Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социальная система как информационное взаимодействие. Коллективная монография
.pdf
Г л а в а 2. Системы актуального и виртуального социального действия …
233
пространства. Сети в индустриальном обществе основывались на информационных и коммуникационных технологиях, однако в современных условиях произошло усложнение данных технологий, увеличились скорость, объем и содержание сообщений, участвующих в информационном обмене. В связи с этим далеко не все регионы охвачены
глобальными сетями, а лишь те, которые обладают передовыми информационными и коммуникационными технологиями (Северная
Америка, страны Европейского Союза, страны Азиатско-Тихоокеанского региона). От электронной связи, которая, по мнению Маклюэна,
низвергла гоподство «времени» и «пространства» и «перевела диалог
на глобальные масштабы», не скрыться [164]. Сущность сети, по мнению И.А. Мальковской, состоит в том, что она децентрализована, детерриториализированна. М. Кастельс предпринимает развернутый анализ современных тенденций, приводящих к формированию основ общества, которое он называет обществом сетевых структур. М. Кастельс
определяет сетевую структуру следующим образом: «Сетевая структура представляет собой комплекс взаимосвязанных узлов <…> Конкретное содержание каждого узла зависит от характера той конкретной
сетевой структуры, о которой идет речь» [116, с. 232]. Из этого следует, что свойства сетевой организации зависят от характеристики узлов,
т. е. основных ее элементов, также от особенностей связей между узлами. Узлами сети могут быть социальные институты, социальные сообщества, индивиды.
В обществе, основанном на сетевых структурах, институциональный порядок будет перестраиваться. Прежде всего новыми институтами станут сами сети, которые будут способствовать развитию капиталистической экономики, основанной на инновациях, глобализации и
децентрализованной концентрации. Сети смогут развивать сферу труда, основанную на гибкости и адаптируемости. Появление сетевых
структур в экономике связано с реинженирингом бизнес-процессов,
направленных на переход от функциональных подразделений к бизнеспроцессам, состоящим из автономных междисциплинарных групп,
ориентированных на более полное удовлетворение интересов заказчиков. Становление сетевых структур обусловлено также использованием реинжениринговых технологий для эволюционных перестроек
структур фирм [115, c. 23–51].
Р. Патюрель считает, что «сетизация – это метод стратегического
менеджмента, заключающийся в формировании сети с ее узлами и связями для достижения целей соответствия с потребностями и ожида-
Р а з д е л II. ВИРТУАЛЬНАЯ СОЦИАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ КАК ИНФОРМАЦИОННОЕ…
234
ниями партнеров и деловой конъюнктуры» [211, c. 76–81]. Употребляя
данный термин, автор говорит о создании сетевых организационных
структур.
Особенность сетевых организаций такова, что в их структуре может присутствовать какой-либо динамический компонент, вплоть до
полного отсутствия статических компонентов. Все подразделения потенциально связаны, т. е. виртуальны, а связи между ними существуют
лишь при наличии общей цели. Связи также потенциально (вероятностно) разнообразны. Такая организация существует только в какой-то
дискретный момент времени, при достижении определенной цели.
Возможную структуру виртуального предприятия иллюстрирует модель открытой разработки Эрика Реймонда [357]. Согласно этой модели понятие организации заменяется понятием проекта. Проект – это
совокупность работ, осуществляемых для достижения некоторых объявленных целей. Часто бывает так, что компания создается именно для
реализации какого-либо проекта, либо организация рассматривается
как совокупность осуществляемых проектов [357]. В качестве проектных организаций у Э. Тоффлера выступают ассамблеи социального
будущего [270]. Ассамблеи могут принять форму специальных групп,
собираемых через регулярные промежутки времени при условии, что
каждый раз в их работе будут участвовать разные представители. Они
просто подключатся к сети коммуникаций, опутавшей весь мир [270,
c. 120]. Прообразы таких организаций существовали и ранее, но в современных условиях увеличилась частота их формирования.
Виртуальное предприятие, по мнению А.В. Катаева, можно определить как временную кооперационную сеть предприятий, обладающих ключевыми компетенциями для наилучшего выполнения рыночного заказа, базирующуюся на единой информационной системе. В
отличие от обычных предприятий виртуальные предприятия ориентируются не на удовлетворение нужд и потребностей какого-то «усредненного» сегмента рынка, а на выполнение определенных рыночных заказов, вплоть до удовлетворения определенных запросов конкретных потребителей. Кроме того, виртуальное предприятие увеличивает скорость и качество выполнения заказа путем объединения
ресурсов различных партнеров в единую систему [118]. Поскольку
временные организации обладают общими признаками – быстрым
формированием, актуализацией на время решения какой-либо задачи,
быстрым исчезновением, то можно утверждать, что атрибутом сетей
является виртуальность. Глобальная сеть – это некоторая организа-
Г л а в а 2. Системы актуального и виртуального социального действия …
235
ционная форма, а виртуальность – это свойство, присущее организационной форме.
В целом сетизация представляет собой создание вместо функциональных структур независимых рабочих групп, переход к горизонтальным структурам организации и замену в значительной степени
административных отношений контрактными (договорными). Г. Рейнгольд отмечает, что: « …рабочие находятся в подчинении множества
себе равных, а не только начальства» [228, с. 94]. Сетизация приводит
к возникновению новой формы организационного порядка, выступая в
качестве нового способа упорядочивания элементов организации. Сети
способствуют развитию социальной организации, преследующей цель
завоевать пространство и уничтожить время.
М. Кастельс считает, что смена способов производства, внедрение
производственных отношений нового типа ведет к изменению и общественных отношений. Отношения внутри общества, между обществом
и государством будут строиться по новым принципам, которые вполне
можно назвать сетевыми [115, c. 23–51]. Сетевые отношения, сетевая
организация общества существовала всегда, при этом сетевая организация дополняла иерархическую. Об этом пишет и Г. Рейнгольд:
«Сложные социальные сети существовали всегда, но недавние технические достижения в области связи делают их главенствующей формой социальной организации. Когда компьютероопосредованные коммуникационные сети связывают людей, учреждения и знания, они становятся компьютероподдерживаемыми социальными сетями. Техническое развитие вычислительных (компьютерных) сетей и общественный
расцвет социальных сетей ныне подпитывают друг друга» [228, с. 94].
За последние 20 лет в экономике и производстве были разработаны
такие организационные схемы, которые основывались преимущественно на сетевых отношениях, а не на иерархических. Во многом это
стало возможным благодаря наступлению информационной эпохи. Сетевая организация мобильнее, чем иерархическая, она более подходит
для адекватной обработки информационных потоков. Это и выводит
сетевые принципы организации на первый план, ведь в современном
мире, по выражению М. Кастельса, власть потоков информации преобладает над потоками власти [116, c. 232]. Если ранее сетевая организация была отображением лишь внутренней структуры процесса
управления, его содержанием, то в новейшем мироустройстве она играет ключевую роль и становится сознательно внедряемой формой организации управления. Происходит это за счет институционализации
Р а з д е л II. ВИРТУАЛЬНАЯ СОЦИАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ КАК ИНФОРМАЦИОННОЕ…
236
сетевых отношений, а формы организации сетевых структур создаются
в бизнесе и затем заимствуются обществом и государством.
Политика – это также растущая сфера использования компьютерной коммуникации, которая превращает политику в часть киберпространства. Виртуальные социальные формы возникают, существуют и
организуются как социальные сети. Для эффективности современной
социальной политики особое значение приобретает учет специфики
политических сетей, через которые организуется и поддерживается
устойчивая связь между субъектами политики и объектами управления
в социальной сфере.
Политические сети оптимизируют отношения между государственным управлением и современным обществом. Вместо попытки редукции сложности общества для эффективного управления они включают в себя учет роста сложности в качестве необходимой предпосылки выработки политики и осуществления управления. Политические
сети открывают правительство перед обществом. Электронная коммуникация позволяет ускорить процесс коммуникации между гражданами и политическими лидерами. Сети создают новую сферу политики,
ориентированную на мгновенное усвоение новых ценностей и общественных умонастроений. Сети становятся субстанциальным и процессуальным воплощением представлений и переживаний состояния взаимозависимости и целостности человеческого мира. Электронная коммуникация позволяет также ускорить процесс взаимодействия между
политическими лидерами. М. Кастельс называет это феноменом
«мгновенной политической мобилизации» [116, с. 232].
Политические сети меняют ракурс рассмотрения государства как
агента политики: 1) в противоположность идее доминирующей роли
государства в выработке политики, при сетевом подходе государство и
его институты являются хотя и важным, но лишь одним из акторов
производства политических решений; 2) в противоположность идее
относительной независимости государства в политике, в концепции
политических сетей структуры рассматриваются в качестве «сцепленных» с другими агентами политики и вынуждены вступать в обмен
своими ресурсами с ними; 3) в противовес идее государственного
управления как иерархически организованной системы сетевой подход
предполагает новый тип управления – «руководство», общая характеристика которого нашла выражение в формуле «руководство без правительства». П. Джон и А. Коул подчеркивают, что понятие «руководство», которое описывает политическое влияние, осуществляемое
Г л а в а 2. Системы актуального и виртуального социального действия …
237
через диффузные сети производителей решений, заменяет собой понятие «правительство» как осуществление институциональной власти
[341, p. 250]. Государственное управление предстает здесь не столько
исполнительной функцией государства, очень отдаленно связанной с
непосредственным общественным влиянием, сколько одним из субъектов общественно-политического процесса по выработке согласованного политического решения совместно со структурами гражданского общества. Руководство осуществляется способом организации
общих переговоров между государственными и негосударственными
структурами по осуществлению взаимного интереса совместными усилиями, а следовательно, для принятия политического решения, удовлетворяющего все стороны соглашения. Руководство не только отличается от рыночных и иерархических моделей управления, оно является
более эффективным для удовлетворения общественных потребностей,
т. е. для выработки решения по общим вопросам.
Сети способствуют рассеиванию власти благодаря появлению различных политических партий с разными политическими ориентациями. В контексте «новой политики» власть приобретает характер влияния, причем диффузного, когда его источник, центр: а) незаметен,
б) не существует как один-единственный. Этот неопределенный и подвижный центр влияния складывается как кратковременная комбинация
устремлений, векторов, действий различных сил. В данной ситуации
происходит размывание ранее отчетливо выраженной границы между
субъектом власти и объектом ее воздействия.
Сети обладают рядом характеристик, которые отличают их от иных
форм управленческой деятельности в сфере публичных потребностей и
интересов. Во-первых, сети представляют собой такую структуру
управления публичными делами, которая связывает государство и
гражданское общество. Эта структура эмпирически наблюдаема и теоретически описывается как множество разнообразных государственных, частных, общественных организаций и учреждений, которые
имеют некоторый общий интерес. Во-вторых, политическая сеть складывается для выработки соглашений в процессе обмена имеющимися у
ее акторов ресурсами. Это означает, что существует взаимная заинтересованность участников сети друг в друге. Ресурсы могут быть распределены неравномерно, но независимо от степени их концентрации
и определенного доминирования ряда участников сети, а последние
вынуждены вступать во взаимодействия. Между участниками сети
существует ресурсная зависимость. В-третьих, важной характеристи-
Р а з д е л II. ВИРТУАЛЬНАЯ СОЦИАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ КАК ИНФОРМАЦИОННОЕ…
238
кой политической сети выступает общий кооперативный интерес.
В-четвертых, с точки зрения выработки политических решений участники сети не выстраиваются в некоторую иерархию, где какая-либо
организация имеет преимущество с точки зрения ее властной позиции.
В политической сети наблюдаются не вертикальные, а горизонтальные
отношения. Все участники сети равны с точки зрения возможности
формирования собственного решения по интересующему вопросу. Впятых, сеть представляет собой договорную структуру, состоящую из
набора контрактов, возникающих на основе формальных и неформальных правил коммуникации. В политических сетях действует культура
консенсуса.
В целом политическая сеть представляет собой систему государственных и негосударственных образований в определенной сфере политики, которые чаще всего взаимодействуют на основе ресурсной зависимости для достижения общего согласия по интересующему всех политическому вопросу, используя формальные и неформальные нормы.
По мнению Т. Берцель, политическая сеть представляет собой «набор
относительно стабильных взаимоотношений по природе неиерархических и взаимозависимых, связывающих многообразие акторов, которые разделяют относительно политики общие интересы и обмениваются ресурсами для того, чтобы продвинуть эти интересы, признавая,
что кооперация является наилучшим способом достижения общих целей» [321].
Р. Родес под политическими сетями понимает «комплекс структурных взаимоотношений между политическими институтами государства и общества» [359, p. 10]. Для Р. Родеса политические сети формируются в различных секторах политики современного государства
(здравоохранения, сельского хозяйства, индустрии, образования и др.).
Он подчеркивает значение именно институциональной составляющей
политической сети и ее ограниченность определенными секторальными интересами.
Сети раскрывают не только новый потенциал экономической и политической сфер, но также сферы религии, науки.
Религиозные сети – это сети религиозных организаций разной религиозной направленности, взаимодействующие между собой как с
помощью сети, так и без нее. Религиозные сети постоянно расширяются [311, c. 110–116]. Информационные технологии служат более тес-
ному и плотному общению представителей религиозных организаций
друг с другом, с населением. В США существует специальный христи-
Г л а в а 2. Системы актуального и виртуального социального действия …
239
анский духовно-просветительский канал для людей всех возрастов и
социальных слоев. Канал обладает большим фондом интересных и качественных программ, передач для детей, мультфильмов и художественных фильмов [267].
Научная сеть, с одной стороны – это информационная система, нацеленная на облегчение доступа населения к научной, научно-популярной и образовательной информации, на стимулировании обмена
знаниями между профессиональными участниками научного и образовательного процессов, опирающаяся на современные Интернеттехнологии. Сеть складывается из информационных ресурсов, объединенных общими принципами редакционной и технологической политики и составляющих логически единую базу знаний. В своей деятельности сеть опирается, прежде всего, на творческий потенциал и опыт
ведущих российских научных и образовательных организаций [195]. С
другой стороны, научная сеть – это система взаимодействующих ученых, непосредственно обменивающихся научным опытом.
С.В. Бондаренко под сетевыми сообществами образовательной направленности понимает «обладающие упорядоченной структурой объединения пользователей компьютерных сетей, осуществляющих коммуникацию с образовательными целями и имеющих при этом устойчивые социальные роли, а также придерживающихся определенных норм
поведения в виртуальном пространстве» [34, c. 399–407].
Итак, в сети можно выделить следующие виды сообществ: 1) бизнес-сообщества, сформированные вокруг корпоративных порталов и
web-страничек; 2) профессиональные сообщества конкретной организации или отрасли в целом; 3) читательские аудитории online СМИ;
4) научные сообщества, учащиеся; 5) активисты и общественники, верующие, поклонники; 6) государственные, политические и властные
структуры; 7) религиозные организации.
Новые социальные институты не изменяют общественный строй и
не означают закат капитализма. «Общество сетевых структур, в любых
его институциональных воплощениях, в настоящее время является
буржуазным обществом», – пишет М. Кастельс [116, с. 232]. Однако в
обществе сетевых структур старые институты индустриальной эпохи,
институты гражданского общества, институты либерализма и институты национального государства уже лишены смысла и функций, они не
рассматриваются как легитимные. На смену старым институтам приходят два новых вида институтов: сети и институты самобытности.
Сети институционализируются как следствие закономерного развития
Р а з д е л II. ВИРТУАЛЬНАЯ СОЦИАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ КАК ИНФОРМАЦИОННОЕ…
240
сетевых глобальных технологий. Поэтому, по мнению М. Кастельса,
они являются институтами угнетения самобытности. Им противостоят
институты самобытности, которые сконструированы социальными
движениями, призванными воссоздать цельность общества. Эти движения (например, движения антиглобалистов) оказывают «самобытное
сопротивление», нашедшее опору в ценностях сообщества, и не поддаются напору глобальных тенденций и радикального индивидуализма, вызванных институтами угнетения, т. е. сетями. «Самобытность
становится главным центром культуры на целом ряде участков социальной структуры, ведя отсюда свое сопротивление или свое наступление в информационной борьбе за культурные коды и кодексы, формируя поведение человека, и тем самым новые институты», – заключает М. Кастельс [116, c. 232]. Таким образом, социальные институты
будут виртуализированы в сетях, но это вызовет обратный процесс –
процесс поиска защиты от виртуализированных институтов. Институциональный порядок на некоторое время переместится в виртуальную
реальность. Но образовавшийся вакуум в социальной реальности будет
заполнен новыми институциональными формами – институтами самобытности.
Итак, социальные сети – это формы обеспечения целостности социума. В настоящее время сети являются глобальными. Процесс виртуализации привел к объединению территориально разрозненных узлов в глобальные сети. Однако глобальные сети не вытеснили локальные, они существуют наряду с ними. Поскольку глобальные сети основываются на передовых информационных и коммуникационных технологиях, то лишь немногие регионы включены в глобальные сети,
т. е. такие, которые обладают данными технологиями, о чем уже говорилось выше. Сети обеспечивают: бо´льшую мобильность, более гибкую и полную адаптацию к социальной среде, бо´льшую скорость
обработки информации, привлечение и использование наилучших ресурсов, знаний и способностей с наименьшими временными затратами.
Сети обладают изменчивой геометрией, они быстро создаются и быстро распадаются, соответствуя свойствам виртуальной реальности. Следовательно, виртуальность является атрибутом сетей.
Сетизация привела к возникновению нового вида неформальных
социальных сообществ – виртуальных, еще не институциализирован-
ных. Основу современного общества, как отмечает М. Кастельс, составляют «сетевые» структуры, именно через сети происходит станов-
Г л а в а 2. Системы актуального и виртуального социального действия …
241
ление новых форм различных сообществ: «Именно сети составляют
новую социальную морфологию наших сообществ» [116, с. 232].
Формирование виртуальных сообществ, прежде всего основанных
на глобальной связи в сети, по мнению М. Кастельса, можно рассматривать как кульминацию исторического процесса разделения местоположения и общения в формировании сообщества: новые, отборные модели социальных отношений заменяют территориально ограниченные
формы социального взаимодействия [325]. Новая информационная
система, отмечает Кастельс, значительно ослабляет символическую
власть традиционных отправителей сообщений, внешних по отношению к системе, передаваемую через исторически закодированные социальные привычки. «Они не то, чтобы исчезают, но слабеют, если не
кодируют себя в новой системе, где их власть умножается электронной
материализацией духовно передаваемых привычек. Сетевая коммуникация более эффективна, чем воздействие определенного харизматического авторитета при личных контактах» [116, с. 232]. С.И. Алексухин
также считает, что логика сетевых коммуникаций стала доминировать,
разрушать не соответствующие ей коммуникационные модели. Роль
традиционных социальных сообществ в массовых коммуникациях начала постепенно снижаться. Сохранили влияние только те из них, кто
принял логику Сети [5, с. 1503–1516]. По мнению Кастельса, с точки
зрения современного общества электронные коммуникации и есть собственно коммуникации. Благодаря цифровой, сетевой коммуникации
все виды сообщений в обществе нового типа работают в бинарном режиме: присутствие или отсутствие в коммуникационной мультимедиасистеме. Все прочие сообщения сведены к индивидуальному воображению или ко все более маргинализирующимся субкультурам, где
господствуют личные контакты. Однако из этого не следует, что идет
процесс гомогенизации проявлений культуры и полное господство над
кодами со стороны нескольких отправителей, занимающих центральное положение. Именно из-за диверсифицированности, мультимодальности и неустойчивости новой коммуникационной системы она способна охватывать и интегрировать все формы выражения интересов
и ценностей, включая и выражение социальных конфликтов [116,
с. 232].
М.Н. Грачев, разделяя данные точки зрения, отмечает, что на протяжении значительного отрезка человеческой истории формы социального взаимодействия сводились в большинстве случаев к межличностному общению. Люди имели возможность непосредственно взаи-
Р а з д е л II. ВИРТУАЛЬНАЯ СОЦИАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ КАК ИНФОРМАЦИОННОЕ…
242
модействовать друг с другом и обмениваться посредством символических форм только тогда, когда одновременно находились в одном и
том же месте, либо участвовали в других видах социального действия
в условиях физической, пространственно-временной локализации.
Традиции и установки передавались преимущественно в устной форме, и даже само их существование зависело от непрерывного процесса
возобновления социальных взаимодействий. Развитие Интернета сопровождается массовым переносом людьми своей информационной
активности, а также и информационных взаимодействий из среды, создаваемой традиционными информационно-коммуникационными технологиями, в виртуальную среду сети Интернет.
Информационные технологии породили новые формы социального
взаимодействия, когда для обмена сообщениями, несущими определенное смысловое содержание, людям не обязательно стало находиться вместе. Обмен символьными формами с использованием опосредованных интерактивных форм становится доступным все большему количеству людей [67, c. 88–103]. Эспиноза, Перлман также утверждают,
что географическая близость в различных странах потеряла преимущество в образовании социальных отношений [332, 354]. Бари Веллман и
Клод Фишер подметили, что сети заменяют физические пространства в
качестве основы для общения и в пригородах, и в городах [333, 363].
Таким образом, необходимый шаг к пониманию новых форм социального взаимодействия в эпоху Интернет должен основываться на переопределении сообщества. Следовательно, полезное рабочее определение в этом отношении – предложенное Барри Веллманом: «Сообщества – это сети межличностных связей, которые обеспечивают общение,
поддержку, информацию, ощущение принадлежности и социальную
идентичность» [362, p. 36]. Естественно, ключевой вопрос здесь – это
переход от сообщества к сети как к центральной форме организации
взаимодействия. Сообщества в традиции социологического исследования были основаны на разделении ценностей и социальной организации. Сети построены выборами и стратегиями социальных акторов.
Таким образом, главное преобразование общения в сложных обществах – это замена сетями пространственных сообществ как главных
форм общения.
Однако нельзя считать, что больше нет общения на основе метаположения. Общества не развиваются по направлению к однородному
образцу социальных отношений. Фактически это – растущее разнообразие образцов общения, которое конституирует специфику социаль-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]