Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

О поклонении и служении в духе и истине

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
О ПОКЛОНЕНИИ И СЛУЖЕНИИ В ДУХЕ И ИСТИНЕ
получить [соответственно тому], что он делал, живя в теле, доброе или худое» (2 Кор. 5, 10).
П. Думаю, что правильно сказано это; но разъясни под­робно относящееся к каждому из постановленного.
К. Повелел, чтобы жена, подозреваемая в прелюбодея­нии, когда она терпит обвинение, не подкрепленное улика­ми, приводима была к священнику и поставляема пред оча­ми Божиими: это, думаю, значит, что все предстанем пред Христом. Затем повелел, чтобы за нее приносим был дар, со­стоящий из ячменной муки, не посыпанной Ливаном и не напоенной елеем; ибо это есть жертва ревнования, напоми­нающая грех. Очевидно таким образом, что в жизни каждо­го восходит к Богу как бы воня, на преданных нерадению возносящая обвинение во всех их нелепых действиях, а по отношению к тем, которые весьма старались жить правиль­но, свидетельствующая о их правоте. Посему-то говорит, и весьма справедливо, что дары ненаходящихся в подозре­нии содержат в себе муку из пшеницы с прибавлением Лива­на, а также и с возлиянием елея; ибо во всяком случае до­стойная человека жизнь, образом которой может служить и пшеничная мука, будет считаться у любодобродетельного Бога за благоухание и радость. А признаком, и очень ясным, жизни незаконной и скотам приличной может служить мука ячменная; ибо скотам более прилична и весьма несвой­ственна человеку неудержимость в похоти и необузданное желание устремляться к гнусному сладострастию. Посему-то жена, обвиняемая в незаконной жизни, приносила Богу яч­менную муку, без Ливана и елея, то есть без благоухания и радости; ибо это жертва, напоминающая грех; а где напо­минание греха, там каким образом или откуда была бы ра­дость, потому что судимый находится не в надежде венцев,
51
СВЯТИТЕЛЬ КИРИЛЛ АЛЕКСАНДРИЙСКИЙ
но в страхе осуждения и огня. И, кроме того, жена приводит­ся к Судии непокровенною, то есть не в обычном и прилич­ном ей украшении. Какое же основание сего? То, что и вина ее есть вина непристойности и обвинение в осквернении. А припомни, что не позволяется жене непокровенною мо­литься Богу и сведущий в законе Павел, самый закон при­роды взяв в доказательство того, что ей должно быть по­кровенною, «так как, говорит, волосы даны ей вместо покрывала» (1 Кор. 11, 15). Итак, не была уже в пристойном украшении жена, обвиненная в непристойности. Непокро­венна же и иным образом; ибо пред очами Судии все обна­жено, и никто вообще не может утаиться от Испытующего сердца и утробы и устами пророка так говорящего: «Разве Я — Бог [только] вблизи, говорит Господь, а не Бог и вдали? Может ли человек скрыться в тайное место, где Я не видел бы его? » (Иер. 23, 23–24.) Впрочем, что Христос есть Судия, на это опять указывает таинственно: ибо сказал, что живая и чистая вода должна быть влита в глиняный сосуд, а также всыпана и часть земли, находящейся при скинии; затем, по смытии слов заклятия водою, повелел жене, подозреваемой в блудодеянии, пить ее: и если она повинна преступлению, то «надмет (вспухнет), — сказано, чрево, и отпадет стегно ея; если же свободна от вины, и подозрение на нее ложно, то плодствовати будет семя».
П. Какой же смысл этих слов? Или каким образом и сей-
час поименованное может знаменовать для нас Христа?
К. Под водою живою и чистою разумею животворящее Слово Божие, истинно чистое и греху совершенно непри­частное, Которое явилось во плоти как бы в глиняном сосу­де; ибо что плоть есть персть и от земли взята, как или с ка­кой стороны это может быть сомнительно? Под землею же,
52
О ПОКЛОНЕНИИ И СЛУЖЕНИИ В ДУХЕ И ИСТИНЕ
взятою от скинии, разумей Потерпевшего смерть ради нас; ибо естеству человеческому сказано: «прах ты и в прах воз­вратишься» (Быт. 3, 19). А под словами заклятия весьма легко уразумеешь «бывшего по нас клятвою» по причине того, что Он повешен был на древе: «ибо написано: проклят всяк, висящий на древе» (Гал. 3, 13; Втор. 21, 23). Итак, Ем­мануил, будучи Бог по естеству, когда проникнет в глубину человеческого помышления, тогда повинных грехопадени­ям обличит, наказуя, а неповинных в сем явит плодоносны­ми; ибо это, думаю, значит: «и будет оплодотворяема семе­нем»: так как это телесное состояние знаменует плодородие души.
П. Превосходно сказал ты. К. Итак, блуд и плотские страсти оскверняют человека
и удаляют его от общения с Богом: ибо «живущие по плоти Богу угодить не могут» (Рим. 8, 8). Плотью же, как я думаю, именует плотский помысл: в таком смысле правильно бу­дет понято написанное. Сверх того, порочный образ жизни, а также настроенность, отличающаяся грубостью нравов, и наклонность ко всему непристойнейшему делают нас мерзкими и нечистыми. Нам следует не только мужаться против плотских страстей, но и отличаться кротостью нра­вов, являться весьма заботливыми о любви к братиям, пред­ставляться увенчанными украшением справедливости, и сверх сего иметь в себе ум тонкий и испытанный, но пре­вратно относящийся к мнениям о Боге и в исследованиях догматов повсюду сохраняющий безукоризненность. Тако­вые поистине совершенны и не лишены ничего наилучше­го. А что «совершен» быть должен «Божий человек», это сказал нам и божественный Павел; совершенным же назы­вает «ко всякому доброму делу приготовлен» (2 Тим. 3, 17)
53
СВЯТИТЕЛЬ КИРИЛЛ АЛЕКСАНДРИЙСКИЙ
и расположенного хорошо совершать дела добродетели. Разве это не так?
П. Как же иначе?
К. Смотри же, как закон (Лев. гл. 11) бесчисленными спо-
собами приносит нам пользу, таинственно указывая для изо­бражения человеческих нравов на множество бессловесных животных, и на роды пернатые и водные. Не удивляйся, если иногда уподобляет даже и самим растениям, естественным качеством каждого превосходно обозначая свойства каждо­го из нас. Ибо сказал Бог устами Исайи, указуя на благоуха­ние, очевидно, духовное, а также и на высоту в добродетели расцветших к жизни чрез веру во Христа: «Я проложу дорогу в степи, реки в пустыне. Посажу в пустыне кедр, ситтим и мирту и маслину; насажу в степи кипарис, явор и бук» (Ис. 43, 19; 41, 18–19), и еще: и будет сказано, что «Вместо терновника (драчия) вырастет кипарис; вместо крапивы возрастет мирт» (55, 13), драчием, думаю, и крапивой бла­гопристойно называя души, еще не укрощенные и являющи­еся пред очами Божиими в виде дикого терния. Но и камням иногда уподобляет честный сонм святых: «подобно камням в венце, они воссияют на земле» (Зах. 9, 16). А Спаситель го­ворит, что Царствие Небесное «подобно квасу (закваске) и зерну горчичному» (Лк. 13, 21 и 19). Итак, многими и на­гляднейшими примерами обычно богодухновенному Писа­нию уяснять человеческое.
П. Согласен.
К. Так заметь, что с пользою указав бесчисленные виды
скотов, а также и пернатых, и плавающих, одни признает оно скверными, как нечистые, а другие приемлет и избавля­ет от порицания, дабы хорошо ведали служащие Богу, что делая, не будут приняты, а от чего разумно воздерживаясь,
54
О ПОКЛОНЕНИИ И СЛУЖЕНИИ В ДУХЕ И ИСТИНЕ
далеко будут от порока и будут светлы и достоприятны, и по­чтены по определению свыше. Закон же у нас о сем таков: «И сказал Господь Моисею и Аарону, говоря им: скажите сы­нам Израилевым: вот животные, которые можно вам есть из всего скота на земле: всякий скот, у которого раздвоены ко­пыта и на копытах глубокий разрез, и который жует жвачку, ешьте; только сих не ешьте из жующих жвачку и имеющих раздвоенные копыта: верблюда, потому что он жует жвачку, но копыта у него не раздвоены, нечист он для вас; и тушкан­чика, потому что он жует жвачку, но копыта у него не раз­двоены, нечист он для вас, и зайца, потому что он жует жвач­ку, но копыта у него не раздвоены, нечист он для вас; и свиньи, потому что копыта у нее раздвоены и на копытах разрез глубокий, но она не жует жвачки, нечиста она для вас; мяса их не ешьте и к трупам их не прикасайтесь; нечи­сты они для вас» (Лев. 11, 1–8). Между тем Христос весьма ясно говорит: «то, что выходит из уст, оскверняет человека» (Мф. 15, 11), Сказано также божественному Петру, когда с неба спускаема была за четыре угла плащаница, в которой, как написано, были всякие четвероногие и пернатые: «встань, Петр, заколи и ешь»; а когда ученик воскликнул, страшась еще запрещения закона и говоря: «Но Петр сказал: нет, Господи, я никогда не ел ничего скверного или нечисто­го. Тогда в другой раз [был] глас к нему: что Бог очистил, то­го ты не почитай нечистым» (Деян. 10, 11–15, ср. Иез. 4, 14). Пишет и божественный Павел: «Пища не приближает нас к Богу» (1 Кор. 8, 8). Таким образом ясно, что закон отнюдь не считает нечистым что-либо из существующего, а призна­ет, что «Для чистых все чисто» (Тит. 1, 15); но весьма разум­но, применяя естественные свойства каждого животного к качествам нравов человеческих, приносит немалую поль-
55
СВЯТИТЕЛЬ КИРИЛЛ АЛЕКСАНДРИЙСКИЙ
зу. А что истинно и несомнительно то, что говорю, это мо­жешь ты понять еще и из следующего. Должно гнушаться, постановил он, того, что всеми осуждено, как-то: верблюда и хирогриля (тушканчика), врана ночного и лилика (мор­ская птица), халавотиса (род ящерицы) и мигали (землерой­ка) (Лев. 11, 4–5, 17 и 30), и еще более мерзкого, нежели это. Разве не ясно в сем намерение Законодателя, друг мой?
П. Совершенно ясно.
К. Итак, надобно с уменьем переносить то, что по приро-
де присуще некоторым из бессловесных животных, на каче­ство нравов, так как каждое из них, можно сказать, как бы изображает в себе нрав какого-либо человека и обозначает, какими обладает он свойствами. Так разве не обыкли и мы людей чрезвычайно пылких и сильных, и смелостью превос­ходящих других называть вепрями, или львами, или именем какого-либо другого из таковых животных, а людей кротких и спокойных и имеющих уступчивый характер называть ов­цами и голубями, и иногда венчать именем Тишины (мор­ская нимфа), заимствуя приличествующее характеру каждо­го обозначение от более явного?
П. Правда.
К. Так обратимся к намерению закона и исследуем тща-
тельно то, что он внушает.
П. Обратимся.
К. Похвальные дела справедливости и вообще всякой
четности хотя исходят от воли каждого, но совершаются, ду­маю, двояким образом и имеют как бы двоякий вид.
П. Каким образом?
К. Мы или для себя самих делаем что-либо доброе, отсе-
кая, например, непристойные и порочные удовольствия, умерщвляя «умертвите земные члены» (Кол. 3, 5), приводя
56
О ПОКЛОНЕНИИ И СЛУЖЕНИИ В ДУХЕ И ИСТИНЕ
дух в состояние кротости, заботясь о нищете духовной, имея чистый и непомраченный, насколько возможно, ум, — или же по отношению к братиям совершаем добрые дела, захо­тевшим огорчить и неприязненно оскорбившим нас оказы­вая незлобие, страждущим подавая помощь, утешая огор­ченных, заблудившихся по неведению обращая на путь правый и руководя к лучшему, удовлетворяя нуждающихся и ревностно стремясь совершать то, что могло бы быть при­ятно Богу. Итак, разве не двоякий бывает как бы вид спра­ведливости, один совершаемый в отношении к нам самим, а другой в отношении к другим?
П. Кажется. К. Посему таковую двойственность закон всегда почти
уподобляет раздвоенному копыту или двупалости ноги; ибо нога всегда может быть для нас знаком и образом действи­тельного шествования путем деятельности, и мы говорим, что правою стопою шествуют, о тех, которые весьма рев­ностно стремятся беспорочно идти к совершению служа­щего на пользу. Воспевает же и Давид: «нога моя ста на пра­воте» (Пс. 25, 12), то есть в справедливости и правоте шествовал я и возненавидел развращенное; о грехолюбивых же говорится: «Ноги их быстры на пролитие крови; разруше­ние и пагуба на путях их» (Рим. 3, 15–16; Ис. 59, 7). Итак, но­га есть знак шествия в делах; двупалость же может служить ясным образом того, что мы можем право и безукоризненно шествовать тем и другим путем; путем добродетели в отно­шении к нам самим, и путем добродетели в отношении к другим.
П. Речь убедительна. К. Итак, кто умеет право и разумно шествовать тем
и другим путем, кто может приносить пользу и себе и дру-
57
СВЯТИТЕЛЬ КИРИЛЛ АЛЕКСАНДРИЙСКИЙ
гим, разумею качеством нравов, и притом смышлен и весьма благоразумен, делает сердце свое как бы каким вместилищем и жилищем помышлений о Боге, постоянно как бы приводит во всестороннее движение в себе мысли о Божественных догматах и чрез это частое и разумное ис­следование утончает некоторым образом его столь тща­тельно усвоенные мысли: тот совершенно подобен будет животному, жующему жвачку, пищу находящуюся в утро­бе всегда отрыгающему и доводящему до зубов, чтобы она, еще раз измельчившись, хорошо переварилась и пошла на пользу.
П. Ты говоришь правильно.
К. Животное, которое имеет ногу, оканчивающуюся раз-
двоенным копытом, и отрыгает обратно сокрытую в утробе жвачку, закон называет чистым потому, что человек, способ­ный быть полезным и добрым в отношении к себе самому и другим и соединяющий с этим любословие и опытность в познании, очевидно о Боге, будет совершен в добродетели и будет иметь в себе самом безукоризненность в отношении ко всему досточудному. Да если бы и другой кто-либо сде­лался причастным таковому, разумею чрез научение, и, так сказать, поядал слова его, сделался подражателем (его), ре­шился соревновать столь отличному и избранному мужу: то будет нескверен и чист; потому что будет жить вместе с чи­стым, и свой собственный образ жизни тотчас явит как бы отображением его мудрости и полезного знания. Вот что, ду­маю, значит, что нам должно вкушать от всякого животного, от природы разделяющего ногу на два копыта и отрыгающе­го жвачку. Ибо чисты таковые животные, говорит закон, по сейчас указанной причине.
П. Я понял, что ты говоришь.
58
О ПОКЛОНЕНИИ И СЛУЖЕНИИ В ДУХЕ И ИСТИНЕ
К. Итак, человека превосходного и совершенного в до­бродетели он таинственно указал в животном, которому свойственна двупалость, и которое отрыгает жвачку. А что прекрасно и полезно удаляться от того, что не такого духа, от хромающего как бы в добре и ищущего позади совершен­ства в добродетели, этому опять научает, когда ни отрыгаю­щих жвачку, но не обладающих двупалостию, ни обладаю­щих от природы двупалостию, если они не имеют жвачки, не одобряет, а напротив, обвиняет в нечистоте и полагает в числе способных осквернять. Итак, правильно рассуждая и прелагая таинственно сказанное в истину, утверждаем, что двупалость ноги есть образ деятельной силы и качества нравов. Жвачку же определяем как знак слова по благоче­стию бываемого и познания догматов правого и испытанно­го. Разве это не так?
П. Совершенно так.
К. Посему справедливо несовершенным в добродетели
и далеко не достойным удивления может быть признан хва­лящийся добрыми делами, но не обладающий правостию учения, и не имеющий в уме глаголов истины. А что и обрат­ное истинно, это также ясно: ибо правость учения и сладкое размышление о Божественных глаголах нисколько не по­могли бы совершенству в рассуждении добродетели, если бы с ними не связана была слава добрых дел. Только правый в том и другом получит совершенную похвалу; а кому недо­стает того или другого, тот не полную будет иметь похвалу за доброе. На таковое нечто указывает и Спаситель, говоря, что «малейшим наречется в Царстве Небесном» научающий, но еще не сотворивший сам, и наоборот «великим» и славен сотворивший и научивший (Мф. 5, 19). Итак, нечист по за­кону не обладающий чем-либо одним только. А что должно
59
СВЯТИТЕЛЬ КИРИЛЛ АЛЕКСАНДРИЙСКИЙ
удаляться от таковых и никаким образом не являться участ­никами их, это он разъяснял, говоря: «от мяс их да не ясте, и мертвечин их да не прикасается»: то есть и пока они живы, не имейте с ними общения, и когда, может быть, умрет кто­либо из таковых, нескверным блюдите ум свой, даже не при­касаясь, так сказать, к сделанному ими, очевидно многоре­чивым и скверным писаниям их, ибо это останки жизни человека. Делать это обычно невежественным еретикам. Ибо хотя соделавшиеся вождями присущего им невежества несомненно заблуждались, однако останки как бы своего нечестия передали своим ученикам; а эти принимают, при­том весьма охотно, и усвояют сие умом, и имеют оскверне­ние, с трудом омываемое, как бы прикасаясь к мертвечине, исполненной крайнего зловония и нечистоты.
П. Правда. К. В пример не раздвояющего копыта, но отрыгающего
жвачку, берет верблюда, животное сильное и огромное; да­лее зайца и тушканчика (хирогриля), животных, так сказать, самых маловидных из всех других, крайностям, как я думаю, обняв в сокращении всех вообще и ничего не опустив из на­ходящегося в средине; ибо это подобно тому, как если бы бы­ло сказано: от весьма высокого и высочайшего и до малого и самонижайшего всякий таковый мерзок и нечист. «Ибо нет лицеприятия у Бога», согласно написанному (Рим 2, 11); но если б кто был и велик, и высокомерен, богатством и мир­скою славою вознесен на высоту, то и он бесславный непо­четный жребий получит, как скоро подлежит обвинению в порочности; если б, с другой стороны, кто был мал, живя в нищете и бесславии, также осужден за нечистоту, если не может похвалиться добродетельным нравом, и никто не должен считать унижение основанием к тому, чтобы быть
60