Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Партийная фронда под секирой НКВД. Киров, Орджоникидзе, Бухарин и деятели Азово-Черноморского края в политических репрессиях второй половины 1930-х го
.pdf
вестно1, тем не менее в июне 1937 г. Лукашин был объявлен членом
Закавказского центра контрреволюционной организации правых,
членом союзного резервного центра организации правых, связанного
с врагом народа Рыковым и другими членами союзного контрреволюционного центра правых, по заданиям которого руководил шпионской, террористической, диверсионно-вредительской работой организации правых в республиках Закавказья. Являясь начальником
«Союзацемента», якобы организовал вредительство в цементной
2
промышленности СССР. Расстрелян. Посмертно реабилитирован
.
* * *
В ростовском партархиве сохранилась историко-мемуарная рабо-
та С.И. Сырцова «Вандея русской революции», раскрывающая причины и сам процесс выработки радикальной позиции Донревкома в
3
отношении казачества во время Гражданской войны
. Мемуары имеют вполне научный характер, так как дают реальное представление
о взглядах лидеров большевиков на казачий вопрос и многие другие
проблемы. Воспоминания Сырцова содержат много неизвестных
фактов, написаны эмоционально, читаются с интересом. В них практически отсутствует лексика сталинизма.
Поскольку автор считался оппортунистом, эти мемуары при советской власти упоминались в литературе в сильно сокращенном
и искаженном виде. Текст работы С.И. Сырцова был передан в
Истпарт в период подготовки в первой половине 1930-х гг. истории
Гражданской войны, однако долгое время оставался закрытым для
исследователей. Только во второй половине 1980-х гг. стало возможным рассказать о трагическом жизненном пути Сырцова.
В самом конце Гражданской войны позиция Сырцова в отношении казачества заметно изменилась. Проводимая им в Ростовена-Дону политическая линия на расширение социальной базы
власти и привлечение просоветских и просто лояльных элементов
из казачьей среды вызвали резкое недовольство его оппонентов –
С.Ф. Васильченко и М.П. Жакова. Старые большевики требовали
продолжать проведение политики в казачьем вопросе «мечом, железом и кровью». Разногласия грозили превратиться в настоящую
междоусобицу областного и городского парткомов, поэтому Донком
28 мая 1920 г. принял решение добиваться от ЦК отстранения от ру-
1
Карапетян А. Саркис Лукашин (Срапионян): Очерк. Ростов н/Д., 1986.
2
URL: https://nnao.ru/2021/02/01/сергей-лукьянович-лукашин; Открытый спи-
сок. – URL: /https://ru.openlist.wiki/ Лукашин_Сергей_Лукьянович_(1885)
3
Кислицын С.А. Донская персоналия советской эпохи. С. 152–205.
321
ководства и Сырцова, и Васильченко одновременно – «как не сумевших сработаться в течение долгого времени». ЦК РКП(б) отозвал с
Дона обоих лидеров, направил Сырцова возглавлять Одесский губернский комитет партии, Васильченко на Кубань.
После отъезда Сырцова и Васильченко в Ростове-на-Дону возникла кадровая проблема, так как на двух руководящих должностях – ответственного секретаря Донского обкома РКП(б) и
председателя областного Совета депутатов – смена состава происходила каждые полгода или год, их поочередно занимали такие известные деятели, как Блохин Петр Григорьевич (1887–1942), Спундэ
Александр Петрович (1892–1962), Знаменский Андрей Александрович
(1887–1942), Болдырев Михаил Фомич (1890–1939), Ноздрин Михаил
Михайлович (1885–1937), Жаков М.П. (1893–1936). Четверо послед-
них были официально репрессированы. Одним из самых известных
на Дону из них был П.Г. Блохин.
* * *
Блохин (Свердлин) Петр Григорьевич (1887–1942), профессио-
нальный революционер. Из семьи кустаря. В революционном движении с 1905 г. Член РСДРП(б) с 1911 г. Подвергался арестам и тюремному заключению. С декабря 1917 г. командир отряда Красной
гвардии, участвовал в боях против германских интервентов. С февраля 1918 г. член Донревкома, член Ростово-Нахичеванского комитета РКП(б), член исполкома, ревкома, редактор фронтовой газеты.
С марта 1918 г. заместитель наркома труда Донской Советской Республики. При эвакуации правительства Донской республики из
Ростова в Царицын в мае 1918 г. вместе с Г.К. Орджоникидзе принимал
участие в спасении эшелонов с ценностями Украинской и Донской республики. В 1918 г. инструктор политотдела 12-й дивизии 8-й армии
Южного фронта. В 1919 г. заведующий учетно-распределительного
отдела Донбюро РКП(б). С января 1920 г. председатель Донского комитета РКП(б), с августа председатель Ростовского горкома РКП(б),
член бюро Донского обкома РКП(б) и председатель Донисполкома.
в 1922–1923 гг. ответственный секретарь Терского губкома РКП(б).
С середины 1920 г. на профсоюзной работе в Москве. В 1928 г. инструктор Новосибирского крайкома. С 1932 г. на пенсии. Погиб
в 1942 г. в Пятигорске, по некоторым данным, при отступлении
Красной армии расстрелян НКВД как троцкист, но по официальным
данным, умер своей смертью.
* * *
В дальнейшем Сырцов занял пост завотделом ЦК РКП(б). Путем
проб и ошибок, учась на своем и чужом опыте, на практике позна-
322
вая все тонкости сложнейшей казачьей проблемы, Сырцов пришел
к единственно верному решению – проводить политику соглашения
власти с трудовым казачеством и вовлекать его в социалистическое
строительство.
Текст резолюции Сырцова, принятой по содокладу на апрельском
пленуме ЦК РКП(б), зафиксировал обновленный курс партии на
тщательный и постоянный учет особенностей и традиций в казачьих
областях, на изживание розни между казаками, крестьянами и ранее
угнетенными национальностями, на полный отказ от насильственных мер в борьбе с остатками казачьих традиций.
Принципиальные решения пленума ЦК РКП(б) по казачьему
вопросу позволили начать реабилитацию казачества и осуществить
возвращение 30 тысяч казаков-эмигрантов на родину. Председатель
СНК СССР А.И. Рыков объявил о широкой амнистии рядовых представителей бывшего белого казачества. Это была своеобразная если
не точка, то мощная запятая в истории Гражданской войны на Дону.
Советское казачество в своем большинстве героически проявило
себя во время Великой Отечественной войны.
Для Сталина был очевиден большой потенциал большевикатехнократа Сырцова, в том числе на посту заведующего учетностатистическим отделом ЦК РКП(б), хотя он отдал предпочтение
Л.М. Кагановичу. Но Сталин дал Сырцову карт-бланш для карьерного роста – политическое руководство огромным Сибирским краем. Сырцов пробыл в Сибири около трех лет, в течение которых он
пытался последовательно проводить новую экономическую политику в «бухаринском» варианте. Для него было характерно повышенное внимание к развитию простейших форм кооперации, особенно
в животноводстве и маслоделии. Именно он провозгласил лозунг:
«Накопляйте в добрый час!»
1
Сырцов был подвергнут серьезной, но не резкой критике и после
признания ошибочности своей позиции получил должность председателя Совнаркома РСФСР. Он с воодушевлением приступил к
работе, опираясь на свой опыт руководства Сибирским краем. Хотя
Сырцов практически сразу же был кооптирован кандидатом в члены
Политбюро ЦК ВКП(б), т. е. стал причастен к высшему политическому синклиту, Сталин рассматривал его в основном как крепкого
хозяйственника.
Генсек тогда поддерживал Сырцова, что выразилось в его оценке революции на Дону. И.В. Сталин в письме Феликсу Кону от
9 июля 1929 г. вставил фразу: «Знаменитый писатель нашего вре-
1
Сырцов. С.И. Работать по-новому. Новосибирск, 1927. С. 12.
323
мени тов. Шолохов допустил в своем “Тихом Доне” ряд грубейших
ошибок и прямо неверных сведений насчет Сырцова, Подтелкова,
Кривошлыкова и др., но разве из этого следует, что “Тихий Дон” –
никуда не годная вещь, заслуживающая изъятия из продажи?»
Текст письма был опубликован в 1949 г., когда вышли в свет тома
сочинений И.В. Сталина. Ознакомившись с письмом, Шолохов написал 3 января 1950 г. генсеку и спросил, в чем он ошибся и «как надо
правильно понимать события, описанные в романе, роль Подтелкова,
Кривошлыкова и других». Сырцов появляется в тексте первых публикаций 8-й главы 5-й части романа один раз, выступая в станице
Каменской с трибуны съезда казаков-фронтовиков как делегат от
рабочих-шахтеров: «Толстогубый, среднего роста человек поправил
зачесанные вверх русые волосы, заговорил... С первых же слов его
горячей, прожженной страстью речи Григорий и остальные почувствовали силу чужого убеждения». Когда Сырцов стал председателем СНК РСФСР, Сталин не хотел, чтобы имя его назначенца упоминалось в романе, оно было изъято из текста в 1936 г., когда за ним
закрепилась репутация лидера правотроцкистского блока, выступившего против Сталина. Через год Сырцов был расстрелян. Также
убрали из романа имена расстрелянных большевиков Д.Б. Жлобы,
Н.В. Крыленко, В.А. Антонова-Овсеенко, И.А. Дорошева.
Сырцов некоторое время работал вместе со своим заместителем – известнейшим революционером А.П. Смирновым, который
вскоре подвергся опале. Нет никаких данных их о совместном критическом обсуждении проблем, но сам факт совместной работы представляет интерес в свете развития партийной фронды.
* * *
1
Смирнов Александр Петрович (1877–1938), пролетарский рево-
люционер, член знаменитого «Союза борьбы за освобождение рабочего класса» с 1896 г. Участник трех революций. С 1918 г. заместитель наркома НКВД РСФСР, с 1923 г. нарком земледелия РСФСР.
В 1928–1929 гг. первый заместитель председателя СНК РСФСР и
секретарь ЦК ВКП(б), затем пошел на понижение – председатель
Совкоммунхоза при ЦИК СССР. Как старейший большевик постоянно проявлял фрондерское инакомыслие. Как участник «антипартийной группы Смирнова – Эйсмонта –Толмачева» был исключен в
1934 г. из ВКП(б). Приговорен в 1938 г. к расстрелу. Реабилитирован
в 1958 г., восстановлен в КПСС в 1960 г.
* * *
1
Мурин Ю.Г. Указ. соч. С. 140.
324
Сырцов в своей речи на XVI съезде ВКП(б) в 1930 г. поддержал
общую критику «правых уклонистов» Рыкова, Угланова и Томского,
но сделал это осторожно и дипломатично, в отличие от большинства
делегатов. Сказались и природная интеллигентность Сырцова, и его
старые симпатии к Рыкову. Более того, он покритиковал известных
деятелей Хатаевича и Варейкиса по конкретным вопросам государственного и колхозного строительства. Его непонимание вызвало утверждение Хатаевича о необходимости ликвидации правительственных органов РСФСР. По мнению Сырцова, Хатаевич не учел того
факта, что РСФСР имеет полное право, как Украина и Закавказье,
на свои государственные органы. Варейкис в своем регионе допустил
антисередняцкие выпады, которые «льют воду на мельницу правого уклона». Основная часть большой речи Сырцова была посвящена диспропорциям между тяжелой и легкой промышленностью,
между сельским хозяйством и промышленностью, а также качеству
производимой продукции, бюрократизму в организации социалистического соревнования. Он подчеркнул, что коллективизация не
должна исключать развития простой кооперации, которая может
осторожно подводить крестьян к более высоким формам обобществления1.
В августе 1930 г. партийным ячейкам Московской области, а также некоторых краев РСФСР было разослано письмо Сырцова «Надо
что-то делать», которое было вскоре изъято из делопроизводства.
Сырцов поставил формально узкий вопрос о решении проблемы
снабжения Москвы овощами и фруктами, однако по существу речь
шла о необходимости изменений в аграрном секторе, об адекватном
планировании производства и снабжении населения сельхозпродукцией, а в самом широком контексте – об экономической политике
правящей партии. 30 августа 1930 г. на объединенном заседании СНК
и ЭКОСО РСФСР Сырцов выступил с речью по докладу Госплана
«О контрольных цифрах на 1930/31 год», в которой призвал к умеренности в экономической политике. 20 сентября на заседании
Политбюро ЦК ВКП(б) он высказал свое мнение по финансовому
вопросу с требованием углубления принципа нэпа – свободного товарооборота2. Это мнение Сырцов развернул на собраниях группы единомышленников, куда входили Н. Нусинов, В. Каврайский,
А. Курс, А. Гальперин.
1
ХVI съезд ВКП(б): Стенографический отчет. С. 221–227.
2
Кислицын С.А. Председатель Совнаркома Советской России Сергей Сырцов.
2-е изд. С. 146.
325
Сырцов считал возможным бороться против бюрократизма, антидемократических тенденций в развитии государства, авторитарности руководства в рамках однопартийной политической системы, в
условиях подавления оппозиций и уклонов. Такое представление о
перспективах развития советского общества было характерно для
умеренного, прагматического крыла старой партийной гвардии,
склонного к демократическому варианту командно-административной системы. Этот вариант был в русле индустриализации и коллективизации, но исключал массовые репрессии и террор как главное
средство решения проблем.
Наблюдением за Сырцовым руководил Л.З. Мехлис – «цепной пес» Сталина, выполнявший его наиболее щекотливые и даже
аморальные задания. Недостатка в информации об инакомыслии
Сырцова не было, потому что Сергей Иванович наивно не считал нужным скрывать свои настроения и мысли от людей, которых
давно знал. Сырцов выразил комиссии Политбюро свой протест по
поводу использования осведомителей для выявления инакомыслящих, так как это «коверкает и личную, и партийную психологию».
Сырцов указывал: «Я покушаюсь не на руководство, а на принцип
непогрешимости руководства, которое создает возможность… работы
на холостом ходу, тогда как при ином условии оно могло бы увеличить свой авторитет. Догма папской непогрешимости годится для
других стран, но не для страны, строящей социализм». Смелые заявления Сырцова обсуждались на закрытом, можно сказать, секретном заседании Политбюро ЦК и Президиума ЦКК 4 ноября 1930 г.
В 1931 г. исключенный из Политбюро ЦК и ЦК ВКП(б), но сохранивший партбилет Сырцов стал заместителем председателя правления акционерного общества «Экспортлес», затем директором
Вохимтреста (Всесоюзный химический трест). Борис Бажанов, бывший секретарь Сталина, сбежавший на Запад, писал в своих воспоминаниях, опубликованных в эмиграции, что он «редко встречал более
талантливого организатора, на лету все схватывающего и все понимающего, чем Сырцов. И вот теперь его грубо и бесцеремонно отстранили от политической деятельности, приклеив ярлык оппортуниста»1.
Зарубежная пресса описывала Сырцова так: «Его портрет – открытые и свежие черты, сильный рот, независимый взгляд, все впечатление – здоровое и простецкое, не без признаков одухотворенности. Это человек фактов, а не литературных выкрутасов и длинных
рассуждений. Его речи более сжаты, чем выступления Троцкого,
Бухарина, Рыкова. Они полны точных данных и реальных оценок».
1
Бажанов Б. Указ. соч. С. 228.
326
Деловой администратор и организатор с практическими наклонностями русского купца или крестьянина, Сырцов стал для американских и европейских деятелей олицетворением нового поколения
русских вождей, постепенно отходящего от лозунгов революционной
эпохи и проникнутого духом американизма. Стремление Сырцова
освобождаться от идеологических догм при анализе экономических
проблем, его постоянная забота о развитии техники и новых технологий, научной организации труда – все это свидетельствовало, по
мнению зарубежной прессы, о появлении нового типа руководителя,
идущего на смену сталинским вождям.
13 сентября 1933 г. в партийной ячейке Вохимтреста состоялось
заседание комиссии по чистке партии. В своем выступлении Сырцов
напомнил, что до его прихода в трест здесь были вскрыты вредительства, превратившие организацию в «объект классовой борьбы».
Поэтому он создал комиссию по проверке возможностей наращивания производства. Это сразу вызвало недовольство его подчиненных,
воспринявших дело как проявление принципа «новая метла метет
по-новому». Комиссия вскрыла многочисленные факты очковтирательства, на чем Сырцов сосредоточил свои критические замечания,
«обойдя» нового актуального врага – «вредительство». Изложив далее основные факты своей политической биографии, Сырцов, естественно, особо остановился на периоде конца 1930 г., когда на него
«было возложено единственное партийное взыскание, но такое, ко-
.
торое стоит многих десятков».
Он пытался убедить собравшихся в
том, что всегда был верным сторонником генеральной линии партии
и его заблуждения не являлись антипартийной платформой. Более
того, он косвенным образом стремился провести мысль об экономической обоснованности своих прошлых предложений. Свою ошибку
он видел в том, что вел лишние разговоры, что привело к ответственности за образование группировки, которая «мыслилась как предпосылка нового блока». Второй ошибкой он признавал излишнюю
критику, которую вел без учета того, что «размеры этой критики и
тех разногласий» выходят за пределы допустимого. Третьей ошибкой он назвал наличие ненужных «негативных обобщений» реальных ошибок в хозяйственной политике. И далее он заявил, что его
предложения ЦК не смог принять в 1930 г., так как это был «период
борьбы с правым уклоном и это могло вызвать некоторую сумятицу в некоторых мозгах и дать обвинения в том, что ЦК прибегает к
мероприятиям из троцкистского арсенала». Его прошлые оценки и
пошатнувшееся личное доверие к руководству отразили целый ряд
«колебаний и шатаний в наименее устойчивой части партии». Его
слова: «…я и другие товарищи по этой группировке явились в известной, какой-то части бессознательными, а в другой части – со-
327
знательными аккумуляторами этих настроений». В заключение он,
естественно, признал правильными решения ЦК по своему делу и
заявил, что на новой работе сделает все, чтобы доказать преданность
партии.
После двухчасового выступления Сырцова на него обрушился
шквал тенденциозных и провокационных вопросов и оценок бдительных партийцев. Выступавшие требовали от него признать личную ответственность за все недостатки не только в хозяйственной
деятельности, но и в работе партийной организации. По мнению выступавших, Сырцов был обязан детально разобрать антипартийное
поведение группы Эйсмонта – Смирнова и вновь покаяться в своих
ошибках. Сырцов ответил, что, во-первых, аудитория неподходящая,
а во-вторых, в своих докладах он всегда «перебарщивает» в сторону осторожности. В-третьих, особо подчеркнул он, в своей работе,
в целях сближения с партией, он делает упор на то, чтобы вести на
практике экономическую политику.
Естественно, такой ответ только подлил масла в огонь. Критики допытывались, почему он прямо
не заявил о своем прошлом «троцкизме» и «правоуклонизме». Хотя
Сырцов пытался объяснить, что даже ЦК в 1930 г. так вопрос не ставил, ситуация все более накалялась. Уверенно поддержал его земляк-ростовчанин, в прошлом видный донской чекист Ф.М. Зявкин,
ныне заместитель Сырцова. Выступившая известная большевичка
Р.С. Землячка сочла необходимым подчеркнуть, что Сырцов приносит очень большую пользу в партии и этим вызвано столь большое
внимание к нему на чистке. Она считала, что Сырцов «искренне отказался от своих ошибок, и сейчас мы имеем перед собой члена партии,
который продумал все то, что было, и сейчас снова он стал преданный
член партии»; но он прав и в том, что не взял «кающегося тона», потому что должен всю жизнь думать о том, чтобы не допустить больше
ошибок. В качестве пожелания Землячка выразила надежду, что «интеллигентские черты должны наконец пропасть» и не мешать быть
до конца преданным партии. Обращаясь к парторганизации, она призвала коммунистов не бояться посылать Сырцова в массы: бывший
заведующий агитпропом ЦК и секретарь крайкома партии умеет
работать.
Казалось, чистка закончилась успешно: Сырцов в меру покаялся, его в меру покритиковали. Результаты чистки Сырцова были
доложены по инстанции руководству московской парторганизации,
которое выразило недовольство как речью Сырцова, так и отсутствием его жесткой критики. Председатель парткомиссии по чистке
А.П. Кучкин потребовал от Сырцова специального заявления, содержащего «исчерпывающие» оценки право-левацкого блока.
Подчиняясь указаниям, Сырцов написал короткое заявление, в ко-
328
тором осудил свою речь как ошибочную и выразил готовность исправить ситуацию.
Р.С. Землячка заявила: «Я считаю, что выступление тов. Сырцова
сегодня представляет из себя интеллигентскую неразбериху и путаницу».
Она напомнила о поведении Сырцова в партколлегии, где он
отказался отвечать по существу поставленных вопросов, и отметила, что должных оценок антипартийного прошлого не было сделано.
В заключительном слове Кучкин заявил ему без тени сомнений:
«Вы были когда-то хорошим коммунистом, а теперь выступаете гнилым либералом».
Растерянный Сырцов пишет 17 октября 1933 г. письмо В.Г. Кнорину, руководителю партчистки по Москве, с просьбой ознакомиться с речью Ломинадзе на аналогичной чистке, которая была признана удовлетворительной, а также дать ему стенограмму заседания
Политбюро и ЦКК ВКП(б) от 4 ноября 1930 г. Эти документы ему не
дали, и Сырцову пришлось учитывать пожелания комиссии, хотя они
расходились с прошлыми оценками.
Написанное Сырцовым под нажимом Землячки и Кучкина заявление было направлено Кнорину, который переправил копии
Кагановичу, Рындину, Михайлову, Когану, Хрущеву и Петерсу.
Просмотр этими руководителями текста покаяния закончился новым
требованием – добиться полного и безусловного усвоения Сырцовым
всех партийных оценок оппортунистических колебаний.
Окончательный текст заявления Сырцова от 29 октября 1933 г.
представляет собой сочетание двух взаимоисключающих стремлений: убедить руководство в своей преданности нынешней генеральной линии ЦК и в то же время как-то оправдать свое поведение и сохранить достоинство коммуниста и руководителя. Автор заявления
объясняет, почему он не отреагировал своевременно на решения январского пленума 1933 г. и критические выступления: «Увлеченный
желанием перевести решения Пленума ЦК о задачах овладения новой техникой борьбы за количественные показатели как залоге дальнейших успехов… перевести на язык конкретных практических мероприятий в системе нашего треста». Популяризацию решений ЦК
он ограничил цитатами Сталина, «не комментируя их и придав речи
деляческий характер». Говоря современным языком, Сырцов предпочел идеологической трескотне конкретную постановку задач, что
теперь вынужден был признать как просчет.
Комиссия по чистке постановила: «Сырцова С.И. оставить в партии, но предупредить, что если он не осознает до конца своих преступлений перед партией и рабочим классом, не докажет свою преданность партии на практической работе и не станет на путь жесткой
329
развернутой критики платформ право-левацкого блока и той роли,
которую он играл в нем, то т. Сырцов поставит себя вне партии»1.
Во время расследования «кремлевского дела» в 1935 г. чекисты получили дополнительные показания о неудовлетворенности Сырцова
его положением, о его «тяжелых настроениях». Агенты НКВД отмечали, что Сырцов, несмотря на свою «политическую замаранность»,
ведет себя в массах как большой политический руководитель. Став
начальником Вохимтреста, он объезжал близлежащие села и интересовался жизнью крестьян, ситуацией в колхозах после разукрупнения, положением с продовольствием. Сырцов очень негативно оценивал положение в сельском хозяйстве на данный момент. В доносах
сообщалось о наличии у Сырцова больших сомнений относительно
участия Г.Е. Зиновьева в организации покушения на Кирова. Сырцов
публично сказал: «Я не допускаю, чтобы такой старый марксист, как
Зиновьев, мог хоть отдаленно иметь отношение к террористической
группе».
19 апреля 1937 г. начальник СПО ГУГБ НКВД, комиссар госбезопасности 1-го ранга Я.С. Агранов, подписал ордер на производство ареста Сырцова. В его деле имеется только один протокол допроса, хотя находился он в распоряжении следствия более полугода.
Не добившись от Сырцова согласия подписать инкриминируемые
ему обвинения и дать признательные показания, ежовский палач
Влодзимерский был вынужден составить настоящий протокол, в котором содержится 21 вопрос с требованиями и прямыми угрозами и
21 отрицательный ответ. Сырцов, в частности, заявил: «Виновным
себя не признаю. Участником контрреволюционной организации
правых не был. До 1932 г. включительно поддерживал личную связь
с Рыковым и вел с ним беседы, направленные против руководства
страны. С 1932 г. эту связь с Рыковым прекратил. В 1930 г. я входил в “право-левацкий блок” и являлся одним из его руководителей.
В ноябре 1930 г. после постановления ЦК ВКП(б) об этом блоке я
свою деятельность прекратил. Тогда же, в 1930 г., и позже, в 1931 г.,
я поддерживал связь с Радеком, Серебряковым, Ливентом (моим секретарем), но эти связи носили личный характер. Никакой контрреволюционной деятельности после 1930 г., за исключением отдельных
антипартийных разговоров с указанными выше лицами, я не вел».
Вместе с Сырцовым по делу проходили член партии с 1919 г., заместитель директора Института экономики Исаак Соломонович
Нусинов; член партии с 1917 г., заместитель начальника Управле-
1
Материалы чистки по делу Сырцова см. в: Центральный архив общественно-по-
литической истории Москвы. Ф. 85. Оп. 19. Д. 160.
330
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]