Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социология культуры. Учебное пособие для студентов, обучающихся по специальностям «Социология» и «Социальная антропология»
.pdf
Глава 4. Исследования культуры в современной западной социологии
нию социального типа личности, не способного к критическому
осмыслению действительности. К сожалению, практика подтвердила справедливость прогноза Моля, который благодаря
своему таланту, образно говоря, сумел «заглянуть за горизонт».
Сегодня очевидно, что по мере развития СМИ возрастает возможность манипуляции индивидами, резко сокращается «поле
свободы» личности, социальные отношения становятся все более антигуманными. То, о чем писал Моль, свершилось, что
лишний раз подтверждает глубину научного анализа, проведенного А. Молем.
121
4.4. Культура современного западного
общества в зеркале социологии
Завершая разговор о вкладе в развитие социологии культуры современных западных авторов, необходимо сказать, что они сделали достаточно много не только в области теории. Американскими и европейским учеными был осуществлен целый ряд исследований различных
культурных феноменов, не утративших своей значимости и до сегодняшнего дня. Среди них в первую очередь следует назвать исследования Ч. Лало, Шокинга, Дж. Мюллера, Р. Уилсона, Д. Нэша, Р. Инглис,
М. Альбрехта, где был получен богатый эмпирический материал, сохраняющий свою ценность до сегодняшнего дня.
Прежде всего, это относится к исследованию Дж. Мюллера «Американский симфонический оркестр», где рассматривается влияние
разнообразных социальных факторов (места пребывания, форм отношений с профсоюзами, стиля взаимоотношений с администрацией, личности дирижера и т.д.) на систему взаимоотношений в самом
коллективе оркестра и на выбор им своего репертуара. Мюллер приходит к выводу: обстоятельства, в которых приходится существовать
симфоническому оркестру, самым непосредственным образом влияют на выбор исполняемых им музыкальных произведений, на манеру, стиль исполнения, систему взаимоотношений между музыкантами. Хотя Мюллер исследует частную проблему, полученные им материалы позволяют подойти к решению более общего вопроса — как
общество влияет на процесс развития профессионального искусства,
как формируется менталитет и система ценностей художественной
интеллигенции в определенных социально-политических и экономических условиях. Этим в первую очередь определяется то место, ко-
Раздел I. История социологии культуры
122
торое данная работа занимает в ряду наиболее интересных трудов по
социологии культуры.
Исследования Р. Уилсона «Американский поэт» и Д. Нэша «Американский композитор» дают представление о социальном облике и
особенностях социализации еще двух отрядов художественной интеллигенции. Оба автора широко использовали для сбора эмпирического материала метод интервью (Уилсон проинтервьюировал 24 известных американских поэтов, Нэш — 23 популярных и пользующихся
известностью в профессиональных кругах композиторов). Опираясь
на полученные данные, Уилсон приходит к выводу, что роль поэта
не институализируется в современном американском обществе, что
творческая личность скорее страдает от недостатка внимания, чем от
враждебного отношения к себе. С точки зрения Нэша, большинство
музыкантов не удовлетворены своим социальным статусом и материальным положением либо испытывают постоянное давление со стороны заказчиков, менеджеров, своих слушателей, которые навязывают им свои вкусы, заставляя создавать произведения, которые пользуются спросом на музыкальном рынке.
Весьма любопытными не только с методологической точки зрения, но и по полученным результатам являются работы Р. Инглис,
М. Альбрехта, Л. Ловенталя.
Инглис сравнивала объективные характеристики американок, полученные в процессе массовых переписей населения, с отражением социального облика американской женщины в периодической литературе. Проанализировав несколько тысяч рассказов, опубликованных в
одном из популярных американских журналов за 35 лет, она пришла к
выводу: расхождение между художественным изображением облика
американок и ее реальным социальным портретом весьма значительно. Литература воспевает те качества, которые доминировали в коллективном образе американок как минимум десять лет назад.
Исследование Альбрехта было посвящено проверке гипотетического предположения о несоответствии ценностей реальной американской семьи тем ценностям, которые воспевались художественной
литературой. Проанализировав 153 рассказа, опубликованных в периодической печати, он пришел к умозаключению, что система ценностей, на которую ориентируется реальная американская семья,
иная, чем та, которая выдается за истинную авторами рассказов.
Примером подлинно научного исследования является работа Ëî-
венталя: «Литература и образ человека». Осуществив контент-анализ
избранных романов и драм, созданных европейскими писателями за
весьма впечатляющий промежуток времени — с 1600 по 1900 год, он
Глава 4. Исследования культуры в современной западной социологии
123
показал, что существует устойчивая связь между сюжетами, характеристиками героев, которые даются авторами, описанием происходящих
событий и отношением общества к отдельно взятому индивиду. За литературным произведением впервые в истории социологической мысли Ловенталем был признан статус документальных источников, на
основе которых можно составить себе представление о существующей
в обществе системе отношений и назревающих в нем изменениях.
Перечисленные работы, появившиеся между серединой 40-х и
началом 60-х годов, свидетельствовали о том, что тенденция отхода
от описательности в социологии культуры, наметившаяся еще в работах Питирима Сорокина, стала главенствующей.
Шестидесятые и семидесятые годы были ознаменованы появлением в западной социологии культуры ряда новых работ. Типичны в этом плане исследования Дж. Колая и Р. Уилсона. Оба
ученых, проанализировав (независимо друг от друга) большое количество картин и поэм, созданных в один и тот же год, пришли к
выводу о том, что современные поэты, драматурги и художники
изображают в своих произведениях изолированного индивида, не
связанного с другими людьми.
Французские социологи Х. Гастон и А. Роже, используя метод
лабораторного эксперимента, показали, что отсутствует принципиальная разница в восприятии бесформенных цветовых пятен и артефактов абстрактного искусства.
Интересные данные были получены социологами Сорбонны, которые зафиксировали наличие связи между определенными музыкальными ритмами и самочувствием зрителей. Ими же была установлена
зависимость между идейным содержание того или иного художественного произведения, формой подачи художественного материала, визуальным рядом и реакциями зрителей. С их точки зрения, просмотр таких фильмов, как фильм Гриффитса «Рождение наций» или «Броненосец «Потемкин» С. Эйзенштейна, с большой долей вероятности
может изменить поведение индивидов, спровоцировав нарушение общественного порядка, наподобие погромов в негритянских кварталах
некоторых американских городов или восстания бельгийских моряков.
Интересные данные были получены зарубежными социологами
также и о читательских предпочтениях представителей различных
социальных групп, влиянию школы на читательское поведение детей и молодежи, роли семьи в формировании устойчивых читательских ориентаций юношества. В частности, А.Б. Соренсен è
М.Т. Халлинан, изучив читательские навыки и поведение 1477 учащихся начальной школы в Северной Калифорнии, показали, что
маленькие гомогенные группы, сформированные из учащихся с
Раздел I. История социологии культуры
124
равными читательскими возможностями, добиваются успеха в области чтения скорее, чем большие и разнородные группы.
Дж.Р. Кирби è В.Р. Тиздал получили важные результаты отношения детей к печатному тексту. Они установили, что одной из
особенностей детского восприятия печатного слова является то, что
дети часто не предполагают, что в тексте возможны ошибки. Проведя эксперимент среди 100 учащихся третьих и четвертых классов,
которые мало читают, эти исследователи обнаружили, что использование контекста на уровне предложения является единственной
мерой, различающей «хороших» и «плохих» читателей.
Дж. Доунинг è Д. Томсон проверили гипотезу, согласно которой и
взрослые, и дети считают чтение в основном женским занятием.
 èõ
исследовании 180 взрослых, 137 студентов, 120 школьников должны
были определить пол людей, которые изображены за разными занятиями. Большинство респондентов, за исключением первоклассников, говорили, что читает девочка. Это подтвердило гипотезу и дало
основание авторам утверждать, что культурные ожидания облегчают
обучение девочек чтению, но затрудняют обучение мальчиков.
Представляют интерес и данные, полученные К. Бейкером è
П. Фрибоди, которые, проведя анализ описаний отношений между
рассказчиком и персонажами в книгах,
обнаружили, что возраст и
пол действующих лиц являются главными для описания социальных отношений, языка, правил поведения, транслируемых детям
через предлагаемые школой книги. Школьные тексты оказываются
своего рода неявными и ненавязчивыми «введениями» в создаваемый школой образ мысли, способ поведения, манеру речи ребенка
и, следовательно, в официальную школьную культуру.
Нетривиальные результаты были получены Ш. Вильямсом è
Р. Макги, которые обнаружили, что чтение не влияет непосредственно на склонность к отклоняющемуся поведению в более позднем возрасте, но зато отклоняющееся поведение ребенка уже в начальной школе четко предсказывает возможность асоциального поведения в 15-летнем возрасте, особенно для мальчиков, и оказывает
пагубное влияние на читательскую активность; неспособность к
чтению в 9-летнем возрасте предсказывает, что к 15 годам мальчики будут характеризоваться «отклоняющимся» поведением.
С.А. де Медина è М.Л. Родригес де Альмеда, изучая читательские
навыки детей из многопоколенных семей, обнаружили, что эти навыки складываются во многом в зависимости от того, имеется ли у
ребенка личная территория и покупают ли взрослые в дом книги.
Кроме того, они установили, что для развитияе ребенка и формирования у него устойчивой привычки к чтению достаточно хотя бы
Глава 4. Исследования культуры в современной западной социологии
125
одного часто читающего взрослого, который живет совместно или
регулярно посещает семью.
Интересные данные о связи размера семьи и стиля письма ребенка были получены К. Ричардсоном. Проанализировав письменные сочинения 520 английских учащихся, он обнаружил, что в текстах выходцев из больших семей используются более длинные слова. Как он установил, их сочинения характеризуют также и некоторые синтаксические отличия.
То же можно сказать об исследовании К.Дж. Барнхерста è Å. Âàð-
телла, которые, исследуя читательские ориентации студенческой молодежи, установили, что к газетам студенты обращаются, только если
привыкли это делать с детства. Однако, становясь регулярными читателями, зная, что газеты — это важный источник информации, они
принимают чтение газет скорее как ритуал и считают факты, изложенные в них, скучными и не связанными с их жизнью.
Французскими социологами были получены не менее важные результаты. Они установили, что во Франции чтение вовсе не сделалось любимым занятием студентов, которые в среднем читают ежедневно по 40 мин. Помимо конспектов и газет они читают одну-две
книги в месяц. И оцениваются произведения ими в первую очередь с
точки зрения «полезности» для учебы. Замечено, что чем толще книга, тем меньше у нее шансов быть прочитанной французскими студентами. Романы практически обречены: их читают лишь 23% опрошенных. Это объясняется тем, что такое чтение требует сосредоточенности, а подобное усилие над собой не каждому под силу. Отсюда —
каждый второй студент не может назвать автора «Трех мушкетеров»,
а каждый третий не видит никакой связи между романом «Жерминаль» и Эмилем Золя. Читать они предпочитают современных авторов. Среди опрошенных 9% заявили, что выберут книгу, если выдастся свободный вечер; остальные предпочитают проводить вечера с
друзьями, слушать музыку или смотреть телевизор, а 3% студентов
признались в том, что «не читают ничего и никогда».
Ряд интересных исследовательских проектов был выполнен и
другими западными авторами.
Таким образом, есть все основания утверждать: к концу ХХ столетия западная социология культуры превратилась в самостоятельную отрасль знания, располагающую мощным теоретическим и эмпирическим базисом, обладающую набором методических средств,
позволяющих решать самые сложные научные задачи. Ее статус
окончательно определился, и ныне никто не ставит под сомнение
ее право на разработку всего комплекса проблем, связанных с культурой, социологическими методами.
Глава 5. Социология культуры в России:
возникновение, особенности
развития, современное состояние
5.1. Специфика становления
отечественной социологии культуры
Отечественная социология культуры прошла весьма сложный путь
в своем развитии. На нем были не только этапы быстрого движения
вперед, когда происходили подлинные прорывы в науке, когда появлялись новые идеи, переворачивающие сложившиеся представления и
открывающие новые горизонты познания, но и этапы стагнации, топтания на месте, когда приращение научного знания происходило в основном за счет накопления эмпирического материала, подтверждавшего правомочность уже принятых научным сообществом посылок и положений, а также этапы регресса, отката назад, когда перечеркивались
(или в лучшем случае ставились под сомнение) все достижения прежних поколений социологов культуры, а выводы, полученные ими, объявлялись идеологически заданными. Не будет преувеличением утверждать, что история социологии культуры в России — это история
борьбы различных идей, направлений, школ, которая временами приобретала поистине драматический характер, ибо зачастую в ней победителем оказывался не тот, у кого были более весомые научные аргументы, а тот, кто придерживался определенных идейных или мировоззренческих позиций, кто изначально декларировал свою лояльность
существующему политическому режиму или той партии, которая находилась у кормила государственной власти.
В этом отношении история отечественной социологии культуры
явно не тождественна истории социологии культуры в ее западном
варианте, где влияние идеологического и политического факторов
просматривается не столь явно, хотя, без сомнения, и отечественная и западная социологии культуры представляют собой части
единой мировой науки, использующей для изучения феномена
культуры совокупность социологических методов, а богатство накопленных знаний, которыми располагают социологи культуры, является общим достоянием ученых как Запада, так и Востока.
Если говорить об особенностях становления и развития отечественной социологии культуры, то прежде всего следует сказать о том,
что формирование пласта социологического знания о феномене
Глава 5. Социология культуры в России: возникновение, особенности развития…
127
культуры в России началось позже, чем на Западе. Как показывают
исследования историков науки, первые работы по культурологической проблематике отечественных ученых, выполненные в социологическом ключе, появились в нашей стране на рубеже 60—70-х годов XIX столетия, т.е. несколько десятилетий спустя после того, как
вышли в свет работы О. Конта, Ж. де Сталь, И. Тэна, которые стояли у истоков западной социологии культуры. Это было связано прежде всего с тем, что в российской научной среде (впрочем, как и в
западном научном сообществе) в середине XIX в. существовало
стойкое предубеждение относительно принципиальной возможности
выделения социологии в отдельную отрасль научного знания.
Сказывалось и то, что в верхах российского общества существовала консервативно-нигилистическая установка по отношению
ко всем наукам, исследующим проблемы развития общества и человека. Вслед за министром просвещения П.А. ШиринскимШихматовым, власти предержащие исходили из того, что польза
от данных наук сомнительна, вред же очевиден. Естественно, это
не могло не отразиться на процессе развития всех общественных
наук, в том числе и социологии культуры, которая воспринималась как «порождение ума коварных и безбожных галлов, на веки
вечные запятнавших себя грехом цареубийства».
Известный историк русской социологии Н.И. Кареев писал,
что до 60-х годов XIX в. знакомство с позитивизмом Конта и его
социологией было весьма незначительным и весьма поверхностным. В кружке Белинского философия Конта была известна по
статьям о ней в «Журнале двух миров», а вне этого кружка только
В. Майков обнаружил знакомство с «Курсом позитивной философии» в подлиннике. Распространению идей Конта мешал запрет
на его труд в России.
Такова первая отличительная черта развития социологии культуры в России.
Второй отличительной особенностью развития отечественной
социологии культуры является то, что изначально она формировалась не столько в лоне философского и эстетического (как на Западе), сколько юридического, политэкономического и исторического
знания. Те, кто стоял у ее истоков, по своей профессиональной
принадлежности были прежде всего правоведами (К.Д. Кавелин,
Б.Н. Чичерин, Т.Н. Грановский), историками (П.Н Милюков), политэкономами и специалистами в области международных отношений
(Н.Я. Данилевский). Среди представителей отечественной философ-
ской и социально-философской мысли, внесших существенный
Раздел I. История социологии культуры
128
вклад в становление и развитие социологии культуры в России,
можно назвать только имена А. Иванова-Разумника, П.Л. Лаврова,
П.Н. Ткачева, Г.В. Плеханова. В частности, благодаря усилиям
А. Иванова-Разумника в социологию культуры вошла проблематика
интеллигенции как субъекта культурно-исторического процесса.
Г.В. Плеханов также сыграл ведущую роль в утверждении марксистской парадигмы в отечественной социологической науке о культуре как основной и ведущей. П.Л. Лавров, совокупность взглядов
которого Н.И. Кареев определял как «социологически ориентированной культурологии»
тодологии познания.
Высокая степень политизации является третьей отличительной
особенностью отечественной социологии культуры. В отличие от
своих западных коллег, которые в основном были «чистыми» учеными, практически все крупные отечественные социологии культуры интенсивно занимались политической деятельностью, были лидерами партий или идейных течений. В частности, Н.Я. Данилевский
был признанным главой «младших» славянофилов, П.Н. Милюков —
основателем и лидером партии кадетов (конституционных демократов) — самой влиятельной политической партии «западнического
направления» в дореволюционной России. Г.В. Плеханов стоял у истоков российской партии социал-демократов и был признанным
лидером фракции «меньшевиков». Питирим Сорокин был лидером
правого крыла партии социалистов-революционеров (эсеров), секретарем Керенского, почетным членом Учредительного собрания.
Естественно, все это не могло не сказаться на решениях кардинальных вопросов социологии культуры, на их представлении о ее
«проблемном поле», функциях, роли и месте в системе гуманитарного и социологического знания.
Четвертой отличительной особенностью отечественной социологии культуры является то, что с самого начала она формировалась как
интегрирующая наука, ставящая своей целью дать обобщенный взгляд
на культуру как некую целость, оказывающую воздействие на все социальные процессы. Особенно четко эта точка зрения нашла свое выражение в трудах Сорокина, который рассматривал свою концепцию
социокультурной динамики как основу для социологического синтеза.
Создавая свое учение об историческом развитии общества, базирующемся на иных, чем в марксизме, теоретических посылках, он
исходил из того, что культура представляет собой главную детерми-
1
, внес неоценимый вклад в разработку ме-
1
Кареев Н.И. Óêàç. ñî÷. Ñ. 20.
Глава 5. Социология культуры в России: возникновение, особенности развития…
129
нанту, обусловливающую движение и своеобразие социальных организмов от индивидов до общества. В частности, кризисное состояние современного буржуазного общества он объяснял тем, что происходит смена одного типа культуры другим, что свершается растянувшийся во времени переход от сенсативной культуры, где главной ценностью являются чувственное наслаждение, к идеациональной культуре, базирующейся на религиозных ценностях.
Пятая отличительная черта становления и развития отечественной социологии культуры — это стремительная дифференциация.
Если в западной социологии культуры такие частные по отношению
к ней науки, как социология чтения, социология музыки, социология кинематографа и т.д., возникли только через 60—70 лет после ее
конституирования в качестве отдельной отрасли социологического
знания, то в отечественной социологии культуры выделение перечисленных социологических дисциплин произошло практически сразу же после обретения отечественной социологией культуры статуса
автономной науки, занимающей принадлежащее только ей место в
ряду гуманитарных дисциплин. Уже к концу 60-х годов в качестве
отдельных отраслей социологического знания конституировались:
социология науки, социология образования, социология воспитания,
социология религии, социология морали, наконец, социология искусства, которая вскоре разделилась на социологию чтения, социологию музыки, социологию театра, социологию кино, социологию досуга. Сегодня отечественная социология культуры представляет самую разветвленную отрасль социологического знания, в рамках которой существует множество наук, частных по отношению к ней.
Шестой отличительной чертой становления и развития отечественной социологии культуры является то, что ей пока не удалось разорвать,
образно говоря, ту пуповину, которая связывает с теми науками, где зарождалось социокультурное знание, и, прежде всего, с философией
культуры, историей культуры, искусствознанием. Более того, отечественные социологи культуры настойчиво стремятся укрепить эту связь,
хотя отсутствие демаркационных линий, разграничивающих предметы
различных гуманитарных наук, изучающих культуру, рождает множество
проблем для исследователей, которые, как показывает практика, зачастую используют то социологический, то философский, то исторический, то искусствоведческий подход в рамках одного исследования.
Седьмой отличительной чертой становления и развития отечественной социологии культуры является то, что изначально русские ученые
обращались к рассмотрению проблем, к которым их немецкие, французские и американские коллеги проявляли мало любопытства. Если
Раздел I. История социологии культуры
130
большинство западных социологов весьма интересовались вопросами:
как создаются те или иные художественные произведения, какая система взаимоотношений складывается внутри тех или иных художественных коллективом, каков статус музыканта, писателя, живописца и т.д.,
то отечественных социологов культуры в первую очередь интересовали
(и интересуют) вопросы: что собой представляет потребитель художественных ценностей, в какой мере удовлетворяются духовные потребности различных социальных групп, каков уровень культурного развития
представителей тех или иных социальных общностей, что собой представляют эстетические ориентации рабочих, интеллигенции, крестьян,
служащих, студентов, учащихся, что они читают, что слушают, что
смотрят, какие артефакты рассматриваются ими в качестве совершенных образцов и т.д.
Восьмой отличительной чертой становления и развития отечественной социологии культуры является то, что она после выделения в
отдельную отрасль социологического знания развивалась на протяжении нескольких десятилетий как часть марксистско-ленинской
социологии, где функции общесоциологической теории выполнял
исторический материализм. Дискуссии о том, правомочно ли такое
толкование и имеет ли социология, базирующаяся на постулатах
марксизма, право называться самостоятельной наукой, прекратились
только относительно недавно — в конце 70-х годов прошлого столетия, когда стало ясно, что природа социологического и философского знания различна, что есть круг проблем, которые никогда не рассматривались и не будут рассматриваться философами, что существует пласт социологического теоретического знания (так называемые
«теории среднего уровня») и что ни в коем случае нельзя ставить
знак равенства между конкретно-эмпирическими исследованиями и
социологией в целом. Это, естественно, не могло не сказаться на
трактовке предмета социологии культуры, понимании границ ее
«проблемного поля», тематике проводившихся исследований и, самое
главное, на выборе тех концепций культуры, которые использовались
ранее (и используются сейчас) при проведении социологических исследований в России. Как показывает практика, большинство теоретических моделей культуры, применявшихся отечественными авторами в советский период отечественной истории и применяющихся в
настоящее время, представляют разновидности той теоретической
конструкции, которая была создана классиками марксизма и дополнена рядом положений, содержащихся в трудах их отечественных последователей, прежде всего, Г.В. Плеханова, В.И. Ленина, А.В. Луначарского и др. Хотя сегодня некоторые отечественные социологи и
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]