрессивной общественностью, которая приветствовала появление романтической героини,
решившейся на бунт против устоявшихся моральных норм и предрассудков во имя подлинного высокого чувства. Большим общественным резонансом сопровождалась и публикация де Сталь ее критических заметок, памфлетов, направленных сначала против Людовика XVI, его правительства и королевского двора, а затем против
Наполеона Бонапарта, которого она, как и многие представители
аристократии, воспринимала как узурпатора, предавшего ради императорской короны не только интересы революции, но и французской нации.
Однако для социолога культуры особый интерес представляют
не эти работы, а публицистика и научные труды мадам де Сталь,
среди которых прежде всего следует назвать «Письма о произведениях и личности Ж.-Ж. Руссо», «Эссе о вымышленном», «О влиянии страстей на счастье людей и народов», трактат «О Германии»1
и др. Особое место среди них занимает книга «О литературе, рассматриваемой в отношении к общественным установлениям», которую с полным основанием можно классифицировать как заметную
веху на пути становления социологии культуры. В данной работе,
пронизанной верой в общественный прогресс, делается попытка
найти ответ на вопросы, бурно обсуждавшиеся в среде европейских
интеллектуалов того времени о взаимосвязи искусства и политики,
искусства и экономики, о месте художника в обществе и его социальной миссии.
Мадам де Сталь со всей страстностью духовной дочери мыслителей Просвещения доказывала, что культурная жизнь общества
самым непосредственным образом связана с господствующими
политическими и экономическими отношениями. С ее точки зрения, искусство вообще и литература в частности не могут развиваться, если отсутствует связь художника с жизнью, если он тво-
1
Первый тираж данной книги был конфискован по приказу Наполеона Бонапарта, который усмотрел в ней призыв к свержению власти императора. Во
Франции трактат «О Германии» повторно был издан только через 15 лет после
его написания.
Раздел I. История социологии культуры
34
рит, исходя из внутренних побуждений и потребностей. Она решительно восстает против тезиса «Искусство — для искусства»,
считая, что любое художественное произведение должно оцениваться не только в соответствии с принятыми эстетическими критериями, но и в зависимости от его общественной значимости,
способности оказывать воздействие на состояние умов. По мнению де Сталь, классицизм и сентиментализм с их вымышленными
героями и ненатуральными страстями, пропагандирующие принципы «ходячей морали», неизбежно должны уступить место новому направлению, принципом которого должно стать отражение
жизни во всей ее полноте и трагичности. Она утверждала, что
подъем республиканского духа во Франции неизбежно найдет
свое отражение в искусстве; что введение в литературу, драму и
оперу образов крестьян и буржуа является знамением времени;
что эпоха сентиментальных пастушек и галантных пастухов, менуэтов и душещипательных романсов безвозвратно ушла в прошлое и больше никогда не возвратится, потому что коренным
образом изменились основы человеческого существования. С ее
точки зрения, сюжеты художественных произведений должны
браться не из древнегреческого эпоса, легенд, саг и баллад, созданных в предыдущие столетия, а из современной жизни, богатой трагическими и комическими коллизиями.
Это был принципиально иной взгляд на литературу, на роль
художника в общественной жизни, чем тот, который исповедовали
Расин, Корнель, Ламартин, Буало, считавшие, что произведение
искусства должно обладать атрибутом возвышенного, что проза
бытия не должна находить отражения в творениях истинных художников, поэтов, драматургов — пророков и мудрецов, вдохновляемых музами.
Таким образом, есть основания утверждать, что мадам де Сталь,
развивая идеи Руссо, Дидро и Монтескь¸, не только в общих чертах
сформулировала принципы социологического подхода к анализу
социокультурных феноменов, но и осуществила первую попытку
его применения на практике более чем за два десятилетия до того,
как вышел в свет «Курс позитивной философии» Огюста Конта, с
момента издания которого принято вести летоисчисление социологии как автономной науки, занимающей определенное место в ряду
наук об обществе и человеке.
Однако де Сталь, образно говоря, заложила только первый камень в основание социологической науки о культуре.
Глава 2. Конституирование социологии культуры как особой гуманитарной науки…
35
2.2. Вклад классиков марксизма
в формирование основ социологической
науки о культуре
Дальнейшие шаги в этом направление были осуществлены Карлом Марксом (1818—1883) è Фридрихом Энгельсом (1820—1895) — ав-
торами знаменитого «Манифеста Коммунистической партии» —
первого программного документом мирового коммунистического
движения, являющего, по выражению Р. Арона, «шедевром социологической пропаганды»
Вклад классиков марксизма в создание теоретического фундамента новой отрасли гуманитарного знания трудно недооценить, хотя подобные попытки предпринимались неоднократно ранее и предпринимаются постоянно. Многие из зарубежных и отечественных авторов утверждают, что история опровергла не только марксистскую
теорию построения нового общества на коммунистических началах,
но и поставила под вопрос значимость основных постулатов, на которых базируются их социально-философские, социологические и
экономические концепции. Ряд из них видит главный их просчет в
преувеличении роли экономических факторов в жизни общества и в
преуменьшении роли социокультурных детерминант. Некоторые
мыслители, в том числе и те, кто в недавние времена находили весомые аргументы в защиту важных положений марксизма, бросают упреки Марксу и Энгельсу в забвении личности, идеологической заданности их теоретических построений, предвзятости выносимых
ими оценок, неспособности прогнозировать развитие социальных
процессов, абсолютизации классовой борьбы и апологетике революций как движителей истории.
Большинство подобных упреков, как отмечает ряд исследовате-
2
, проистекают или из плохого знания текстов классиков мар-
лей
ксизма, или рождаются мировоззренческими установками тех или
иных авторов, видящих в марксизме прежде всего теоретическое
основание идеологии эксплуатируемых классов, а не течение общественной мысли, оказавшее (и оказывающее до сегодняшнего дня)
огромное воздействие на процесс исторического развития целого
ряда стран и народов как на Западе, так и на Востоке.
1
.
1
Àðîí Ð. Óêàç. ñî÷. Ñ. 150.
2
Ñì.: Луков В.А. История социологии. — М., 2001. — С. 73—74.
Раздел I. История социологии культуры
36
В то же время большинство наиболее крупных представителей
европейской и американской мысли дают теоретическому наследию
классиков марксизма совершенно иную оценку. Примером может
служить характеристика марксизма, содержащаяся в трудах видного
французского философа, создателя экзистенциализма Æàíà Ïîëÿ Ñàð-
òðà (1905—1980), который в своей известной работе «Проблемы метода» пишет:
Если философия должна быть тотализацией знания, регулятивной идеей, наступательным оружием и языковой общностью; если это «видение мира» есть вместе с тем оружие разрушения прогнивших обществ; если концепция, созданная одним человеком или группой людей, становится культурой, а
порой и сущностью целого класса, то очевидно, что эпохи философского творчества редки. Между XVII и ХХ веками я вижу три таких эпохи; обозначу их именами великих мыслителей: есть момент Декарта и Локка, момент Канта и Гегеля и,
наконец, момент Маркса
1
.
Сходная оценка марксизма вообще и базовых постулатов ис-
торического материализма в частности дается и таким видным
представителем европейской общественной мысли ХХ в., создателем «социологии знания», как К. Манхейм. В своей известной
книге «Социологическая теория культуры в ее познаваемости» он
пишет о том, что Марксу удалось выработать такую схему научного анализа, которая позволяет схватывать и анализировать
скрытые причины, обусловливающие проявление активности
классов, социальных групп и отдельных индивидов. Для тех, кто
непосредственно занят изучением общества эмпирическими методами сегодня, подчеркивает Манхейм, «именно социальноэкономическая обусловленность явлений истории стала реальностью… Только она может предоставить адекватную нашим мировоззренческим установкам и опорную схему для рассмотрения
2
исторического процесса»
.
Аналогичным образом высказывается и известный американ-
ский социолог Дж. Александер, который отмечает, что после того,
как в западной социологии закончилась гегемония идей Толкотта
Парсонса, единственным полноценным классиком, к которому со-
1
Сартр Ж.П. Марксизм и экзистенциализм // Сартр Ж.П. Проблемы метода. —
Ì., 1994. — Ñ. 472.
2
Манхейм Ê. Социологическая теория культуры в ее познаваемости // Манхейм К.
Избранное. Социология культуры. — М., 2000. — С. 360.
Глава 2. Конституирование социологии культуры как особой гуманитарной науки…
37
временная социальная наука может обратиться за помощью, стал
Карл Маркс, авторитет которого не только не уменьшился в результате многолетней критики, но и вырос после того, как стал
осознаваться факт несопоставимости эвристических потенциалов
марксизма и любых иных социально-философских и социологиче-
1
ских учений
.
Справедливости ради следует отметить, что классики марксизма
никогда не говорили о том, что занимаются социологическими
изысканиями. Маркс в многочисленных письмах, а также в шутливых анкетах, которые он неоднократно заполнял по просьбе своей
младшей дочери Элеоноры, называл себя историком. Не претендовал на звание социолога и Энгельс, который занимался исследованием предельно широкого круга проблем — от осмысления феномена жизни до поиска оптимальных тактических решений при ведении широкомасштабных военных кампаний. Однако их перу
принадлежит значительное число работ, многие из которых, без сомнения, относятся к классике социологической мысли. Это книги
Энгельса «Положение рабочего класса в Англии», «Происхождение
семьи, частной собственности и государства», работы Маркса «Восемнадцатое брюмера Луи-Бонапарта», «Гражданская война во
Франции» и, конечно же, «Капитал», который с полным основанием считается средоточием Марксовой мысли.
На тот факт, что классики марксизма и прежде всего Маркс,
были не столько теоретиками, живущими в мире абстракций,
сколько мыслителями, поставившими своей целью конкретный
анализ капиталистического способа производства и определение
направления его эволюции, обращая свое внимание такой видный
представитель философской и социологической мысли ХХ столетия, как Раймон Арон, который в своей книге «Этапы развития социологической мысли» писал:
Начиная с 1848 года и до конца своих дней Маркс явно не
выступает в качестве философа; он стал социологом, а еще
больше — экономистом. Мало кто лучше него знал экономическую мысль своего времени
2
.
Это же можно сказать и об Энгельсе, который постоянно зани-
мался исследованиями социологических и экономических проблем,
что, кстати, помогло ему после смерти Маркса подготовить к изда-
1
Ñì.: Alexander G. The centrality of the classis social theory today. — Stanford, 1987. —
P. 10—14.
2
Àðîí Ð. Óêàç. ñî÷. Ñ. 150—151.
Раздел I. История социологии культуры
38
нию ряд его политэкономических сочинений, в том числе и третий
том «Капитала», который на момент кончины Маркса оставался в
черновой рукописи.
Классики марксизма, как показывает знакомство с их трудами,
не ставили перед собой задачи всестороннего исследования культуры социологическими методами. У них не было таких работ, как
«Социальная и культурная динамики» П. Сорокина или «Идеи к
социологии государства и культуры» А. Вебера. Но в их сочинениях
были предложены социологические концепции культуры, базирующейся на диалектико-материалистическом основании.
Проблема динамики культуры, вопросы зависимости культурно-
творческого процесса от социальных условий и детерминации содержания и формы произведения, художественного метода поднимаются
классиками марксизма в их первой совместной работе «Святое семейство», вышедшей в свет в 1845 г. Хотя работа посвящена в основном критике творчества Бруно Бауэра и других представителей
младогегельянства, в ней значительное место отводится анализу литературного процесса во Франции в период царствования ЛуиНаполеона. Используя в качестве материала авантюрные романы
Э. Сю, прославившегося своими описаниями нравов парижского
дна, Маркс и Энгельс показали неслучайность выбора французским
прозаиком тех или иных сюжетов, действующих лиц и стиля изложения. Осуществляя скрупулезный разбор ряда произведений Сю, в
том числе и широко известного романа «Парижские тайны», пользовавшегося в свое время большой популярностью, классики марксизма указали на то, что авторская позиция задается как идейномировоззренческими установкам автора, так и его представлениями о
существующих общественных потребностях.
Россыпь идей социологического плана содержится и в эконо-
мико-философских рукописях К. Маркса 1844—1845 гг. Здесь будущий создатель «Капитала» выдвинул и обосновал тезис о том, что
содержание и формы искусства, характерные для того или иного
общества, определяются существующей в этом обществе системой
общественных отношений, в которых главенствующую роль играют
отношения собственности. В этой работе также содержится формулировка одного из базовых положений марксистской социологической доктрины, которое звучит так: различия в предпочтении тех
или иных видов и жанров искусства обусловливаются классовым по-
ложением индивидов. К этому принципиальному выводу К. Маркс
приходит в ходе анализа социальных типов, существующих в современном ему буржуазном обществе.
Глава 2. Конституирование социологии культуры как особой гуманитарной науки…
39
Рассматривая особенности менталитета и миросозерцания
типичных представителей английской аристократии, английской
буржуазии и английского крестьянства, Маркс объясняет, почему
английские мелкие землевладельцы в своей массе предпочитают
народные песни и танцы, тогда как английская аристократия и
крупные капиталисты презирают эти виды искусства и ориентированы на классическую музыку. Соответствующую роль в выборе музыки определенного типа, по его мнению, играет социальное положение индивидов, которое в свою очередь определяет
уровень образования, направленность воспитания, базовые ценности человека.
Затрагиваются проблемы социологии культуры и в таких рабо-
тах классиков марксизма, как «Людвиг Фейербах. Противоположность материалистического и идеалистического понимания истории», а также в книге Ф. Энгельса «Анти-Дюринг» и «Экономических рукописях 1857—1859 годов» К. Маркса. В них содержатся важнейшие положения:
x о взаимосвязи искусства и общества;
x роли культуры в жизни человеческого рода;
x социокультурной динамике;
x различиях культурных миров различных классов;
x репродукции в возрастающем масштабе элементов варварства
в условиях капитализма по мере накопления вещного богат-
ства и расширения влиянии монополий;
x чуждости капитала ряду отраслей духовного производства.
Особый интерес представляет последняя из названных работ. В
ней Маркс, раскрывая сложную диалектику взаимодействия различных сфер общественной жизни, приходит к ряду выводов
принципиального плана, ставших своеобразными «реперными»
точками, на которые опираются в своем понимании культуры современные социологи.
Первый их этих выводов подытоживает размышления Маркса î
связи между уровнем экономического развития общества и уровнем
развития искусства. В отличие от многих своих последователей, ус-
воивших только азы марксизма и исповедующих тезис об определяющей роли экономических факторов в общественном развитии,
Маркс приходит к идее об отсутствии прямой зависимости между
этими двумя параметрами. Он пишет:
Относительно искусства известно, что определенные периоды его расцвета отнюдь не находятся в соответствии с общим
развитием общества, а следовательно, также и с развитием ма-
Раздел I. История социологии культуры
40
териальной основы последнего, составляющей как бы скелет
его организации. Например, греки в сравнении с современными
народами, или также Шекспир
1
.
Не менее важен и вывод Маркса о невозможности воссоздания
культуры той или иной исторической эпохи в новых исторических
условиях.
Задаваясь вопросами: «Возможен ли Ахиллес в эпоху пороха и
свинца и «Илиада» наряду с типографской машиной?», Маркс совершенно однозначно отвечает: «Нет», ибо в процессе исторического развития общества исчезают необходимые условия для существования эпической поэзии и пантеона греческих богов.
Столь же значим и вывод Маркса о взаимосвязи различных сфер
духовной деятельности людей, или, говоря другими словами, раз-
личных видов культуры. Подчеркивая наличие зависимости одной
сферы культурно-творческой деятельности индивидов от другой,
Маркс пишет:
Известно, что греческая мифология составляла не только
арсенал греческого искусства, но и его почву. Разве тот
взгляд на природу и на общественные отношения, который
лежит в основе греческой фантазии, а потому и греческой
[мифологии], возможен при наличии сельфакторов, железных дорог, локомотивов и электрического телеграфа? Куда
уж тут Вулкану против Робертса и К
моотвода и Гермесу против Credit Mobilier. Всякая мифология преодолевает, подчиняет и преобразовывает силы природы в воображении и при помощи воображения; она исчезает,
следовательно, вместе с наступлением действительного господства над этими силами природы. Что остается от Фамы
при наличии Printing House Square?
î
, Юпитеру против гро-
2
Немаловажен и вывод Маркса о специфике западноевропейской
культуры, корни которой уходят в культуру Античности.
Интерес представляет и вывод Маркса о значимости античного
искусства для современного человека. С его точки зрения, непреходящая ценность искусства Древней Греции и Древнего Рима определяется тем, что это было искусство периода юности человечества,
когда мир воспринимался как нечто единое и гармоничное, а человек ощущал себя частью универсума.
1
Маркс К. Экономические рукописи 1857—1859 годов // Маркс К., Энгельс Ф.
Ñîáð. ñî÷. — 2-å èçä. Ò. 46. ×. I. — Ñ. 47—48.
2
Маркс К. Óêàç. ñî÷. Ñ. 47—48.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]