Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Социальная система как информационное взаимодействие. Коллективная монография

.pdf
Скачиваний:
1
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
Г л а в а 1. Виртуальная реальность: опыты теоретического моделирования
193
кает ложное сознание, когда объективные картины мира отражаются искаженно, предвзято, тенденциозно. Кризисное состояние сознания инициирует неадекватное восприятие социальной действительности и формирует из фрагментарных элементов комплекс «социальных ква­зиреальностей» [243, c. 44].
М. Кастельс верно заметил наличие виртуальных миров в общест­вах на протяжении всей человеческой истории: «Во всех обществах человечество существовало в символической среде и действовало че­рез нее. Реальность так, как она переживается, всегда была виртуаль­ной – она переживалась через символы, которые всегда наделяют практику некоторым значением, отклоняющимся от их строго семан­тического определения» [113, с. 351]. В виртуальной реальности чело­век наделял смыслами, значениями те предметы и явления социально­го мира, которые не мог объяснить. Поэтому, виртуализация социаль­ной жизни людей осуществлялась, с одной стороны, посредством сим­волического замещения непознанных сторон существующего мира, а с другой стороны, путем воспроизводства и самовоспроизводства смы­слов. Виртуальных миров в человеческой истории было много, на каж­дом этапе какой-либо из них становился определяющим, упорядочи­вающим все взаимодействия людей. В античности – это были мифы, в средневековье – мир религии, в эпоху Просвещения – мир науки, в XIX веке – идеология. Виртуальные миры – это миры символов, заме­щающих реальные предметы и явления, недоступные человеческому познанию. Так, например, в античности люди не могли понять причи­ны возникновения природных явлений. Поэтому они объяснили их гневом богов. Сегодня сеть Internet предоставляет людям максимум информации, удовлетворяя их познавательные потребности. В совре­менном виртуальном мире люди с помощью нового символического носителя – компьютера, как и раньше в других виртуальных мирах с помощью иных символических носителей, стремятся раскрыть те сто­роны мира, которые трудно познать в жизни. Компьютер – это новое средство познания социального мира [95, с. 45]. Стремясь восполнить свои фрагментарные представления о существующем мире в мире вир­туальном, индивид выступает в роли объекта воздействия, восприни­мающего новую информацию. Таким образом, новая коммуникативная среда возникает как продолжение исторически сформировавшихся со­циальных процессов. Сеть развивается не «вообще», а в определенном направлении.
Р а з д е л II. ВИРТУАЛЬНАЯ СОЦИАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ КАК ИНФОРМАЦИОННОЕ…
194
По мнению М. Кастельса, в виртуальном обществе индивиды вы­ступают не только пассивно воспринимающими информацию, но и являются активными творцами новых ценностей, моделей поведения, которые они воплощают в реальной жизни. Человек и раньше мог, причем достаточно легко, попасть в виртуальный мир, например, по­гружаясь в созерцание картины, кинофильма или просто увлеченно читая книгу. Однако во всех подобных случаях активность человека была ограничена его позицией зрителя, или читателя, или слушателя, он сам не мог включиться в действие как активный член. Совершенно иные возможности предоставляют виртуальные системы: самому включиться в действие, причем часто не только в условном простран­стве и мире, но и как бы вполне реальном, во всяком случае, с точки зрения восприятия человека [113, c. 510].
М.В. Кастельс и В.И. Тищенко указывают на то, что появились многочисленные виртуальные сообщества в самом обществе. Вирту­альные сообщества трактуются как элемент виртуального общества. Они существуют в самом обществе, а не вне его [113, 269]. Тем самым виртуальное включается в контекст социума, приводя к становлению виртуального общества. Виртуальные сообщества обладают собствен­ной культурой, у них свой язык, своя иерархия, статусы, нормы. Одна­ко сейчас о полном взаимопроникновении норм виртуальной и соци­альной жизни судить еще рано. Поведение online пока еще только лишь будущая социальная норма. Виртуальные сообщества – это осо­бое коммуникативное пространство, специфическая форма взаимо­действия, которое осуществляется посредством глобальной сети Inter­net [269, c. 383–388]. М. Кастельс пишет, что виртуальное сообщество как «расширенная форма» общественных отношений отличается от своих предшественников (рыночной и индустриальных форм) домини­рованием в своей среде прямых информационных взаимодействий ме­жду людьми [113, c. 253]. Он же считает, что виртуальные сообщест­ва – это образования не технологические, а социальные, точнее, соци­ально-исторические. Технология лишь сделала информационную ком­муникацию между соразмерно мыслящими людьми возможной в мас­штабах реального времени и, в какой-то степени, создала предпосылки для ликвидации форм отчуждения, связанных с объективацией мыш­ления. С одной стороны, можно сказать, что виртуальные сообщества являются продолжением, более полной реализацией и новым измере­нием традиционно сформировавшихся структур общественной жизни.
Г л а в а 1. Виртуальная реальность: опыты теоретического моделирования
195
До виртуальных сообществ были социальные сообщества, локализо­ванные в пространстве. Виртуальные сообщества дислокализованы в пространстве, они обеспечивают общение, поддержку, информацию между людьми, находящимися на большом расстоянии друг от друга, в короткие промежутки времени, благодаря сети Internet. С другой сто­роны, виртуальные сообщества представляют собой своеобразное пороговое пространство, в котором развивается новое качество соци­альной жизни, пространство, которое в конечном итоге приведет к неизвестным пока изменениям, сделает общество непредсказуемым [113, c. 271]. По мнению М. Кастельса, разновидность виртуальных сообществ – это сетевые организации, т. е. организации, основанные на горизонтальных связях [113, c. 288]. «Паттерн сети» меняет взгляд на принципы организации и устройства особого типа системы – социаль­ной, которая всегда представала исследователям как иерархически вертикально организованная, построенная по принципу «слоев» (уров­ней) с институциальным специфическим порядком, условием сохране­ния которого было поддержание границ между уровнями и «ячейками» в них. Сеть обрушивает эту вертикаль и иерархию, делая проницаемы­ми и уровни и ячейки (социальные позиции). Сети общения поэтому имеют разнообразную геометрию и изменяющийся состав, согласно непосредственно форме сети и развивающимся интересам социальных акторов. Сами индивиды постоянно перестраивают структуры своего общения. Они строят свои сетевые системы на основе своих часто ме­няющихся интересов, ценностей, свойств и проектов.
Необходимо отметить, что виртуальные коммуникации были при­сущи обществу всегда, человек всегда жил, погруженный в феномен виртуальности, однако они не давали таких широких возможностей для общения как виртуальные коммуникации нового типа, основанные на сети Internet. Они упорядочивают взаимодействия людей, сжимая пространство и время. Виртуальные коммуникации, основанные на сети Internet, повлияли главным образом на изменение формы и со- держания социальных взаимодействий, на расширение социальных интеракций. Следовательно, рассматривая современное виртуальное общество, необходимо говорить о появлении новой формы виртуаль­ности, но не самой виртуальности.
Итак, отметим, что сколь-либо последовательной модели вирту­ального общества в социальной теории пока не построено. В научной литературе идет осмысление лишь некоторой эмпирии, ряда рабочих
Р а з д е л II. ВИРТУАЛЬНАЯ СОЦИАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ КАК ИНФОРМАЦИОННОЕ…
196
гипотез и концептуальных схем. Исследователи рассматривают вирту­альное общество как:
1) имитационное подобие, искаженное подражание, «игру разума»
без воплощения в практику (Д.В. Иванов);
2) символически-смысловое подобие социума («чистая» мысль о
социуме) (Б.С. Сивиринов);
3) особую форму социального, генетически неотделимую и не су­ществующую помимо состоявшихся социальных форм (М. Кастельс, М. Паэтау);
4) существующую альтернативу сложившегося, устойчивого соци­ального мира, генетически с ним не связанную (А. Бюль, А. Крокер и М. Вэйнстейн).
Виртуальное актуализируется в социальном в ситуациях опосредо­ванного взаимодействия между социальными акторами, способствуя становлению виртуального общества. Посредником в социальных взаимодействиях в современном обществе выступает символический носитель, т. е. компьютер, позволивший ускорить контакты между ин­дивидами, предоставив им неограниченные возможности для общения и познания. Однако актуализация виртуального в социальном связана не только с техническими, но и с социальными трансформациями, происходящими в современном обществе.
1.3. ВИРТУАЛЬНЫЙ СОЦИАЛЬНЫЙ МИР – РАСЩЕПЛЕННАЯ СИСТЕМА ДЕЙСТВИЯ
Виртуальная реальность частично актуализируется в социальной реальности. Следовательно, виртуальную социальную реальность можно отнести к одному из модусов социальной реальности. Феномен виртуальности, как было отмечено выше, изучается без интерпретации ее как особой социальной формы. В связи с эти необходимо уточнить философско-теоретические основания понимания специфики вирту­альной социальной реальности.
Реальность (от позднелатинского realis – вещественный, действи­тельный). Реальность означает [285, c. 428]:
1) все существующее вообще;
2) объективный мир (в том числе и объективированный мир чело-
веческого духа, «субъективно-объективный» мир культуры), сущест­вующий независимо от человеческой воли и представлений;
Г л а в а 1. Виртуальная реальность: опыты теоретического моделирования
197
3) действительность (как актуальное бытие).
С разным пониманием реальности связана и многозначность тер­мина «реализм» в истории философской мысли, который мог высту­пать синонимом как идеализма, так и материализма. В современном научном познании термин «реальность» используется для обозначения того или иного аспекта универсума, составляющего предметную об­ласть соответствующей науки [285, c. 428].
Поскольку в своей работе мы опираемся на деятельностный под­ход, то будем придерживаться следующего определения реальности. Реальность – это действительность, т. е. объективная реальность как актуальное наличное бытие, реализующее определенные исторические возможности [285, c. 609].
Социальная реальность – это область отношений, возникающая по­средством взаимодействия индивидов, социальных групп, социальных институтов [285, c. 317].
Виртуальная реальность – это термин, характеризующий особый тип взаимодействия между разнородными объектами, а также специ­фические отношения между ними – порожденности и интерактивности
[285, c. 403].
В онтологическом плане реальное как объект познания противо­поставляется идеальному как его воспроизведению в мысли (хотя в системах идеалистического монизма это противопоставление снимает­ся). В теоретической традиции установлена дихотомия: «идеальное – реальное», «идеальное – материальное» и «актуальное – потенциаль­ное».
Идеальное противопоставляется материальному начиная с Аристо­теля. Материальный мир – это мир вещей. Идеальный мир – это мир идей, образов, символов. Однако, по мнению И.А. Мальковской, вир­туальное – это мир не символов, но симулякров. Означающее и озна­чаемое разнятся между собой, что приводит к искажению реальности [166]. Гегель обосновал механизм взаимопроникновения идеального в реальное с помощью закона отрицания отрицания: «Идеальность – есть отрицание реального, но притом такое, что последнее в то же вре­мя сохраняется, содержится в этой идеальности, хотя и не существует больше» [56, с. 132].
Реальность для нашего современника представляется составленной исключительно из движущейся «материи» (понимаемой предметно, на уровне ощущений как осязаемое вещество) и «разговоров» о ней,
Р а з д е л II. ВИРТУАЛЬНАЯ СОЦИАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ КАК ИНФОРМАЦИОННОЕ…
198
лишенных собственного онтологического статуса. Если же сознание вдруг переходит в такое состояние, что начинает полагать существова­ние некоторой иной реальности, кроме чувственно осязаемой, то мыс­лит ее либо как подобие первой (рядом с «грубой» возникает неося­заемая «тонкая материя»), либо непременно как некоторую внеполо­женную субъективированную сущность. Тогда всякое идеальное мыс­лится как «проявление трансцендентного существа» или опять же по­тустороннего «духовного» компонента, непостижимым образом суще­ствующего в теле. И в первом, и во втором случаях идеальное мыслит­ся как противостоящее имеющемуся человеческому разуму (иное по отношению к нему), доступное только путем проникновения в него средствами вненаучных мыслительных практик.
П. Бурдье вплотную подходит к понятию «идеальное», говоря о символическом как о том, что является материальным, но не признает­ся таковым (чувство одежды, хорошее произношение, «стиль»). Ис­следователь вводит понятие «символический капитал», под которым понимает трансформированную и потому замаскированную форму «экономического» капитала [41, c. 118]. С точки зрения П. Бурдье, ре­альная политическая функция символических систем состоит в том, что с их помощью пытаются узаконить господство путем навязывания «правильного определения» социального мира. Близко по значению к «идеальному» и понятие «поле», а также «габитус» как единство те­лесно-исторической данности социального актора [41].
Реальность существует как возможная и действительная. В понятии реальности возможность и действительность совпадают. Но бытие ре­альности – есть противоречивое единство возможного и действитель­ного. Реальность содержит в себе не только действительную реаль­ность, но и возможную реальность. Социальная реальность, порожден­ная деятельностью субъектов, – это единство актуального (осуществ­ляемого субъектом) и потенциального (предполагаемого субъектом). Быть актуальным – значит быть действенным, насущным. Потенци­альным – возможным, способным к действию.
Грань естественное – искусственное проходит в отношении чело­веческого бытия на уровне общественное – индивидуальное. Состоя­ние того, что мы называем «общество», признается как «естествен­ное», а выражение того же самого в единичном бытии – «искусствен­ное», поскольку по инерции мышления предполагается, что жизнь об­щества «закономерна», «онтологична», являясь продолжением некото-
Г л а в а 1. Виртуальная реальность: опыты теоретического моделирования
199
рой естественно-природной взаимосвязи, а индивид творит себя само­го таким, каким он не является «от природы», т. е. в силу своей телес­ной конституции, личностное бытие «феноменологично». Поэтому в основе индивида лежит «искусственность», отрицание некоторого из­начального, природного состояния – «естества». Естественным (со­ставляющим его природную сущность) в человеке является как раз то, что мы привыкли признавать как искусственное – социальность.
Не менее важная проблема, обсуждающаяся сегодня по поводу ре­альности, следующая: в каком смысле реальность существует? Чтобы разобраться с этой проблемой, рассмотрим смысл и формирование по­нятий «существование» и «реальность». О существовании человек на­чал судить еще с античной культуры (одно из первых высказываний в этой области принадлежит Фалесу Милетскому: «Все есть вода, по­скольку сами Боги клянутся водами Стикса», а о реальности пошла речь практически только в наше время, во второй половине XIX столе­тия. Что понималось под «существованием»? Для античного мыслите­ля существует лишь то, что обеспечивает познание и мышление. В Но­вое время под существованием понималась объективация социального опыта, обусловленная естественно-научным познанием, и опирающая­ся на него инженерная деятельность.
Вернемся к понятию «реальность». Можно указать три основные обстоятельства, обусловившие в наше время выдвижение этого поня­тия в качестве самостоятельного. Начиная с XIX века настолько воз­росло значение частных форм жизни и личности, что индивидуальный опыт и жизнь в ценностном отношении стали соизмеримыми с соци­альными. Второе обстоятельство связано с новым пониманием места науки и познания. После Канта, по сути, начинается закат научного мышления не вообще, а в качестве основного ценностного ядра нашей культуры. В результате сегодня мы воспринимаем научное познание всего лишь как одну из форм человеческой жизнедеятельности среди других (искусства, религии, этики) в ценностном отношении не лучше и не хуже других. Третье обстоятельство – именно язык и семиотика, а не труд, деятельность, дух и т. п. реалии начинают определять интим­ную сущность человеческой и социальной жизни, особенности нашей психики и сознания. Требовалось новое понятие, охватывающее эти три обстоятельства, переакцентирующее мышление с научного позна­ния и социального опыта на любые формы символической жизни и индивидуальный опыт. Таким понятием и становится понятие «реаль-
Р а з д е л II. ВИРТУАЛЬНАЯ СОЦИАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ КАК ИНФОРМАЦИОННОЕ…
200
ность». Если для идеи существования главное – это онтология, обеспе­чивающая научное познание, то для идеи «реальность» главным явля­ется утверждение полноценности индивидуального бытия и жизни… в реальности. Реальность – это мир, в котором личность (индивид) мо­жет полноценно жить [284]; реальность (в отличие от существова­ния) – не одна: одним реальностям противостоят другие; реальность, наконец, может быть познана, только в последнем смысле она сущест­вует, но не физикалистски, а гуманитарно.
Гуманитарная точка зрения на реальность наиболее последова­тельно представлена в работах Н.А. Бердяева, который утверждал, что он не верит в объект, а только в объективацию, а она представляет собой проекцию во вне, в реальность активности субъекта. Объекти­вированный мир не есть подлинный реальный мир, это есть лишь со­стояние подлинного реального мира, которое может быть изменено. Объект есть порождение субъекта. Лишь субъект экзистенциален, лишь в субъекте познается реальность. Бытие есть понятие, а не суще­ствование. Реальность возникает не сама по себе, а в результате ак­тивности этого субъекта, когда он мыслит, сочиняет, переживает. Ре­альность по Бердяеву, это и есть объективация познавательной спо­собности личности, т. е. приписывание существованию такого устрой­ства, которое человек в познании эманирует и экзистенцирует из себя и собой. С точки зрения идеи реальности, само существование есть всего лишь один из видов реальности, а именно «познавательная ре­альность» [23].
Различим понятия «реальность», «бытие» и «действительность». Начнем с реальности. Реальность – это наиболее абстрактное понятие. Реальность это то, что существует. Она есть в-себе-бытие, т. е. бытие, абстрагированное от рефлексированности. Реальность приписывается всему, что может возникнуть, что существует, что является прехо­дящим.
Если реальность имеет несколько «вещный» оттенок, то бытие, кроме реального, может быть и идеальным. Реальное бытие – мир су­ществования. Идеальное бытие – мир сущностей. Реальное бытие име­ет пространственно-временной характер. Оно индивидуально, непо­вторимо. Идеальное бытие вне пространства–времени, оно неизменно, вечно, ему не свойственно быть фактом. Это бытие идей (например, идея демократии, социума), или это бытие ценностей (например, цен­ности религиозные, моральные и т. д.).
Г л а в а 1. Виртуальная реальность: опыты теоретического моделирования
201
Но в мире есть и такая сторона как момент непрерывного движе­ния, непрерывного изменения. Эта сторона мира выражается категори­ей «действительность». Действительность – это действительное бытие сущего, т. е. это бытие сущего в действии. Именно таким образом ре­альное бытие себя и обнаруживает. Аристотель сближает понятия energeia (энергия) и entelechia (осуществленность, законченность), т. е., если несколько упростить его рассуждение, он сближает движение и сущность [284]. Энергийное миросозерцание находит выражение в марксистской диалектике (роль труда), в феноменологии. В немецком языке, как и в русском, понятие действительности содержит в себе компонент действия, в то время как в греческом и латыни действи­тельность сближается с истинностью, а во французском и англий­ском – с реальностью. Для действительности существенно именно на­чало действия: ведь действительность – это созидаемая, конструируе­мая, практическая реальность.
Реальность принадлежит (именно – принадлежит, а не приписыва­ется) последним вещам, последним основаниям, которые не нуждают­ся в доказательстве. Вопрос о реальности это вопрос о субстанции, т. е. о том, что существует благодаря самому себе и в самом себе. Можно принимать такую субстанцию или, вслед за Д. Юмом утверждать, что субстанция это только фикция, используемая для обозначения сосуще­ствования свойств [302]. От этого зависит выбор той или иной модели реальности.
Виртуальное и реальное взаимосвязаны и взаимно проникают друг в друга. Виртуальность «постигает» мир, а реальное его сохраняет (воспроизводит), либо изменяет. Виртуальное содержит в себе новые ценности, образцы поведения и существует изначально независимо от реального, живет по своим законам. Поскольку виртуальное опосреду­ет реальное, виртуальная реальность, сформировавшись в коллектив­ном сознании, воплощается реально, становясь мощным рычагом кон­тролирующего, упорядочивающего воздействия на ход реальной жиз­недеятельности людей. Виртуальная реальность проявляется в реаль­ном посредством символов (ритуалов, знаковых систем и пр.) и явля­ется его особым инобытием. Социальный прогресс, установление но­вого социального порядка лежат через мир возможный (виртуальный). Однако прогресс не наступит до тех пор, пока этот мир не будет актуа­лизирован новаторским интеллектом, действием, т. е. пока ценности, образцы поведения не будут включены в реальную жизнь, не будут
Р а з д е л II. ВИРТУАЛЬНАЯ СОЦИАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ КАК ИНФОРМАЦИОННОЕ…
202
упорядочивать социальные взаимодействия. Таким образом, постепен­но виртуальное проникает в реальное, создает новый социальный по­рядок. Виртуальное присутствует в процессе постоянного самоотрица­ния и самообновления реального мира.
В некотором смысле любая культурно опосредованная реальность является «виртуальной» – поскольку предполагает восприятие дейст­вительности с использованием искусственно создаваемых «комплексов ощущений». Виртуальная реальность невозможна без взаимодействия физического и психического. Виртуальная реальность по своему гене­зису антропогенна, создана человеком, искусственна. Но в то же время является и естественной, поскольку она всегда существовала.
Виртуальная реальность – это самостоятельная реальность, а не то, что вымышлено или не существует в действительности. К.А. Сергеев и Д.Н. Разеев указывают на это: «Виртуальная реальность, о которой так много говорится в наши дни, – это не иная реальность, куда мы уходим время от времени; это и есть реальность, в которой мы живем. Вирту­альная реальность – это продолжение реальной реальности» [241]. Виртуальная реальность – это не иллюзия, а самостоятельная реаль­ность, так как она фиксируется человеком или прибором. Для вирту­альной реальности верна формула Д. Беркли – существовать, значит быть воспринимаемым. Трехмерная графика, объемный звук, локали­зуемый человеком, тактильные ощущения – все это материальные про­явления виртуальной реальности. Виртуальный мир – это комплекс ощущений. Грань между физической и психической реальностью в виртуальном мире стерта.
Виртуальная реальность есть действительность, т. е. бытие сущего в действии, поскольку виртуальную реальность трудно зафиксировать, описать, познать. Возможный мир (виртуальная реальность) есть вари­антная модель реального мира (широко использованная в логике кон­цепция, восходящая к Лейбницу). Виртуальные миры не просто вос­производят реальность, но преобразуют ее за счет интерактивного из­менения существующих свойств: изменчивости формы, размера, соот­ношения части и целого, движения между различными уровнями структуры и т. п., выводя человеческое представление за рамки повсе­дневного опыта.
Под виртуальной реальностью будем понимать один из модусов реальности, обладающий собственными признаками: тенденцией к ак­туализации, автономностью, интерактивностью, порожденностью