Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Психология межличностных и межгрупповых отношений в профессиональной (служебной) деятельности. Учебное пособие
.pdf
71
выделения разных типов групп. Одновременно существует и субъективный критерий – восприятие группы как реальной ее членами, в соответствии с которым
группы классифицируются иным образом.
3.1.2. Классификация групп по критерию их «реальности»
Термин «реальность группы» (group entitativity), подразумевающий степень
восприятия группы как реально существующей общности, ввел в научный обиход
Д. Кэмпбелл. В современной социальной психологии выделяют три фактора, спо-
собствующие восприятию «реальности группы»: подобие членов группы, структурные переменные, индивидуальные характеристики членов группы.
Подобие членов группы подразумевает существование у них общих целей
и результатов деятельности, сходство их личностных особенностей и ценностей,
осознание общности жизненной траектории, важность членства в группе.
Структурные переменные – это качественные и количественные характеристики группы, такие как интенсивность внутригруппового взаимодействия,
небольшой размер и четкие границы группы, общность взглядов членов группы,
наличие в ситуации восприятия сразу нескольких групп, тип группы.
Выделяют пять типов групп по критерию их «реальности»:
1) группы близкого общения (семья, друзья, криминальная группировка и
др.) – малые группы, существующие длительное время, отличающиеся интенсив-
ным внутригрупповым взаимодействием, непроницаемыми групповыми границами и высокой степенью значимости членства в них;
2) группы, ориентированные на выполнение задачи (творческий коллектив,
сотрудники цеха на предприятии, академическая группа в вузе и др.). Несмотря
на наличие общей цели, эти группы менее значимы для их членов, чем группы
близкого общения;
3) социальные категории (мужчины, афроамериканцы, мусульмане и др.) –
большие группы с относительно непроницаемыми границами и низкой интенсивностью внутригруппового взаимодействия, существующие длительное время;
72
4) свободные ассоциации (любители футбола, жильцы многоквартирного
дома, студенты одного университета и др.) – большие кратковременно существу-
ющие группы с низкой интенсивностью взаимодействия, проницаемыми групповыми границами, низким уровнем значимости для отдельных членов группы;
5) преходящие группы (люди, стоящие в очереди в магазине, на автобусной
остановке, и др.) характеризуются низкими показателями по всем параметрам, за
исключением проницаемости групповых границ.
В восприятии людей группы ранжируются по степени реальности следую-
щим образом: наиболее «реальны» группы близкого общения, затем – ориентированные на задачу, социальные категории и свободные ассоциации. Преходящие группы не воспринимаются как «реальные».
Среди индивидуальных характеристик членов группы, обусловливающих
восприятие «реальности группы», выделяют коллективистские (в противовес индивидуалистским) ценности субъекта восприятия и видение им неизбежности
своей смерти50.
Здесь следует остановиться на сущности и проявлениях индивидуализма и
коллективизма, определяющих восприятие индивидом групп, к которым он принадлежит, и их «реальности».
Коллективизм и индивидуализм рассматривают в рамках этнопсихологии,
общей и социальной психологии, культурантропологии, социологии и других отраслей гуманитарного знания.
Коллективизм предполагает в большей мере социоцентрические установки, межличностную коммуникацию и взаимозависимую Я-концепцию; индивидуализм в основном предполагает проявление эгоцентрических установок, независимую Я-концепцию. Изначально коллективизм и индивидуализм понима-
50
Гулевич О.А. Психология межгрупповых отношений. – Москва : Московский психолого-
социальный институт, 2007. – 432 с.
73
лись как противоположности; позже стал доминировать взгляд на них как на полюсы одной шкалы, влияющие на Я-концепцию51. Г. Триандис рассматривал коллективизм / индивидуализм как культурные синдромы, или «общепринятую систему убеждений, установок, Я-определений, норм, ролей и ценностей, объединенных какой-либо темой»52.
Основной смысл индивидуализма состоит в том, что человек принимает
решения и действует в соответствии со своими личными целями, предпочитая их
целям общественным. «Я» определяется как независимая, способная выжить вне
группы единица, а индивиды – как базовые единицы социального восприятия.
Индивидуалисты являются членами многих групп, но (за исключением нуклеарной семьи) слабо с ними идентифицируются и мало от них зависят.
Группы, в свою очередь, оказывают слабое влияние на поведение индивидуалистов. Так, родители мало влияют на выбор друзей, работы, места жительства своих подросших детей. Обязанности и ожидания людей в группах основаны на переговорах в процессе достижения или изменения личностного статуса.
Приемлемыми признаются споры и конфликты внутри группы. Эмоционально
индивидуалисты обособлены от окружающих и имеют склонность к уединению.
Основные ценности индивидуалистической культуры: свобода в поступках и самодостаточность, самостоятельность в суждениях, власть над окружающими; они позволяют индивиду комфортно себя чувствовать в любом окружении или в одиночестве, отличаться от других и быть независимым.
В индивидуалистических культурах поведение в большей степени регулируется аттитюдами (социальными установками), чем групповыми нравственными нормами. Отмечается даже ориентированность подобных культур на нарушение норм – «стремление к оригинальности, необычности, чудачеству, юродству»53. Существующие нормы поощряют независимость от группы (например,
51
Триандис Г.К. Культура и социальное поведение. – Москва : Форум, 2007. – 384 с.
52
Стефаненко Т.Г. Этнопсихология. – Москва : Институт психологии РАН, «Академический
проект», 1999. – С. 87.
53
Цит. по: Стефаненко Т.Г. Этнопсихология. – Москва : Институт психологии РАН, «Акаде-
мический проект», 1999. – 320 с.
74
не принято одалживать деньги или брать взаймы вещи). При распределении каких-либо ресурсов, вознаграждения за выполненную работу превалирует норма,
согласно которой награда должна соответствовать индивидуальному вкладу.
Основной смысл коллективизма – приоритет интересов группы над личными интересами: коллективист заботится о влиянии своих решений и действий
на значимое для него сообщество. «Я» определяется с точки зрения группового
членства, социальная идентичность является более значимой, чем личностная, а
базовыми единицами социального восприятия являются группы.
Коллективисты осознают себя членами меньшего количества групп, чем
индивидуалисты, но связаны с ними более тесно. Они вовлечены в жизнь других
людей, у них преобладают потребности помочь в трудную минуту, проявить привязанность, в ситуации выбора посоветоваться, даже подчиниться. Чем больше
заботы проявляет человек по отношению к другим, чем больше связанным с другими он себя чувствует, тем большим коллективистом является»54. При этом
группы оказывают сильное влияние на поведение индивидов. Наиболее значимы
сообщества родственников, соседей, коллег, где люди связаны взаимными обязанностями и ожиданиями, основанными на их постоянном статусе.
Основными ценностями коллективистской культуры являются следование
традициям, послушание, чувство долга, которые способствуют сохранению
единства группы, взаимозависимости ее членов и гармоничным отношениям
между ними. В коллективистских культурах групповые нормы являются более
важным регулятором поведения, чем аттитюды: высоко оценивается «правильное поведение», «жизнь по обычаю», «как у людей», «по уставу»55. Нормативно
поощряется зависимость от группы: одалживание денег или вещей способствует
сохранению сети отношений, основанных на взаимности. При распределении ресурсов превалируют нормы равенства и удовлетворения потребностей.
54
Триандис Г.К. Культура и социальное поведение. – Москва : Форум, 2007. – 384 с.
55
Цит. по: Стефаненко Т.Г. Этнопсихология. – Москва : Институт психологии РАН, «Акаде-
мический проект», 1999. – 320 с.
75
Примером преобладания ценностей коллективистской культуры служат
кенийские племена, в которых никто не является изолированным индивидом.
Неповторимость и уникальность индивида – вторичный факт; прежде всего человек выступает как отдельный представитель народа. Доминирует групповая
деятельность, на которой основаны гармония и кооперация в группе. Ответственность также разделяется между всеми членами группы56.
Выделяют вертикальный коллективизм, в котором как данность принимаются иерархия и наличие бóльших прав и привилегий у тех, кто «наверху». Самоопределение в этом случае связано с особым местом в иерархии, а физическое
и социальное пространства рассматриваются в континууме «почетное – менее
почетное». При горизонтальном коллективизме акцент делается на взаимозависимости и единстве, а равенство выступает нормальным состоянием общества.
В коллективистских культурах предполагается, что группы, к которым
принадлежат люди, должны заботиться о них в обмен на преданность членов
группы ее интересам. В индивидуалистических культурах люди заботятся в
первую очередь о себе и членах своей семьи. Личная или Я-идентичность при
этом превалирует над групповой или Мы-идентичностью (определяющей для
личностного поведения в коллективистских культурах).
Считается, что индивидуалистические культуры способствуют самореализации их членов. Об этом свидетельствует, в частности, идея А. Маслоу о главной цели в жизни человека – самоактуализации. Предназначение человека – актуализация тех возможностей, которые заложены в нем как носителе индивидуального набора талантов и потенций.
В каждой культуре люди имеют как индивидуалистические, так и коллективистские тенденции сознания и поведения, однако относительное преобладание индивидуализма характерно для Запада, а коллективизма – для Востока и
Юга (Африка)57.
56
Лебедева Н.М. Этнопсихология. – Москва : Издательство Юрайт, 2018. – 491 с.
57
Там же.
76
Если преобладание ценностей коллективизма / индивидуализма представляется довольно очевидным для объяснения влияния индивидуальных характеристик членов группы на восприятие ее «реальности», то осознание неизбежности собственной смерти, как фактор восприятия «реальности группы», требует
пояснения.
Д. Гринберг, один из авторов теории управления страхом смерти, отмечает,
что человек пытается справиться со страхом смерти при помощи самоуважения,
складывающегося из ощущения правильности своего мировосприятия и правильности своих ценностей.
Разработка теории управления страхом смерти была инициирована книгой
антрополога Эрнеста Беккера «Отрицание смерти», получившей в 1974 году Пулитцеровскую премию. В этой книге Э. Беккер утверждает, что человеческое поведение определяется поиском бессмертия – как в буквальном смысле (вера в
загробную жизнь), так и в переносном (стремление оставить после себя некий
заметный след).
Человек борется со страхом смерти, пытаясь повысить самооценку, убеждая себя в наполненности собственной жизни смыслом. Один из способов повысить самооценку – обозначить свою принадлежность к чему-то значительному.
Например, к своей культуре или определенному мировоззрению. И чем сильнее
выражено осознание собственной смертности и, одновременно, стремление к
бессмертию через повышение самооценки, тем более «реальна» группа в восприятии человека.
Чем более осознаваем страх смерти, тем больше индивид склонен придерживаться социальных норм – не обязательно тех, которые существуют в обществе в целом, но любой группы, с которой он себя идентифицирует. В этом
смысле даже поддержка Исламского государства является утверждением «социальной нормы» и, следовательно, расширением «проекта бессмертия». Террористы-смертники в конечном итоге действуют из страха смерти.
Сознание смерти также влияет на оценку людьми собственной ценности.
77
Чем больше человек боится смерти, тем ниже его самооценка, и наоборот. Самоуважение обеспечивает психологическую защиту от экзистенциального ужаса58.
Испытывая страх смерти, человек склонен искать защиты у тех, кто заменяет родителей в их функции психологического защитника. Эта роль переходит
от родителей к более масштабным явлениям – Богу, стране, конфессиональному
сообществу и т.д. Перед угрозой смерти мы становимся максимально привержены избранным ценностям. В результате возникает эффект, выявленный в ходе
исследований Д. Гринберга (2011): при напоминании о смерти люди склонны
симпатизировать харизматичному лидеру, чьи взгляды на мир они разделяют.
Причем осознание неотвратимости смерти может стимулировать человека
заниматься благотворительностью, а может продуцировать экстремистские,
агрессивные тенденции. Стремясь «оставить свой след на Земле», люди способны на совершение как просоциальных, так и асоциальных поступков. «Все
зависит от природы вашего мировоззрения, – отмечает Д. Гринберг, – если по
вашим убеждениям вклад человека должен быть позитивным, то размышления о
смерти подвигнут вас творить добро. Если у вас противоположная система ценностей, то при мысли о смерти вы будете искать славы злодея или примкнете к
террористам»59.
В результате восприятия человеком «реальности» своей социальной
группы возникают следующие эффекты:
усиление идентификации с этой группой, особенно если индивид не
вполне определился в своем отношении к ней. Восприятие «реальности группы»
увеличивает оценку человеком той роли, которую она играет в его жизни;
позитивная оценка своей группы;
экстраполяция характеристик одного члена группы на других ее членов,
игнорируя уникальные особенности каждого;
58
The Worm at the Core: On the Role of Death in Life – review. – https://www.theguardian.com/books/2015/jul/31/the-worm-at-the-core-on-the-role-of-death-in-life-solomon-greenbergpyszczynski-revie
59
Там же.
78
распределение ответственности за поступки, в том числе ошибки, од-
ного члена группы на всех;
интрапунитивная направленность при оценке поступков членов группы,
то есть объяснение их поведения личностными особенностями, а не влиянием
обстоятельств;
возрастание поддержки идеи мультикультурализма, подразумевающего
сохранение своеобразия разных национальных групп в рамках одной страны, со
стороны этнических меньшинств и несущественная ориентация на эти идеи этнического большинства.
При этом восприятие «реальности» другой группы порождает:
экстраполирование характеристик одного члена чужой группы на дру-
гих ее членов, игнорирование их индивидуальных особенностей;
восприятие членов другой группы как похожих друг на друга и враж-
дебно настроенных, особенно если чужая группа изначально воспринимается как
противник;
оценку всех членов другой группы как ответственных за поступки, в том
числе ошибки, одного из них;
негативную оценку членов другой группы, если она имеет низкий статус
в обществе, и позитивную – членов высокостатусной группы;
усиление обратной связи между позитивностью представлений о другой
группе и оценкой ее опасности. Чем более позитивен образ группы, тем ниже
приписываемая ей опасность. Однако если другая группа не воспринимается как
«реально существующая», такого эффекта не наблюдается.
Межгрупповое общение возникает в межгрупповой ситуации, отличитель-
ными признаками которой являются осознание участниками своей принадлежности к определенной группе и согласие с этим окружающих людей.
Соответственно, для того, чтобы ситуация являлась межгрупповой, одно-
временное присутствие в одном месте членов разных групп или даже членов одной группы необязательно. Феномены межгруппового общения возникают и в
79
случае, если человек один, хотя наличие рядом членов своей и другой групп делает их более интенсивными.
Межгрупповой характер ситуации во многом является результатом ее вос-
приятия, а не объективных условий протекания60.
Основные формы межгруппового общения: межгрупповое восприятие
(представления и эмоциональное отношение к членам своей и других групп) и
межгрупповое взаимодействие (поведение по отношению к членам своей и чу-
жой группы).
Дифференциация этих форм обусловлена тем, что позитивная или негативная оценка группы не всегда проявляется в поведении. Что касается межгруппового общения, то оно может представлять собой конфликт или мирное сосуществование групп. Большинство психологических исследований межгруппового
общения посвящены межгрупповому конфликту, что в значительной мере обусловлено его разрушительными последствиями.
3.2. Психологические теории межгрупповых отношений
История психологии межгрупповых отношений началась в 1906 г., когда
был введен термин «этноцентризм», обозначающий склонность человека рассматривать все происходящее вокруг него с позиции своей социальной группы.
В 1907 г. произошел съезд Американской психологической ассоциации, на котором обсуждались психологические аспекты межгрупповых отношений.
В современной психологии межгрупповых отношений можно выделить
три направления:
первое связано с поиском причин межгрупповых конфликтов;
второе направлено на изучение эффектов, являющихся показателями
межгрупповых конфликтов;
60
Гулевич О.А. Психология межгрупповых отношений. – Москва : Московский психолого-
социальный институт, 2007. – 432 с.
80
третье ориентировано на поиск способов улучшения межгрупповых от-
ношений.
К. Левин, подчеркивая важность межгруппового взаимодействия, отмечал:
«В течение большей части своей жизни взрослый человек действует не как индивид в чистом виде, но как член социальной группы. Тем не менее разные
группы, к которым он принадлежит, не всегда представляют собой некую застывшую иерархию. Иногда доминирует его принадлежность к одной группе,
иногда – к другой. В целом, в каждой ситуации человек кажется осведомленным
о том, к какой группе он принадлежит, а к какой – нет, и это знание обусловливает его поведение»61.
История психологии насчитывает значительное число подходов к изучению межгрупповых отношений. Согласно В.С. Агееву62, эти подходы можно объединить в четыре основных типа.
1. Мотивационные подходы (З. Фрейд, Т. Адорно и др.), согласно которым
любому межгрупповому взаимодействию присуща аутгрупповая враждебность
(враждебность по отношению к внешней группе), направленная на поддержание
сплоченности ингруппы (группы, к которой индивид себя причисляет)63.
Механизмом формирования враждебности к аутгруппе является фрустрация индивида, выступающая как условие агрессивного поведения. Враждебные
установки по отношению к аутгруппам являются способом разрешения внутриличностных конфликтов и противоречий, а само существование аутгрупп – необходимым условием и единственной возможностью их снятия, достижения ка-
тарсиса (А. Тэшфел)64.
2. Ситуативные подходы (М. Шериф и др.), согласно которым источник
межгрупповой враждебности или сотрудничества состоит не в индивидуальных
61
Tajfel Н. Social categorization, social identity and social comparison // Differentiation between
social groups. – London : Academic, 1978. – P. 61-76.
62
Агеев В.С. Межгрупповое взаимодействие: социально-психологические проблемы. –
Москва : Изд-во Моск. ун-та, 1990. – 240 с.
63
Лебедева Н.М. Этнопсихология : учебник и практикум для академического бакалавриата. –
Москва : Издательство Юрайт, 2018. – 491 с.
64
Tajfel Н. Social categorization, social identity and social comparison // Differentiation between
social groups. – London : Academic, 1978. – P. 61-76.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]