Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Основы органов государственной власти России. Учебное пособие для студентов вузов, обучающихся по специальностям «Юриспруденция», «Политология», «Госу
.pdf
15. Судебная власть в системе разделения властей
331
ние вытекает из необходимости общего направления государственной политики, единого содержания ее принципов. Невозможно представить такую деятельность государства нормальной,
когда его органы выступают с совершенно различных принципиальных позиций».
Удачным законодательным воплощением «обновленного» содержания принципа разделения властей В.Е. Чиркин считает конституции Казахстана, Азербайджана, Молдовы и Белоруссии, которые в той или иной форме закрепляют принцип взаимодействия
законодательной, исполнительной и судебной властей. С его точки
зрения, единство «органически вытекает из самой природы государственной власти, которая не может быть ни социально, ни юридически разделена на разные куски»
1
.
Интересны и суждения автора о следующем. Что отличает самостоятельный род (ветвь) власти от системы государственных органов, осуществляющих определенную функцию и имеющих самостоятельную сферу деятельности?
Во-первых, идеологической, теоретической и юридической предпосылкой осуществления судебной власти должно быть признание
необходимости такого государственного устройства, которое сводило бы к минимуму опасность тирании и произвола. Упрощенным
идеалом подобного устройства власти считалось такое, при котором
легитимный законодатель, отражая волю большинства народа, принимает законы, исполнительная власть точно и неуклонно проводит их в жизнь, а суды разрешают конфликты, строго следуя предписаниям законодателя. Антитезой тирании является свобода.
Ш. Монтескье считал свободой «право делать все, что дозволено
законами, и если бы гражданин мог делать то, что этими законами
запрещается, то у него не было бы свободы, так как то же самое
могли бы делать и прочие граждане»
2
.
Во-вторых, появление нового качества у судебной системы,
т.е. ее трансформация в судебную власть предполагает наличие
условий относительно автономного ее функционирования. Это
означает, что реализация обеспечивающих функций (материально-технической, кадровой, информационно-аналитической и
т.п.) должна осуществляться под руководством высших органов
1
Òàì æå. Ñ. 257, 259.
2
Монтескье Ш. Óêàç. ñî÷. Ñ. 154.
332
VI. Судебная власть и органы судебной власти
судебной власти и не зависеть от произвольных решений других
властей
1
.
Можно сколько угодно провозглашать независимость судей и
подчинение их только закону, но если создание необходимых условий для функционирования судебной системы будет зависеть от
усмотрения того или иного органа исполнительной власти, то самостоятельность судебной власти окажется фиктивной.
Разумеется, речь идет об относительной автономии реализации
судебной властью обеспечивающих функций.
В-третьих, «автономность» судебной власти, разумеется, может
быть только относительной, поскольку она не существует изолированно от других властей: круг конфликтов, разрешаемых судом,
очерчивается законом (т.е. решениями законодательной власти),
реализация общеобязательной силы судебных решений требует в
значительном числе случаев определенных действий органов исполнительной власти.
Это обстоятельство побуждает искать критерий, отличающий
сущность судебной власти от простого функционирования судебной
системы. Вопрос о возможностях судебной власти ограничивать
произвол законодателя потребовал не только теоретических изысканий, но и институционально-юридической основы. Такую основу составляют два компонента.
Во-первых, это ратификация государствами международных актов, закрепляющих обязательный минимум прав и свобод личности, что ставит эти акты на вершину иерархии источников права.
Часть 4 ст. 15 Конституции РФ закрепляет норму, по которой:
«Общепризнанные принципы и нормы международного права и
международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем
предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».
При этом само содержание международного договора должно
отвечать одному обязательному требованию — не влечь ограничения прав и свобод человека и гражданина и не противоречить основам Конституционного строя Российской Федерации (ст. 79
1
У любой социальной системы-организации помимо ее основной (внешней)
функции, ради реализации которой существует данная система, имеются еще и
обеспечивающие (внутренние) функции, которые позволяют системе реально
достигать поставленной цели.
15. Судебная власть в системе разделения властей
333
Конституции РФ). В компетенцию Конституционного Суда РФ не
входит проверка соответствия Конституции ратифицированных международных договоров, он облечен лишь правом разрешать дела о
соответствии Конституции РФ «не вступивших в силу международных договоров Российской Федерации» (п. «г» ч. 2 ст. 125 Конституции РФ). Это обстоятельство в известном смысле превращает
общепризнанные принципы и нормы международных актов после
их официального признания в материальное воплощение права как
масштаба прав и свобод личности, т.е. «территории свободы», куда
не вправе вторгаться государство.
Во-вторых, это появление у судов новой (не известной
Ш. Монтескье и его современникам) функции конституционного
контроля, в силу которой судебная власть обрела право фактически аннулировать действие законов и иных нормативных актов в
силу их противоречия конституции. Как отмечал Р.З. Лившиц,
предоставление судам права признавать недействительными и
отменять нормы органов власти и управления кардинально меняет роль суда. Он перестал быть органом разрешения индивидуальных споров, его компетенция распространяется на нормотворчество. При этом авторитет суда в определенном смысле
поднимается выше авторитета другого властного органа, поскольку суд может отменить решение этого органа, а тот не мо-
1
жет отменить решение суда
.
Таким образом, авторы данного учебника считают, что судебная система становится судебной властью тогда, когда она наделяется определенными возможностями воздействия на другие
ветви власти, «включается» в систему сдержек и противовесов,
препятствующих узурпации всей государственной власти какойлибо из ее ветвей. Неотъемлемой характеристикой судебной власти является ее полнота. Конституция РФ гарантирует каждому
лицу судебную защиту его прав и свобод (ч. 1 ст. 46 Конституции РФ), а решения и действия (бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд (п. 2 ст. 46 Конституции РФ). Эти конституционные
1
Лившиц Р.З. Судебная практика как источник права // Судебная практика как
источник права. М., 1997. С. 7. Р.З. Лившиц говорил об органах государственной власти и управления, используя устоявшуюся в юридической литературе
терминологию. После конституционного закрепления принципа разделения
властей следует говорить о законодательной и исполнительной властях.
334
VI. Судебная власть и органы судебной власти
положения очерчивают роль и место судебной власти в государственном устройстве Российской Федерации.
Поскольку принцип разделения властей признан Конституцией
1993 г., а сам термин «судебная власть» появился только в п. 13
Декларации «О государственном суверенитете РСФСР» от 12 июня
1
1990 ã.
, то вполне объяснима недостаточная теоретическая разработанность понятия судебной власти, ее функций, компонентов,
границ и т.п. Отсутствует единый подход к самому определению
судебной власти. Некоторые из авторов исходят из ее организационной формы — системы судебных органов, продолжая тем самым
традицию, свойственную не только советскому, но и дореволюционному периоду отечественной истории.
В наше время определение судебной власти через систему органов также распространено в отечественной литературе. Например,
Ю.А. Дмитриев и Г.Г. Черемных определяют судебную власть как
«систему государственных и муниципальных органов, обладающих
предусмотренными законом властными полномочиями, направленными на установление истины, восстановление справедливости и
наказание виновных. Решения этих органов обязательны к испол-
2
нению всеми лицами, которых они касаются»
.
Подход, который можно назвать функциональным, также был
известен дореволюционным российским юристам.
Стремясь объединить структурный и функциональный подходы,
а также более четко выразить сущность судебной власти,
В.А. Лазарева пишет: «Исходя из современных представлений о
правосудии как о разрешении социально-политических конфликтов
в обществе и о суде как органе, осуществляющем в специфической
процессуальной форме функцию социально-политического арбитража, судебную власть можно определить и как исключительное
полномочие суда по разрешению социальных конфликтов правового характера». Далее автор отмечает, что судебная власть может
быть определена как принадлежащее судам РФ исключительное
властное полномочие разрешать возникающие в обществе конфликты правового характера путем осуществления в особой процес-
1
Декларация о государственном суверенитете Российской Советской Федеративной Социалистической Республики от 12 июня 1990 г. // Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1990. ¹ 2. Ст. 22.
2
Дмитриев Ю.А., Черемных Г.Г. Судебная власть в механизме разделения властей
и защите прав и свобод человека // Государство и право. 1997. ¹ 8. С. 48.
15. Судебная власть в системе разделения властей
335
суальной форме правосудия и принятия обязательных для исполне-
1
ния решений
.
В принципе с таким определением можно согласиться, если в
понятие «конфликт» вложить достаточно широкий смысл, который
включал бы в себя и суть судебной власти как составной части механизма самоограничения государственной власти. Впрочем, как
известно, дефиниции подчас обедняют сущность определяемого
явления. Поэтому более важным, на наш взгляд, является раскрытие соотношений таких понятий, как судебная власть, правосудие и
судопроизводство.
Согласно ч. 2 ст. 118 Конституции РФ судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства. При этом правосудие в
Российской Федерации осуществляется только судом (ч. 1 ст. 118
Конституции РФ). Приведенные положения Конституции РФ позволяют сделать следующие выводы.
Во-первых, осуществление правосудия является исключительной
прерогативой суда. Полномочия судебной власти могут включать в
себя и другие функции, но они не будут тем, что отличает судебную
власть от законодательной и исполнительной. Например, право законодательной инициативы наряду с должностными лицами и органами, представляющими законодательную и исполнительную власти, принадлежит также Конституционному Суду РФ и Высшему
Арбитражному Суду РФ. Председатели указанных судов участвуют в
установленной Федеральным конституционным законом от 31 декабря 1996 г. «О судебной системе Российской Федерации»
2
процедуре назначения судей на должность. При этом их представление
конкретного лица на судейскую должность является первым и необходимым шагом (этапом) этой процедуры. Председатель Верховного Суда РФ назначает на должность генерального директора Судебного департамента и освобождает от нее.
Таким образом, объем полномочий должностных лиц, возглав-
ляющих судебные органы и высшие звенья судебной системы, ши-
1
Лазарева В.А. Судебная защита в уголовном процессе РФ: проблемы теории и
практики. Дисс. ... докт. юрид. наук. М., 1999. С. 27; Он же. Судебная власть и
ее реализация в уголовном процессе. Самара: Самарский государственный университет, 1999.
2
Федеральный конституционный закон от 31 декабря 1996 г. ¹ 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» (с изм. от 15 декабря 2001 г., 4 июля
2003 г., 5 апреля 2005 г., 9 ноября, 27 декабря 2009 г.) // СЗ РФ. 1997. ¹ 1.
Ст. 1; с послед. изм. и доп. СЗ РФ. 2009. ¹ 52 (Ч. I). Ст. 6402.
336
VI. Судебная власть и органы судебной власти
ре, чем осуществление судопроизводства. И это вполне объяснимо,
поскольку, как уже отмечалось, функционирование судебной системы как самостоятельной ветви власти требует и осуществления
дополнительных (обеспечивающих) видов деятельности.
Во-вторых, судопроизводство — основная функция судебной
власти. Социальное назначение судебной власти реализуется только
в форме судопроизводства.
В современной отечественной литературе существует и другая
точка зрения, которая наиболее полное свое выражение получила
в работе В.А. Ржевского и Н.М. Чепурновой. «Анализ конституции и законов, — пишут авторы, — позволяет сделать вывод, что
в процессе их действия создается правовая база для различных
форм осуществления судебной власти, каковыми являются: правосудие, надзор за судебной деятельностью нижестоящих судов
со стороны вышестоящих, судебное управление, судебный контроль в области исполнительной власти, судебный конституци-
1
онный контроль»
.
Приведенная позиция вызывает возражения. Прежде всего,
нельзя ставить в один ряд правосудие и судебное управление, поскольку последнее является обязательным атрибутом любой социальной системы-организации, и не имеет принципиальных отличий
от управления в организационных структурах других ветвей власти.
Однако еще более важно другое. Вся деятельность суда, которая
осуществляется в установленном законом порядке судопроизводства, есть не что иное, как правосудие.
В.А. Ржевский и Н.М. Чепурнова полагают, что у судебного
надзора двойственная сущность: «с одной стороны, он является
средством пересмотра судебных решений в процессе осуществления
правосудия, с другой — составляет самостоятельную форму дея-
2
тельности»
. Эта форма деятельности, по мнению цитируемых авторов, включает в себя изучение и обобщение судебной практики,
анализ судебной статистики, дачу руководящих разъяснений судам
по вопросам применения российского законодательства, возникающим при рассмотрении судебных дел. «Причем исходящие от
суда правоположения в руководящих разъяснениях и указаниях
пленумов и т.д. являются актами судебной власти в особой сфере ее
3
деятельности»
.
1
Ржевский В.А., Чепурнова Н.М. Судебная власть в Российской Федерации: кон-
ституционные основы организации и деятельности. М.: Юристъ, 1998. С. 96.
2
Òàì æå. Ñ. 97.
3
Òàì æå. Ñ. 98.
15. Судебная власть в системе разделения властей
337
Здесь мы также видим, что выделяемый в особую форму вид
деятельности судебной власти представляет собой искусственное
соединение элементов основной функции (правосудия) с некоторыми обеспечивающими функциями (прежде всего информационно-аналитическими). Что же касается постановлений пленумов, то они, безусловно, являются актами судебной власти, реализующей одну из обеспечивающих функций внутрисистемного
управления.
Разграничение основной функции судебной власти — правосудия — и обеспечивающих (вспомогательных) необходимо для сохранения и упрочения независимости судей, разрешающих входящие в их компетенцию споры (конфликты).
Судебный контроль действий и решений исполнительной
власти осуществляется в какой-либо из указанных в ч. 2 ст. 118
Конституции РФ форм судопроизводства. По мнению же
В.А. Ржевского и Н.М. Чепурновой, «эта деятельность выходит за
рамки правосудия, поскольку предмет судебного разбирательства —
законность сложившегося административно-правового отношения
между гражданином и органом исполнительной власти, а требование гражданина или иного субъекта о признании недействительным акта управления служит лишь поводом для судебного разби-
1
рательства»
.
Однако остается непонятным, чем такого рода ситуация отличается от любого иного спора между двумя субъектами, и какой специфический смысл вкладывается в понятие законности как предмета судебного разбирательства. При рассмотрении любого дела суд
устанавливает соответствие или несоответствие требованиям закона
действий и решений конфликтующих сторон, будь это физическое
или юридическое лицо, включая государственный орган или государство в целом.
Вызывает возражение и выделение конституционного контроля
в форму деятельности, отличную от правосудия. Часть 2 ст. 118
Конституции РФ поставила конституционное судопроизводство в
один ряд с такими формами реализации судебной власти, как гражданское, уголовное и административное судопроизводство. Оно
осуществляется по установленной законом процедуре, направлено
на разрешение конфликта; его итогом является решение, имеющее
общеобязательную силу и т.д.
2
1
Òàì æå. Ñ. 102.
2
Лазарева В.А. Судебная власть и ее реализация в уголовном процессе. Самара:
Самарский государственный университет, 1999. С. 42.
338
VI. Судебная власть и органы судебной власти
Таким образом, представляется возможным сделать следующий
вывод: судебная власть, институционально представленная системой судебных органов, реализует функцию правосудия (судопроизводства), а также ряд вспомогательных функций, создающих условия надлежащего кадрового, материально-технического, информационно-аналитического и иного обеспечения судебной деятельности. В силу сказанного понятия «судопроизводство» и «правосудие»
представляются тождественными.
Проблема судебной власти и ее соотношения с другими властями связана с решением вопроса о правовой природе прокуратуры,
поскольку в юридической литературе существуют по этому поводу
различные, порой противоположные точки зрения.
В Конституции РФ прокуратуре посвящена только одна статья —
ст. 129, которая помещена в гл. 7 «Судебная власть». При этом
ст. 129, не устанавливая никаких полномочий прокуратуры, закрепляет принцип ее организационной централизации (подчинение нижестоящих прокуроров вышестоящим и Генеральному прокурору
РФ, а также порядок назначения на должность и освобождения от
нее). Что же касается полномочий и порядка деятельности прокуратуры РФ, то они в силу п. 5 рассматриваемой статьи Конституции
РФ определяются федеральным законом.
Принятый в октябре 1995 г. Федеральный закон «О прокуратуре
Российской Федерации»
1
фактически сохранил прежний статус
прокуратуры как органа надзора за исполнением действующих законов. Таким образом, вопрос о правовой природе прокуратуры
остался открытым.
Это обусловило сохранение различных подходов к правовой
природе прокуратуры и после принятия Конституции РФ. Так, в
опубликованной в 1994 г. концепции развития прокуратуры предпринималась попытка соединить принцип разделения властей с
особым статусом прокуратуры. По мнению авторов этой концепции, разделение «единой верховной государственной власти» на
законодательную, исполнительную и судебную не исключает возможности существования иных функционально самостоятельных
правовых институтов
2
.
Разумеется, функционально самостоятельные правовые институты действительно могут существовать вне трех ветвей власти, но в
1
ÑÇ ÐÔ. 1995. ¹ 47. Ñò. 4472.
2
Прокуратура РФ: концепция развития на переходный период. М., 1994. С. 22.
15. Судебная власть в системе разделения властей
339
этом случае они не будут обладать властными полномочиями. Примером такого института может быть адвокатура.
Защита статуса прокуратуры принимает порой весьма эмоциональную окраску, «возвышаясь» до преувеличения категорий при
оценке точки зрения оппонентов. «Переход к рынку, — пишет
А.Д. Бойков, — вел и ведет к попранию законности, насаждению
невиданного доселе правового нигилизма, разложению правосознания и морали. Отказ в этих условиях от единственного более или
менее отлаженного механизма контроля за соблюдением законности в виде общего прокурорского надзора равносилен преступле-
1
нию перед народом и государством»
.
Что касается места прокуратуры в системе разделения властей,
то А.Д. Бойков полагает, что «позитивная позиция состоит в том,
чтобы совершенствовать деятельность прокуратуры как уникального органа надзора за законностью, обслуживающего в равной
мере три ветви власти — и законодательную, и исполнительную, и
2
судебную»
. Конструкция, конечно, оригинальная, но не вполне
понятная. Неясным остается сочетание функций «обслуживания»
и «надзора» в одном органе по отношению к одним и тем же
субъектам. Обслуживающей, т.е. обеспечивающей реализацию основной социальной (существующей ради удовлетворения объективной потребности общества) функции какой-либо ветви власти
может быть деятельность только органа, входящего в систему этой
власти, т.е. в той или иной форме подчиняющаяся ее высшему
органу.
Какова же все-таки правовая природа прокуратуры, если оставаться в рамках закрепленного Конституцией РФ принципа
разделения властей? Ответ на этот вопрос зависит не от субъективного усмотрения того или иного автора, а от существующей в
данном государстве и в данный исторический период формы организации судебной власти. «Вопрос о том, — пишут авторы
учебника «Конституционное право зарубежных стран», — относится ли прокуратура к органам судебной власти, не знает однозначного решения. Все зависит от места, занимаемого прокуратурой в системе государственных органов. В большинстве государств прокуратура действует под общим руководством министра
юстиции, представляет собой более или менее централизованную
1
Бойков А.Д. Третья власть России. М., 1997. С. 202.
2
Òàì æå. Ñ. 203.
340
VI. Судебная власть и органы судебной власти
систему, но в ряде стран эта система не только соответствует судебной системе, но и организационно связана с ней. Более того,
и судьи, и прокуроры равным образом входят в единый профессиональный корпус, именуемый магистратурой, и именуются магистрами. При такой системе можно говорить о том, что прокуратура охватывается понятием судебной власти. В тех странах,
где прокуратура является организационно обособленной, самостоятельной системой, она занимает как бы промежуточное положение между судебной и исполнительной ветвями власти, но
нередко ближе к последней»
1
.
Теперь обратимся к системе судебных органов. Во-первых, из чего, каких посылок, оснований следует, что определенная совокупность судебных органов есть система. Для того чтобы такой вывод
был обоснованным нужны серьезные доказательства. Однако совокупность судов — это явление сложное и одновременно достаточно
автономная категория судебных органов. Например, Конституционный суд; суды общей юрисдикции; арбитражные суды; военные
суды, мировые суды, третейские суды. Спрашивается, причем здесь,
при таком обилии и разнообразии судов вывод о системе, какими
функциональными и организационными связями и отношениями
объединены в единое целое перечисленные суды?
Во-вторых, если говорить о перечисленной совокупности и
связывать ее с судебной системой, то так или иначе, в большей
или меньшей степени позволительно рассматривать этот феномен как некий существенный признак наличия в государстве судебной власти.
Посмотрим теперь на конституционные основы судебной власти. Выявление, развернутое рассмотрение и анализ конституционных основ многое проясняют и конкретизируют в ходе этого
процесса. Естественно, что начинать этот анализ необходимо с
рассмотрения характера и статуса судебной власти по Конституции Российской Федерации 1993 г
2
. Как известно, этой проблеме
посвящена глава 7 «Судебная власть», включающая в себя
ст. 118—128.
Следует отметить, что об актуальности, значимости, самостоятельности проблемы, ее содержательности и необходимости научной и учебной разработки свидетельствует уже название главы 7 —
1
Конституционное право зарубежных стран: Учебник для вузов / Под общей ред.
М.В. Баглая, Ю.И. Лейбо, Л.М. Энтина. М.: Норма-ИНФРА, 1999. С. 330—331.
2
ÑÇ ÐÔ. 1994. ¹ 1. Ñò. 1.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]