Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Педагогическое взаимодействие в информационном обществе. Монография

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
колода перемешивается заново, восточная модель ориентирована на
Личное
пространство
Страны
Возможная
тематика
Small talk
Табуированные
темы
Рука, протянутся для рукопожатия
Франция, США,
Россия, Китай,
Австралия,
страны
арабского мира
Речь
политического
деятеля,
конгрессмена,
депутата;
комплименты
уровню владения
языком,
интеллектуальным
достижениям
Переживания,
связанные с
личной жизнью
Близкая
дистанция
недопустима
Германия,
Англия, Япония,
Канада, страны
Скандинавии
Разговор о вместе
пережитом,
профессионализм,
работа, фирма;
недопустимость
комплиментов
Частная,
семейная жизнь
Заработная плата
Выслуга лет
«Чувство локтя»
при общении
Италия,
Испания,
Греция, Турция,
Южная Америка
Личная жизнь,
допустимость
любых
комплиментов
Нет
Взаимо- действие
Содер­жание
Нравственные
ценности
долгосрочную перспективу: прежде чем положительно решить вопрос, надо убедиться в надёжности и схожести интересов партнёра (сх.9).
1 – заповеди, обеты
2 2 – культурообразующая деятельность
3 – нормы, экспектации
1 4 3 4 – духовность
Схема 9. Интеграция социокультурных установок и программы
деятельности в духовности взаимодействующих субъектов
Таблица 1– Зоны личного пространства
вопросам, затрагивающим личную жизнь, семейные отношения – здесь также
5. Зоны личного пространства (табл. 1). Неоднозначно отношение и к
действуют различные правила и нормы. Все страны мира можно разделить по
61
принципу соблюдения зон личного пространства, соразмерных с человеческой рукой [Morris,2000]. Зон всего три: «Ellenbogen-Länder» (страны, где знакомы с чувством локтя), «Handgelenk-Kulturen» (культуры, ориентированные на рукопожатие), «Fingerspitzen-Staaten» (государства, чьи граждане отличаются тонким чутьём и щепетильностью в установлении контактов). К первым – «Ellenbogen-Länder» – относятся Испания, Италия, Греция, Турция, Индия, Южная Америка. Собеседники подходят друг к другу так близко, чтобы «почувствовать локоть» партнёра по общению. Для них личные взаимоотношения важнее государственных законов и могут стать предпосылкой для возможного делового сотрудничества. Поэтому вопросы о личной жизни, – гораздо более подходящие темы, чем абстрактные проблемы. Комплименты разрешены и допустимы в любой форме и по любому поводу. Полную противоположность представляют Германия, Англия, Скандинавские страны, Канада, Япония – «Fingerspitzen-Staaten». Их жители щепетильны в вопросах вторжения в личную сферу и наделены тонким чутьём, для них недопустима близкая дистанция даже при салонной болтовне; они бдительно охраняют свои рубежи. Частная и семейная жизнь – почти табу. Разговор о вместе пережитом событии более приемлем, чем о личном. Комплименты, связанные с работой, фирмой, профессионализмом, воспринимаются более охотно, чем касающиеся непосредственно личностных качеств. Похвала в адрес внешнего вида, одежды расценивается скорее как назойливость или даже подхалимаж. Нечто среднее представляют собой культуры Франции, США, России, Китая, Австралии, стран арабского мира – «Handgelenk-Kulturen». Личное пространство соразмерно с рукой, протянутой для рукопожатия. Салонная болтовня – small talk – может касаться семейной тематики, однако лишь поверхностно. Гораздо лучшим поводом завязать и поддержать беседу может стать речь политического деятеля, конгрессмена или депутата, которую слышали оба собеседника. Комплименты интеллектуальным достижениям или уровню владения языком общения ценятся выше похвал внешнего вида.
6. Влияние культурной среды на параметры коммуникации.
Кросскультурные различия в мышлении, решении задач, принятии решений также имеют большое значение для дифференциации моделей взаимодействия. Эта проблема стала неотъемлемой частью международных отношений, особенно в вопросах, касающихся мировых геополитических проблем, включая переговоры о вооружении и предсказании реакции вероятного противника на политические манёвры. Результаты изучения и анализа кросскультурного мышления, речевого и социального поведения не всегда бывают надёжными: все люди находятся под глубоким влиянием своей культуры, в том числе и исследователи, поэтому, как бы безупречно они не были подкованы научной методологией, они неизбежно привносят в ситуацию известную долю своего культурного уклона. Наблюдатель становится частью изучаемого предмета – этот своего рода принцип психологической неопределённости сходен с явлением, описанным физиком Вернером Гейзенбергом, утверждавшим, что точное измерение одной из двух наблюдаемых и связанных между собой величин приводит к неопределённости в измерении другой.
62
7. Устранение по аспектам. Люди из высокоиндустриальных стран ведут
доказательство на языке репрезентирующих высказываний, а люди из менее индустриальных стран больше основываются на чувственных впечатлениях. Принимая решение, мы выбираем нужный вариант, постепенно отбрасывая менее привлекательные. В повседневной жизни мы обычно принимаем решения не столько в результате хорошо продуманной силлогистической парадигмы, которая гарантирует достоверность вывода, если посылки силлогизма истинны и верна его форма, сколько путём индуктивного рассуждения, когда решения основываются на прошлом опыте, а выводы – на том, что мы считаем наилучшим вариантом из всех возможных. Мы устраняем менее привлекательные варианты, проводя последовательную оценку признаков или аспектов этих вариантов. Если какие-либо варианты не удовлетворяют минимальному критерию, они устраняются из рассматриваемого набора альтернативных решений («устранение по аспектам» [Tversky, 1972]). Большинство решений связано с оценкой вероятности успеха. Мы планируем пикник, надеясь на солнечную погоду. Мы берём с собой зонтик, когда видим на небе тучи. Мы отправляемся в лес после тёплого дождя, будучи уверенными, что наполним корзину молодыми грибами. Мы идём на рыбалку ранним утром или ранним вечером, когда река тиха и спокойна, надеясь на хороший клёв. Мы разрабатываем новый проект, когда за это обещана премия. Но, просчитывая вероятность с помощью математики или основываясь на предшествующем опыте, мы всё же совершаем ошибки – «интуиция» и «догадки» людей заставляют их «делать глупости». Анализ аргументации в различных ситуациях социокультурного взаимодействия свидетельствует о том, что на решение задач влияют факторы памяти (гипотеза доступности), фреймы референции (ситуативный контекст, в котором принимается решение, они сказываются на формулировке задачи), неверная оценка характерности свойства объекта или события и недооценка математической вероятности события, а также кросскультурные различия в ментальности – репрезентативность, прагматичность, трезвость граждан развитых стран и эмоциональность, впечатлительность – менее развитых.
8. Фреймы референции. На принимаемое человеком решение большое
влияние оказывают рамки (фреймы) – представления человека о действительных результатах и непредвиденных обстоятельствах, связанных с конкретным выбором. Фреймы зависят от формулировки проблем, от норм, привычек, личных характеристик индивида [Tversky, Kohneman, 1982]. Поясним на примере.
Задача А. Представьте, что Вы решили посмотреть пьесу, билет на которую стоит 1000 рублей. Подходя к театру, Вы обнаружили, что потеряли купюру в тысячу рублей. Решите ли Вы, тем не менее, купить билет за тысячу рублей? (ответ «Да» – 88%).
Задача Б. Представьте, что Вы решили посмотреть пьесу и заплатили за билет 1000 рублей. Подходя к театру, Вы обнаружили, что потеряли этот билет. Заплатите ли Вы тысячу рублей за новый билет? (ответ «Да» – 46%).
63
В обоих случаях Вы пролетели на тысячу рублей. И всё же в первом случае билет купили бы вдвое больше испытуемых, чем во втором, хотя потеря денег в обоих случаях идентична. В зависимости от фреймов выбираются разные варианты, несмотря на идентичность вероятностей. Более выгодный вариант часто воспринимается как не содержащий риска, тогда как вариант, предусматривающий некоторую потерю, оценивается как более рискованный.
9. Моральные решения этических проблем. Моральные решения,
затрагивающие этические вопросы и касающиеся других людей, подразделяются на две категории: одна этическая философия основана на принципе «компромисс добра и зла есть зло», а другая – на принципе «компромисс добра и зла есть добро» (исследования «морального сознания» [Lefebvre, 1982]). Первая этическая система разделяется представителями западной культуры, включая Великобританию и США, вторая воплощена в культуре России, Китая, Среднего Востока и бывших советских республик, за исключением Прибалтики. Расхождения в этических решениях – феномены более широкой этической системы, оценивающей компромисс между добром и злом позитивно в странах Востока и негативно – в странах Запада. И напротив, конфронтация между добром и злом есть негатив на Востоке и позитив – на Западе.
Решения, принимаемые людьми, занимающими руководящие должности, оказывают глубочайшее влияние не только на того, кто их принимает, но и на массу других людей. Вот некоторые примеры таких решений и их последствия для всего мира: решение Трумэна использовать атомное оружие против Японии, решение Джонсона расширить войну во Вьетнаме, решение Гитлера поджечь рейхстаг в 1933 году, решение Николая ІІ позволить Распутину давать советы, решение Брежнева о введении войск в Афганистан, решение Горбачёва о прекращении войны в Афганистане и открытии «железного занавеса», решение Ельцина о расстреле парламента, об отмене результатов референдума, о введении войск в Чечню и начале там боевых действий, решение Буша­старшего и Буша-младшего о бомбардировках стран мусульманского мира, решения Путина о применении смертоносного газа при теракте на Дубровке и огнемётов в Беслане, о проведении зимних Олимпийских игр в зоне субтропиков. Эти и многие другие решения оказали глубочайшее влияние на ход истории и повседневную жизнь миллионов людей. И хотя в большинстве случаев принимающему решение давали советы другие люди, за окончательную его редакцию несёт ответственность отдельная личность.
10. Значение кода, канала, контекста. Эффективность модели
взаимодействия зависит от языкового кода и выбора канала, посредством которого код реализуется, учёта лингвистического контекста, модифицирующего такой выбор, а также социолингвистических правил, поддерживающих или создающих социальные отношения.
Указанные специфические особенности моделей являются важными факторами взаимодействия представителей различных культур и расширяют содержание предмета антропной технологии. Особую важность этот содержательный аспект приобретает в полилингвальном образовании.
64
Модель:
Единое образовательное пространство
локальные образовательные среды
схожие образовательные системы
наднациональные институты
Схема 10. ГЛОБАЛЬНОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ В СФЕРЕ ОБРАЗОВАНИЯ
Вывод. Итак, взаимодействие – это механизм социального процесса, «пространство» наиболее оптимального «присвоения» знания. Информация меняет взаимодействие. Интегративные процессы требуют более глубокого рассмотрения параметров, механизмов и факторов взаимодействия. Образование как процесс социокультурного взаимодействия превращает информацию в знание – феномен социальной динамики, базирующийся на понимании информации в конкретном смысловом контексте. Информация передаётся, знание обретается в действии и как универсальное антропологическое свойство человека в информационном обществе меняет свои объёмы и значимость, выводя субъекта на потребность в новом образовании. Новая образовательная парадигма диктует необходимость избирательности знания в информационном обществе, в условиях которого соединение информации и знания подчас становится неразумным. Знание и информация выступают предпосылками методологического анализа развития современных образовательных парадигм. Социокультурное взаимодействие позиционного, ориентирующего и умеющего знания в современном образовании разбалансировано. Поэтому объектом усвоения становится «умеющее знание» как способность к результативной деятельности.
1.4. Знание и информация в социокультурном взаимодействии
Знание и информацию в первом приближении можно обозначить как предпосылки методологического анализа развития современных образовательных парадигм.
Разумная жизнь никоим образом не является лишь функцией знания. Последнее принадлежит жизни, ведь человек – существо, которое, в отличие от
65
своих биологических соседей, ориентируется в знании и посредством знания. Но знание не есть вся жизнь.
Мы живем сегодня в мире, который ознаменован научно-техническим прогрессом, инновационными технологиями, с одной стороны, и определенным, устоявшимся способом ориентирования – с другой. Знание, которым можно распоряжаться – то есть "позиционное" (регулятивное) знание о причинах, следствиях и средствах, и ориентирующее знание о потребностях и целях – развиваются порознь. Их взаимодействие разбалансировано. Ориентирующее знание потеряло из виду науку, что привело к нерешительности, сомнениям и уязвимости по отношению ко всякого рода фундаментализму.
Знание преобразует деятельность человека и через него – его мир. Человек мыслящий и действующий – homo sapiens и homo agens – создаёт среду своего обитания и поведения, включая киберпространство. Через знание сути вещей формируется общество, оно – формирует знание: «природа познания конституирует объект» [Астафьев, 1994, с. 10]. Человек предстаёт как часть общества, продукт своих (и другого) общественных сознания и поведения. Микро- и макропроблемы знания остаются – «уживаются» – в круге «Человек – Земля – Вселенная».
В условиях осознания глобальности, общепланетарности бытия наблюдается тенденция к консолидации разных типов мировоззрения на принципах компромисса и толерантности. Однако это движение опасно своими психологическими последствиями для каждого индивида: полностью представленный в человеке состав мировоззренческих отношений к миру и приводит к серьёзным внутренним конфликтам личности, к моральной неуверенности при относительной экзистенциальной надёжности и стабильности.
Принцип есть синтез того, что "есть" и что "должно быть". Он есть начало деятельностное и преобразующее, выраженное как в логической форме, так и осуществляемое, включённое в саму деятельность. Принцип, который требует от субъекта ясности о самом себе и о его мире, – сущность образования. Задача заключается в том, чтобы вновь наполнить значением старую философскую веру в устремляющую силу самопросвещающего и самопросвещающегося разума. В этом смысле будущий мир мог бы стать произведением разума, его действительностью и его требованием.
Сформулированный в 50-х годах ХХ века немецким социологом Гельмутом Шельски тезис о применении электронных вычислительных устройств как главной проблеме для сохранения власти тоталитарным государством ("эта управляющая машина требует абсолютного послушания, выполняя функцию безупречного, скоординированного планирования и превращая любое противостояние её технически выверенной гарантированности в абсолютно бессмысленное занятие" [Stehr, Nico]) определил дух времени середины прошлого (ХХ) века, который остался актуальным и сегодня. Растущая неуверенность в действиях властных структур и их сомнения в правильности принимаемых решений свидетельствуют о
66
вхождении общества в этап заката господства крупных социальных институтов, таких как государство, церковь, армия: процессы управления ими, планирования и прогнозирования становятся всё более затруднены. Информированность общества, расширяя свои горизонты, вызывает к жизни функцию деструкции, разрушения, и ответственны за это не глобализация, не всемирная экономизация отношений, а утрата господства тоталитарными структурами, инициированная безграничным потоком информации. Эпоха индустриального общества стремительно приближается к своему финалу. Способности и умения человека, удовлетворявшие его требованиям, теряют своё значение. Нарождающийся общественный порядок базируется на информации – "умеющем знании".
Информация – основа любой общественной структуры. Не новость, что мы вдруг встали перед лицом стремительных социальных преобразований. Истории известны прецеденты бурных общественных трансформаций. Нов сам факт значительности и динамичности социальных, экономических и культурных перемен. Если информация становится не только конструктивным признаком экономики, но и генеральным принципом организации современного общества, то необходимо признать её формой существования этого общества. А это значит, что информация становится главным "строительным материалом" жизни каждого члена информационного общества, причём речь идёт об информации как "умеющем знании", т. е. о владении технологиями применения информации в любом виде деятельности. Это "умеющее знание" есть не что иное, как способность к деятельности, возможность "запустить в ход" определённый процесс, привести его в движение, заставить результативно работать.
Информация – «конкурент» знания, терминологически подразумевающая и знание, и акт информирования [Романовский, 2001, с. 55].
Знание любого вида – политическое, экономическое, экологическое, художественное, медицинское, правовое и т. д. – и любого уровня (теоретическое или эмпирическое) философия связывает с информационными, гносеологическими образованиями в духовном мире общества или личности. Знание – это чувственно-логическая, теоретико-эмпирическая модель объекта, продукт и результат его познавательной деятельности, базирующейся, в основном, на его психике, в структуре которой существуют не только сознательные операции в эмоционально-чувственной и рационально­интеллектуальной форме, но и неосознаваемые акты в инстинктивно­рефлекторной и интуитивно-эвристической форме. Эти четыре аспекта определяют состав психической деятельности человека: рефлексы, эвристика, чувства, разум. Историческое формирование и накопление знаний составляет информационную культуру человечества. Задача социологии состоит в том, чтобы получить упорядоченное знание о социальной реальности, «интерсубъективном мире» [Шюц, 1994, с. 492]. Это общий для всех нас мир, доступный каждому на основе интеркоммуникации и языка, выступающий как «мир значений» [Шюц, 1988]. Идея интерсубъективного мира является
67
ведущей для понимания образования как процесса интериоризации социокультурного контекста в процессе коммуникации.
Исторически в системе человеческого знания выделяются три блока наук: естественные, технические и общественные – и соответствующие им три междисциплинарных комплекса: естествознание как учение о природе, технознание как учение о технике и обществоведение как учение об обществе. Исходя из общей тенденции движения знания, философия расширяет традиционные блоки за счёт междисциплинарного комплекса ­человековедения, поскольку этого требует нарастающее количество гуманитарных наук, а объект исследования блока "обществоведение" – общество – не включает проблематику человека как феномена бытия [Зеленов,1999].
Однозначный подход к познанию мира как универсума, реальности во всей её многоаспектности – природа, техника, общество, человек – исторически себя исчерпал. Многомерность мира осваивается человеком многомерно и многопланово. Если принять за основу шестикомпонентное мировоззренческое отношение к миру в гносеологическом аспекте: народный опыт как система традиций, мифология как система символов, религия как система догм, искусство как система образов, наука как система законов, философия как система концепций [типология Л.А.Зеленова], – то банк информации, накопленной человечеством за всю историю его существования, будет иметь шесть "отделов":
1. Знание, выраженное в народном опыте: народная медицина, народная метеорология, народная педагогика, народное искусство, народная кулинария, народные обычаи и обряды и т. д. – традиционалистское мировоззрение;
2. Знание, выраженное в мифологической символике: олицетворение сил природы, изображение их в виде чувственных образов, особых существ; перенесение качеств одних вещей на другие; признание реальными и не вызывающими сомнений сверхъестественных, трансцендентальных сил и действий, невероятных подвигов и т. д. – символическое мировоззрение;
3. Знание, выраженное в религиозных догматах: христианство, ислам, буддизм, иудаизм, язычество – догматическое мировоззрение;
4. Знание, выраженное в художественных образах: живопись, скульптура, архитектура, графика, художественная литература, театр, кино, музыка, танец – образное мировоззрение;
5. Знание, выраженное в объективных фактах: законы, закономерности, теории, абстрактные понятия, схемы, модели, системы, конструкции – номологическое мировоззрение;
6. Знание, выраженное в философских концепциях: материализм, идеализм, экзистенциализм, позитивизм, прагматизм, персонализм, неотомизм – концептуальное мировоззрение.
Сегодня к предложенной структуре знания можно добавить знание нетрадиционное: уфология, парапсихология, знание о паранормальных явлениях, выходящих за пределы чувственного опыта, эмпирического познания мира, относящихся к сфере трансцендентного.
68
Современное понимание термина «научное или технологическое знание» – это возможность и умение действовать сообразно обстоятельствам, конкретной ситуации объективной реальности. Особое значение научного и технологического знания в современном обществе состоит не столько в его объективности, достоверности, незыблемости, неоспоримости и соответствии реалиям, сколько в создании на его основе перманентно инновационных способностей к деятельности и прежде всего к взаимо- деятельности. Такие способности может обретать и развивать как отдельный индивид, так и любая социальная структура, будь то фирма, предприятие или государство.
Всё сказанное даёт право утверждать: знание (позиционное, ориентирующее, образовательное) и, прежде всего, умеющее знание есть универсальное антропологическое свойство человека.
Научные выводы чаще всего сами по себе менее значительны, чем их репутация: они имеют спорную природу и вопреки своему высокому признанию почти всегда уязвимы и вызывают сомнения. Именно поэтому – с течением времени, по меньшей мере, – они теряют свою практическую релевантность. Интерпретационная (преобразовательная) деятельность должна иметь конкретный результат – только в этом случае она практикосообразна. Задачу осуществления рефлексии, анализа практичности, практикосообразности научных выводов реализуют в современном обществе его «actors» – деятели – работники, граждане, владеющие информацией. Ничего нового в этом нет: «экспертов» хватало во все времена, знание как феномен социальной динамики существовало всегда. Новое – в скорости, с которой растёт его объём: каждые 5 лет количество информации удваивается. Новое – в неизмеримо возросшем количестве профессий, требующих основанной на широкой информированности деятельности. В то же время число рабочих мест, где можно было обходиться минимальными когнитивными способностями, неуклонно сокращается. Результат: всё меньше людей занято в механической сфере производства. На пороге – век «информационного труда» – деятельности и взаимодеятельности, основанных на информированности. И чем выше степень информированности и шире её спектр, тем более ценна деятельность.
Очевидно, что развитие в направлении к «хрупким», нестабильным социальным системам есть результат неуравновешенного расширения деятельностных возможностей субъектов – «actors» – современного общества. Власть крупных социальных институтов всё более «размывается», подрывается и замещается новыми «общественными мощностями» – растёт влияние малых структурных единиц и социальных групп. Уже давно нет многодетных семей, хотя социальные льготы для них установлены законодательно; если семья воспитывает четверых-пятерых (родных, не приёмных) детей, она становится героем специальных репортажей средств массовой информации, однако их усилия пропадают втуне – пропаганда многодетности в экономически, социально и политически нестабильное время, с туманными и неопределёнными перспективами будущего не срабатывает. Как печальный анахронизм рассматриваются всё ещё реально существующие коммунальные
69
квартиры, которые изначально мыслились как «одна большая дружная семья – коммуна», на деле ставшие её уродливым аналогом; хотя очень медленно, но их число снижается. Пионерская дружина канула в Лету, в освободившуюся нишу сначала робко, затем всё увереннее потянулись мобильные и немногочисленные отряды скаутов, «юных экологов» и других «юных друзей чего-нибудь». Крупные фабрики и заводы, испытывавшие финансовые трудности и не интересные «новым русским олигархам», искусственно или вынужденно обанкротились и распродались по частям, распавшись на экономически целесообразные и социально управляемые фирмы и минипредприятия – закономерный процесс разукрупнения социальных структур неуклонно набирает обороты.
Знание как универсальное свойство человека в информационном обществе меняет свои объёмы и значимость, выводя субъекта на потребность в новом образовании. Не следует переоценивать достижения науки и техники. Они рукотворны. Парадоксально, но факт: именно наука и техника выступают, возможно, важнейшими источниками всё увеличивающейся открытости и неопределённости, неясности, смутности современных общественных отношений.
Образованность как суммарный результат реализации идентификационных функций образования, обучения и воспитания позволяет констатировать отличие образованного человека от необразованного, определять в характеристиках «хорошо или плохо образованный» степень образованности встречающихся нам людей. «Образованный человек чувствует глубже, чем необразованный, предмет своих ощущений, т.к. он рассматривает его со всех открывающихся при этом точек зрения, и в то же время он превосходит необразованного властью над своими чувствами, ибо он вращается преимущественно в стихии разумного мышления, возвышающегося над всякой ограниченностью ощущения» [Гегель, 1977, с. 273]. Отличие образованного человека от необразованного, замечает далее Гегель, заключается ещё и в мимике человека: «Образованный человек отличается менее живой игрой мин и жестов, чем необразованный… Образованному человеку нет надобности быть расточительным на мины и жесты, в своей речи он обладает ценнейшим и наиболее гибким средством своего выражения» [Гегель, 1977, с. 214]. Перечисленные отличия определяют и разное видение мира: «...образованный человек довольствуется преимущественно своими образами и редко испытывает потребность в непосредственном созерцании. Любопытная толпа, напротив, всегда бежит туда, где можно на что-нибудь поглазеть» [Гегель, 1977, с. 285-286].
Результативность образовательного знания зависит от того, насколько точно, чётко, кратко и реалистично сформулирована цель образования. Предлагаем схему анализа действия, позволяющую увидеть внутренние связи личности и окружения:
70
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]