Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Педагогическое взаимодействие в информационном обществе. Монография

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
формулируя задание, педагог программирует учащихся (он как бы
запрограммирован и сам) на скорейшее достижение результата: оценивается именно он. Пути поиска решения задачи и достижения результата традиционной дидактикой не оцениваются и даже не рассматриваются, хотя именно поиск стимулирует креативность.
Принцип сознательности и активности, выдвинутый педагогикой, не работает вообще или работает из рук вон плохо. Ученики (во всяком случае, подавляющее большинство) оказались «несознательными» и «неактивными». Активность зачастую понимается однобоко: если учащийся тянет руку и «выпуливает» зазубренные ответы – он активен. Петух бегает по двору за курицей, а орёл неподвижно парит в высоте – кто из них активнее? Орёл высматривает добычу, смысл его деятельности, её семантическая наполненность иная: не только физическая (внешняя – энергия парения), а «интеллектуальная» (внутренняя – энергия поиска, охоты) активность. Здесь мы выходим на проблему смыслополагания – в чём смысл моей деятельности здесь и теперь? Принцип сознательности и активности должен быть заменён на
принцип осмысленности деятельности.
Цели личности и цели её деятельности конкретизируются задачами. Педагог думает, как лучше объяснить учебный материал, его деятельность детерминирована этой целью. Как учащийся его поймёт, его как бы не интересует, ибо деятельность учащегося детерминирована иной целью – пониманием. Поэтому и предметы деятельности у них разные. В дидактике есть, к примеру, методы опроса, рассказа – реализуя их, педагог совершает внутренние действия. Ответные внутренние действия учащегося вызвали бы методы «расспроса», «диалогизации процесса обучения», по Сократу – традиционной педагогике они неведомы, хотя ориентированы на учащегося, вызывают его активность, внутреннюю мотивацию, интерес, что установлено нами в процессе апробации антропных технологий.
Проблема внутреннего смыслополагания не актуальна в образовании: педагог не ставит смыслополагающих целей и не определяет смыслоконкретизирующих задач – он даёт задания, а это внешняя цель. В голове каждого учащегося возникает своя цель, и она детерминирует его действия, как внешние, так и внутренние. Эта цель определяет задачи личности в конкретной ситуации: доминирует цель решаемой задачи!
Цель – то, что надо сделать. Задача – то, как это сделать, программа действий, технология. В одних технологиях доминантой являются цели, в других – задачи.
Все педагогические технологии можно разделить на две большие группы по принципу ориентированности: на учебный предмет или на развитие личности. Однако диалектически они взаимосвязаны – в отрыве друг от друга они существовать не могут. Беспредметного обучения не бывает. Другое дело, ЧТО рассматривать в качестве учебного предмета: химию, математику, физику,
литературу, пение.... или нравственность, духовность личности, её ключевые
квалификации, социокультурную компетенцию. Заметим: основным «учебным предметом» в альтернативных педагогических системах выступает духовность
111
личности: самый яркий пример – вальдорфская образовательная концепция [Steiner; Хохлова, 1998].
Оптимальным вариантом будет, на наш взгляд, интеграция подходов к феномену «учебный предмет», причём речь идёт не об известном принципе воспитывающего обучения, а о соединении предмета мысли (внутреннего действия) и предмета действия (внешнего) в одной учебно-познавательной деятельности, развивающей личность, участвующую в этой деятельности. Иными словами: только такая учебно-познавательная деятельность
развивает человека, которая интегрирует подходы к феномену «учебный предмет», соединяя воедино предмет мысли и предмет внешнего действия.
Здесь мы выходим на второй уровень взаимодействия – взаимодействуют не только субъекты деятельности, но и сферы их действий: внутренняя и внешняя. Тем самым мы перемещаемся в стереометрическое образовательное пространство, где значение имеют не только воспитательная высота – h – и учебная ширина – l – и где площадь образовательной плоскости S = h x l, но и глубина «a» – объём взаимодействия: V = S x a. Мы выстраиваем стереометрическую модель (сх.14), понимаемую как психотехнологическое пространство субъекта деятельности, которое в то же время является пространством его готовности к совершению определённых действий и в этом смысле – акме-пространством его возможностей. Факторный анализ позволяет выделить пучки взаимосвязанных элементов и таким образом уменьшить исходный базис признаков описания, сводя их к неким обобщённым категориям-факторам, поддающимся интерпретации со стороны исследователя [Плескач, 2000], а при стереометрическом моделировании акме-пространства выступающих его координатными осями. Разномерность акме-пространства демонстрирует психосемантическую, технологическую сложность индивидуальной и групповой деятельности, а достигнутый человеком уровень освоения этой деятельности – широту освоения такого пространства, удалённость границ внешней оболочки многомерного акме-пространства от точки начала координат.
112
Схема 14-2:
КоД 1 - взаимодействие по мо- 6 дели S-S(субъект-субъект);2- 1 7 2 содержание образовательного 1 КоП 4 КоУ 2 4 5 процесса (наука-учебный пред- 3 мет); 3-общечеловеческие цен- 3 ности; 4- заповеди, обеты; 5- нормы и экспектации; 6- куль­ 4 Схема 14-1. Схема 14-2. турообразующая деятельность;
7-антропные технологии.
5 3а ТП 3
1 2 3
6 5 Схема 14-3 . Схема 14-4.
Схема 14-1: Культурообразующая деятельность субъектов
образовательного пространства
Схема 14-2: Взаимодействие в образовательном пространстве
(планиметрическая модель)
Схема 14-3: Стереометрическая модель социокультурного
взаимодействия
Схема 14-4: Образование трансцендентных полей взаимопонимания в
процессе социокультурного взаимодействия
Традиционное образование не выводит субъектов образовательного
пространства на культурообразующую деятельность в civil society: оно не создаёт необходимую для этого атмосферу взаимодействия их духовностей. Из действий с объектом извлекается знание. Оно рождается в социокультурном диалоге, во взаимодействии с реальностью. Деятельностное сознание может стать цементирующим началом в процессе «трансляция - приём культуры». Деятельностное сознание функционирует и развивается в трансцендентном поле культурообразующего взаимодействия как некоей генерализованной образовательной технологии, которую можно рядоположить с методом практических занятий Д. Дьюи. В ней, как в своеобразной социальной реторте, «вызревают» до осознанной целенаправленной деятельности действия субъектов образовательного пространства. Ведущим фактором в этом процессе является направленность на способ действия и средства достижения результата. Субъект выбирает и творит задачи, самостоятельно решая их. Использование данного метода знаменует отход от традиционной знаниевой ориентации
113
образования – субъект должен подумать, оценить, выбрать средства достижения поставленной им же цели.
Выводы. Становлением первичных знаний отмечено начало
познавательного процесса, перерастающего в педагогическую деятельность. Её субъектом выступал предметный мир, т. е. природа, которая заставляла предчеловека приспосабливаться к своим изменениям, «предлагая» механизм этого приспособления: «природа – предчеловек – потребность – действия – знания». Становление и развитие человека есть становление и развитие закономерности познавательно-образовательной деятельности. Вехой, отделяющей познавательно-образовательный процесс от педагогической деятельности, выступает изготовление и применение орудий труда. Все народы и государства, на каких бы ступенях общественного развития ни находились, в процессе своего функционирования опирались и опираются на единство образования, воспитания и обучения: в этом проявляется сущность диалектического подхода как метода трансляции.
Педагогическая деятельность есть сложный перманентный процесс взаимосвязанных ступеней, каждая из которых характеризуется своим качественным состоянием в становлении и развитии человека. Эти ступени составляют бесконечную лестницу социального совершенства.
Современная образовательная реальность непрерывно меняется, однако качественная определённость педагогической деятельности остаётся устойчивой, неизменной.
Педагогическая деятельность имеет два измерения: индивидная педагогическая деятельность как профессиональное содержание жизни педагога, как непременный компонент его взаимодействия с другими субъектами образовательного пространства, и способ существования педагогической реальности как универсум, как деиндивидуализированная социальная деятельность. Благодаря своей культурной принадлежности они находятся в тесной взаимосвязи. Необходимо различение учения посредством деятельности (т. е. в процессе различных видов деятельности: труд, игра, общение) и учения как социокультурной деятельности. Развивает человека только учебно-познавательная деятельность, интегрирующая подходы к феномену «учебный предмет», соединяя воедино предмет мысли и предмет внешнего действия. Знание рождается в социокультурном диалоге, во взаимодействии с реальностью.
2.4. Генезис педагогической технологии
Любой социальный процесс предполагает наличие среды, в которую он вовлечён. Элементами этой среды выступают не только социальные образования и процессы, но и природные феномены, вовлечённые в деятельность человека, весь искусственный мир артефактов, городов, машин, зданий, мебели и т.д. Они по-своему включены в социокультурное взаимодействие, являются не только фоном социальных процессов, но и влияют
114
на его характер (прямо или опосредованно). Эта сторона единой социальной реальности определяется как общая сумма объектов и явлений социокультурного мира, предстающего обыденному сознанию людей, живущих среди других людей и связанных с ними многочисленными отношениями взаимодействия [Schütz, 1962, c. 53]. Социальная реальность есть результат корреляции система–действие. Она формируется на базе ценностно­нормативного стандарта исполнения социальных ролей, которые определяются структурно-функциональной зависимостью элементов социальной системы ценностей и норм общества [Т.Парсонс].
Таким образом, социальная реальность есть внешнее, объективное по отношению к человеку явление, как бы противостоящее ему и довлеющее над ним: социальные нормы и ценности как актуальная база объективации выступают социальными константами, не подлежащими сомнению и анализу, со статусом объективного фона социальной реальности. Вместе с тем ей присущ и процесс субъективации – факт имманентной субъективности, человеческой интерпретации и институализации норм, ценностей, правил, традиций, входящий в акт конструирования социальной реальности.
Процесс субъективации совершается на двух уровнях. Первый – сенсорно-чувственная субъективация внешнего мира на основе ориентировочного рефлекса «Что такое?» (Was ist das?). Второй – интерпретация воспринятого. Мир культуры интерсубъективен, он предстаёт перед нами как смысловой универсум, совокупность значений, которые мы должны интерпретировать для того, чтобы обрести опору в этом мире, прийти к соглашению с ним [Шюц, 1998, с. 28]. Субъективные акты, мнения и действия, которыми субъект входит в социальное пространство, коррелируют с собственно социальностью, действующей трансцендентально-конститутивно. Реальность повседневной жизни просто существует, не требуя никакой дополнительной проверки, как самоочевидная и непреодолимая фактичность [Боргер, Лукман, с. 44], как единственно объективная реальность, к которой, в конечном счёте, всегда всё сводится. Интерсубъективный универсум порождает феномен интеробъективности: обезличенную интерпретацию свойств, значений и качеств социальной реальности, которая осуществляется в виде «трансцендентального взаимодействия социальных тел» [Rohmbach, 1994, c.
229].
Социальные процессы осваиваются с помощью технологий. Понятие «технология» связано с производством. В «Словаре русского языка» она определяется как «совокупность производственных процессов, научное описание способов производства» [Ожегов, 1963, с. 785]. Технология «исследует возможности применения результатов естественно-научных исследований на практике» [Meyers Jugendlexikon, 1971, S. 785], это – «учение о том, как естественно-научное познание может быть реализовано в производстве» [Langenscheidts Grosswörterbuch, 1997, с. 958]. Этимология слова / от греч. techne – искусство, мастерство, умение/ делает правомочным его перенесение в сферу социокультурного взаимодействия.
115
Понятие «социальная технология» связано с социальной структурой, социальными институтами, явлениями, процессами. Сущность социальных технологий представляет «инновационная система методов выявления и использования скрытых потенциалов социальной системы, получения оптимального социального результата» [Иванов, 1996, с. 16-17; Социальные технологии…, 1994, с. 16 - 21] при наименьших нагрузках. Они представляют собой совокупность «социальных действий» [Т.Парсонс] в процессе получения оптимального социального результата и могут быть рассмотрены как важная составляющая человеческой культуры, как часть интеллектуальной собственности, появляющаяся в результате творчества и строящаяся по его законам. Они предстают в двух ипостасях: как структурный элемент социальной системы, технологически оформленный проект с заданной программой и как деятельность по управлению реализацией этого проекта.
Рассматривая образование как пространство социокультурных действий субъектов и совершенствования их межгрупповых и межличностных взаимосвязей, а действие предполагает не только ответ на вопрос «ЧТО?», но и «КАК?»; помня, что слагаемые искусства дидактики - это теория (знания) +
практика (взаимодействие) + технологическое обеспечение деятельности, логично объединить всё это в понятие «технологии взаимодействия в образовательном пространстве». Образовательное пространство не
ограничено рамками институализированных образовательных структур. Пронизывая все сферы социума, оно вовлекает в свою орбиту субъектов каждой социальной страты.
Теория без технологического обеспечения бесполезна для практики, так же как и практика онтологически нема: «говорящим бытием» в качестве критерия истины она становится через технологическое осмысление деятельности. Технология без теоретического обеспечения «слепа»: её трудно развивать и переносить в новые сферы практики. Технология – это «приведённая в действие» теория, «обернувшаяся в метод» [К.Маркс].
В гносеологии понятие «метод» соотносится со способом познания и преобразования. В современных научных и социальных системах, в условиях высокой информатизации изменилась роль теоретико-методологических процедур: они взаимопроникают и взаимопересекаются. Налицо герменевтико­диалектический круг: теория развивается, чтобы стать методом – метод служит для решения технологических задач – и для дальнейшего развития теории. Сегодня стало очевидным, что критерий истинности знаний обращён к гносеологической природе метода, поэтому есть все основания говорить о новом содержании метода как феномена технологии взаимодействия в информационном обществе, в частности, в образовательном пространстве. Истина – это всегда система; найти истинное знание – значит, построить теорию. Различие между теорией и методом чисто функциональное: если теория есть знание об объекте, то метод – знание о том, как действовать с объектом познания. Критерий технологичности знаний обращён к деятельности по применению метода, к конкретной цели деятельности. Превращение знания в регулятив деятельности преподавателя есть подлинное проявление его
116
творческих способностей, ибо творчество – это не только акт производства новых знаний, но и акт потребления и преобразования их. Вся деятельность преподавателя есть выражение его творческих потенций, креативности.
Следует особо подчеркнуть, что технологический алгоритм сам по себе, без учёта личностного фактора, т. е. «безадресная», «безлюдная» технология, – это предписание, инструкция, позволяющая выполнить то или иное задание (но не решить задачу!), не понимая его смысла. Такой инструктаж не нуждается в диалоге и не предполагает творчества в адресате. Только технологии взаимодействия в образовательном пространстве, базирующиеся на принципах антропоцентризма, и антропные технологии (АТ) как их разновидность способны раскрыть духовно-творческий потенциал личности. Их задачей выступает не обучение действиям по алгоритму, а становление и развитие способностей СТРОИТЬ алгоритм как актуальная потребность информационного общества, определять методы и способы (система приёмов, направленных на повышение эффективности метода) взаимодействия, создавать социокультурное пространство взаимодействия, раскрывающее духовно-творческий потенциал личности.
Антропоцентризм, антропологизм, антропософия, антрополатрия представляют философское отражение гуманистических воззрений на человека как центр Вселенной, как главную ценность и предмет поклонения. Процессы дифференциации наук о человеке, изменения в структуре гуманитарных знаний вызвали к жизни появление научных направлений и гуманитарных дисциплин, которые антропологизированы, служат развитию человекознания, ориентированы на изучение разных характеристик человека и имеют не только специализированно-дифференцированную, но и комплексно-интегративную направленность. К «синтетическому человекознанию» следует отнести и настоящую монографию, посвящённую изучению механизмов культурного развития человека, его внутреннего мира, ценностных ориентаций, мыслительных процессов и речевой деятельности, определяющих характер его взаимодействия с другими. Это – центральная идея настоящего исследования. Его теоретической основой выступает учение о взаимодействующем человеке как «языковой» личности, его свойствах, влиянии среды, специфики образования, национальных традиций и инновационных тенденций глобализации социальных процессов на его самореализацию. Иными словами, это совокупность представлений о
способностях и свойствах личности, обеспечивающих ей комфортное, духовно гармоничное и рационально организованное, национально обусловленное и интеркультурно диалогизированное взаимодействие. При этом с сожалением
приходится констатировать, что всё новое знание в этой области сосредоточено лишь на уровне понимания и не выходит в сферу практического использования. Исходя из нового понимания взаимодействия в образовательном процессе, следует «строить» новую дидактику, соответствующую изменениям социокультурного пространства в информационном обществе.
Центральным звеном антропоцентрической системы становления и развития личности человека-деятеля является антропная технология (далее
117
АТ), объединяющая в единое пространство научную теорию и профессионально-управленческую практику, методологию (философская
рефлексия способов организации и построения теоретической и практической деятельности) и методику (совокупность частных специализированных средств, методов, технологических приёмов и способов деятельности, объединённых единством целей и задач) взаимодействия в образовательном процессе. Разработка таких технологий связана с расширяющейся потребностью оптимизировать образовательную систему, «мультиплицировать» социокультурные инновации информационного общества (идеи, проекты, ценности, нормы и т. д.), что обеспечивается массовым охватом образовательной системой субъектов социума. Система образования обладает достаточной степенью сложности, известны её структурные элементы, особенности организации и закономерности функционирования, т.е. внутренняя природа, следовательно, возможна и её технологизация. При этом АТ следует понимать не как жёсткую алгоритмизацию образовательного процесса с фиксированными задачами его формализации и представления в виде процедур и действий, а как инновационное средство мотивирования и стимулирования системы к саморазвитию и самосовершенствованию. АТ включает в себя основные аспекты данной системы: сочетает вопросы ЧЕМУ учить (содержание взаимодействия в соответствии с его моделью), КОГО учить (адресат), РАДИ ЧЕГО учить (аксиологически ориентированная методология), ЗАЧЕМ учить (социальный заказ) и КАК учить (инновационная, личностно развивающая методика). Как соотносятся между собой все эти понятия, показывает схема 14:
АКСИОЛОГИЯ – система духовно-личностных ценностей, направляющая личность и деятельность человека во всех его взаимодействиях с миром (системообразующий элемент – «оценка»).
ТЕОРИЯ – система законов и закономерностей действительности на основе обобщения научного знания предметной области (системообразующий элемент – «знания – что?»).
ТЕХНОЛОГИЯ – система механизмов «приведения в действие» теории на основе технологической рефлексии научного знания (системообразующий элемент «знания – как?»).
ПРАКТИКА – система взаимодействия субъектов на основе переработки теории в практико-ориентированные знания (системообразующий элемент – «эффективность результата деятельности»).
МЕТОДОЛОГИЯ – система обучающих принципов познания, преобразования и оценки действительности с точки зрения определённых мировоззренческих критериев (системообразующий элемент – «метод»).
МЕТОДИКА – система специализированных средств и способов обучающей культурообразующей деятельности в конкретной дидактической ситуации (системообразующий элемент – «способ действия»).
118
АКСИОЛОГИЯ
ТЕОРИЯ АНТРОПНАЯ ПРАКТИКА
ТЕХНОЛОГИЯ
МЕТОДОЛОГИЯ МЕТОДИКА
Схема 15. Интегрирующий потенциал антропной технологии
Говоря о методике, мы находимся в плоскости педагогики; говоря о технологии, мы выходим в социальное пространство бизнеса, ибо технология – конкурентоспособный товар. Он пользуется спросом на рынке товаров и услуг, и чем выше уровень его качества, тем скорее он будет «раскупаться» социальным заказчиком – родителями и учениками, реально выводя образование на рейтинговую оценку реализаторов технологий. Именно потому, что характер образовательной технологии репродуктивен, потому, что изменилась социальная ситуация, должна измениться и школа. Её роль в организации и оптимизации воздействия на людей окружающей информационной среды должна стать более весомой.
Учебный процесс непрерывен во времени и пространстве. Люди постоянно, с утра до вечера, повсюду, где бы они ни находились, с рождения и до гробовой доски испытывают на себе чьё-либо воздействие – родителей, учителей, коллег и друзей, средств массовой информации и рекламы, государства, церкви, других социальных институтов. Этот «учебный процесс» обслуживается соответствующим технологическим инструментарием.
Насколько весома в этом ряду роль школы, как она может противостоять (усилить или ослабить) воздействиям социальной сферы на ученика – спорный вопрос. Бесспорно одно: её методы и содержание обучения очень сильно зависят от идеологии – от социо-экономо-политической ситуации (можно назвать это «культурой»), в которой функционирует школа как социальный институт. С изменением социальной ситуации должна измениться и школа, поскольку заказчиком образования выступает общество. Мы все погружены в эту образовательную среду, всё время оказываемся то в роли педагога, то в роли ученика. Система образования должна научить человека ориентироваться в этом мире. Сегодня общество, отстающее в образовании от заказа дня, есть отстающее общество.
О действенности образования как технологии, о его потенции или импотенции, возможности противостояния системе можно получить полное представление, бросив только беглый взгляд на страницы новой истории.
Католическая (ортодоксальная, магометанская, ...) церковь – вера – перевоспитание самых различных социальных групп и поколений; результат:
119
появление совершенно других – «перевоспитанных» (и «утвердившихся») – поколений. Использованные (и используемые) в процессе перевоспитания (программирования) методы: печатные издания, проповеди, беседы, песнопения, а также преследования, пытки, убийства.
Национал-социализм, (большевизм, маоизм, фундаментализм) – вера – перевоспитание самых различных социальных групп (а не только мелких лавочников, как обычно утверждается) и поколений; результат: появление совершенно других – «перевоспитанных» – поколений. При этом инструментами (технологиями перевоспитания) были не только печатная продукция (книги, брошюры, листовки, газеты и журналы, слоганы и лозунги), дискуссии и обсуждения, беседы, митинги, собрания и песнопения, но также штык, меч, газовая камера, печь крематория и концлагерь. «Революция – не чайная церемония»,– говорил Мао дзе Дун.
Не имея социализирующего аспекта в своих технологиях, школа не могла противостоять влияниям социальной сферы: поколения людей «обучались» вопреки усилиям школы. Влияние социальных технологий оказывалось сильнее, чем «школьно-образовательных». То же самое наблюдается и сегодня; используется тот же технологический ряд.
Промышленная реклама – вера – перевоспитание; результат: появление новых поколений потребителей. Технологический инструментарий (методы обучения потреблению): никаких дискуссий и обсуждений – только массированные манипуляции и зомбирование различных социальных групп и поколений; при этом извлечение прибылей, конкуренция, борьба за «место под солнцем», не исключающая и убийства, приобретение экономической стабильности и политического status quo.
Приведённые исторические примеры, каких бы возражений против их сопоставления они ни вызывали, иллюстрируют ставшие исторически эффективными методы управления социальными процессами обучения (или процессами социального обучения). Они дают и однозначный ответ на вопрос: как велика роль школы в воспитании – «перевоспитании» – поколений. Если обучающие технологии внутри и вне школы сравнимы и соотносимы, то содержание, цели и результаты обучения – предмет отдельного разговора. Иными словами, природа и характер обучающих технологий в социальной сфере и в институализированных образовательных структурах принципиально идентичны. С их помощью обучаемый аккумулирует в своём духовном мире совокупность операциональных образований: навыки, приёмы, способы, умения, методы и методики действий – всё это составляет операциональную культуру личности. Обученный – это умеющий действовать. И основной посылкой при определении сути любых обучающих технологий является следующая: единичный (отдельный) пример должен иметь универсальный смысл – в противном случае он не имеет никакой ценности.
Нечто влияет на человека, и он меняется, а вместе с ним изменяется общество. Этот процесс изменения – его можно назвать учебным процессом, поскольку именно в его рамках программируется радикальное изменение человека – управляем или его можно рассматривать как управляемый; он
120
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]