Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Партийная фронда под секирой НКВД. Киров, Орджоникидзе, Бухарин и деятели Азово-Черноморского края в политических репрессиях второй половины 1930-х го
.pdf
Перед Донбюро стал вопрос об отношении к различным слоям казачества и о наиболее целесообразных методах борьбы с уцелевшими контрреволюционными элементами. Но ввиду перегруженности
работы… не удалось сообща обсудить этот вопрос. Пришлось только
инструктировать районные ревкомы насчет проведения реформ, согласно присланной ЦК секретной инструкции, детально и сообща обсудить которую члены Донбюро... не имели возможности. Лишь практика показала лучшие пути искоренения контрреволюции. Ввиду
немедленного проведения террора, ввиду трений между военными
властями и ревкомами, ввиду допущения выборной власти, в которую
проникли контрреволюционеры, в ночь с 11 на 12 марта в станицах
Вешенской, Мигулинской, Казанской, в хуторе Солонце и Шумилине
вспыхнуло восстание. Главари восстания мобилизовали казаков от
16 до 60 лет... Восстание идет под лозунгом борьбы против коммунистов-жидов, которые чинят убийства, грабежи, насилия, причем в воззвании главари предлагают восставшим «взять Советы в свои руки»...
Но восстание показывает, что одними террористическими методами
физического уничтожения небольшого количества казаков, когда нет
еще на Дону железной советской власти, не пособишь, так как всех
казаков не уничтожить, а при таких условиях восстание будет продолжаться. Остается рядом с этим методом применить более радикальные террористические методы, указанные в той же инструкции ЦК,
еще не применявшиеся, а именно: экспроприация казачества и массовое переселение на их вовнутрь России с выселением на их место пришлых трудящихся элементов... Настроение казачества подавленное,
но оппозиционное. Они твердо тешат мысль о неизбежной борьбе с
коммунизмом, ибо они «против коммуны, но за большевиков». С этой
темнотой надо немедленно начать бороться. Предстоит колоссальная
работа по обезвреживанию контрреволюции
1
.
Однако через два месяца А.А. Френкель неожиданно подверг рез-
кой критике директиву Оргбюро ЦК партии и всю казачью политику
Донбюро. Он заявил 6 июля 1919 г.:
...считая первые директивы ЦК о донской политике ошибочными,
возлагавшими непосильное бремя и на нашу недостаточно еще дисциплинированную армию, и на молодые, весьма хилые, советские
органы на Дону, совершенно не говорившими об осторожном, продуманном отношении к средним элементам, – я считаю в дальнейшем
крайне необходимой работу по откалыванию средних элементов и
привлечению их на свою сторону. Сословную борьбу меж казачеством
и крестьянством (иногородними) на Дону надо вести, по-моему, в
русле классовой борьбы, а не превращать в аморфную зоологическую
борьбу... С большинством (4 ч.) Донского бюро РКП я, как и меньшинство (2 ч.), разошелся в этом вопросе, так как оно считает первые
1
ЦДНИРО. Ф. 910. Оп. 1. Д. 182. Л. 8.
351
директивы правильными, в их провале оно винит исключительно армию, находя вместо причин – виновников, о работе по откалыванию
«средних» элементов оно и слушать не желает, считая это пагубной
политикой.
Френкель даже потребовал отставки членов Донбюро, которые
создали «ненормальные» отношения, в результате чего этот орган потерял боеспособность
1
.
По первому пункту обвинения видно, что Френкель предупреждал Донбюро о реальной опасности превращения «сословной» борьбы в неконтролируемую «зоологическую» борьбу и о необходимости
строгой социально-классовой борьбы. Относительно второго пункта
следует иметь в виду, что Донбюро, Доноблревком, Гражданупр состояли практически из одних и тех же людей в разных комбинациях. Донбюро, фактически преобразованное позднее в Гражданское
управление при РВС Южного фронта, включало таких деятелей, как
Сырцов, Лукашин, Блохин, Решетков, Дорошев, Е. Щаденко, позднее
прибыл А.Г. Белобородов. Имелись три отделения, восемь инструкторов, делопроизводителей, машинисток, юрисконсульт, 10 курьеров – всего 35 человек. Естественно, что в таком коллективе возникали разные взаимоотношения, которыми и был недоволен Френкель.
В знак протеста против политики Донбюро Френкель попросился на фронт. В 1919–1921 гг. он исполнял обязанности начальника
политотделов 15, 13, 40 и 42-й стрелковых дивизий. Уход Френкеля
в определенной степени ослабил Донбюро, но, с другой стороны,
громкое заявление его секретаря, подкрепленное решительным хлопком дверью, безусловно, обратило на себя внимание партийного руководства в Москве. Сыграло свою роль письмо члена облревкома
И.И. Рейнгольда, который предложил учитывать традиции казачества, касающиеся обособленности их государственной жизни, вплоть
даже до воссоздания прежней автономии и образования местного казачьего правительства, что позволит не провоцировать прямолинейными директивами мятежи, а разрушать старый казачий быт руками
самих же казаков2. Наконец, С.И. Сырцов честно сообщал об упущениях советских органов на Дону и предлагал перестроить партийный
центр, выделив особую группу для подпольной работы в тылу врага.
Таким образом, возник порочный круговорот: 1) взятие казаками Ростова-на-Дону в декабре 1917 г. – и приход в Ростов Красной
гвардии; 2) разгром красновцами Донской Советской Республики –
и белый террор в 1918 г. в ответ на расказачивание в феврале – мар-
1
ЦДНИРО. Ф. 910. Оп. 1. Д. 182. Л. 115.
2
ЦДНИРО. Ф. 5. Оп. 2. Д. 106. Л. 75.
352
те 1919 г.; 3) верхнедонское восстание казаков против расказачивания – и новая вспышка красного террора весной – летом 1919 г.
Полный разгром белых на юге РСФСР в конце 1919 г. остановил эти
кровавые качели. Данный круговорот «действие – противодействие»
не оправдывает, но вполне объясняет выбор тактики продолжения
террористического расказачивания.
В августе – сентябре 1919 г. произошел новый политический поворот в казачьей политике. Указания В.И. Ленина, воззвания ВЦИК
и СНК к трудовому казачеству от 14 августа и, наконец, «Тезисы о работе на Дону», написанные Л.Д. Троцким и опубликованные 30 сентября 1919 г., решения о реорганизации Донбюро, создании Донкома
и Донского облисполкома были положены в основу обновленной и
более взвешенной политики в отношении казачества. Но Френкеля
не стали отзывать из дивизии на работу в составе новых партийных и
советских органов.
После окончания боевых действий на юге Советской России
Френкель ушел из армии и в середине 1920 г. вернулся в Ростовна-Дону, где стал сотрудником истпартотдела и одним из организаторов сборника «Пролетарская революция на Дону». В первом выпуске сборника он опубликовал свои воспоминания об экспедиции
Подтелкова и ее трагической гибели. В 1920 г. выпустил брошюру
«Орлы Революции. Русская Вандея. Очерки гражданской войны на
Дону». Но эта книга не изменила сдержанного отношения к нему
большевистского руководства донской парторганизации.
Опытный политработник и толковый большевик с университетским образованием, Френкель не остался в Ростове на руководящей
партийной работе, как можно было ожидать, а был отправлен в Москву
на партийную учебу. Рассорившихся Сырцова и Васильченко отослали в другие регионы: первого – в Одессу секретарем губкома РКП(б),
второго – на Кубань. В 1921–1923 гг. Френкель учился на курсах
марксизма при Коммунистической академии и после этого получил
направление на профессиональную партийную работу в Донбасс, в
Артемовский окружком, затем на Урал, окружком Нижнего Тагила,
г. Нытва Пермской области. Здесь он действовал как активный борец
с троцкистско-зиновьевской оппозицией и обратил на себя внимание
руководства. Френкель был принят на службу в аппарат ЦК ВКП(б)
в качестве инструктора, помощника заведующего Организационнораспределительным отделом ЦК ВКП(б). Но и науку он не забывал:
одновременно преподавал историю партии в Высшем коммунистическом сельскохозяйственном университете им. Я.М. Свердлова.
В 1930–1931 гг. Арон Абрамович Френкель находился на подпольной работе за пределами СССР – в Северной Маньчжурии
(Китай), выполнял обязанности ответственного секретаря Северо-
353
Маньчжурского подпольного комитета Коммунистической партии.
Назначение было вызвано наличием у Френкеля опыта руководства подпольной работой в Донбюро РКП(б) во время Гражданской
войны на Дону. Харбин и Маньчжурия в целом были своеобразной
советской колонией вдоль линии Китайско-Восточной железной
дороги (КВЖД) с середины 1920-х гг. На территории Маньчжурии
происходили советско-китайские конфликты на фоне общей гражданской войны в Китае. Партийные работники и другие агенты
СССР, работавшие в аппарате администрации КВЖД, занимались
укреплением коммунистического влияния. О работе Френкеля в
Маньчжурии ничего конкретного не известно, но характерно, что
после возвращения в СССР он получил повышение в партийной
системе.
С января 1932 г. Френкель – ответственный инструктор ЦК
ВКП(б), затем второй секретарь Дальневосточного краевого комитета ВКП(б) в Хабаровске. В 1934 г. он получил высокий пост
уполномоченного Комитета партийного контроля при ЦК ВКП(б)
по Сталинградскому краю. Был делегатом VIII, X, XVI съездов,
XVII конференции РКП(б) – ВКП(б), на XVII съезде ВКП(б) заочно кооптирован в состав Комитета партийного контроля при ЦК
ВКП(б). В марте 1936 г. назначен уполномоченным комитета уже
по Куйбышевскому краю. Он ревностно исполнял свои обязанности в условиях режима культа Сталина, был инициатором политических обвинений, составителем обвинительных материалов
по многочисленным делам в Куйбышеве и Куйбышевской области.
В том числе он направил в адрес первого секретаря крайкома ВКП(б)
П.П. Постышева следующие материалы «О грубых ошибках и вредительских действиях в работе Куйбышевского областного земельного
управления», «О подрывной вражеской работе в Кузнецком районе»,
«О вредительстве и разрушении завода № 102». В адрес Сталина,
Ежова, Андреева – материал «О секретаре Пензенского ГК ВКП(б)
тов. Старостине». Френкель вошел в конфликт с Постышевым, который находился на грани отставки. Бывший секретарь ЦК ВКП(б),
кандидат в члены Политбюро ЦК ВКП(б), секретарь ЦК компартии Украины, в годы Гражданской войны один из руководителей
Дальневосточной республики стремился восстановить и укрепить
свои позиции в партийном руководстве. Этого же хотел и Френкель.
Оба они стали писать в ЦК ВКП(б) служебные записки, в которых компрометировали друг друга. Однако в них не указывалось
никаких политических преступлений, а расписывались факты неудачного, по их мнению, подбора местных кадров на руководящие
должности.
354
Следует отметить, что Френкель критиковал и сотрудников
НКВД. Он неоднократно выражал политическое недоверие и резко
критиковал работу начальника УНКВД по Куйбышевской области
Попашенко, который, по его мнению, не обеспечил должного уровня
борьбы с контрреволюцией, и добился того, что Сталин потребовал
от Ежова отозвать Попашенко из Куйбышевского края. Ежов снял
его с должности, но назначил с санкции Сталина и Политбюро начальником Административно-хозяйственного управления всего
НКВД. Френкель не понял ситуации и продолжал сообщать о нарушениях бывшего начальника УНКВД края, которые заключались в
бюрократическом отношении к заседаниям «тройки» и излишнем доверии своим подчиненным1.
В конце октября 1937 г. Френкеля отозвали с должности уполномоченного КПК при ЦК ВКП(б) по Куйбышевской области и вскоре арестовали. Он был включен в «сталинский» список от 01.11.1937
по категории «Бывшие члены КПК и КСК и Рев. Комиссии». Этот
расстрельный список завизировали Сталин, Молотов, Ворошилов,
Каганович и Жданов.
А.А. Френкель приехал из Куйбышева в Москву в Комиссию партийного контроля при ЦК ВКП(б), членом которой он являлся, по поводу людей, исключенных из партии в Куйбышеве, чтобы инициировать пересмотр их дел, в чем ему было отказано. Один из пунктов его
приговора гласил: «Проводил работу по сохранению от разоблачения
антисоветских кадров». Перед возвращением в Куйбышев Френкель,
по словам его матери, сказал: «Вот идет белый снег, не запачканный
никем. Так и моя совесть, подобно ему, чиста, и ничем не запятнана».
С поезда на свою квартиру (несмотря на положение и должность, он
жил в коммунальной квартире) Френкель прибыл уже под конвоем2.
Адрес своего жительства он указал в анкете и на первом допросе,
что, вероятно, избавило мать и других родственников от многих неприятностей (обыск, допросы, арест).
В своем обращении из московской тюрьмы в ЦК ВКП(б), КПК
и к руководству НКВД от 30.11.1937 с просьбой вызвать его и выслушать Френкель подчеркнул: «Вся моя жизнь до конца и без остатка принадлежала только интересам рабочего класса, партии, нашей
советской родине…» На очных ставках в тюрьме многие свидетели,
увидев и услышав его, отказывались от своих слов и обвинений.
В протоколах допросов уголовного дела записаны фразы Френкеля
по поводу показаний: «Это ложь», «Показания его я отрицаю»,
1
Хаустов В., Самуэльсон Л. Указ. соч. С. 210–211.
2
Этот факт и последущая информация личного характера предоствлена семьей
А.А. Френкеля, см.: Френкель Б.А. Моя родословная. М., 2012.
355
«Это сплошная клевета», «Сплошная ложь и выдумка», «Кто он? –
Он банкрот» и т. п.
В письме к руководству ЦК ВКП(б) и КПК от 15.11.1938 он писал: «Прошу, настаиваю, умоляю вмешаться в мое дело, восстановить
большевистскую правду и справедливость, исправить чудовищную,
кошмарную ошибку, допущенную в отношении меня…», а также:
«На следствии я заявил, что я чист, честен и правдив перед партией, советской властью, никакой силой меня не сбить с пути большевизма».
В другом письме в ЦК ВКП(б) он пишет: «Следователь… меня
предупредил, что для меня уже приготовлен патрон и меня расстреляют», «Перед смертью заявляю своей партии ВКП(б), своим руководителям ЦК и КПК, что я всю свою жизнь по-большевистски
работал и был стойким борцом коммунизма за его конечную
победу».
В своем выступлении на суде Арон Абрамович говорил, что «виновным себя не признает и показания даны им под физическим воздействием, в состоянии умопомрачения выбитых у него силой кошмарных издевательств, избиений и пыток». В последнем слове он
повторил, что ни в чем не виновен.
На допросах Френкеля традиционно обвиняли в шпионской деятельности в пользу Японии и участии в антисоветской организации.
В течение тринадцати месяцев он мужественно не признавал себя
виновным, однако после применения методов физического воздействия подписал все дикие обвинения, включая шпионаж. О событиях
Гражданской войны следователи не вспоминали.
Суд в составе председателя Ульриха, членов Суслина и Климова
25 февраля 1939 г. приговорил его к высшей мере наказания – расстрелу. В тот же день приговор привели в исполнение.
Последним, что видел Арон Абрамович живым, идущим под конвоем в здании НКВД на Лубянке в начале 1939 г. и держащим руками
брюки со срезанными на них пуговицами, был несший там службу
его знакомый – полковник НКВД А.Д. Марков.
Семье сообщили, что Френкель приговорен к 10 годам лишения
свободы без права переписки; о его смерти родственники узнали
много лет спустя, после его реабилитации в 1955 г. Жена Френкеля
Е.Н. Першина пыталась узнать судьбу мужа и по возможности облегчить его участь. Собранные ею характеристики членов партии с
дореволюционным партстажем, встречи с знавшими отца по совместной работе Л.М. Кагановичем, А.И. Микояном, Е.А. Щаденко и др.
результатов не дали.
Френкель был приговорен к расстрелу Военной коллегией
Верховного Суда СССР в Москве в составе большой группы деяте-
356
лей ВКП(б)1. Его бывшего соратника-соперника Постышева тоже
сняли со всех постов в 1938 г. и отправили в Москву. Там его обвинили в том, что на протяжении ряда лет он состоял членом мифического
центра правотроцкистской организации на Украине, с 1920 г. был на
Дальнем Востоке агентом японской разведки. В 1939 г. он был расстрелян почти одновременно с Френкелем, позднее такая же участь
постигла всех чекистов, ведших следствие по их делам. При проверке
в 1955 г. Прокуратура СССР установила, что бывшие работники УГБ
НКВД, проводившие следствие, осуждены в 1940 г. за незаконные
методы ведения следствия, массовые избиения арестованных и за
создание фиктивных дел.
Семья Френкеля была выселена из квартиры в московском Доме
правительства и скиталась по углам. После войны вдова Френкеля
Е.Н. Першина работала начальником планового отдела технического
управления министерства, затем была старшим научным сотрудником ВНИИБТ, защитила кандидатскую диссертацию. Старший сын
Бой, кандидат технических наук, руководил сектором автоматизации, был ведущим научным сотрудником ВНИИНП. Младший сын
Гай являлся научным сотрудником ВНИИГиМ.
Ченцов Иван Дмитриевич (1885–1937), легендарный ростовский
революционер, участник всех российских революций и Гражданской
войны. В начале 1920-х гг. партработник в Москве. В 1930-х гг. был
направлен партией на Дон. Занимая высокие партийные и хозяйственные посты, стал фрондировать, в кругу коллег «за чашкой чая»
критиковал Сталина и его окружение. Естественно, это стало известно, его обвинили в троцкизме, он погиб в застенках НКВД.
Родился на хуторе Недвиговка области Войска Донского.
С 1902 г. активист стачек и демонстраций в Ростове-на-Дону. Член
РСДРП(б) с 1904 г., активно проводил большевистскую агитацию в
рабочей среде. Был избран председателем Союза металлистов. Готовя
вооруженное восстание в Ростове, принимал участие в обучении дружинников на основе разработанного им документа «Временный устав
боевой дружины при Донском комитете РСДРП». Распространял
подписные листы Донкома РСДРП для сбора средств на укрепле-
1
URL: http:// ru.wikipedia.org/wiki/Френкель,_ Арон_Абрамович; URL: https://
alexanderyakovlev.org/almanah/almanah-dict-bio/1012535/19; Сайт Кушнера Дмитрия Львовича. Справочник: Большевистский актив Куйбышева (Самары) в доежовский период, 1920–1937 годы. – URL: https://iamkushner.com/istoricheskiemomenty; Гонтмахер М.А. Евреи на донской земле: История. Факты. Биографии.
2-е изд., испр. и доп. – URL: http://libed.ru/knigi-nauka/146799-1-ma-gontmaher-evreidonskoy-zemle-istoriya-fakti-biografii-izdanie-vtoroe-ispravlennoe-dopolnennoe-avtorserd.php
357
ние партийной организации и дружины. Во время Декабрьского
вооруженного восстания 1905 г. в Ростове-на-Дону (на Темернике)
руководил боевой дружиной Донского комитета РСДРП. Под командованием Ченцова его «десяток» участвовал в разоружении станционных жандармов и захвате ростовского железнодорожного вокзала,
защищал баррикады в Затемерницком поселении, принимал и разгружал состав с боеприпасами, прибывший из соседнего Батайска.
Ченцовский «десяток» захватил типографию местной газеты
«Приазовский край». В 1905–1906 гг. Ченцов вместе с большевиками С.Ф. Васильченко и Н.В. Лысенко привлекался к царскому суду.
В марте 1906 г. вошел в только что созданную большевистскую группу. За революционную деятельность в 1907 г. был приговорен к четырем годам тюремного заключения, содержался в Новочеркасской
тюрьме1.
После Февральской революции 1917 г. Ченцов был избран в Совет
рабочих и солдатских депутатов, работал в Ростово-Нахичеванском
комитете РСДРП(б). Им была создана боевая дружина на чугунолитейном заводе, вскоре он стал начальником Центрального штаба
Красной гвардии Ростова. В 1917–1918 гг. являлся членом Донского
областного военно-революционного комитета, был назначен комиссаром в управление воинского начальника.
Когда началось противостояние между пролетарским Ростовом
и казачьим Новочеркасском, Ченцов был отправлен за помощью в
Севастополь. Как член Ростовского Совета рабочих и солдатских
депутатов он выступил на первом флотском съезде представителей
всех боевых частей Черного и Азовского морей: «Рабочие Ростована-Дону послали меня для того, чтобы сообщить вам, что над нами
нависла смертельная угроза со стороны душителя революции генерала Каледина. Вокруг города Каледин сосредоточил до пятидесяти тысяч казаков с орудиями, пулеметами и броневыми машинами. Шесть
тысяч человек под командой генерала Потоцкого взяли под контроль
городской телеграф, вокзал и другие важные центры. Окрепший враг
открыто посягает на завоевания революции, угрожает революционным организациям. Но это не все. Известны ли вам дальнейшие намерения генерала? Известно ли вам, что он готовится искоренить “революционную заразу” в Крыму и затем повернуть свои кровавые сотни
на Петроград? Товарищи матросы Черноморского флота! Ростовский
пролетариат обращается к вам с просьбой: протяните нам свою бронированную руку! Как можно скорее придите на помощь революционному Дону в этот тяжелый для нас час!» Моряки направили на Дон
1
Панченко В.С. Верный сын партии. – URL: http://rostov-region.ru/books/item/
f00/s00/z0000023 /st031.shtml
358
флотилию, возглавляемую большевиком Драчуком, а также сухопутный отряд под командованием матроса Алексея Мокроусова.
Когда Ростов был захвачен алексеевцами и белоказаками, Ченцов
продолжил революционную подпольную деятельность. В 1918–
1919 гг. опытный революционер входил в коллегию Донбюро по руководству подпольной работой в тылу деникинских войск. В его руках были сосредоточены все явки и пароли, изготовление документов и обеспечение подпольщиков агитационной литературой, а также
деньгами и оружием. Он лично инструктировал курьеров Донбюро
и выслушивал их донесения с мест. Ростовские и таганрогские подпольщики получали из Харькова оружие, взрывчатку, фальшивые
паспорта, агитационную литературу. Связь с центром поддерживали
через курьеров Донбюро – людей, пользующихся особым доверием
Ченцова. Одна из них, В. Черкесова, спасла будущего высокопоставленного партийного чиновника М. Шкирятова от провала и ареста
белогвардейской контрразведкой1.
После окончания Гражданской войны Ченцов работал в центральном аппарате партии, был членом ЦКК, членом Партийной коллегии
ЦКК РКП(б). Но что-то не сложилось в отношениях с партийным
руководством. В 1926 г. Ченцова перевели в Ростов-на-Дону, где
его ввели в правление Сельмашстроя, руководившего строительством завода «Ростсельмаш». Его также избрали в состав Донской
окружной и Северо-Кавказской краевой контрольных комиссий. Он
решительно выступал против всех оппозиций и уклонов, за полное
подчинение большевиков партийной дисциплине. Избирался делегатом X–XIV, XVI и XVII съездов партии, VIII и IX всероссийских
съездов Советов, вошел в состав ВЦИК. В разное время был членом Северо-Кавказского крайкома ВКП(б), Ростовского горкома и
Нахичеванского райкома партии, депутатом краевого и городского
Советов депутатов трудящихся.
Известный ростовский краевед И. Гегузин пишет, что в июне
1935 г. управляющему Азовчерэнерго Ченцову исполнилось 50 лет.
Этот юбилей и 30-летие его партийной деятельности торжественно
отмечал весь Ростов. На юбилейное заседание пришли старые большевики, с которыми он начал свой боевой путь в Ростове-на-Дону
еще с 1900-х гг. Приехали также его верные друзья по совместной
революционной борьбе С.Ф. Васильченко и И.В. Решетков. Открыл
заседание председатель Азово-Черноморского крайисполкома
В.Ф. Ларин, сердечно поздравивший юбиляра. Доклад о Ченцове сде-
1
Агуренко Б. Улица Ченцова. – URL: https://donlib.ru/rostov-streets/2010/7/20/
ulica-chencova/; Ченцов. Именем этого человека названа улица нашего города. – URL:
http: ростовгород.рф/
359
лал старый большевик Г.В. Черепахин: «Партия воспитала тысячи
Ченцовых, и мы сегодня чтим одного из них, того Ченцова, который
тридцать лет честно работал на своем революционном посту, выполняя волю партии и рабочего класса».
Тепло встретили собравшиеся поздравление руководства краевого комитета партии и крайисполкома, горкома партии и горисполкома: «Ростовский пролетариат хорошо знает тебя как твердого большевика, одного из активных участников стачки 1902 года,
мартовской демонстрации 1903 г., руководителя рабочей боевой дружины в 1905 г., члена Ростово-Нахичеванского военно-революционного комитета 1917 и 1918 гг., а также и по твоей дальнейшей работе.
На всех участках политической и хозяйственной работы в условиях
обостренной классовой борьбы ты был и остался твердым ленинцембольшевиком, организатором и отзывчивым товарищем. Ростовский
пролетариат уверен, что ты и в дальнейшей своей работе будешь
служить примером того, как нужно бороться за построение коммунизма…»
1
Ченцов возглавлял на Северном Кавказе «Азовэнерго», затем
«Ростовэнерго». Несмотря на свой неполитический пост, являлся
неформальным лидером ростовских коммунистов. Для ростовчан он
был живым воплощением трех революций. Был награжден орденом
Трудового Красного Знамени «за перевыполнение производственной программы 1934 года по выработке электроэнергии, снижение
удельных расходов топлива, себестоимости электроэнергии и значительные успехи по овладению техникой электростанций и линий
электропередачи».
Однако Ченцов как старейший и заслуженный большевик позволял себе в некоторой степени инакомыслие. В частности, в беседах с коллегами «за чашкой чая» на своей даче в Сочи критиковал Сталина. Энкавэдэшники посчитали, что этого недостаточно, и
сочинили целое «энергетическое дело» во главе с Ченцовым. По их
мнению, все недостатки в работе энергетических объектов и сетей
объясняются вредительской деятельностью. Катастрофическое состояние электросетей из-за изношенности оборудования, некачественного ремонта и, как следствие, аварий требовало особого внимания руководства, которое не предпринимало мер по замене агрегатов
и, более того, проводило подрывную работу. Эта преступная деятельность направлялась партийными органами во главе с первым
секретарем Шахтинского горкома партии Любарским и секретарем
1
Гегузин И. Участник трех революций. – URL:http://rostov-region.ru/books/item/
f00/s00/z0000063/st004.shtml
360
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]