О поклонении и служении в духе и истине

Это же и ныне сохраняется в церквах, и закон о сем чтится у нас: ибо хотя для каждого из избранных на священство есть свой город и свой удел, однако он соприемлется к свя­щеннодействию, если бы по какому-нибудь случаю пришел из одного в другой город ли, или страну, и вкушает вместе со священниками и чтится по законам любви. Но, кажется, закон этот, как я думаю, означает еще и нечто таинствен­ное: ибо бесчисленны по всей вселенной страны и города, в которых святые и боголюбивые души людей служат Богу, живя законно и евангельски жительствуя, и как бы принося Ему жертвы в воню благоухания, очевидно духовного: веру, надежду, любовь, терпение, кротость, милосердие к бед­ным: «ибо таковые жертвы благоугодны Богу», по Писаниям (Евр. 13. 16). Но все они стекаются как бы к одной и общей матери, «к небесному Иерусалиму, церкви первородных» (Евр. 12, 22–23), вышнему прекрасному граду, «скинии ис­тинной, которую воздвиг Господь, а не человек» (8, 2). Там более чистое будет совершать служение, так как совсем отъ­ят будет от нас грех, и не будет там льва и змия, василиска и аспида: ибо «И будет там, — сказано, — путь по ней назо­вется путем святым. Льва не будет там, и хищный зверь не взойдет на него» (Ис. 35, 8 и 9). Там будем вкушать отде­ленную нам часть; ибо написано: «плоды трудов твоих сне­си» (Пс. 127, 2). Разве не соответственное трудам каждого будет воздаяние благ, хотя и в большей мере, по щедротам Владыки? Ибо «мерою доброю, сказано, — утрясенною, на­гнетенною и переполненною отсыплют вам в лоно ваше» (Лк. 6, 38).

К. Не было: ибо одна была скиния и один олтарь, на кото­ром приносились все жертвы, один же и храм в Иерусалиме, построенный Соломоном, осуществлявший образ древней оной скинии. И закон совершенно запрещает кому бы то ни было приносить жертвы вне святой скинии; и для решав­шихся делать это наказанием было истребление и им угро­жал смертный приговор, ибо ясно сказал так: если кто «за­колет тельца или овцу или козу в стане, или если кто заколет вне стана, то истребится человек тот из народа своего» (Лев. 17, 3 и 9). А что желавшим приносить жертву в то вре­мя вполне необходимо было приходить в храм и в самый свя­той город и там законно совершать жертвы, которые прино­сили происходившие от племени Левия, об этом ты ясно можешь слышать от Бога, прямо говорящего во Второзако­нии: «Нельзя тебе есть в жилищах твоих десятины хлеба тво­его, и вина твоего, и елея твоего, и первенцев крупного ско­та твоего и мелкого скота твоего, и всех обетов твоих, которые ты обещал, и добровольных приношений твоих, и возношения рук твоих; но ешь сие пред Господом, Богом твоим, на том месте, которое изберет Господь, Бог твой, — ты и сын твой, и дочь твоя, и раб твой, и раба твоя, и левит, [и пришелец], который в жилищах твоих, и веселись пред Господом, Богом твоим, о всем, что делалось руками твои­ми. Смотри, не оставляй левита во все дни, [которые будешь жить] на земле твоей» (12, 17–19). Ибо недоступно Боже­ство и не приемлется жертва без посредства левитов. Они посредничают, подражая посреднику «между Богом и чело­веками» (1 Тим. 2, 5), то есть Христу. А что одна есть Цер­ковь, одно таинство Христово, и что незаконна, более того отверженна и не может быть угодна Богу жертва, не в церк­ви совершаемая, это ясно показал закон, говоря, что

не должны быть совершаемы жертвоприношения вне святой скинии. Как строго было соблюдение этого, научись и из се­го. Не было бы ничего невероятного, а напротив, было ис­тинно, что неисчислимые города, по всей Иудее рассеянные, отделялись от Иерусалима длинными промежуточными рас­стояниями. И потому как было трудно и не легко выполнимо для желавших приносить в жертву начатки хлеба, равно елея и вина, перенести это столь длинным путем! Для некоторых препятствие тому, может быть, составляло и утруждение рук. Но непристойно было, более того даже и весьма нелепо, из-за того, что дело было трудно и неудобовыполнимо для находившихся далеко, нарушать красоту истины принесени­ем сынами Израиля жертв не в святой скинии. Посему, дабы закон о сем, по надлежащем устранении всех встречающих­ся на пути препятствий, наконец, мог быть исполнен соглас­но с волею Законодателя, Моисей дал наставление и изъяс­няет Божественную волю во Второзаконии, говоря: «Отделяй десятину от всего произведения семян твоих, которое при­ходит с поля [твоего] каждогодно, и ешь пред Господом, Бо­гом твоим, на том месте, которое изберет Он, чтобы пребы­вать имени Его там; десятину хлеба твоего, вина твоего и елея твоего, и первенцев крупного скота твоего и мелкого скота твоего, дабы ты научился бояться Господа, Бога твое­го, во все дни. Если же длинна будет для тебя дорога, так что ты не можешь нести сего, потому что далеко от тебя то ме­сто, которое изберет Господь, Бог твой, чтоб положить там имя Свое, и Господь, Бог твой, благословил тебя, то проме­няй это на серебро и возьми серебро в руку твою и приходи на место, которое изберет Господь, Бог твой; и покупай на серебро сие всего, чего пожелает душа твоя, волов, овец, ви­на, сикера и всего, чего потребует от тебя душа твоя; и ешь

между кровью и кровью, между судом и судом, между побоя­ми и побоями, [и] [будут] несогласные мнения в воротах твоих, то встань и пойди на место, которое изберет Господь, Бог твой, и приди к священникам левитам и к судье, кото­рый будет в те дни, и спроси их, и они скажут тебе, как рас­судить; и поступи по слову, какое они скажут тебе, на том месте, которое изберет Господь, и постарайся исполнить все, чему они научат тебя; по закону, которому научат они тебя, и по определению, какое они скажут тебе, поступи, и не уклоняйся ни направо, ни налево от того, что они скажут те­бе. А кто поступит так дерзко, что не послушает священника, стоящего там на служении пред Господом, Богом твоим, или судьи, тот должен умереть, — и [так] истреби зло от Израи­ля; и весь народ услышит и убоится, и не будут впредь посту­пать дерзко» (17, 8–13). Видишь, что закон ясно требует от решившихся приносить жалобу на кого-либо по какой бы то ни было причине, чтобы судьею и решителем они делали священнодействователя. Но блюди тщательно, чтобы испол­нить согласно со всем тем, что тебе будет предписано: «Ибо уста священника должны хранить ведение, и закона ищут от уст его», по слову пророка (Мал. 2, 7). Ибо сам он отнюдь не законополагает, а напротив, выводит на прямой путь во­лю Законодателя, неподкупно изъясняя ее и являясь наилуч­шим воздаятелем справедливости, тонко взвешивает сужде­ние по каждому делу. Поэтому на тех, кто решился не повиноваться им, падает обвинение в грубости и высоко­мерии и определяется им в наказание высшее из всех зол, то есть смерть: «да умрет», сказано, тот, кто не обратит внима­ние на «священника, стоящего там на служении пред Госпо­дом, Богом твоим» (Втор. 17, 12). Итак, велико и поистине дивно предстояние Бога и служение Ему; а не почтивший

служителя Божия подлежит суду и наказанию, и презираю­щий это Божественное достоинство за презрение свое поне­сет жестокое наказание. Мы найдем, что и Сам Господь наш Иисус Христос заботился об уважении к этому закону; ибо Он так взывал к народу Иудейскому: «на Моисеевом седали­ще сели книжники и фарисеи; итак всё, что они велят вам соблюдать, соблюдайте и делайте» (Мф. 23, 2–3). Посему пусть никто не судит священника, хотя бы он казался и рас­пущенным и был нерадив в решимости жить согласно с за­коном, но пусть оказывает ему благопослушливость, когда он изъясняет закон; ибо он страдает недостатками, завися­щими от его собственной воли, но изъясняет то, что есть Бо­жие. Итак, не должно быть бесчестимо Божие из-за челове­ческого.

щенства, это ты можешь видеть и из того, что оно славней­шее имеет начало и такой же конец: ибо не может укрыться ни то, что кто-либо возведен на степень священнодействия, ни то, что он призван от Бога к вышним и небесным «обите­лям» (Ин. 14, 2) и оставил другому священство. Поэтому и Христос о священнодействующих евангельскую пропо­ведь среди язычников (Рим. 15, 16), а также и у израильтян сказал, что они повсюду и во всем будут известны и для всех видимую приобретут славу: ибо «Никто, зажегши свечу, не ставит ее в сокровенном месте, ни под сосудом, но на подсвечнике, чтобы входящие видели свет» (Лк. 11, 33). А что сказанное истинно, разумею то, что Божественный служитель будет в видимой для всех и дивной славе, в этом пусть убедит и божественный Исайя, восклицающий: «Взой­ди на высокую гору, благовествующий Сион!» (Ис. 40, 9).

П. Что это так, ясно для всякого. Но скажи, как и сего об-

раз сеннописуем был для нас в Священных Писаниях.

го времени, и худо поступали Египтяне с нами и отцами на­шими; и воззвали мы к Господу, и услышал Он голос наш, и послал Ангела, и вывел нас из Египта; и вот, мы в Кадесе, городе у самого предела твоего; позволь нам пройти зем­лею твоею: мы не пойдем по полям и по виноградникам и не будем пить воды из колодезей [твоих]; но пойдем до­рогою царскою, не своротим ни направо ни налево, доколе не перейдем пределов твоих. Но Едом сказал ему: не прохо­ди через меня, иначе я с мечом выступлю против тебя» (Чис. 20, 14–18). И чрез несколько слов: «И выступил про­тив него Едом с многочисленным народом и с сильною ру­кою. Итак не согласился Едом позволить Израилю пройти чрез его пределы, и Израиль пошел в сторону от него» (ст. 20–21). Неужели не ясно и не наглядно это слово?

линном, правда, смысле сохраняют родство с нами; но когда мы подвергаемся преследованиям, не защищают, а напро­тив, своею злобою отягощают нас: ибо «Они вышли от нас, но не были наши», согласно написанному: «ибо если бы они были наши, то остались бы с нами» (1 Ин. 2, 19). И Сам Спа­ситель обращается, и весьма справедливо, к таковым, лож­ную имеющим честность, не приобыкшим еще совершать дела во славу Его, с словами: «Кто не со Мною, тот против Меня; и кто не собирает со Мною, тот расточает» (Мф. 12, 30; Лк. 11, 23). Кажется ли тебе, что подобны аммонитянам бо­гоненавистные скопища еретиков, чрезмерно недугующие несострадательностью и нечестием?