Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социология культуры. Учебное пособие для студентов, обучающихся по специальностям «Социология» и «Социальная антропология»
.pdf
Глава 2. Конституирование социологии культуры как особой гуманитарной науки…
51
ривал общество как результат естественно-исторического развития1,
тем не менее неоднократно высказывался о том, что «идеи управ-
2
ляют и переворачивают мир»
, и считал, что раскрытие культурных
закономерностей функционирования и развития общества принадлежит к числу главных задач социологии.
Следует назвать еще одно обстоятельство, подвигнувшее Вебера
обратиться к исследованиям феномена культуры. Как и В. Парето, он
считал социологию наукой, изучающей социальное поведение человека, которое детерминируется, по его представлениям, прежде всего
суммой верований и ценностей, которые, как он неоднократно подчеркивал в своих работах, в первую очередь и следует брать в расчет
при анализе процессов, протекающих в обществе.
Перу Вебера принадлежит множество работ по социологии культуры, в том числе такие широко известные, как «Социология религии», «Рациональные и социологические основание музыки», «Социальные причины падения античной культуры». В этих работах Макс
Вебер предстает перед нами как выдающийся представитель нового
поколения социологов, пришедших на смену поколению О. Конта,
Г. Спенсера и Э. Дюркгейма, критически переосмысливших достижения своих предшественников на социологическом поприще, давших новый импульс процессу развития социологии как науки.
С точки зрения Вебера, социология должна ставить во главу угла не общество, а индивида, режиссера и одновременно исполнителя драмы жизни, написанной им самим. Именно к нему, как к архимедовой точке опоры, и необходимо апеллировать, решая проблему поиска социальной реальности.
Согласно воззрениям Макса Вебера, то, что побуждает индивида
к социально значимой деятельности, не может быть определено ни в
«материалистических», ни в «идеалистических» понятиях, ибо речь
идет о смыслообразующих принципах деятельности каждого человека, который не может принимать решения, не вкладывая в свои действия вполне определенный смысл, понятный как ему, так и тем, к
кому эти действия так или иначе обращены. Однако смыслообразующие принципы деятельности есть не что иное, как смыслообразующие принципы культуры, ибо прояснение смысла есть всегда акт
отнесения эмпирической реальности к некоей ценности, а она есть
1
Согласно представлениям О. Конта, социология, будучи позитивной, а не спекулятивной наукой, находится на вершине пирамиды наук, следуя за астрономией, физикой, химией, биологией.
2
Конт О. Курс позитивной философии // Родоначальники позитивизма. —
ÑÏá., 1912. — Ñ. 19.
Раздел I. История социологии культуры
52
не что иное, как элемент мира культуры. Отсюда логически следует
вывод о том, что исследование мира культуры представляет собой
центральную задачу, которую призвана решать социология как наука.
Это был принципиально иной взгляд на социологию, чем тот, который высказывали О. Конт, интерпретировавший социологию как науку
о человечестве, или, например, Э. Дюркгейм, считавший социологию
наукой о социальных фактах, которые он рассматривал как вещи.
Переосмыслив сложившееся в середине XIX столетия представление о социологии как науке об обществе, Макс Вебер, по сути,
1
«ввел социологию в русло наук о культуре»
. Не будет преувеличением сказать, что он заложил основы культурологического понимания социальной реальности, что позволило социологии выйти из
того методологического тупика, в котором она оказалась в начале
ХХ века.
Если говорить о том вкладе, который внес Макс Вебер в социологию культуры, то прежде всего надо отметить, что он дал новую
трактовку культуры. У М. Вебера культура превращается в основной фактор, детерминирующий всю общественную жизнь, обусловливающий специфичность проявления экономических, политических, нравственных отношений. Эта идея красной нитью проходит
через все его работы, но наиболее полно и обстоятельно она изложена в его трудах, посвященных исследованию проблем религии,
которая, с точки зрения Вебера, является одной из важнейших
культурных форм.
К мысли о том, что тип социальной системы самым непосредственным образом зависит от социокультурных факторов, прежде всего
от типа религии и тех этических установок, которые она провозглашает, Вебер пришел в результате анализа современного ему капиталистического общества. Исходной точкой рассуждений стало понимание
уникальности той социально-экономической и политической системы,
которая сложилась в Западной Европе на рубеже ХV—ХVII вв. Подчеркивая этот момент, Вебер в «Предварительных замечаниях» к своей
известной книге «Протестантская этика и дух капитализма» пишет:
Современный человек, дитя европейской культуры, неизбежно и с полным основанием рассматривает универсально-исторические проблемы с вполне определенной точки зрения. Его
интересует, прежде всего, следующий вопрос: какое сцепление
обстоятельств привело к тому, что именно на Западе, и только
1
Давыдов Ю.Н. Óêàç. ñî÷. Ñ. 20.
Глава 2. Конституирование социологии культуры как особой гуманитарной науки…
здесь, возникли такие явления культуры, которые развивались... в
направлении, получившем универсальное значение
1
.
53
Вебер обращает внимание на то, что только на Западе сущест-
вует наука в виде рационально построенного знания, базирующегося на эксперименте и математических расчетах, что только здесь
были созданы контрапункт и аккордово-гармоническая система
музыкального языка, что только здесь арка и купол, известные на
Востоке с незапамятных времен, стали основой стиля, включающего в себя декоративный элемент, скульптуру и живопись. Он
показывает, что только Западу известна профессиональная научная деятельность, что только здесь сформировались сословное государство и, наконец, своеобразная система политических институтов, включающая в себя «парламенты с их периодически избираемыми «народными представителями», с их демагогией и господством партийных лидеров в качестве ответственных перед пар-
2
ламентом министров»
.
Своеобразным продуктом Запада является, считает Вебер, и со-
временный капитализм. Хотя стремление к предпринимательству и
наживе демонстрируют разнообразные группы населения в различных странах, однако только в условиях западной цивилизации
сформировалось определенное отношение к богатству как свидетельству богоизбранности, как воздаянию за беспорочную жизнь.
Алчность человека, имеющего состояние и стремящегося его приумножить, здесь уравновешивается, как пишет Вебер, «рациональным регламентированием», когда индивид идет на сознательное ограничение своих желаний, исходя из совершенно иных мотивов,
чем мотив получения максимальной прибыли.
Все это является свидетельством того, что жизнь современного
капиталистического общества построена на принципе рациональности, который определяет поведение как отдельной личности, так и
социальных общностей.
Однако здесь возникает вопрос: почему принцип рационально-
сти стал базисным? Вебер считает, что все зависит от способности
и предрасположенности людей к определенным видам «практически-рационального жизненного поведения», которое, в свою очередь, определяется этическими установками, существующими в той
или иной религии. Исходя из того, что современный капитализм
1
Вебер М. Протестантская этика и дух капитализма // Вебер М. Избранное. —
Ì., 1997. — Ñ. 44.
2
Òàì æå. Ñ. 47.
Раздел I. История социологии культуры
54
зарождался и получил максимальное развитие прежде всего в протестантских странах, Вебер делает вывод о том, что протестантская
религия выступает главным фактором, обусловившим появление и
развитие нынешнего капиталистического общества.
Почему же именно протестантизм, а не другое религиозное ве-
роучение?
По мнению Вебера, это связано прежде всего с тем, что идео-
логи протестантизма переосмыслили роль мирского будничного
труда. Если в соответствии с догматами католицизма труд представляет собой наказание за грехи (отсюда максима — «В поте
труда своего будешь ты добывать хлеб свой»), то согласно учению
Лютера выполнение долга в рамках мирской профессии рассматривается как наивысшая задача нравственной жизни человека.
Труд толкуется протестантами как род молитвы, устанавливающей
непосредственную связь между Богом и человеком. Именно отсюда вытекает представление о религиозном значении простого будничного труда, который наполняется сакральным смыслом, ибо,
реализуя свое призвание, человек совершает деяние, угодное Богу.
Следовательно, успехи в делах являются доказательством благоволения верховного существа, свидетельством богоизбранности того
или иного индивида.
М. Вебер подчеркивает, что значение данного понимания труда
для формирования современного капиталистического общества
трудно переоценить.
Не подлежит никакому сомнению, — пишет он, — что такого рода классификация мирской профессиональной деятельности — одна из самых важных идей, созданных Реформацией... чревата самыми серьезными последствиями... Как далека
эта концепция от глубокой ненависти, с которой созерцательно
настроенный Паскаль отвергал всякую положительную оценку
мирской деятельности, будучи глубоко убежденным в том, что в
основе ее может лежать лишь суетность или лукавство! И еще
более чужда она тому утилитарному приспособлению к миру,
которое характеризует пробабилизм иезуитов
1
.
Если бы эта идея не стала установкой массового сознания, то
о капитализме в том виде, в каком мы имеем его сегодня, не могло бы быть речи. В то же время он отмечает, что Реформация никогда не ставила целью создание новой по своим качествам социальной системы. Лютер и Кальвин, не говоря уже о менее круп-
1
Вебер М. Óêàç. ñî÷. Ñ. 98.
Глава 2. Конституирование социологии культуры как особой гуманитарной науки…
55
ных фигурах, не были ни основателями обществ «этической культуры», ни носителями гуманных стремлений и культурных идеалов
или сторонниками социальных реформ. Спасение души, и только
оно, было основной целью их жизни и деятельности. В нем необходимо искать корни этических целей и практических воздействий
их учений. Те и другие были лишь следствием чисто религиозных
мотивов.
Культурные влияния Реформации в значительной своей части... были непредвиденными и даже нежелательными для самих
реформаторов последствиями их деятельности, часто очень далекими от того, что проносилось перед их умственным взором, или
даже прямо противоположными их подлинным намерениям
1
.
Иначе говоря, современный капитализм, с точки зрения Вебера,
является побочным продуктом Реформации, которая преследовала
решение совершенно иных задач, чем превращение феодального
общества в капиталистическое. Вебер отмечает, что сегодня преобразовательный потенциал протестантизма практически исчерпан.
Рассматривая вопрос о влиянии этических установок, содержа-
щихся в той или иной религии, на тип хозяйства и систему экономических отношений, Вебер подчеркивает, что религиозная догматика
детерминирует не только мотивацию трудовой деятельности, но и тип
мировосприятия. Он пишет, что для конфуцианства, например, характерно принятие мира. Для буддизма же, наоборот, характерно активное неприятие реальности. Ислам, христианство, зороастризм принимают мир на условиях его исправления и улучшения. От того, принимается ли мир в определенной мере, зависят образ жизни тех или
иных социальных субъектов, их отношение к политике и проблеме насилия. Этим определяется и тип харизматической личности, на который ориентируется абсолютное большинство носителей различных религиозных ценностей. Именно поэтому в Китае, где большинство населения руководствуется в своей практической деятельности установками конфуцианства, обладателем харизмы выступает организующий
мир бюрократ, в странах, где распространен буддизм, — странствующий по миру монах-созерцатель, в Индии — упорядочивающий мир
маг, в странах ислама — покоряющий мир воин, в христианских государствах — бродячий ремесленник.
Вебер обращает внимание на то, что каждая религия предлагает
собственные пути спасения, в соответствии с которыми вычерчива-
1
Вебер М. Óêàç. ñî÷. Ñ. 97.
Раздел I. История социологии культуры
56
ется линия жизни конкретного эмпирического индивида. Если в
протестантизме спасение осуществляется через собственные действия, через благотворительность, заботу о ближних, напряженный
труд в соответствии с призванием, то в иудаизме, исламе, католицизме — через посредника, через принадлежность к религиозным
институтам, веру, аскезу и молитву. В результате мы имеем совершенно разные алгоритмы деятельности людей, принадлежащих к
различным вероисповеданиям, различные типы их бытия.
Итак, тип религии, согласно воззрениям Вебера, оказывается
основным фактором, детерминирующим не только установку на
высокопроизводительный, интенсивный труд, но в целом образ
жизни людей, их менталитет, систему моральных и правовых норм,
существующих в том или ином обществе. Не будет большим преувеличением утверждать, что для М. Вебера протестантизм, особенно в его кальвинистском варианте, выступает как способ организации социальной жизни во всех сферах на рациональных началах.
Этот тип организации противостоит традиционализму и косности,
из чего следует, что вся история капитализма есть по сути борьба
между традиционализмом и рационализмом, а не борьба между
классами, как это провозглашается в историческом материализме.
Вывод, к которому пришел Вебер, без сомнения, относится к
числу неординарных. До него о связи между типом религии и типом экономического механизма, а тем более о влиянии религиозноэтических установок на состояние общественного сознания и поведение индивидов во всех сферах деятельности практически не говорил никто, хотя многие интуитивно чувствовали, что здесь скрыта
научная проблема огромной важности. Этой проблемы касались
классики марксизма, но они давали иное, отличное от веберовского, ее решение.
Говоря о роли Макса Вебера в становлении современной со-
циологии культуры, нельзя не сказать и о том, что, опираясь на основные положения своей концепции, Вебер, по сути, предсказал,
как будет идти развитие западной цивилизации в ХХ веке, какой
облик она приобретет в результате углубления процессов, которые
только зарождались в те годы, когда он создавал свои труды. Вебер
исходит из того, что тенденция рационализации всех сфер социальной жизни современного капиталистического общества будет нарастать. Более того, он считал, что рационализация — это судьба
всего человечества, ибо вовлечение других, неевропейских цивилизаций на путь индустриального развития неизбежно приводит к появлению у них черт, сходных с цивилизацией Запада. Рационализа-
Глава 2. Конституирование социологии культуры как особой гуманитарной науки…
ция, по Веберу, проявляется во всех сферах жизни современного
общества, где мысли и поступки человека детерминируются не его
чувствами и естественными потребностями, а элементарным интересом, возможностями получения выгоды, материальных или моральных дивидендов. Рационализация, считает Вебер, неизбежно
разрушает сложившуюся систему социальных связей и отношений,
ведет к обеднению духовной жизни человека, превращает социум в
сообщество атомизированных индивидов.
Опираясь на выработанное представление о роли принципа ра-
циональности в социальной жизни, Вебер предложил свою дифференциацию цивилизаций и культур. С его точки зрения, традиционными обществами являются такие, где принцип рационализации не
действует, где поведение людей определяется иррациональными
моментами. Те же, которые базируются на принципе рациональности, Вебер счел возможным назвать индустриальными. Однако
вклад М. Вебера в становление и развитие социологии культуры не
ограничивается только этим. Он раскрыл перед социологией культуры перспективы, о которых не подозревали те, кто занимался исследованиями культуры с использованием социологических методов.
Более того, он обосновал право социологии культуры называться ведущей социологической наукой, решающей задачи общего плана,
связанные с раскрытием закономерностей развития общества как
особого рода системы, возникающей в результате деятельности человека как родового существа. Собственно говоря, после появления работ Вебера вопрос о правомочности социологии культуры называться
отдельной отраслью социологического знания был снят и впоследствии практически никто из видных обществоведов последующих исторических эпох его не ставил даже в дискуссионном плане. М. Вебер действительно «завоевал мир культуры для социальной науки»
Именно в этом и заключается значимость того, что сделал Макс
Вебер для становления и развития социологии культуры как отдельной отрасли социологического знания.
1
57
.
2.6. Альфред Вебер как создатель
культурсоциологии
Не менее значительную роль в обретении социологией культуры
статуса самостоятельной науки сыграл и младший брат Макса Ве-
1
Давыдов Ю.Н. Макс Вебер и современная теоретическая социология. — М.,
1998. — Ñ. 7.
Раздел I. История социологии культуры
58
áåðà Альфред Вебер (1868—1958), который вошел в историю европейской общественной мысли как человек, обосновавший необходимость создания культурсоциологии — науки, главной задачей которой является целостное постижение истории человечества, понимаемой как история культуры.
А. Вебер по своей профессиональной подготовке был экономистом и первые его научные работы были посвящены исследованию
проблемы эффективности размещения объектов обрабатывающей
промышленности на территории Германии. Окончив курс Берлинского университета, он достаточно быстро сделал научную карьеру, став членом того интеллектуального сообщества, в которое
входил цвет немецкой интеллигенции накануне Первой мировой
войны. В 34 года он был избран профессором Пражского университета, где с большим успехом читал курсы экономики и социологии.
С 1907 года и до самой кончины Альфред Вебер, как и его старший
брат, был профессором Гейдельбергского университета.
По воспоминаниям современников, среди других неординарных
преподавателей, а тогда в Гейдельберге преподавали такие выдающиеся ученые и яркие личности, как Генрих Риккерт, Карл Ясперс,
Теодор Моммзен, его выделяли широта научных интересов, глубина
знаний, неукротимая тяга «дойти во всем до сути», талант полемиста. В жизни А. Вебера не было каких-то глобальных потрясений,
если не считать временного отстранения от преподавания из-за его
либеральных политических воззрений во времена «третьего рейха».
Но это практически никак не сказалось ни на положении А. Вебера, ни на его научной деятельности. В период вынужденного бездействия он усиленно занимался фундаментальными проблемами
социального познания и после краха фашистского режима в Германии вернулся к преподавательской работе, которую, в отличие от
старшего брата, считал своим призванием.
Однако при всем внешнем благополучии жизнь А. Вебера была
полна драматизма. Исток его жизненной драмы — тот мировоззренческий конфликт, который возник между ним и его старшим
братом еще в студенческие годы. Спор по принципиальным вопросам между братьями длился без малого 40 лет и даже после
безвременной кончины Макса Альфред продолжал полемику, оспаривая положения, выдвинутые в свое время его главным оппонентом и непримиримым идейным противником. В результате,
как отмечают многие исследователи, А. Вебер оказался первым, хотя и далеко не единственным из авторитетных мыслителей ХХ века,
кто определял себя, свою версию социологии, свое социологиче-
Глава 2. Конституирование социологии культуры как особой гуманитарной науки…
59
ское видение современности через оппозицию взглядам М. Вебе-
1
ðà
. Это, безусловно, сказалось не только на стиле работ Альфреда, но и на тематике его трудов, большинство из которых носит
характер полемических сочинений, где поднимается одна или
максимум две проблемы.
Как ученый А. Вебер формировался под сильным воздействием Ф. Ницше è О. Шпенглера, чьи идеи были ему особенно близки. Оказал влияние на процесс выработки его мировосприятия и
А. Шопенгауэр, которого А. Вебер считал одним из наиболее крупных европейских философов Новейшего времени. Но особую роль
в его творческой судьбе и в выработке его собственной научной
доктрины сыграл Макс Шелер — создатель философской антропо-
логии, который обосновывал свое представление о социологии в
полемике с М. Вебером. Сходство характеров, близость научных
воззрений, а также осознание себя в качестве оппонентов Максу
Веберу послужили основой для возникновения между А. Вебером и
М. Шелером творческого содружества, которое длилось несколько
десятилетий. Следы идейного влияния перечисленных мыслителей
прослеживаются практически во всех работах А. Вебера, хотя необходимо сказать, что его идейная эволюция продолжалась вплоть до
его кончины, и в последние годы он явно тяготел к экзистенциализму в том его варианте, который представлен в работах
М. Хайдеггера.
Альфред Вебер оставил множество трудов по социологии культуры. Среди них прежде всего следует назвать «Принципиальные
замечания к социологии культуры», «Идеи к проблемам социологии
государства и культуры», «Германия и кризис европейской культуры», «Третий или четвертый человек», «Прощание с прежней историей» и др. Однако главным его трудом, где излагается концепция
А. Вебера и обосновывается новое понимание предмета и роли социологии культуры, является книга «История культуры как культурсоциология», которая вышла в свет в Лейдене в 1935 году. Данная книга рассматривалась А. Вебером как программная, поэтому
при всех ее переизданиях он практически не вносил в нее никаких
поправок и изменений, подчеркивая тем самым, что его воззрения
остаются теми же, которые были у него в молодые годы. Именно в
ней изложена наиболее полно его концепция культуры, представле-
1
Давыдов Ю.Н. Альфред Вебер и его культурсоциологическое видение истории //
Вебер А. Избранное: кризис европейской культуры. — М., 1999. — С. 541.
Раздел I. История социологии культуры
60
ния о предмете и методе культурсоциологии, которые весьма существенно отличались не только от представлений его старшего брата,
но также его предшественников и коллег, разрабатывавших проблемы культуры в социологическом ключе.
Если попытаться в самом общем виде изложить суть воззрений
А. Вебера, то она может быть выражена следующим образом.
Социология культуры (или культурсоциология) представляет
собой науку о всеобщей истории человечества. Ее главной задачей
является раскрытие того общего, что присуще истории культуры
различных стран и народов, анализ исторического процесса как тотальности, обусловленной существованием человека как целостности. Из этого вытекает представление об особом месте культурсоциологии в структуре гуманитарного знания, на которое не вправе
претендовать ни одна другая наука из тех, что занимается изучением социальной реальности. Этим же обстоятельством определяется
и ее значение как науки-лидера, выполняющей ряд важнейших
функций, в том числе и функцию интеграции знаний об обществе,
человеке и его креативной деятельности, полученных исследователями, работающими в иных отраслях гуманитарного знания.
К подобному пониманию социологии культуры (культурсоциологии) А. Вебера привела логика размышлений об эвристических возможностях различных гуманитарных наук и, прежде всего, истории.
Он обратил внимание на то, что
политическая история, так же как история хозяйства и социальная история, изучает по своей сущности судьбу крупных исторических образований человечества, их больших, географически, событийно и культурно связанных друг с другом единств,
намереваясь посредством установления представляющихся существенными для общего хода развития конкретных фактов уяснить
в каждом данном случае их особую судьбу
1
.
Эти науки рассматривают все существовавшие ранее и сущест-
вующие сейчас социокультурные образования (китайскую, индийскую, среднеазиатскую, античную, арабскую, германо-романскую и
т.д.) как
единое тело, внутри которого происходит определенная последовательность событий, как связанное местом и временем
происходящего целое»
2
.
1
Вебер А. Указ. соч. С. 541.
2
Òàì æå. Ñ. 9.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]